Лето

Лето.

      Сколькими бардами оно было воспето как пора жары, отдыха от надоевших людей и работ. Эта леность — самая сладкая имитация рая, что можно узнать... Но это верно лишь для них. Только для них лето — ленивый рай, возможность не вставать в горькую жару в полдень, купание в разгоряченном песке и море, переполненном чужими телами. Отторгающе приторный и оставляющий кислое послевкусие обман.       А ведь лето — это одурманивающий персиковый закат, ласково целующий твои раны своими тонкими уставшими лучами. Самый недолговечный и оттого прекрасный момент единения с природой, когда горячее от боя тело и слабые лучи солнца неотрывны друг от друга.       Лето — это пепел от сгоревшего папируса с древним стихом, которого ненароком коснулась своим игривым огненным языком неосторожная спичка.       Лето — это страстное безумие, животная дикость, боевое возбуждение и опьянение от таинственной улыбки Фортуны, направленной на тебя. Пересохшие губы, впивающееся в ладонь древко копья, хищные резкие движения и долгожданный жар победы, растекающийся по венам.       Весна сдержана в своем тихом, влюбленном в себя безумии. Лето же рвется страстным хищником наружу, прорывая все правила, не сдерживаясь в тесном человеческом тельце, убегает по бескрайним полям. Его безумие — искра жадного до огня мгновения, и от того оно ещё более притягательно.       Лето — это азарт, закручивающий в восхитительный танец под задорную пьяную флейту, доводящий сердце до невыносимо сладкой агонии, опаивающий до полудрёмы темным элем. Это был самый жаркий танец двух природ: человека и его света.       Лето — это бесконечные поля под далёкие отрывистые звуки нежных струн мандолины. Это ледяная, будто самый чистый алмаз, серебряная лента, текущая по мелкой потемневшей гальке среди бескрайней золотистой пшеницы. Когда припадаешь к ней, жадно вбирая в себя живительный холод, кажется, что ещё глоток, и за твоей спиной начнут прорастать могучие крылья. Ты отрываешься от воды, прижимаясь лицом к прогревшейся за палящий полдень пшенице. Эти длинные теплые колосья станут хрустящим горячим хлебом. Все мы рано или поздно станем чем-то большим, чем есть сами.       Лето — это хруст тонких пластинок камня на крутых склонах и далёких дорогах. Нет той острой боли от острых камней, есть просто желание дойти туда, где, возможно, ждёт нежный покой и рай.       Лето — будто буйный жеребец, вырвавшийся из-под узды и плетки кричащего вслед всадника, рвущийся по бесконечным полям на волю. Могучий, с иссиня-черной, безудержной на ветру пышной гривой, с темными таинственными и добрыми глазами, мощными и шумными копытами.       Лето — это бродячий цирк, хмельной балаган с задорными балагурами, грустными шутами, высокомерно изящными гимнастками, таинственными фокусниками с пропадающими бокалами, и строящими милые рожицы разбойниками. Это ли не цирк твоего грустного детства?..       Лето — острый и злой серп полумесяца, подвешенный за тонкую нить на небеса. Он взирает на тебя, угрожающе напоминая, что судьбу не обойти. В ответ в него летит горячное, сбитое в бою копьё, напоминая о том, что он — не бессмертен и тоже падёт в бою времени и пространства, богов и демонов, солнца и луны.       Лето — сон в вечерней прохладе в тонкой плетеной рубашке на натянутой грубой коже невиданного зверя. Сморившая тишина, игриво-бордовые мечты, и рвущаяся наружу усталость разгоряченных мышц.       Лето — это растрепавшиеся солнышки одуванчиков под потрескавшимся, скрипящим от ветхости, осыпанным пеплом и краской подоконником. Они скоро станут белыми невесомыми облачками, и улетят в далёкий теплый рай. Туда, где нас нет.       Лето — это когда неважно, куда ты уйдёшь — на пир или на бой. Тебя всегда будут освещать дикие лучи солнца, играя и утопая в глубине зрачков. Мгновение, сгорающее вслед за папирусом с древней тайной. Лето...

Просто нетерпеливо.