Глава 1 «Сквозь пепел и гром»

Ночь разорвал свет — резкий, неземной, почти святотатственный. Он вспыхнул, ослепляя и тут же исчез, будто кто-то вырвал кусок реальности и запечатал его в молчании. Мир вокруг содрогнулся стены задрожали, тени в переулках ожили, небо выдохнуло громом и дождь обрушился, как кара, он хлестал с неба, гром раскатывал так близко, что казалось, сама земля трещит и плачет вместе с ней. Под тусклым мерцанием фонарей, на мокрой земле под открытым небом, лежала девушка. Ледяные капли ударяли по коже, смешиваясь с кровью из свежих ран. Её длинные волосы, чёрные как ночь, прилипли к лицу с острыми скулами и шее, а тело было изранено и измотано, словно она только что пережила тяжёлую битву. В глазах то ли серых, то ли янтарных, отражалось безмолвное отчаяние и стальная решимость. Никто из прохожих её не заметил. Она была почти частью ночи, одиноким призраком на грани двух миров. Медленно поднявшись с холодной, мокрой брусчатки, Каэла ощутила, как тело ныло от ран и усталости. Но внутри горела решимость не сдаваться. Дождь всё ещё лил, тяжёлый, с каждой каплей забирая тепло. Каждый шаг давался ей с трудом, силы иссякали, тело предавало. Сердце колотилось, но не от надежды, а от тяжести утраты и одиночества. Вдалеке мерцал приглушённый свет — знак, что рядом есть люди, крыша над головой. Таверна ютилась у самой границы, где кончались дома и начиналась неизвестность. Стены из почерневшего от времени дерева, вывеска покосилась, раскачиваясь на цепях, скрипя при каждом порыве ветра. Над в ходом коптилась тусклая лампа, отбрасывая жёлтое, будто гнилое, освещение на мокрую землю. Внутри было шумно, душно. Пахло крепким элем, мокрой шерстью, гарью и потом. Вдоль стен тянулись ряды деревянных столов, покрытых пятнами от пролитого пива. Люди разговаривали громко, ругались, смеялись. Кто-то спорил о цене мехов, кто-то хвастался, как утащил курицу с рынка, кто-то просто спал, уронив голову в блюдо. Когда дверь таверны захлопнулась за ней, тепло и запахи пива, дыма и старого дерева обволокли её. Но в душе всё ещё бушевала буря. Гнев, страх и хладнокровная решимость не позволяли ей расслабиться. Янтарно — туманные глаза пробежались по лицам. Каэла вдохнула глубоко, стараясь не показать, как сильно она измотана. Тепло и запахи дыма и пива сразу обволокли её, словно спасительный плащ. Внутри было шумно, но она чувствовала себя немного в безопасности, хотя знала, что её путь только начинается. В голове крутились обрывки воспоминаний: огонь, крик, мама, безумный отец, брат, свет камня…

***

Миргар. Камень Королей — свет её рода, сердце их земли. Камень, в котором хранилась магия древних правителей. Он исцелял, разрушал, пробуждал силу в крови. Но попади он в этот мир, если он здесь… то он не больше, чем просто сверкающий драгоценный камень. Его нужно найти быстрее, чем те твари, которые погнались за ней. Он принадлежал её матери — Лиэрии, подарен самой богиней магии. Лиэрия была жрицей древнего храма в Ваэртании — королевстве, где магию преследовали, боялись, сжигали. Там ведьмы были врагами, а чародеи — проклятыми, даже упоминание слова «колдовство» вызывало страх и ненависть. Король Далар, прозванный Чёрным, когда-то был справедливым, но постепенно его душа сгнила от амбиций и власти. Однажды он увидел Лиэрию во время охоты в лесах, не зная, кто она на самом деле. Прекрасная, гордая, слишком умная и тихая. Он приказал забрать её в свой замок, она подчинилась, но не покорилась. Вскоре она родила ему близнецов, имена которым были — Элир и Каэла. Они были наполовину маги, наполовину потомки королей — слишком опасны для мира, в котором магия считалась злом и давала продолжительность жизни. В их королевстве за колдовство жгли, за силу — убивали. Даже если ты — дитя трона. Когда же Далар узнал, что она ведьма, его ярость не знала границ. Несмотря на то, что она была матерью его детей, он приказал сжечь её заживо на главной площади Ваэртании. Каэла запомнила: слёзы на глазах брата, ликование народа, безумный взгляд короля, чернеющее небо, крик матери и последние слова шепотом, на древнем языке, и камень, пропадающий с рук короля. После её смерти королевство погрузилось в хаос. Без Лиэрии, а точнее, без Миргара — Далар окончательно потерял разум. Вскоре вспыхнула война за трон, но война пришла не только от него. На севере поднялись Семеро Погибелей —легендарные тёмные полководцы. Их вёл тот, чьё имя боялись даже шептать. Моракс — так его звали в страхе. Настоящее же — Вел’Зарак произносили только уже те, кто готовился умирать. Он был демоном из-за Предела, существом древним, как сама тьма. Именно после смерти Лиэрии он впервые вышел из Тени, чтобы возглавить разрушение Ваэртании. Говорили, что он знал жрицу, ждал её смерти, потому что сам был не в состоянии ее погубить. Теперь же, убив безумного короля, он охотится за её потомками и камнем. Им удалось сбежать. Каэла и Элир всё бежали — в крови и страхе. Они прятались, сражались, выживали, искали Миргар — последний шанс на спасение. Но он оказался не только за пределами королевства, а утерян где-то в других мирах, в каких именно им предстояло узнать. Их преследовали семь долгих месяцев — не только солдаты короля, но и тёмные слуги самого Вел’Зарака. Но когда близнецы вышли на след камня, было уже поздно: Тарруки — отвратительные, зловонные твари в подчинении Семеро Погибелей —нашли их. Переход через портал отнял почти всё. Магия внутри — не своя, чужая, рвущаяся, как чужой голос в голове. Но она держалась. Её тело выносливое, закалённое. С ней — лучшее оружие в виде тонкого длинного меча из прочной ноктарийской чёрной стали и узорами на ней, доспех из чешуи павших драконов. Их доспех. Их победа. Тогда, когда они были вместе. — Элир… — тихий шепот сорвался с уст. —Этот мир… он не дышит, как наш. Здесь всё не так. Брат. Отголосок его крика всё ещё жил в её голове. Как он толкнул её в портал, как она в последний момент смотрела, как гончие Таррулов нападают со спины на Элира. Их мир был разрушен. Их мать, которая так любила своих детей — сожжена. Отец… а стоит ли он того, чтобы вообще зваться их отцом? Пал от руки Моракса. А они — полукровки, проклятые дети, которые оставили свой народ на погибель. Но как же они могли защитить их только вдвоём? Даже не так… как они бы могли помочь, если сам народ так хотел их гибели. « Так им и нужно» — подумала про себя Каэла. — Брат, нас было двое, а теперь осталась одна… Но я не сломлена. Я выживу. Ради тебя. Ради нашего дома. Ради тех, кто нас предал, и тех кто нас ещё не узнал. И ради камня, который поможет вернуть своё по праву. Огонь в очаге трещал, отражаясь в янтарно — серых отблесках её глаз. За соседним столом несколько подвыпивших мужиков гоготали, разливая эль на стол. — Слыхал? Гномы… — хриплый голос пробрался сквозь гул. — Эти? Которые с этим… колдуном? — Ага. Говорят, идут к Одинокой горы. Хотят вернуть свой драгоценный объединяющий камушек обратно, а потом и гору обратно. — Аркенстон что ли? — второй рассмеялся. — Хаа, дураки! Там же дракон, пусть попробуют полежат в его золе и выковырять свой камушек из его пасти. Элир подняла голову. Камень? Слово резануло сознание. Неужели, он здесь. У дракона? Если я найду его… я смогу вернуть Элира. Закрыть врата Предела, чтобы больше никакая тварь оттуда не вышла. Спасти остатки своего мира. Её сердце билось чаще. Пальцы сжались на кружке. Разве может так повезти, чтобы Миргар оказался именно в этом мире, та еще услышать про него в первой таверне где она оказала после перемещения? Она не может просто так слепо верить слухам, она понимает, что может ошибаться, но разве она не может верить в лучшее? После стольких лет жизни, она уж точно могла уверенно сказать, что дракон не пугал её. В их мире Каэлу и Элира прозвали — Убийцами драконов… Некоторые глупцы, завидев, как мёртвую тушу чудовища волокут за стены дворца, чтобы создать доспехи и прочное оружие, отрезали от неё куски — верили, будто смогут обрести силу и способности крылатых. «Этот — просто ещё один. Один шаг к цели», — подумала Каэла. Она поднялась. Кружку оставила нетронутой и тихо направилась к выходу. Но стоило ей миновать стол, как чья-то грубая рука схватила её за локоть. — Эй! — хриплый голос, запах перегара. — А платить кто будет? К ней подошёл грубоватый, но не глупый работник таверны. В его взгляде было подозрение и раздражение. Каэла медленно обернулась, чуть приподняв голову. Из-под капюшона мелькнули её глаза — яркие, золотисто — туманные, как рассыпавшийся солнечный свет с холодной глубиной, в которой тонет воля. Мужчина замер на секунду и отступил, потом посмотрел на неё, как будто не помнил, зачем подошёл. — Всё в порядке… всё уже оплачено… — пробормотал он и отвернулся, не сводя взгляда с пола. Она шагнула дальше. Выходя, уже на улице, она столкнулась с кем-то за углом — двое пьяных, у первого дырявая шляпа, а у второго — разбитая губа. Ночь была мокрой, дышала холодом, фонарь за таверной потрескивал, как будто не хотел быть свидетелем. — Смотри куда прёшь, уродец! — заорал один, схватившись за её плечо. — Убери руку — её голос был холодным, спокойным. Без эмоций, без угрозы. Но с ноткой чего-то… неправильного. Тишина повисла. Мужчина вдруг побледнел, как будто перед ним стоял не человек, а что-то древнее и опасное. — Пусти… — прошептал второй. — Пусть идёт. Арн, тот что был в шляпе на мгновение отшатнулся, но сжал челюсть. — Не нравится мне это, Стэл. Может, ворюга … или хуже ведьма! Он уже тянулся за её капюшоном. — Сними-ка… Миг и её глаза с серых стали золотисто — янтарные, её зрачки вдруг вытянулись, как у хищной птицы, а в глубине глаз вспыхнуло что-то нечеловеческое — как свет пламени, заключённый в янтарь. — Арн, сто… — Не успев второй мужчина и поднять руку, чтобы остановить своего товарища, как фигура в плаще резко прижала наглеца рукой за горло к стене, приподнимая его, а на его друга сразу же устремился меч, словно вытканный из ночной тьмы — холодный, без отражений, как застывшая тень. — Ещё никто не имел права, просто так без моего на то разрешения, касаться меня — голос стал ниже и глубже с нотками рычания. Он смотрел на неё, не мигая и начиная краснеть. — Отпусти… я ж… не знал… — прохрипел Арн, хватаясь за её запястье, но сил сопротивляться уже не было. Каэла медленно наклонилась к нему ближе, почти вплотную. Её голос был хриплым шелестом, как холодный ветер, что пробирается под кожу. Она чуть сильнее сжала пальцы на его горле, и тот закашлялся. — Скажи мне, Арн… ты часто хватаешь женщин на улицах? Или только когда думаешь, что они не могут дать сдачи? — Я… я не хотел!.. — Его голос сорвался, он захрипел, страх выдавил из него пот. Каэла смотрела в упор, без жалости. — Запомни это чувство. В следующий раз — не предупрежу. Она в ту же секунду отшвырнула его к параллельней стены, смотря как он осел у стены, хватая ртом воздух, будто вынырнул из-под воды. Его же напарник вообще боялся пошевелиться, под острым лезвием. Каэла решила, что от его будет сейчас больше пользы та и разговаривать вроде может без кашля. Наступила напряжённая пауза. Чуть склоня голову к Стэлу, вроде так его назвал тот идиот, её взгляд пронзил насквозь. — Вы говорили про гномов. Куда они пошли? Арн хотел возмутиться, но его собеседник уже ответил немного заикаясь — машинально, будто не контролируя себя. — На север. В сторону Эребора. Ушли вчера на рассвете, по старой дороге, что через перевал. — Что ж, благодарю. И да советую вам больше так не приставать к другим, а то и убить могут, никогда не знаешь, кто или что перед тобой. — Каэла вдруг улыбнулась мягко и завораживающе, как будто не было ни напряжения, ни угроз. Проходя мимо, она снова бросила взгляд на Арна и тот икнув, захотел слиться со стеной. Она исчезла в дождливой темноте, не оглянувшись. Оба мужчины молчали, глядя ей вслед. — Что это было?.. — прошептал Арн, потирая шею. — Я не знаю, — ответил второй, — но я рад, что она не захотела с нами дальше спорить. «Я найду Миргар. Верну брата. Верну трон, который по праву принадлежит нам и если для этого прийдется пойти по головам — я пройду. И если целый мир встанет на пути — я сожгу его дотла. Во имя брата. Во имя крови. Во имя возмездия.»

***

Ну что ж… это моя первая работа — пусть немного неуклюжая, но зато с душой! В свои 22 года я наконец-то посмотрела «Хоббита» и «Властелина колец» 🥸 и просто влюбилась в мир Толкина. Эта история пишется, в первую очередь, для себя , чтобы попробовать свои силы и окунуться в мир магии, теней и воображения. Надеюсь, вы не будете судить строго. Буду очень рада, если вы захотите пройти этот пепельный путь вместе со мной 🌑✨