Пролог

***

      Холодный свет ламп пронизывал каждый уголок лаборатории. Тугие ремни впивались в плоть, намертво приковывая его к холодному, жёсткому стулу. Правая рука вновь заныла, напомнив о своём отсутствии. Впрочем, фантомные боли почти отступили, став лишь глухим эхом былой агонии. Взгляд немолодого пирата опустился туда, где совсем недавно была его плоть, а теперь — блестящий на свету металл протеза. В сознании вновь всплыли два фиолетовых огня, что каждую ночь снятся разбойнику в кошмарах. Сбросив наваждение, он слегка пошевелил пальцами его железной руки. Она всё ещё плохо слушалась, но для плана и этого хватит. Пират прикрыл свой единственный глаз, задумавшись. Если мозги ему ещё совсем не отшибло, то хозяин комнаты должен прийти с минуты на минуту.       И правда, монстр в соседней комнате снова начал бесноваться, звеня своей цепью. Пытаться услышать приближение того ненормального было бесполезно, ведь его шаги были бесшумны. Тем не менее пленник прислушался. За спиной тихо шелестел аппарат, накачивающий его тело какой-то алхимической бурдой, которая заживляла раны и избавляла от голода. Левее, в нескольких шагах, гудело странное устройство — коробка с множеством кнопок и мерцающим стеклом, явно связанная с его новой стальной рукой. По крайней мере, его мучитель мог через него контролировать протез.       Тварь за стеной взбесилась ещё сильнее, а значит, что развязка близка. Этот ад скоро закончится, а выживет пират, или нет — зависит от удачи.       Его невольный сосед, казалось, дошёл до предела, и начал утробно рычать.       И был прерван двумя громоподобными выстрелами. Пленник улыбнулся, и взглянул на дверь, ведущую в коридор. Сейчас этот умник, как всегда, сделает несколько пометок в своей книжке — и войдет.       Через несколько секунд, дверь действительно распахнулась, и, наконец, он здесь. И никак не изменился с их последней встречи. Шесть футов росту, короткие чёрные волосы, бледная кожа, и яркие, пурпурные глаза. В руке он сжимал массивный пистолет. Из дула еще клубился едкий дым.       На мгновение, морской волк предался мечтаниям. Если повезёт, то он сможет вернуться в родной город, где можно за неплохие деньги продать эту технологичную игрушку, что сейчас заменяет его руку. А на вырученное — оплатить услуги какого-нибудь колдуна, который восстановит отрезанную конечность. Но это всё мечты, сейчас нужно сосредоточиться. Впрочем, даже провал сулил избавление — смерть положит конец этому кошмару. Вошедший же, повторяя ежедневный ритуал, небрежно бросил своё оружие на небольшой столик, стоящий справа от привязанного к стулу пирата. Следом, он освободил от ремней протез, и, жестом, призвал пленника им пошевелить. Последний, скривившись от мнимой боли, судорожно дёрнул стальной рукой, изображая, что не в силах даже оторвать ее от подлокотника. Наклонившись, владелец лаборатории поближе осмотрел место, где металл соединялся с плотью, и сделал несколько шагов назад, вернувшись к устройству с кнопками.       Сейчас!       Резким, вымученным движением, которое одноглазый отрабатывал всё свободное время, он ухватился за брошенное оружие. Во рту забрезжил привкус свободы, словно солёный морской ветер. Большим пальцем взвести курок, направить ствол прямо в лицо проклятого мучителя. Главное не промахнуться! В сравнение с родной, искусственная часть тела двигалась медленно и неуклюже, но черноволосый успел только поднять глаза, посмотрев прямо на оружие.       Конец. Одно движение пальца — и…       Звонкий металлический щелчок.       Будь его разум ясен, не отравлен алхимической дрянью, качающейся в его венах, он бы наверняка задумался: почему этот чёртов маньяк раз за разом бросает пистолет прямо перед ним?       Но всё получилось так, как получилось.       — Нет, нет! Ублюдок! — привязанный снова и снова жал на спусковой крючок, в надежде, что это всего лишь осечка, и выстрел вот-вот произойдёт. Наконец, до разбойника начало доходить. В пистолет вмещалось по меньшей мере пять патронов, что не раз подтверждалось за прошедшие дни. А значит сегодня, именно сегодня, он просто был заряжен не полностью. В слепом отчаянии, неудавшийся убийца занёс руку, чтобы швырнуть бесполезное оружие в мучителя. Но тот лишь ткнул кнопку. Искусственная конечность обмякла, став мертвым грузом. Пистолет грохнулся на пол.       Человек, некогда бороздивший моря и небеса в рядах могучей пиратской армады, грабивший дирижабли и прибрежные города под чужим началом, совершил роковую ошибку, ступив на этот проклятый остров. А может, его ошибка была в том, что он решил вступить в ряды пиратов? Сейчас это уже не важно.       — Давай же! Кончай! Убей, тварь! — в отличие от орущего и рвущегося из пут калеки, его посетитель сохранял спокойствие от начала и до конца. Он спокойно подобрал свой пистолет, сделал несколько записей в книге, и покинул комнату, не проронив ни слова.

***

      Эксперимент можно считать успешным. При наличии у испытуемого надежды, адаптация к импланту происходит быстрее. Помимо этого, воля испытуемого играет ключевую роль при адаптации. Тем не менее проблема заражения Т-энергией ещё не решена: даже при изоляции лишь замедляется, но не останавливается.        Делая записи на ходу, мужчина шёл по коридору с множеством дверей. За одними скрывались такие же лаборатории, как та, в которой остался пират. За другими — прочные пустые камеры, в которых содержались различные образцы фауны. В обоих практиковалось создание синтетических частей тела, превосходящих по характеристикам органические ткани их создателя.       Смертность у испытуемых была стопроцентной: никто не выдерживал больше двух месяцев. Человек, запертый внизу, мог преодолеть этот порог, если бы продержался ещё неделю. У существа, убитого ранее, уже началось отмирание тканей, и держать его в камере не было смысла. С момента внедрения импланта прошло всего десять дней. Монстры, в среднем, умирали в несколько раз быстрее разумных существ — людей и гоблинов. Это было странно. Логика подсказывала: если первые обладали более сильными и выносливыми телами, то и разрушение тела под влиянием Т-энергии должно происходить медленнее.       Т-энергия. Сначала он просто называл её маной, но это слишком простое слово для столь необычной субстанции. Удивительно пластична и крайне нестабильна. В голове всплыл давний разговор с Пермафростом.       — Магическая сила, которую ты используешь, обладает целым каскадом необычных свойств. — сказал архимаг, прервавшись, чтобы сделать глоток из чашки. — Во-первых, как ты уже знаешь, я и Каламитас черпаем силу из стихии. Я — из Элеума, а Каламитас — из Хаоса.       Серная ведьма, сидевшая рядом, кивнула в подтверждение. Старик продолжил:       — А ты сам себе источник. По сравнению с моим, твой запас энергии совсем крохотный — даже несмотря на все те артефакты, которыми ты обвесился. Но ты восстанавливаешь его почти мгновенно! — маг замолчал, собираясь с мыслями. — Для создания заклинаний, мы, как бы, мысленно рисуем в воздухе магическую формулу, а затем напитываем её силой…       — Необязательно в воздухе. — Вмешалась ведьма.       Пермафрост прищурился, но кивнул:       — Да, она права. Можно и на поверхностях. Но суть не в этом. Твоя же энергия, мой юный друг, похожа на газ: её невозможно удержать голыми руками. Более того, контакт с ней крайне разрушителен как для живых существ, так и для неживых объектов.       Он замолчал для драматичности, но, не увидев в глазах собеседника ни волнения, ни удивления, продолжил:       — В общих чертах, ты уже давно должен быть убит собственной силой. Но ты живёшь — и в этом загадка.       Молчание повисло в воздухе. Архимаг всматривался в холодное лицо черноволосого, пытаясь найти хоть какую-то реакцию.       — Тебе вообще не интересно?       — Причина моего выживания сейчас не в приоритете. — Наконец ответил тот. — Я услышал, что хотел. Благодарю за информацию.       Дальнейшие опыты подтвердили правоту старика. Он был хорошим учителем и значительно углубил понимание магии, но сплести заклинание, используя Т-энергию было невозможно. Это накладывало множество ограничений, однако эффективность магического оружия, работающего на ней, была несомненной.       Целью последних экспериментов было изучить возможность питания синтетических мышечных волокон Т-энергией так, чтобы ими можно было управлять с той же точностью, что и органическими аналогами. Прототипы можно было считать успешными, но оставался ключевой вопрос: источник энергии. Она не восстанавливалась естественным путём, если её постоянно расходовали. Решением был буферный накопитель: он стабилизирует расход энергии, а при опустошении подзаряжается из резерва пользователя. Но как создать такой накопитель, мужчина пока не понимал.       Тем временем, пройдя через раздвижную дверь, отделявшую тюрьму от остального комплекса, он направился в склад, одновременно служивший мастерской. В планах было детально изучить влияние Т-энергии и Астральной Инфекции на Дивную Материю. Для имплантов она подходила куда лучше, чем титан и экзо-призмы, используемые сейчас. Но спешить с её применением в прототипах было рано — сначала нужно было решить проблему энергопитания.       Погружённый в раздумья, он дошёл до Кузни Дрэйдона — настоящего шедевра инженерной мысли. Её создатель мог по праву гордиться своим детищем. Она работала с нанометровой точностью, точечно направляя различные виды энергии, а способность нынешнего оператора манипулировать эссенцией раскрывала её потенциал ещё больше.       Но едва он положил руки на консоль, как раздался звук телепортации. Резко обернувшись, черноволосый двинулся навстречу незваному гостю, который сейчас топтался у двери, не решаясь постучать.       — Ой! — испуганно вскрикнула девушка, едва дверь открылась. — Привет, Леин! Я как раз собиралась постучать, но не хотела тебя отвлекать.       — Я узнал о твоём присутствии в тот момент, как ты телепортировалась. — проигнорировав приветствие, ответил хозяин дома. Как всегда, его голос звучал нейтрально, а лицо оставалось бесстрастным.       — Так ты закончил свою сыворотку? Здорово! — тусовщица же, напротив, искренне радовалась успехам знакомого. — Скажи, а какого это — видеть всё?       — Удобно. Позволяет заранее замечать угрозы и эффективнее добывать ресурсы.       Сыворотка была одной из множества личных разработок Леина. Истоки её создания восходили к вопросу, который он задал себе: почему одни предметы, такие как фрукты жизни и кристаллы маны, действуют постоянно, а зелья — нет? Несколько месяцев работы, и две пинты алхимической смеси были введены в его кровеносную систему, сделав эффект множества различных зелий перманентным.       — Что тебе нужно, Черри? — перешёл к делу мужчина.       — А, точно! — девушка театрально хлопнула себя по лбу — К моему дому пришёл странствующий торговец, и говорит, что у него есть для тебя кое-что интересное.       — Понятно. Благодарю. — ответил черноволосый, и они вдвоём направились к телепорту, которым недавно воспользовалась тусовщица.

***

      Золотистая вспышка переноса, и пара оказалась в Освящении, разноцветным и ярком месте, но таком же враждебном, как и всё остальное в Террарии.       Леин сразу же проследовал к торговцу, а его знакомая — домой, готовить очередную вечеринку. Приглашать его не имело смысла. За восемь лет знакомства он посетил лишь одну вечеринку и за пять минут вынес вердикт: "Бесполезная трата времени". Несмотря на полное пренебрежение к развлечениям, между ними сложились неплохие отношения, хотя Черри потребовалось время, чтобы привыкнуть к его характеру.       — О! Мой любимый клиент! — радостно воскликнул торговец, заметив приближающегося мужчину. Бездонный кошелёк Леина составлял значительную часть его дохода, и он нередко завышал цены до неподъёмных для большинства жителей Террарии. Однако черноволосый платил без возражений - по крайней мере, вслух.       — Мерсер. Ты достал то, что я просил? — без предисловий спросил он.       — Конечно, хотя это было непросто, — с важным видом поднял подбородок торговец и продемонстрировал стопку из трёх книг.       — "Химеры и гибриды" Анвелла Дроута, третий том "Барьерных конструкций" магистра Накамото и расширенное издание "Рунных цепей" Свейнура, сына Дормура. Девять платиновых монет за всё. - объявил Мерсер, передавая товар собеседнику.       Кивнув, тот молча рассчитался, и уже собирался уйти, но был остановлен торговцем.       — Постой, у меня есть кое-что особенное, — сказал Мерсер, доставая что-то из сумки. — Гарантирую, тебе понравится.       Леин обернулся и взглянул на новую книгу, которую ему протягивал продавец.       — "Сказание о Четырёх Священных Орудиях", — прочёл он название вслух. — Художественная литература мне неинтересна.       — Понимаю, понимаю, — заспешил торговец. — Но мы знакомы столько лет, что я могу гарантировать — ты не пожалеешь об этой покупке.       — Цена?       — Всего ничего: пять золотых.       Потратив пару секунд на оценку целесообразности покупки, черноволосый передал монеты, забрал книгу и исчез в голубой вспышке телепортации. Мерсер же несколько мгновений смотрел на таявшие в воздухе остаточные частицы, вздохнул и направился к таверне, стоящей неподалёку. Свою задачу он выполнил. Дальнейшее зависело уже не от него.

***

      Сразу после перемещения, Леин двинулся в сторону своей библиотеки. Сотни книг, большинство из которых были посвящены магии и алхимии. Остальные касались создания брони и оружия, и лишь три тома описывали способы создания химер. Работа Анвелла Дроута станет четвёртой. Но в первую очередь его интересовали "Барьерные конструкции" — возможно, именно там он найдёт описание купола, окружающего остров.       Об этом барьере не было известно ничего, кроме его основного предназначения: удерживать Леина в пределах острова. Он был единственным существом, неспособным преодолеть эту преграду. Для всего остального — людей, предметов, даже оружия — купол словно не существовал. Обитатели острова свободно проходили сквозь него, а пули и взрывы не оставляли на невидимой поверхности ни малейшего следа.       В доступных Леину книгах описывались десятки различных барьеров. Некоторые конструкции были ему знакомы: например, Криоген, удерживавший Пермафроста, пока тот не был разрушен, или защитный барьер Каламитас, использованный ею в битве. Но ни в одном источнике не встречалось ничего похожего на его невидимую тюрьму.       Третий том магистра Накамото не содержал ключей к побегу, хотя полученные знания могли пригодиться в будущем. Впрочем, Леин уже давно не испытывал ни надежды, ни разочарования — лишь холодная констатация фактов.       Поставив книгу на отведённое место, черноволосый взялся за труд гномьего учёного. Рунное искусство редко использовалось им по прямому назначению, но оказалось неожиданно эффективным в другой области. Хотя рунное дело и напоминало зачарование в своей основе, но, в отличие от чар, руны можно было наносить непосредственно на живые ткани — кожу, кости, даже внутренние органы, что подтвердили многочисленные эксперименты.       Что касается "Химер и гибридов", эти знания требовались скорее для минимизации побочных эффектов, чем для непосредственного применения. В конце концов, все его эксперименты преследовали одну цель - собственное усиление.

***

      После испытания, вызванного активацией Терминуса, Леин столкнулся с неожиданной стагнацией. Он не видел путей получения материалов и оружия, превосходящих уже имеющиеся. Более того, Брайан — его гид — уверенно утверждал, что путь завершён, а миссия — выполнена.       Это было ошибкой.       Оставались непокорённые противники: Тиран Джунглей Ярим, ожидающий на вершине Драконьего Гнездовья; всемогущий Предатель Ксерок, возомнивший себя истинным богом. Перспективы роста сохранялись. Были вершины, которых ещё предстояло достичь. Но его потенциал был искусственно ограничен куполом.       Тогда Леин начал искать альтернативные пути усиления. Модификация собственного организма казалась наиболее логичным решением. Экспериментировать приходилось на себе: возможности и пределы его тела радикально отличались от других обитателей Террарии. Сначала он создал препарат, значительно повышающий болевой порог — боль мешала как в боях, так и в исследованиях. Следом последовало укрепление костей и увеличение плотности мышц. Если результат оказывался негативным, изменённая конечность ампутировалась. Восполнить утраченное помогала медсестра Хелен. За деньги она могла восстановить организм даже в критическом состоянии, хотя его методы часто вызывали её осуждение.       За три месяца активной работы тело было доведено до пика возможностей. Кости и кожа покрылись усиливающими рунами, мышцы уплотнились. Нервная система также подверглась модификациям: рефлексы и скорость реакции возросли почти впятеро, а сознание ускорилось, повысив скорость обработки данных. Завершающим штрихом стала алхимическая сыворотка, работу над которой Леин закончил четырьмя месяцами ранее.       Одним из вариантов дальнейшего развития было внедрение синтетических имплантов, но в этой области недоставало опыта. Иногда удавалось получить образцы технологий от Дрэйдона в обмен на мелкие поручения. В основном это были заказы на создание различных материалов, где требовалась способность Леина манипулировать эссенцией. Однако в последнее время стальной учёный стал проявлять всё меньше интереса к подобным обменам, вынуждая черноволосого рассчитывать исключительно на собственные разработки. Впрочем, в запасе оставался козырь, способный привлечь внимание Дрэйдона, — пока он покоился на складе в ожидании подходящего момента.       Не ограничиваясь модификациями тела, Леин предпринял несколько попыток усовершенствовать и тенедемоническую броню но результаты оказались хуже ожидаемых: лишь изменение дизайна и модернизация шлема. В последний были встроены линзы, обеспечивающие панорамный обзор. Доспех лишился тканевых элементов, стал менее громоздким — ношение стало удобнее. По силуэту он напоминал ауритовую броню, но в чёрно-красной гамме с золотой окантовкой пластин и бордовой сферой в районе солнечного сплетения. Функционально же доспех не изменился.       Леин использовал его только для выходов за пределы жилища. В остальное время броня хранилась в пространственном хранилище вместе с арсеналом: Радужным Экскалибуром, Фотонным Потрошителем и Кристальным Крушителем. Остальное пространство инвентаря занимали материалы для экспериментов - аккуратно рассортированные реагенты и стопки исписанных чертежей.

***

      Мужчина закрыл "Химеры и гибриды", отложив книгу в сторону. Описанный метод алхимического синтеза требовал адаптации к имеющимся материалам, но это могло подождать — прерванный эксперимент с Дивной Материей был приоритетнее.       Его взгляд скользнул по полкам, зацепившись за злополучный томик Мерсера.       "Сказание о Четырёх Священных Орудиях". На первый взгляд — просто сборник легенд.              Почему торговец так настаивал?              Механически открыв книгу, он пробежался по содержанию.       Описание мира, стоящего на краю гибели из-за волн бедствий. Призыв четырёх героев, каждый со своим уникальным оружием: Копьё, Меч, Лук и Щит. Знакомство с избалованной принцессой.       На что я трачу время?       С раздражением листая страницы, он замер на пустой главе о Герое Щита.       В тот же миг книга вспыхнула энергией, воздух вокруг прочертили незнакомые магические круги, сознание покинуло его за мгновение до попытки уйти от предполагаемой атаки.