Часть 13

Лето в Норе пролетело как заклинание — едва успеваешь заметить, как один день сменяется другим. Пироги, смех, проделки, зелья в сарае, разговоры на крыше и звёзды, в которые мы смотрели молча. Это лето было другим. В нём я не пряталась от мира. В нём я училась быть частью чего-то хорошего. Но всё хорошее — не навсегда. Сентябрь настиг нас утренней прохладой и хлопотами у камина. — Фред! Джордж! Вы точно взяли учебники по ЗОТИ?! — Рон, где твоя мантия?! Не тащи в неё бутерброды! — Джинни, милая, ты уверена, что не хочешь взять вторую сову? Миссис Уизли металась по кухне, будто у неё не пятеро детей, а пятнадцать. Джинни — рыжая, румяная, с сияющими глазами — стояла в углу, крепко прижимая к груди клетку с совой. Она не произносила ни слова, только иногда бросала взгляды на Гарри и тут же краснела. — Первый курс, — прошептала я Фреду с улыбкой. — Чистая магия. Полный ужас, — усмехнулся он. — Надеюсь, она не слишком в восторге от школы. А то разочарование там быстро настигает... особенно, если ты попадёшь в дом с Прорсни! — Ты имеешь в виду Слизерин? — Нет, Прорсни. Это Джордж перепутал порядок букв в «проклят» и «Слизерин», он же по-твоему гений, теперь выдумывает новые названия. Я рассмеялась. А Джинни, в это время, подскочила от неожиданности — мама уже подталкивала нас к камину. — Все по порядку! Перси — первый! Потом Фред, Джордж, Адара, Рон, Гарри, Джинни! — Я? Уже?! — испугалась Джинни. — Ничего страшного, — сказала я ей, улыбаясь. — Просто иди и дыши. Хогвартс примет тебя. --- На Перроне 9¾ было, как всегда, шумно и волшебно. Чемоданы, котлы, кошки, совы, дети, всё перемешалось в один огромный вихрь. Миссис Уизли жестикулировала как дирижёр, помогая всем пройти сквозь барьер, а потом — напутствуя напоследок каждого ребёнка. — Фред, Джордж — никаких петард в поезде! — Рон, следи за своими вещами! — Джинни, любимая, держи палочку в кармане. Учись хорошо! Мы забрались в поезд. Вскоре Джинни застенчиво пробежала мимо с другими первокурсниками, увлечённо рассматривая всё вокруг. — Помнишь своё первое путешествие в Хогвартс? — спросил Джордж, глядя в окно. — Конечно. Я всё записала в блокнот. — Ты всё записываешь в блокнот. — Ну, кто-то же должен вести хронику ваших преступлений против учебного процесса. Фред хмыкнул, прислонившись к окну. — У нас будет хорошее четвёртое. Чувствую. Хотя бы потому, что Поттер опять что-нибудь взорвёт. --- Поезд прибыл в Хогсмид под шум и скрип тормозов. Гигант Хагрид увёл первокурсников к лодкам — мы проводили Джинни взглядом, а Гарри и Рога все ещё не было видно нигде. Мы смеялись, сгружая чемоданы. Но смех быстро сменился недоумением. — Где Рон? Где Гарри? — Фред осмотрел толпу. — Они были за нами, я точно видел! — Я тоже, — кивнула я. — И... Джинни с ними прощалась у барьера. На церемонии распределения Джинни Уизли была распределена в Гриффиндор — и её лицо засветилось от счастья. Я хлопнула — громче, чем хотела. А Рона и Гарри всё не было. Позже в башне кто-то вбежал с выпученными глазами: — ПОТТЕР С УИЗЛИ! ОНИ ПРИЛЕТЕЛИ НА МАШИНЕ! — НА ЧЁМ?! — Джордж подпрыгнул. — На машине, прямо в школьный двор! Мы бросились к окну. Джинни стояла с раскрытым ртом. — Мама их убьёт... — Если Снейп не сделает это первым, — мрачно добавил Фред. Но, несмотря на крики, грозный вид Макгонагалл и ядовитое шипение Снейпа, они были живы. Угрюмые. Промокшие. Но живы. Я с облегчением прижала ладонь к груди и прошептала: — Ну вот, теперь всё на месте. --- «Школа снова полна. У всех нас — свои тайны, страхи, дневники, профессора. Но в этом шумном безумии есть то, что возвращает к жизни: Мы — здесь. Вместе. И с этого момента — снова начинается магия.»

***

В Хогвартсе снова пахло воском, пылью старых свитков и жареными тыквами. Гриффиндорская башня встретила нас уютно: кресла с облезшей обивкой, камин, треск пламени и легкий гул голосов. Перси уже читал что-то вслух младшим, кто-то обсуждал распределение, а кто-то — приключения на летающей машине, которые теперь передавались шепотом, как легенда. Джинни сидела на ковре, свернувшись клубком, рядом с Гермионой. Та объясняла ей, как работают часы факультета и зачем на самом деле нужны пузырьки с чернилами разных цветов. А я сидела в углу с Фредом и Джорджем. Мы что-то записывали в маленький блокнот между собой. Новый план. Шалость в столовой. Или в библиотеке. Или и там, и там. Фред был особенно увлечён. Но всё же... что-то ощущалось иначе. Как будто в замке кто-то держал дыхание. Слишком тихие коридоры. Слишком тёмные тени. --- На следующий день всё стало ещё страннее. — Кто-нибудь видел Филча? — спросил Джордж, озираясь. — Да. Он стоит у стены на втором этаже и шепчет на кошку, — ответил Ли Джордан. — Очень драматично. Даже для него. — А что он шепчет? — Что «он вернулся». Кто — не сказал. Я переглянулась с Фредом. Мы не были особо суеверными… но Хогвартс чувствовал. Он как живое существо — если в нём что-то не так, это начинало ползти по углам, шептать в гобелены, трещать в полу… --- Первый урок Трансфигурации прошёл спокойно. Почти. — Мисс Блэк, — сказала профессор Макгонагалл, остановившись у моего стола. — Превосходная работа. Но, пожалуйста, не добавляйте ушки и хвост будущим сахарницам. — Простите, — я едва скрыла усмешку. — Они сами просились. Для баланса. Фред хихикнул. Макгонагалл вздохнула. — Вы проводите слишком много времени с близнецами Уизли. — Они заразны, профессор, — заметила я. — И, к сожалению, неизлечимы. — Это я давно поняла, — пробормотала она, отходя. --- Вечером в коридоре мы наткнулись на Гарри. Он был бледнее обычного. — Ты в порядке? — спросила я. Он кивнул. — Да. Просто... слышал голос. В стенах. Я остановилась. — Какой голос? — Тихий. Злобный. Он говорил... что-то про кровь. Про смерть. Словно змей шепчет... Фред стал серьёзным, как бывает только в моменты, когда действительно страшно. — Ты уверен, что не… приснилось? — Нет. Гарри посмотрел на нас. — Я не спал. --- Позже, в башне, когда все уже спали, я села у окна с блокнотом. «Школа — снова наш дом. Но в этом доме что-то шепчет. Как будто стены Хогвартса что-то знают. Гарри напуган. Джинни тише, чем была. А я снова слышу внутри себя то чувство, которое приходило ещё в доме у матери: Что-то приближается. Только теперь — я не одна. И если придётся встретиться с этим лицом к лицу — я встречу его не молча.» На полях — не звезда. Ни комета. А змей, свёрнутый в кольцо, с чернильными глазами. И рядом: F. G. A.

***

Неделя прошла как в тумане. Учёба началась в полную силу: профессор Биннс бубнил про восстание гоблинов, Снейп отпускал колкости направо и налево, Гермиона сияла, как всегда, при каждом правильном ответе, а Фред и Джордж уже успели трижды получить выговор от Флитвика за «неподобающее поведение на уроке» Но атмосфера в замке была странной. Я начала замечать Джинни. Она почти не разговаривала. Сидела тихо, всё больше держась отдельно от остальных. Под глазами — тень. На руках — царапины. Я однажды увидела, как она что-то записывала в маленький тёмный блокнот. Тотчас прижала его к груди, заметив мой взгляд. — Это просто… дневник, — пробормотала она и убежала. Я не сказала Гарри. Не сказала Рону. Пока. Но внутри у меня росло ощущение — такое же, как летом. Что-то неправильное поднимается снизу. Из пола. Из стен. Из самих слов. --- На следующей неделе Гарри нашёл… кота. Миссис Норрис. Обездвиженную. С глазами, полными ужаса. На стене — надпись, выцарапанная чем-то острым: "Тайная комната открыта. Враги наследника — берегитесь." Нас собрали в коридоре. Паника. Крики. Филч в истерике. Я стояла, вжавшись в стену, и чувствовала, как под кожей бежит холод. Гарри стоял бледный. Рядом — Рон и Гермиона. Они шептались, переглядывались. Что-то скрывали. Фред подошёл ко мне. Молча. Просто — встал рядом. — Как думаешь… — начал он. — Это правда? Про наследника Слизерина?.. Про тайную комнату?.. — Я не знаю, — ответила я. — Но кто-то точно знает. И этот кто-то — в школе. — Гарри слышит голоса, — сказал он тихо. – Макгонагалл молчит. И даже Джордж перестал шутить. Я посмотрела ему в глаза. — Что бы это ни было — мы справимся. Вместе. Он кивнул. — А ты заметила, что Джинни... изменилась? — Заметила. — Я думаю, надо за ней присматривать. --- В ту ночь я спустилась в гостиную одна. Писать. Блокнот уже был почти наполовину заполнен. Я открыла его и написала: "Я чувствую, как замок меняется. Он дышит по-другому. Он шумит внутри. Не просто магия. Что-то древнее. Джинни теряет себя. Гарри боится, но молчит. А я… я опять чувствую, как в горле встаёт тишина, та самая, как в доме у матери, когда знаешь, что будет хуже — но никто тебе не поверит. Только я уже не та, что была тогда. Я буду искать. Слушать. Потому что стены шепчут. А если их слушать — можно понять, где трещина." На полях — снова змей. И рядом — маленькая, дрожащая фигурка девочки. С глазами, полными чернил.

***

— Она почти не ест, — сказал Джордж. — И не спит, — добавил Фред, усевшись на подоконник в гостиной. Он смотрел на Джинни, сидящую в углу, у камина. Та тихонько листала учебник, но взгляд её был расфокусирован, будто слова на странице не имели значения. Я молча кивнула. Я тоже это заметила. Давным-давно. С самого начала года она всё больше отдалялась. И дело было не в первокурсных сложностях — не в уроках, не в профессорах, даже не в распределении. Это было что-то другое. Что-то, что поселилось внутри неё. — Вы говорили с ней? — спросила я. — Каждый день. Шутим, дразним, подкладываем перья в рюкзак, пытаемся как раньше. Но… — Джордж сжал кулаки. — Она просто улыбается. Натянуто. И уходит. — Вчера она забыла шнуровать ботинки. Джинни! Та, которая в шесть лет отравила нашу кашу потому, что мы не дали ей кубок «Лучшей ведьмы дома». Она бы никогда не забыла шнурки. — Вы думаете… это что-то магическое? Проклятие? — Не знаю, — тихо сказал Фред. — Но я знаю, как выглядит девочка, у которой внутри что-то забрали. Я напряглась. Его голос вдруг стал слишком серьёзным. Не в его духе. Он посмотрел на меня. — Я видел тебя летом. Помнишь? В Норе. В первую ночь. Я отвела взгляд. Но кивнула. — Джинни сейчас как ты тогда. Только ты говорила сквозь стиснутые зубы. А она — молчит. --- Мы решили действовать. План «Джинни-снова-смеётся» вступил в силу с утра. Сначала — в столовой. Близнецы притворились, что спорят, кто из них круче, а потом Джордж показательно наткнул на вилку жареную сосиску и стал ею «драться» с бананом в руке Фреда. Результат: Гермиона покраснела, Рон захохотал, даже Макгонагалл улыбнулась, проходя мимо. А Джинни… Посмотрела. И отвернулась. --- Следующая попытка — библиотека. Фред подсунул в её учебник заколдованную записку, которая шептала голосом Снейпа: «Прекрати листать меня, глупая девчонка. Я СЛИШКОМ УМЕН, чтобы быть прочитанным!» Записка взорвалась блёстками. Пара третьекурсников захихикала. Джинни уронила книгу и поспешила уйти. --- Вечером мы сидели у камина. — Мы её теряем, — сказал Джордж. Тихо. Глухо. — Она боится чего-то. Или… кого-то, — добавила я. — Это не просто грусть. Это — страх. И одиночество. Я это знаю. Я это… чувствовала. Фред поднял голову. — Ты думаешь, она что-то скрывает? — Нет… — я замялась. — Я думаю, что она не может рассказать. Как проклятье. Наступила пауза. Камин потрескивал. В кресле кто-то спал, свесив руку. Где-то наверху завывал ветер. — Значит, будем рядом. Даже если молча, — сказал Фред. — Иногда… это помогает больше слов. — Мы же всё равно Уизли. А значит, шум всегда с нами. Даже если она пока молчит, — добавил Джордж. Я кивнула. И в тот вечер, когда Джинни снова спустилась в гостиную — худая, бледная, с тенью под глазами — мы просто сели с ней. Без шуток. Без песен. Без блистательных розыгрышей. Только трое. Два брата и я — старались быть фоном. Надёжным. Упрямым. Живым. А она… просто сидела рядом. Молча. Но чуть ближе, чем вчера. --- Позже, в блокноте я написала: «Мы пытаемся её вернуть. Не заклинаниями. Не снадобьями. А тем, что умеем лучше всего — шумом, теплом, вниманием. И хоть она всё ещё молчит — она осталась. Сегодня она не ушла. Иногда и этого — достаточно.» На полях — три пятнышка чернил. Красные. Оранжевые. Рыжие. Как огонь. Как мы. F. G. A.