Глава 8: Голос холодного ветра

      Вернувшись в квартиру, Сумико сгорела под пристальным взглядом отца, но попыталась не акцентировать на этом внимания, снимая кроссовки и переобуваясь в домашние тапочки. Мужчина стоял и смотрел, сердито скрестив на груди руки. Девушка искренне надеялась, что он не решит что-нибудь сказать, однако догадывалась, что вряд ли ей сможет так повезти.       — Что за перец? — буркнул он, явно планируя закатить скандал.       — Друг, — сдержанно произнесла Сумико, не желая давать повода для ссоры или возмущений. — Я же говорила.       — Что это за друг такой, раз домой к тебе приходит?       — Он просто волновался.       Из гостиной вышла мама. Она молча облокотилась на косяк и стала слушать разговор, хотя в душе тоже презирала собственную дочь.              — И о чём вы с ним разговаривали, раз ты аж дверь закрыла? — не унимался отец.       — О работе, — ответила Сумико и направилась в свою комнату.       — А это что такое? — на этот раз мужчина повысил голос, схватив чёрную куртку, что была накинута на плечи Сумико.       — Нет! — вскрикнула она, сразу разворачиваясь и хватаясь за вещь. — Не трогай!       Отец крепко держался за плечо куртки, но Сумико не собиралась сдаваться. Она никогда не отдаст ему чужую вещь.       Её саму родители могут кошмарить сколько угодно, но только не Мегуми.       — Какого хрена он вешает на тебя свои шмотки?! — вскрикнул мужчина. — Хочет в постель тебя затащить?       — У тебя только одно на уме! — Сумико повысила голос в ответ из-за паники. — Не все люди думают об этом, когда помогают друг другу!       — Конечно, рассказывай! Как-будто я не знаю, о чём думают парни, которые приходят к девкам домой!       — Вот именно! Не знаешь!       Сумико выхватила куртку из его рук и отскочила, чтобы больше не отнял. Он и не собирался пытаться, злобно осматривая дочь.       — Не лезьте в мою жизнь, если свою не можете наладить, — пробубнила девушка, направляясь в свою комнату.       — Не тебе нас жизни учить, — так же недружелюбно подала голос мама.              Хоть кто-нибудь бы их уже научил. Ссорились друг с другом, а потом вымещали злобу на дочери, которая ни в чём не была виновата.       Как же она была счастлива, когда смогла вырваться из родного дома и долгое время там не появлялась. Это самое лучшее время, которое она никогда не забудет.       — Выросла во вседозволенности, — продолжал выражать свои недовольства отец. — Теперь думает, что может делать всё, что захочет.       Сумико закрыла дверь в свою комнату.       О какой вседозволенности он говорил? Сумико было уже двадцать лет, а ей до сих пор запрещалось делать что-то без разрешения. Даже стыдно было людям говорить, что родители забрали телефон. Такое делают в четырнадцать, пятнадцать, или, максимум, в восемнадцать лет, но уж точно не в двадцать.       — Совсем обнаглела на нашей шее сидеть, — добавила мама, проходя мимо комнаты Сумико на кухню.       Они специально говорили громко, чтобы дочь слышала. Всеми правдами и неправдами пытались выжить её из дома, потому что понравилось жить без лишнего рта. Вот только забывали, что она их дочь, причём единственная.       Сумико прожевала этот разговор и проглотила. Осмотрела куртку Мегуми и убедилась, что отец её не порвал.       Так приятно было осознавать, что Фушигуро нашёл Сумико, потому что волновался. Он пришёл без причины, просто хотел узнать, всё ли с ней в порядке.       Девушка стянула губы в узкую полоску, но улыбка всё равно оказалась сильнее. Сумико бросила взгляд на своё отражение в зеркале и ужаснулась, забывая обо всём хорошем: растрёпанные волосы, потресканные губы, бледная кожа, а домашняя одежда выглядела слишком неопрятно и растянуто.       Какой ужас. Встретить Мегуми в таком виде было полнейшим провалом. Сумико, конечно, не собиралась с ним флиртовать и даже ни на что не надеялась, однако всё равно считала, что стоило одеться приличнее.       Очень хотелось получить от него сообщение. Фушигуро обещал написать, когда вернётся домой, а ещё сказал, что хочет позвонить и узнать, как Сумико себя будет чувствовать.       Услышать такое было очень приятно. Особенно голосом Мегуми, который всегда вёл себя сдержанно и скромно. На его лице редко появлялись какие-то эмоции, но он и без них казался хорошим. Пусть не улыбался, зато делал хорошие поступки. Не мог сам решиться на обычные дружеские объятия, но никогда не отталкивал Сумико, которой требовалась тактильность.       Девушка не понимала, каким образом, столкнувшись с Фушигуро пару раз, она так к нему привязалась. Сначала проводил до дома, потом пустил к себе, когда Сумико прибежала напуганная, а теперь пришёл, чтобы проверить, всё ли с ней хорошо.       Они друг другу обычные случайные знакомые, вот только Сумико думала теперь только о Мегуми. О его хриплом мужском голосе, о его чёрных, растрёпанных волосах и длинных пальцах, которыми он обычно держал сигарету.       Если бы можно было, Сумико хотела бы посмотреть на него подольше, однако взгляды смущали Мегуми, а девушка не хотела надоедать ему своим излишним вниманием.       Они разные. Она — улыбчивая и тактильная, несущая свет в чужие сердца и требующая частых объятий. Он — холодный ветер, который не привык показывать свои чувства и эмоции. Дотрагиваться до него каждый раз было страшно — вдруг, заморозит. Сумико не любила навязываться, но уже дважды оказывалась перед Мегуми уязвимой и ранимой, требующей внимания. Он пытался обнимать её в ответ, но хотел ли этого?       Девушка лежала на кровати. Она уже выпила таблетки, чтобы поскорее привести себя в форму и вернуться на работу, но заснуть не могла. На ум лез только Мегуми и самый главный вопрос этого вечера: написал ли он ей сообщение, когда дошёл до дома?       Фушигуро знал, что у Сумико забрали телефон, но всё равно обещал сообщить, что с ним всё в порядке.       Из-за этого напряжения девушка уснуть точно не сможет. Она спустила ноги с кровати, обула тапочки и последовала на кухню. Ей уже надоел этот детский сад с недоразвитыми выходками родителей, которые думали, что имеют право забирать телефон.       Поставив стул возле кухонных шкафов, Сумико залезла на него ногами и поднялась к верхним полкам, которые располагались почти под потолком. Сунула руку и стала обыскивать пустые кастрюли. Стараясь не греметь, Сумико делала всё осторожно, но уверенно. В этой квартире она прожила всю свою жизнь и знала здесь каждый угол. Вряд ли она не сможет найти, куда спрятали её телефон.       В комнате родителей было тихо — видимо, уже легли спать. Это хороший знак, ведь тогда меньше вероятность, что кто-то из них выйдет из комнаты и заметит Сумико, ищущую телефон.       Девушка нашла его на верхней полке углового шкафа и с довольной улыбкой спустилась со стула. Включив, сразу увидела кучу пропущенных звонков и сообщений, а ещё оповещение от системы, что зарядки осталось всего пять процентов.       Сумико вернулась в комнату и взяла с комода зарядку. Розетка была возле кровати, поэтому девушка устроилась на постели и стала проверять новости. Все оповещения о звонках с работы удалила, а сообщения от начальника проигнорировала. Заметила пропущенный от Мегуми, а потом обещанное СМС полученное почти два часа назад:       «Я дома».       Девушка улыбнулась. Ей стало спокойнее.       «А я забрала свой телефон», — отправила в ответ Сумико.       Она с интересом смотрела в экран телефона, не закрывая переписку с Мегуми. Ей было интересно, заметит ли он СМС или, быть может, Фушигуро уже спал после тяжелого дня.       Через три минуты Мегуми появился в сети и сразу прочитал сообщение, однако в ответ ничего не написал. Сумико продолжала смотреть в экран, выжидая, когда возле имени парня появятся точки, сигнализирующие, что Фушигуро печатает ответ, но ничего не происходило.       — Проигнорировал? — обиженно прошептала Сумико.       Она ожидала хоть какого-то ответа. Мегуми ведь сам просил сообщить, когда телефон будет у неё.       Тыкнув на кнопку домашней страницы, Сумико вышла из чата и в ту же секунду на экране высветился звонок от Мегуми. Всю обиду как рукой сняло. Девушка сразу нажала на зелёную кнопку и с головой укрылась одеялом, чтобы заглушить свой голос от родителей в соседней комнате.       — Как тебе удалось отвоевать телефон? — такой спокойный и хриплый голос, но такой тихий, словно Фушигуро тоже мог кто-то услышать.       — Я обыскала кухню, — прошептала Сумико. — Надоели уже эти тупые правила.       Мегуми промолчал, а девушка услышала тихое шипение и догадалась, что он затянулся сигаретным дымом, слушая её голос.       — Куришь? — с улыбкой решила угадать Сумико.       — Нельзя? — вполне серьёзно спросил Мегуми.       Будто в этот момент девушка могла чувствовать этот неприятный запах и отравить свои лёгкие.       — Можно, — отозвалась Сумико. — Ты сегодня выглядел расстроенным.       — Переживал, — объяснил Фушигуро.       — За меня? — вырвалось у девушки.       Последовало молчание. Мегуми не умел откровенничать, а Сумико почувствовала себя странно, будто влезла в чужой дом без приглашения.       — Прости, ты можешь не отвечать, — проговорила она, чувствуя стыд.       — За тебя, — низким голосом ответил на вопрос Мегуми.       Каким бы он ни был скрытным и сдержанным — Фушигуро всё равно не врал и говорил правду.       — Мне неловко, что пришлось тебя тревожить, — прошептала Сумико.       — Твоей вины тут нет.       Девушка улыбнулась. Ей стало казаться, будто она видит Мегуми перед собой.       — Как ты себя чувствуешь? — прервал тишину Фушигуро.       — Лучше.       — Чем лечишься?       — У меня были таблетки от температуры, мама ещё дала сироп от кашля. Он такой противный, но зато помогает. Уже почти нет мокроты.       — Тебе нужно ещё что-то? — это был намёк, что Мегуми приедет, если понадобится помощь.       Сумико прикрыла глаза. Ей было тепло от голоса Фушигуро. Хотелось завернуться в одеяло и уснуть, а не отвечать на его глупые вопросы.       — Мегуми, — позвала она.       — М-м?       — Ты забыл свою куртку.       Парень подумал недолго, после чего ответил:       — Вероятно.       — Я её верну, — обнадёжила девушка. — Не переживай.       — Можешь себе оставить, — отозвался Мегуми.       — Нет уж, отдам.       В телефоне снова неловкое молчание. Говорить хотелось о многом, но Сумико не хотела надоесть. Она была бы благодарна, если бы Мегуми продолжил разговор сам, а он словно почувствовал это:       — Дома спокойно? — вдруг спросил всё так же спокойно.       — В каком смысле? — Сумико растерялась, не совсем понимая вопрос.       — Твой папа не был доволен моим приходом.       — Он всегда чем-то недоволен, — отмахнулась девушка. — Не обращай внимания.       — Мозг тебе не выносил?              Так вот к чему был этот вопрос. Мегуми не обижался на отца Сумико за недружелюбный приём. Он волновался, что мужчина начнёт вываливать свою агрессию на ни в чём невинную девушку.       — Не выносил, — отозвалась Сумико. — Я его сама кому хочешь вынесу.       На другом конце провода раздалась тихая усмешка, и сердце девушки заколотилось чаще. Неужели Мегуми посмеялся от её нелепой шутки?       Хоть Сумико не видела парня, её щёки покраснели от смущения. Приятно было осознавать, что Фушигуро оценил её попытку позабавиться. Он очень редко улыбался, а смеялся ещё реже. Сумико даже сомневалась, что хоть раз слышала его смех. Ей он лишь улыбался пару раз, и то максимально сдержанно и совсем недолго.       — Чем занимаются собачки? — на этот раз девушка сама нашла способ продолжить диалог.              — Затмение спит, а Луна сидит и смотрит на меня.       — А ты её покормить не забыл?       — Пятнадцать минут назад поела.       — Тогда погладь, — настояла Сумико.       В ответ от Мегуми молчание.       — Погладишь? — решила уточнить.       — Глажу, — краткий ответ от парня.       — Как ты решился завести сразу двух собак? — вдруг задумалась Сумико. — Мне родители даже котёнка запрещали купить.       — Я их не покупал, — не думая, ответил Мегуми. — Сугуру помнишь? Тот дурак, с которым я приходил в бар.       — Помню, — тихо посмеялась девушка.       — Его знакомый завёл собаку, а когда она родила, хотел избавиться от щенков. Луна и Затмение брат с сестрой, я их из соски кормил.       Внутри стало тепло и приятно от осознания, что Мегуми такой хороший и добрый человек. Внешне он таковым совсем не выглядел, но внутри был полностью другим.       — Это очень мило, — нежно произнесла Сумико, вгоняя парня в ступор. — Им повезло с хозяином.       Мегуми молчал, будто не в силах принять комплимент. Он не знал, как реагировать на похвалу, и поэтому волнительно обдумывал всё, что может ответить.       — Спасибо, что пришёл сегодня, — Сумико решила избавить парня от лишних раздумий. — Я не ожидала тебя увидеть.       — Выздоравливай, — отозвался Фушигуро. — Напиши мне, если что-то понадобится.       — И если придётся выйти на ночную смену? — улыбнулась девушка.       Ей было сложно сдерживать радость, разговаривая с парнем по телефону.       — В этом случае обязательно, — ответил Мегуми. — Спокойной ночи.       — Сладких снов.       Сумико убрала от уха телефон и вынырнула из-под одеяла. На её губах снова образовалась улыбка, которую она попыталась скрыть рукой.       Никогда ещё девушке не было так приятно общаться с кем-то.