Глава 3

Песня, текст которой использован в главе — Lana Del Rey — Summertime Sadness (sxade synthwave remix). Ремикс сделан в стилистике восьмидесятых, для вайба всем рекомендую. P.S. Сама удивилась что такой существует. Атмосфера в клубе "Эйфория" поражала своей стабильностью. По воспоминаниям Сары, с прошлого года тут буквально ничего не изменилось, и по слухам обстановка в клубе оставалась неизменной много лет. Зал, стены которого были обложены черной обсидиановой плиткой, освещался неоново-красным светом под потолком и у бара. Сама барная стойка выглядела как приманка для студентов гуманитарного университета, которые и являлись его целевой аудиторией. Стена за ней была обложена мозаикой с изображением греко-римских мифологических героев: там был и триумф Диониса, и похищение Европы, и Алектрона, изливающая элексир осознания. В общем, мечта первокурсника. — С чего начнём? — Лекса держала Сару за руку и вела их обеих в сторону бара. Зал был полон, ведь завтра пар не планировалось. В субботу кто-то мог отправиться на отработку, но в самом начале года никто из студентов ещё не успел накопить такое количество долгов или пропусков, чтобы их заставили перекрывать. — С чего-то лёгкого, им же и продолжим. Тебе нужно быть в сознании, когда я буду рассказывать тебе о своих детских фантазиях через несколько часов, а мне завтра на работу. Эбигейл не простит меня, если я буду дышать перегаром на детей, выдавая им книги. Сара слегка озиралась по сторонам, когда они добрались до барных стульев. Хотелось бы верить, что Джарет, если это он, не станет пить в компании своих студентов, но на фоне переживаний в неё уже начинала развиваться паранойя, и она ожидала его появления из любого тёмного угла. — Два лавандовых джин-сауэра, пожалуйста, — Лекса обратилась к бармену с задорной улыбкой, и он ответил ей такой же, слегка кивнув. — Хороший выбор, чтобы проводить лето, и жаркое солнце, заходящее за горизонт, пока ты сидишь на веранде с книгой и лимонадом, надеясь растянуть эти лёгкие дни без учёбы, — сказала Сара, пригубив принесённый барменом коктейль. — А ты умеешь нагнать тоску. Такие рассуждения должны быть противозаконными до момента, пока ты не опрокинешь в себя четыре отвертки подряд. Может, тебе написать книгу со своими мыслями в формате личного дневника? Назовёшь её "Моя летняя тоска под закатным солнцем", — с иронией сказала Лекса. Её подруга в это время уже выпила половину бокала с коктейлем, слегка сморщившись. Эта реплика могла бы показаться оскорбительной, но только не в их дружбе. Сара знала — Лекса реагирует так только, чтобы слегка её растормошить, ведь было заметно, что она чем-то встревожена. — Симпатичный бармен, тебе так не кажется? — произнесла подруга, указав Саре глазами в направлении бармена. — Тоже новенький. В прошлом году за баром была девушка, уже не помню, как её звали. — Да, миловидный, — ответила Сара, хотя под её условный типаж он совсем не подходил: слегка подкаченный, смуглый и с пронзительно темными глазами. Она знала, что Лексе такие нравились. Кажется, что-то всё-таки изменилось здесь с прошлого года, не в обстановке, а в персонале. Подумав об этом, Сара вспомнила, что и охранника на входе она тоже раньше не видела. А ещё музыка, она была удивительно знакомой. Девушка за время поглощения коктейля узнала несколько треков из своего плейлиста, тех, которые подходили под параметры клубной музыки, но всё-таки отличались от того, что играло здесь в прошлом году. Теперь она не так била по ушам и позволяла расслышать не только собственные мысли. — Давай по второму коктейлю и пойдём на танцпол, немного растрясём свои старческие косточки. — Сара решила, что такая музыка нравится ей даже больше. Её тянуло влиться в толпу в центре зала, хотя она никогда не была любительницей танцев. — Ээээй, мои кости ещё целы, даже песок не сыпется. Но "старческие косточки", серьёзно? Твои пропахшие нафталином посетители в библиотеке плохо на тебя влияют, — со смехом в голосе сказала Лекса. — Не оскорбляй моих любимых старушек — они прожили жизнь и успели накопить за неё денег на «Шанель», — так же, со смехом, ответила Сара и махнула рукой бармену, заказав ещё два коктейля. Как только подруги ступили на танцпол, начал играть новый трек, ремикс на одну из популярных несколько лет назад песен.

Крепко поцелуй меня, перед тем как уйти

Летняя грусть...

Детка, я лишь только хотела,

Чтобы ты знала, что ты лучшая.

Они плавно двигались в толпе, не отпуская рук друг друга. Лекса шла спиной вперед, слегка раскачиваясь в танце, и тянула подругу к центру, улыбаясь и заглядывая ей в глаза.

Сегодня вечером на мне красное платье,

И я танцую в темноте в этом бледном лунном свете.

Прическа в духе настоящей королевы красоты,

Сняла каблуки — и чувствую себя живой!

В голове у Сары промелькнула мысль о том, что её белое платье в свете красных ламп выглядит таким же красным, как и они. Добравшись почти до середины зала, Лекса отпустила руки подруги и начала плавно двигаться в темпе толпы. Сара, будучи не очень искушенной в таком ритме танца, решила повторять движения за ней.

О, Господи, я чувствую это в воздухе!

Телефонные провода гудят, как натянутые струны.

Милый, я вся горю и чувствую это повсюду.

Ничто больше не пугает меня.

Прикрыв глаза, Сара почувствовала, как все её переживания и волнения уходят на второй план. Всё, что было за пределами этого танцпола, стало казаться ей таким мелким и незначительным. Все страхи ушли. В ушах слегка гудело, но это не вызывало дискомфорта, скорее наоборот, она будто плыла сквозь эту музыку и эту толпу. Её тело пронзало ощущение бесконечности собственной энергии — оно стало плавным и пластичным, и двигалось будто само по себе.

Крепко поцелуй меня, перед тем как уйти.

Летняя грусть...

Детка, я лишь только хотела,

Чтобы ты знала, что ты лучшая.

Чувствую это летнюю, летнюю грусть,

Эту летнюю, летнюю грусть,

Это летнюю, летнюю грусть,

О, о, о.

Она двигалась, не осознавая направления, и даже не думая о том, что потеряет Лексу в толпе. Плавно передвигаясь по залу, Сара почувствовала дыхание за спиной — кто-то положил руки ей на талию и начал двигаться вместе с ней. Несмотря на то, что на танцполе было множество людей, и воздух был очень спертым, она почувствовала приятный аромат от человека за её спиной. Незнакомец источал запах древесины и каких-то пряностей, что-то сладковато-горькое. И этот запах, как будто ещё сильнее, погружал Сару в чарующий транс танца.

Думаю я буду скучать по тебе вечно,

Как звезды скучают по солнцу в утренних небесах.

Поздно — лучше, чем никогда.

Даже если ты уйдёшь, я все равно буду гнать, гнать, гнать.

Человек за спиной Сары продолжал двигаться вместе с ней сквозь людскую массу, удерживая руки на её теле. Она чувствовала, как незнакомец поглаживает кожу пальцами сквозь лёгкую ткань платья, но даже эти практически невинные прикосновения наэлектризовывали её тело. Сара слегка откинула голову назад, коснувшись затылком груди неизвестного мужчины, прижимавшегося к ней всё сильнее, и открыла глаза. Несмотря на обилие красных ламп, освещавших большую часть зала, лицо человека за спиной всё ещё оставалось в тени.

Крепко поцелуй меня, перед тем как уйти.

Летняя грусть...

Детка, я лишь только хотела,

Чтобы ты знала, что ты лучшая.

Чувствую это летнюю, летнюю грусть,

Эту летнюю, летнюю грусть,

Это летнюю, летнюю грусть.

О, о, о.

Звуки музыки внезапно оборвались, и вместе с ними исчезло это удушающе-умиротворяющее забытье, которое ощущала Сара. Человек, который танцевал с ней последние пару минут, отпустил её, отошёл на два шага, оставаясь в тени, и развернулся, чтобы уйти. Сара почувствовала, что хочет остановить его прямо сейчас. Она не могла понять, что именно произошло и чего именно хочет от незнакомца — объяснений? Растерянная девушка двинулась следом за ним, видела его впереди, но люди на танцполе уже начали танцевать под новую песню, и как бы она ни пыталась протиснуться сквозь толпу — незнакомец всё равно оказался быстрее и исчез. Сара осознала, что не видит рядом Лексу, и вернулась обратно на танцпол, надеясь найти подругу там. И нашла её — девушка не выглядела обеспокоенной или испуганной эффектом танца, как Сара. Она с улыбкой продолжала двигаться под другую песню, а увидев подругу, схватила её за руку и притянула ближе к себе. Но когда Уилльямс оказалась рядом, улыбка медленно сползла с её лица. — Всё в порядке? — спросила Лекса, остановившись. — Думаю, мне нужно на воздух. Я странно себя чувствую, — ответила Сара. Её действительно мутило от произошедшего, тело казалось ватным, и она никак не могла отогнать от себя мысль, что человеком за её спиной вполне мог быть Джарет. — Хорошо, пойдём, я выведу нас на улицу, — сказав это, Лекса взяла подругу под руку и вывела их обеих с танцпола, к выходу из клуба.

***

Выйдя на улицу, подруги отправились домой пешком. Саре нужно было проветрить голову и объяснить Лексе, что произошло в клубе. Она рассказала ей о том, что испытала на танцполе, и о странном человеке, присоединившемся к ней во время танца, но не рассказала о своих подозрениях относительно его личности. Всё-таки Лекса ещё не знала об истории с лабиринтом, а вывалить всё это прямо по дороге домой Сара не могла. Она решила рассказать всё, не упуская деталей, как только они вернутся в свою комнату в общежитии. Ну, а пока они шли, Лекса успела выдвинуть несколько предположений о том, почему Сара впала в этот своеобразный транс. — Я не думаю, что бармен рискнул бы подмешать что-то посетительницам. Может, пока мы отворачивались, кто-то из сидящих рядом подсыпал что-то в твой стакан? — задумчиво произнесла Лекса, стараясь вспомнить, кто сидел рядом с Сарой у бара. — Может быть, но мы ведь даже в туалет не отлучались. Не могу вспомнить точно, сидел ли рядом со мной кто-то, пока мы делали заказ. По венам Сары расплывалась тревожность. Теперь она не могла перестать думать о том, что пока они с Лексой шутили и рассуждали о посетительницах на её работе, Джарет мог сидеть по правую руку от неё и слушать, поджидая момент, чтобы подмешать ей какую-то отраву. — Да, я тоже. Признаюсь, мне было тяжело оторвать взгляд от бармена, так что внимания на наших соседей я не обратила. А может, и не было никакой наркоты в напитке, может, это просто стресс на тебя так повлиял… Дефицит кислорода на танцполе и нервы из-за начала учёбы? — Лекса, заметив, как напряглась подруга после размышлений о подмешанных наркотиках, постаралась выставить произошедшее в менее пугающем свете, — тебе же стало лучше, как только мы вышли из клуба, так? Может, мы просто два запуганных параноика, ожидающих ужаса из каждого угла? — Наверное, или нет. Я не знаю, просто странный день. — Сара понимала, что пока в любом случае не сможет объяснить, почему считает произошедшее не просто влиянием кислородного голодания. И решила прервать рассуждения до момента, пока не расскажет свою историю Лексе целиком. — Так, значит, интрижка на этот год — симпатичный бармен? — Наверное, или нет. Я не знаю даже его имени, — с улыбкой ответила Лекса, переиначив реплику подруги. — Что ж, надеюсь, у вас всё впереди. Всё-таки риск нарваться на отравителя никак не должен влиять на наш отдых от рабочих будней. — Она постаралась сделать более беззаботный вид. — А ещё я надеюсь, что зарплаты бармена хватает хотя бы на съёмную комнату, и мне больше не придётся отправляться на принудительные прогулки для гармонии в ваших отношениях. — У него такой уверенный вид, наверняка он тайный миллионер, а в баре работает просто для души, — с иронией ответила Лекса. — В любом случае, в этом году я предлагаю ввести строгое правило: уединяться в комнате с парнями на срок не более двух часов. — Ого, у тебя есть парень, о котором я не знаю? Ты прячешь его под кроватью, признавайся? — Лекса закинула руку на шею Сары и продолжила идти так, с улыбкой на лице. — И, кстати, даже в тюрьме короткое свидание длится дольше, целых три часа. — Ладно, пусть будет два с половиной. И не минутой больше, — рассмеявшись, Сара попробовала отбежать от Лексы, но та не планировала отпускать её шею. — Ого, да вы меня балуете, ваше величество! — От такого обращения у Сары снова побежали мурашки по телу, и перед глазами всплыло лицо Джарета. — Надеюсь, бармена хватит больше чем на два с половиной часа, но всё равно спасибо. — И кстати, я не теряю надежды всё-таки встретить свою настоящую любовь, так что на меня правило тоже распространяется. — О да, наверняка он ждёт тебя стоя у полки с науч-попом, — сказала Лекса, отпуская подругу, они уже подходили к общежитию. — Кстати, во сколько тебе завтра на работу? Ещё не поздно, так что я надеюсь, ты успеешь рассказать мне свою сумасшедшую историю и объяснишь мне свой триггер на симпатичного философа. — Эм, так, завтра у меня утренняя смена, так что я встаю в восемь. Надеюсь, после декларирования этой сказки у нас не будет кошмаров, и я успею выспаться, — Сара открыла входную дверь, — и пока мы поднимаемся по лестнице, постарайся морально подготовиться, потому что то, что я тебе расскажу, и правда звучит безумно. Раньше я ни с кем этим не делилась. — Ладно, Луна Лавгуд. Пойдём, расскажешь мне о своих мозгошмыгах, — сказав это, Лекса начала подниматься по лестнице вслед за Сарой, в их комнату на шестом этаже.