Часть 41

14 февраля 1929 года, Чикаго. Дилан жалась к каменной шершавой стене, прячась в тени. Тёплую куртку пришлось выбросить, девушка сразу поняла, что для этого места такая одежда не подойдёт. И теперь она не только пряталась от лишних взглядов, но и дрожала от холода. Мысли в её голове бежали вперёд так быстро, что она и сама не успевала за ними уследить. Дилан сразу поняла, что находится не на "своём" месте. А заметив на одной из улиц мужчин в шляпах и длинных пальто, осознала, что находится очень далеко от Ороно, точнее, очень давно. Конечно, она слышала от Картрайта о путешествиях во времени, этот говнюк просто не умел держать язык за зубами, да и с мечтами футуристов была знакома. И как только смогла осмотреться, предположила, что находится в крупном городе, точно до Второй мировой войны. Точнее узнать помогла бы, например, газета, но как назло, в той подворотне, где она застряла, не было ни одной. А ещё нужно было что-то придумать с одеждой, ей было жутко холодно, не смотря на отсутствие снега. Она находилась здесь уже пару часов, в тени огромных кирпичных зданий. Повезло, что пока никто не заметил, но предпринять что-то было нужно. Сначала она надеялась, что кто-то придёт к ней на помощь, но по истечении двух часов поняла, что роль дамы в беде ей не подходит. Ночь была уже близко, и Дилан аккуратно присматривалась к магазину женской одежды на противоположной улице. Воровать, конечно, не хорошо, но обстоятельства вынуждали её прихватить пальто по ту сторону стеклянной витрины, а дальше... Что будет после, она так и не решила, возможно, спрячется в другой подворотне, подальше отсюда, и дождётся утра, а там как пойдёт. Прождав в темноте ещё час, Дилан убедилась, что по близости нет свидетелей, улица была тихой, не центральной. Кажется, тут не было ни одного увеселительного заведения, и это ей на пользу. Бесшумно перебежав улицу, девушка добралась до магазина, внутри было темно, продавец уже давно ушла, заперев за собой дверь. Дилан оставалось только придумать способ попасть внутрь. Сначала она думала просто разбить стекло и, прихватив одежду, сбежать, но теперь решила, что для ночлега на одну ночь это место тоже может подойти, главное убраться отсюда до возвращения сотрудника. Она походила вокруг двухэтажного здания, слева оно соседствовало с другим таким же, кажется, там был гараж для машин. Дилан страшно повезло, что именно с этой стороны оказалось небольшое окно. А когда она осознала, что оно ещё и не заперто, уверилась в своей безоговорочной удаче. Благодаря стройной фигуре она смогла без проблем проникнуть внутрь. В магазине было темно и тихо, только муха жужжала где-то под потолком. Она тут же накинула на себя тёплое голубое пальто и натянула первые попавшиеся перчатки, руки сильно окоченели после часов, проведённых на холоде. Немного покопавшись под прилавком, Дилан нашла пачку печенья и, мысленно извинившись перед их владельцем, без промедления их съела. Под тем же прилавком нашлась пачка странных плотно сбитых сигарет и спички. Посчитав, что курить их прямо в магазине будет перебором, девушка вернулась к окну. Теперь холод по ту сторону не казался ей таким кусачим, да и удовлетворив базовые потребности, она смогла собрать мысли в кучу. И теперь ей нужно было подумать. Очевидно, она оказалась в прошлом, точнее в 1929 году, как она узнала из газеты, лежавшей на прилавке. Прямо на дне Святого Валентина — как романтично. В городе Чикаго, полном криминала и разбоя, да уж, со стороны продавца оставлять окно незапертым — большое упущение. Ещё из очевидного — она не знает, как вернуться обратно в своё время, точнее в то, что стало её временем после побега из царства утопленников. В ту секунду, когда она чиркнула спичкой об коробок, в здании напротив раздался громкий треск. Оглушительный и долгий. Дилан посмотрела несколько боевиков, которые шли по телевизору в "том" времени, и сразу поняла, что это стрельба. А стрельба точно привлечёт сюда полицию, даже несмотря на ложную тишину улицы — люди в домах напротив наверняка были и наверняка слышали то же, что и она. Быстро потушив спичку, Дилан прихватила лежавшие поблизости тёплые колготки и откопала сапоги без каблуков, а после ретировалась из окна так же тихо, как раньше попала внутрь. Она спокойно вышла на улицу, теперь её грело не только пальто, но и мысль, что выглядит она не так подозрительно. Поэтому она старалась не спешить, просто делала шаг за шагом дальше по улице. — Эй, постой, — за спиной раздался оклик, мужской голос приближался, — сейчас я посажу тебя в полицейскую машину, а ты веди себя так, будто и правда что-то натворила. Будешь держать язык за зубами, и мы хорошо отплатим за это алиби, можешь не сомневаться. Перед Диланом возник молодой парень в полицейской форме. Он выглядел встревоженно, но очень самоуверенно, доставая наручники. Лицо было симпатичным, острым и аккуратным, только нос крупноват. А девушка вообще не понимала, что происходит, поэтому позволила ему завести руки за спину. — Какого чёрта! — неожиданно крикнула она, осознав, что теперь скована с липовым полицейским наручниками. — Отлично отыгрываешь, продолжай так же, зеваки в окнах должны поверить, — сказал парень, подталкивая её к машине. — Кто ты, чёрт возьми, такой? — возмущённо спросила Дилан. — Я Фрэнк, Фрэнк Бёрк, — ответил парень. Он произнёс своё имя так напыщенно и возвышенно, будто оно должно было что-то значить. Возможно, и значило, но Дилан была оторвана от местных реалий, и имя ей ничего не дало. — Я ничего плохого не сделала, и я вообще не понимаю, что здесь происходит, — злобно прошипела блондинка, пытаясь обернуться. — Ты да, а я вот кое-что натворил, расскажу подробности, если захочешь знать, а пока пригни голову. На мгновение девушка потеряла запал, ведь вообще-то она кое-что натворила, вломилась в магазин. Но наручники на ней определённо не по этой причине. Стрельба, липовый коп, путешествие во времени — всё это начинало сводить девушку с ума. А ведь она так и не выкурила сигарету, и украденные сапоги оказались ей маловаты, ноги уже начинали болеть. — Ну а тебя как зовут? — спросил он, уже затолкав её на сиденье и сев за руль. Руки Дилан теперь были прикованы к дверной ручке, а она и не заметила как этот парень их расстегнул и переместил. Девушка ответила ему многозначительным молчанием и взглядом, прожигающим спину. Фрэнк завёл машину и, не дождавшись ответа, продолжил: — Раз болтать ты не намерена, буду звать тебя моим белокурым алиби, — и обернулся к ней с ослепительной улыбкой, не глядя при этом на дорогу. — Зови хоть Девой Марией, только расстегни наручники, хочу выкурить сигарету до того, как мы врежемся в столб. 30 декабря 13:25 Ороно — Очень полезная находка, тут и слюна есть, — сказала Рослин, рассматривая лежавший на руке остаток сигареты. — Значит, начнём с Дилан? Раз ничего иного никто из девочек не оставил, — спросила Сара, расхаживая из стороны в сторону. Когда Рослин сказала, что ей нужны личные вещи пропавших, возникла проблема: все их личные вещи отправились путешествовать по времени вместе с ними, а чтобы добыть какие-нибудь другие — придётся притягивать их с помощью магии, но Джарет был истощён путешествиями, а дома девочек находились слишком далеко. Чтобы добраться ближе, понадобится время, а его терять не хотелось. Благо Сара вспомнила, что Дилан курила, когда они уже были здесь, и где-то должен был лежать окурок. Джарет смог быстро обнаружить его благодаря магии, и теперь все они ждали решения эльфийки и её магии, которая переместит их к искомой особе. В глубине души Саре хотелось бы сосредоточиться на Норе и Суонн, они были меньше связаны с миром магии, и для них перемещение во времени — это больший стресс, чем для Дилан, но других вариантов у них не было. — Хммм, — произнесла красноглазая племянница королевы задумчиво. Её руки засветились ярким белым светом, а потом потухли. — В условиях нашего договора не было сказано, что придётся искать мертвеца.

***

— Нам просто невероятно везёт, — удручённо пробурчала Сара. Они вновь пробирались по сугробам втроём, правда, вместо королевы Ивэй с ними была другая эльфийка, но сути дела это не меняло. Теперь они двигались в обратную сторону, в город, им нужны были личные вещи Суонн и Норы, чтобы их найти. Поиски Дилан было решено отложить, потому что они явно будут сложнее. Рослин объяснила им, что, несмотря на то, что энергетический след у Дилан был, она всё равно оставалась мертвецом. И отправиться по её пути просто так не получится, сейчас племянница королевы пыталась придумать способ это провернуть. Джарет занимался тем же. — Будь вы оба смертными, я бы решила, что вы разгневали какого-то фейри, — меланхолично ответила Рослин. Она широко шагала по мягкому снегу, подкидывая его выше носком обуви. Хотя ноги у неё были короче, чем у всех присутствующих, так что “широко” — понятие относительное. — Я будто сам себя разгневал, надеюсь, хоть параличом себя не награжу, — сказал Джарет, с прищуром глядя под ноги. — А может, ты наткнулся на бхуто, опустошающего? Сара даже вздрогнула от этого обращения, давно она его не слышала, а про существо, упомянутое эльфийкой, не слышала ни разу. — Бхуто? — уточнила она у обоих. Губы Джарета на мгновение изогнулись в улыбке, будто он вспомнил давнюю историю. Потом он пришёл в себя и, сжав руку Сары в своей, притянул ту ближе. — Это такой дух из Индии, очень злобный, подлый и вымирающий. Давно я их не встречал, — тихо прошептал фейри на ухо возлюбленной, будто намеренно исключая из разговора эльфийку. — И что, они насылают неудачи? — так же тихо уточнила Сара. — О да, но в основном на смертных. Других из нашего мира они не трогают, слишком слабые, да и их начальство этого не одобряет. Обитают на кладбищах, едят гниющие трупы. А ещё могут превращаться в свиней и… — Джарет ненадолго замолчал и быстро глянул на Рослин, а потом наклонился ещё ближе к Саре и продолжил, — и в карликов, как ни странно. Потом он замолчал, и они продолжили путь в тишине. Саре хотелось задать уточняющие вопросы, но и время, и место были будто бы не подходящими, и она отложила эту мысль на потом. Так они и добрались до заднего двора дома Суонн, он был ухоженным и тихим, на одном из дубов была подвешена автомобильная шина вместо качели. А у кухонной двери сидел пухлый чёрный кот с жёлтыми глазами, он внимательно рассматривал пришельцев, но, похоже, не посчитал их опасными и отвлёкся на вылизывание заснеженных лап. — Так, и как нам забраться внутрь? — спросила Сара, осматривая окна. Тихий хлопок справа заставил её подпрыгнуть на месте. Она ещё не успела повернуться, когда раздался второй такой же. Племянница королевы Ивэй стояла там с музыкальной кассетой в руках, Сара даже успела заметить остаточную вспышку от магии, которую использовала эльфийка. — Думаю, это подойдёт, — сказала красноглазая, оглядывая оказавшийся в руках предмет. Джарет в ответ надменно хмыкнул и вырвал из рук Рослин кассету. Ему пришлось нагнуться, чтобы это сделать, но как только он получил желаемое, поднял кассету повыше. — Давненько я таких не видел. — Я тоже, — вторила ему Сара. Кажется, у её матери, Линды, была коллекция таких кассет, но и эта коллекция покинула их с отцом вслед за матерью. — Почему схватила именно её? — спросил фейри, обращаясь к эльфийке. — Часто таскала в руках, много энергии и эмоций, удобно поймать след. — Очень конкретный ответ, забыла добавить “сэр” в конце, — язвительно произнес Джарет. Сара заметила, что он пытается что-то прочитать с бумажного стикера на кассете. — Кажется, у смертных это уважительное обращение, а значит, к тебе я так обращаться не буду, — очень отстранённо ответила эльфийка. Кажется, её вообще мало что интересовало, кроме окружавшего их снега, от него Рослин глаз не могла оторвать. — Хм, — Джарет хмыкнул, кивнув головой самому себе, а после вернул кассету эльфийке. — Что там? — спросила Сара, заметившая надпись на кассете. Было видно, что Джарет не очень хочет об этом говорить, но встретив строгий взгляд возлюбленной, он всё-таки ответил. — Там надпись, написанная рукой Кэт: “помни нас, помни меня”. Трагично звучит. — Мда, и лицемерно. Она ведь знала, что не сможет быть с ней в нормальном смысле. Не сможет прожить рядом нормальную жизнь, наверняка, когда дарила ей этот сборник, уже убила пару человек. — Рад, что теперь тебя её судьба не печалит. — Печалит, но не так сильно, как раньше. Мне жаль ту Кэт, которая была вынуждена терпеть Картрайта, ту, которая убила себя в надежде освободиться, но попала в очередную западню. Но тех людей, которых она убила, мне жаль сильнее. Эльфийка наблюдала за их диалогом, молча переводя взгляд с одного на другую, а потом взмахнула рукой. — Очень интересно, но я не могу проводить с вами целый день, погружаясь в нюансы этой истории. Нам пора. — Мы бы тоже хотели поскорее закончить, Рослин, вперёд. — сказал Джарет, откидывая длинные волосы за спину. — Точнее, назад, — задумчиво вставила Сара и, подняв глаза, встретила вопросительные взгляды, — ну… мы ведь в прошлое отправляемся, так что технически это назад, а не вперёд. Все на мгновение замерли, а Сара немного стушевалась. — Действительно, назад, Рослин, — сгладил неловкость мужчина. 29 марта 1989 года, Касл-Рок. Суонн очнулась от того, что ледяная капля воды стекла ей за шиворот. Она зажмурилась, пытаясь сосредоточиться. Было холодно, тело затекло и отказывалось двигаться нормально. Девушка вслепую пошарила вокруг и наткнулась на мокрую кору дерева, это её немного отрезвило. Открыв глаза, Суонн осмотрела место, где оказалась. Это была опушка леса, но не та, которую она помнила. Лес у поля, где находилась бездна, был менее густой и не такой мрачный, а ещё там лежал снег. Очнулась же она в окружении травы и веток, заливаемых дождем. Рядом не было ни души, и чернота в глубине леса заставила Суонн подскочить и зашататься от головокружения. Мутное холодное солнце скрывалось за облаками и тучами, где-то впереди было слышно шум машин и тяжелой техники. На этот звук девушка и отправилась. Спустя несколько десятков метров Суонн смогла идти прямо, не шатаясь, головокружение прошло, и она смогла нормально думать. Последнее, что помнила девушка — яркая пурпурная вспышка и задумчивое лицо Сары, подружки “детектива”. Она вспомнила Кэт, её прекрасные светлые волосы и яркие глаза. Их поцелуй. А теперь она находится неизвестно где, судя по всему, по вине своей возлюбленной. Конечно, Суонн знала, что первая любовь не всегда удачная, но чтобы настолько... А ведь влюбись она в какого-нибудь обычного человека — не оказалась бы на парковке перед прачечной “Блю Риббон”, судя по номеру газеты у входа — весной 1989 года. Знание хоть какой-то информации о её нынешнем положении уже делало ситуацию не такой плачевной. Теперь осталось придумать план возвращения обратно, как именно Суонн пока не представляла. Она решила, что будет разбираться с проблемами по мере их поступления. Сейчас ей было холодно, сыро и хотелось снять пуховик. А ещё хотелось пить и, возможно, есть. Оглядевшись вокруг, Суонн увидела, что рядом строят автостраду, шумно и с размахом. А около маленькой прачечной совсем ничего нет, кроме заброшек. Толкнув дверь, она наконец оказалась в тепле, звонкий колокольчик уведомил единственного сотрудника за стойкой о её присутствии, и мужчина лет сорока обернулся. — Добрый день, — произнес он с натянутой улыбкой. — Добрый, подскажите, можно ли у вас переждать дождь? Погода всё хуже, а идти мне ещё далеко. — Конечно, если вас не смутит шум этих громадин. Людей тут всю последнюю неделю совсем нет, — грустно произнес мужчина, — меня зовут мистер Доусон, хочешь чаю?