Часть 5

Теодор был с головой погружен в чтение учебника «Углубленная история заклинаний», в библиотеке почти не было учеников-все разошлись по гостиным факультетов.Свет был приглушен, слышен был лишь тихий, едва уловимый звук перелистывания страниц, за окном шел осенний проливной дождь.За интересным занятием время пролетает незаметно даже для Теодора Нотта, но насколько незаметно?Настолько, что можно погрузиться в сон и совсем забыть о свидании с девушкой, о которой думал весь день? Теодор медленно поднял голову от деревянного стола, с которого так и не ушёл накануне. Под пальцами — открытая книга, лицо отпечаталось на странице. Сон схватил его, как ловушка, неожиданно и нагло. Он моргнул. Потом снова. Внутри что-то сжалось. Время. Он обернулся, и взгляд упал на старые часы над входом в читальный зал. Стрелки были безжалостны: она уже ушла. Она уже ждала. Уже стояла там. Уже поняла, что он не придёт. Словно удар. В голове промелькнули обрывки: её улыбка, когда он нерешительно пригласил; лёгкий кивок с  «Я подумаю»; тот самый вечер — и он, решивший «немного почитать» до встречи, чтобы успокоиться. Он даже придумал, что скажет первым. А теперь… Он не сказал ничего. Пальцы сжались в кулаки. Сначала пришёл шок — тупой, тяжёлый. Потом стыд. Глухой, вязкий, почти липкий. Он сидел и дышал, будто воздух был на грани сдавления, как будто сам замок знал, что он подвёл. Что она подумала? Что он передумал? Что это был розыгрыш? Шутка? Насмешка? Тео поднялся, резким, неуклюжим движением. Книга со стола с глухим стуком упала на пол. Неважно. Он хотел бежать — туда, к лестнице, к ней, — но понимал: поздно. Она уже ушла. Уже сделала выводы. И неважно, как благородна правда — она ему не поверит. Не потому, что не способна простить. А потому, что он не дал ей шанса поверить. Он стоял среди теней библиотеки, бледный, с растрёпанными волосами, с глазами, в которых больше отчаяния, чем он когда-либо позволял себе чувствовать. Теодор Нотт, всегда собранный, осторожный, холодный — и совершенно беспомощный в этой тишине. Потому что он проспал. Потому что она ушла. Потому что в самый важный момент он оказался не там, где должен был быть. Нотт вбежал в коридор, почти потеряв равновесие на повороте. Но когда он добежал до башни и, запыхавшись, дёрнул за ручку двери  — там уже никого не было. Только пустота, звёзды и лёгкий ветер, колышущий чью-то позабытую ленточку, зацепившуюся за перила. Он сел на ступени. Лоб уткнулся в ладони. Он знал, что она не просто пришла. Она ждала. А он… не пришёл. Идиот. Проклятый, уставший, не умеющий обращаться с чувствами идиот. -Блять,-Выругался вслух парень,понимая, что уже ничего не исправить. Он не знал, увидит ли он снова тот взгляд — немного насмешливый, немного упрямый, взгляд, который, казалось, видит в Теодоре что-то большее, чем просто смазливого слизеринца. А теперь — может, и не увидит вовсе ——————————————————————— — Он не пришёл, — тихо сказала Диана, лёжа на спине и глядя в полог кровати. Голос был ровный, почти бесчувственный. Почти. Гермиона приподнялась на локтях в своей кровати напротив. — Тео? — Угу. Она замолчала. Где-то за окном завыло — ветер или филин, было трудно сказать. Ночь обнимала Хогвартс крепко, как тайна. — Я пришла на Астрономическую башню почти на двадцать минут раньше. Просто сидела, смотрела на небо, думала о нём… И ни одной минуты не сомневалась, что он придёт. Потому что это же был Тео. Он не говорит попусту. Он не тот, кто играет. Гермиона молчала, не перебивая. — Я глупо чувствовала, что это важно. Что это даже больше, чем прогулка с Седриком. — Диана усмехнулась, но в этом смехе звенела обида. — Представь: сначала ты идёшь с самым золотым мальчиком школы. А потом летишь, буквально летишь к башне, потому что ждёшь совсем другого. Того, кто не сияет. Но кто зажигает в тебе то, что другие не замечают. — А он не пришёл, — повторила Гермиона почти шёпотом. — Не пришёл, — кивнула Диана. — Ни совы. Ни оправдания. Ничего. Просто пустое место под звёздами. Она крепче обняла подушку, и долгое время в комнате стояла тишина. Только дыхание, тёплое и тяжёлое. — Думаешь, он забыл? — спросила Диана. — Или испугался? Или… может, просто передумал? Гермиона задумчиво посмотрела в потолок. — Я думаю, ты не та, кого можно забыть. И не та, к кому приходят по настроению. Ты — Джеймс, Ди. Ты вся из огня. С тобой нельзя быть наполовину. — А он оказался наполовину, — шепчет Диана, и в голосе появляется колкость. — Хотела почувствовать себя героиней сказки, а оказалась просто… запасным планом. — Или он просто совершил глупую ошибку, которую будет потом грызть всю жизнь, — осторожно говорит Гермиона. — Главное, чтобы ты не забыла, кто ты.  Диана слабо улыбнулась и вытерла ладонью скатившуюся слезу. -Мне кажется,-После недолгого молчания начала Гермиона,-Ты должна подождать его объяснений.Не извинений, а простого объяснения.С уважением.С осознанием и пониманием того, что потерял. Диана кивнула. — Утро покажет. А если он не придёт… — То он просто придурок. А ты найдёшь кого-то, кто не будет пренебрегать твоей ценностью. ——————————————————————— Хогвартс просыпался лениво: за окнами клубился лёгкий туман, совы сновали над большим залом, а старые часы пробили восьмой час. Диана шла по коридору с видом человека, у которого день расписан до последней минуты. Волосы собраны аккуратнее обычного, мантия идеально сидит, а в руках — учебник по трансфигурации, как будто это всё, что сейчас имеет значение. Она не видела его — слева, у колонны, с книгой в руках и непокоящим себя взглядом. Но он видел её. — Диана, — позвал Тео. Тихо. Почти шёпотом. Но для неё этот голос был знаком до боли. Она прошла мимо, как мимо сквозняка. Не замедлив шаг, не подняв глаз, не дрогнув. Он шагнул за ней. — Подожди. Пожалуйста. Тео догнал её, встал сбоку, почти преградил путь. В глазах — недосып, боль и неуверенность, которую он так умело прятал от всего мира. Кроме неё. — Я… — он запнулся. — Я не специально. Я заснул в библиотеке. Проснулся — ночь, пустая башня, ни тебя, ни звёзд. Только пустота. Я знаю, это звучит как жалкое оправдание… Диана остановилась. И подняла глаза. Тео почти обрадовался — вот она, она смотрит, она слушает. Но в её взгляде не было ни тепла, ни боли. Только лёд. — Ты проспал свидание, — сказала она тихо, внятно. — А я проспала к тебе доверие. И пошла дальше. Не бросив взгляда. Не оглянувшись. Тео остался стоять в коридоре, один, посреди торопящихся учеников.  — Ты её потерял, — сказал Драко спокойно, словно речь шла о шарфе, забытом в поезде. Тео вздрогнул, услышав голос друга, и медленно обернулся. Драко стоял чуть поодаль, прислонившись к стене. Рядом с ним — Блейз, лениво крутивший перо между пальцами, с видом кота, наблюдающего за уроненным блюдцем. — Видели, как Джеймс прошла мимо тебя, будто ты — призрак, — добавил Блейз, подняв бровь. — Я бы сказал, это было стильно. И больно. Но в основном стильно. — Отвали, — выдохнул Тео и наклонился за книгой. Поднял её медленно, будто вес у неё стал втрое больше. Драко подошёл ближе, глядя на него пристально. — Ты правда проспал? Или облажался по полной? — Проспал, — мрачно ответил Тео, не поднимая глаз. — В библиотеке. Заснул на книге, как придурок. Встал, когда она уже ушла. — И не подумал сову отправить? — Блейз прищурился. — Не каждый день гриффиндорка соглашается встречаться со слизеринцем, между прочим. Захотел украсть у гриффиндорки сердц… — Заткнись, — резко бросил Тео. Но голос дрогнул. Драко скрестил руки на груди. — Слушай, я не эксперт по звёздам и чувствам, но… ты будешь стоять тут, пока она тебя совсем не забудет? Или соберёшься и сделаешь что-то, чтобы это исправить? -Сам решу,-Смотря в пол, будто желая провалиться и больше никогда не появляться ответил Теодор. ——————————————————————— Неделя проходила скучно и однообразно:занятия, доклады с Гермионой, прогулки с Седриком, мимолетные разговоры с Драко-все было слишком однотипным и серым, будто что-то украло искру, или…кто-то? Джеймс задумчиво разглядывала переплеты старых потертых книг в библиотеке, размышляя о предстоящих докладах, одновременно отвечая Гермионе на короткие вопросы. -Та сама не своя, подруга,-Заметила Грейнджер. -Давай не будем об этом,-Отрезала Диана,-Пожалуйста. -Вы так и не поговорили?-С сожалением выдохнула та. -О чем?-Опустила взгляд девушка. Возле девушек как из-под земли выпрыгнул парень в мантии, шею которого обвивал желтый пуффендуйский шарф. -Не против, если я заберу тебя ненадолго?-Осторожно спросил тот. Прогулки с Седриком стали уже ежедневной рутиной, на них девушка могла хоть немного отпустить свои размышления, отвлечься и посмеяться-за это она неимоверно ценила пуффендуйца. С ним было… легко. Он был рыцарем без показного блеска, добрым, внимательным, чутким. Он никогда не давил, не спрашивал «ты в порядке?» — просто был. -Конечно нет,-Для тебя я всегда свободна,-С теплой улыбкой ответила девушка-и не соврала, ведь Седрика она считала действительно лучом средь пасмурного дня, который способен принести радость даже в самый серый мир. -Предлагаю провести остаток этого дня на озере,-Светился парень,-Что скажешь? -Без проблем, я как раз освободилась. * * Вода в озере была спокойной. Почти зеркальной. Солнечные блики, прошедшие сквозь вечерние облака, играли на поверхности, как рассыпанные монеты. Было тихо — только шелест листвы и хруст мелких камней под ногами. Диана сидела на плоском камне, обхватив колени руками. Седрик стоял чуть поодаль, наблюдая за ней — спокойно, с лёгкой улыбкой. Он ей нравился. Искренне. Он был тем, кого хочется выбирать головой. Тем, кого не страшно любить. — Ты будто прячешься от всего мира, — сказал он мягко. Она чуть повернулась к нему, уголки губ дрогнули. — Иногда мир слишком громкий. — А со мной? — С тобой… тише, — призналась она. — Как будто я снова умею дышать. Седрик подошёл ближе. Сел рядом. Взял её ладонь в свою. Его рука была тёплая. Уверенная. Спокойная. Диана не отдёрнулась. Но внутри — что-то напряглось. — Я всё думаю, — тихо сказал он. — Почему я раньше не смотрел на тебя так. Ты ведь всегда была рядом. Он наклонился чуть ближе. — А теперь… не могу не смотреть. Она знала, что сейчас будет. Медленно. Почти деликатно. Он приблизился, остановившись в шаге от её губ. И в этот момент — резко, инстинктивно — она отстранилась. Не резко. Не грубо. Просто… молча. Седрик застыл. — Прости, — сказал он сразу. — Я… не хотел торопить. Просто… — Нет, — перебила она. Голос был спокойный, но глаза не выдавали чувств. — Ты не сделал ничего плохого. Просто… я ещё не готова. Не для этого. Седрик кивнул. Понимающе. Без обиды. — Всё в порядке, Диана. Я подожду. Сколько нужно. Она улыбнулась. Но в этой улыбке было слишком много вины. Ты не должен ждать, — хотелось сказать. Потому что я… не для тебя. Я всё ещё думаю о нём. Даже сейчас. Даже когда рядом ты. Но она не сказала. Она просто смотрела на озеро. А в отражении воды ей показалось, будто где-то за спиной, у деревьев, мелькнула высокая тень в чёрной мантии. Тео стоял в тени. Он пришёл сюда сам, без цели. Без плана. Он просто знал, что она будет у озера — они часто ходили туда в последние дни. Он слышал обрывки разговоров, видел мельком. Догадался. Но увидеть своими глазами — это было другое. Он остановился у деревьев, там, где тропинка уходила в тень. И замер. Диана сидела на камне. Укутанная в шарф, ладони сжаты. Рядом Седрик. И он смотрел на неё так, как должен был смотреть Тео. Так, как он смотрел тогда, на башне. В ту ночь, которую проспал. Седрик наклонился. Медленно, осторожно. И Тео затаил дыхание. Вот и всё, — прошептало что-то внутри. Но она… отстранилась. И в этот миг Тео не знал, что чувствует. Облегчение? Шок? Он видел, как Седрик сразу отпрянул. Видел, как она что-то сказала. А потом — как она посмотрела в озеро. И он увидел своё отражение в воде. Неясное, как тень. Но узнаваемое. Он отпрянул вглубь деревьев, как будто обжёгся. Сердце колотилось, как будто кто-то наложил на него заклятие «Империус» и заставил почувствовать всё и сразу. Она не поцеловала его. Но она всё ещё с ним. И всё ещё не с тобой. Он выругался тихо и опёрся о дерево. Ногти врезались в ладони. Ты слишком долго молчал, Нотт. Она ждала — а ты прятался. Теперь — либо скажи всё. Либо отойди в сторону навсегда. * * Тео стоял посреди коридора, будто специально её ждал. Тот самый — высокий, бледный, с глазами, в которых снова была буря. Не тень. Не страх. А почти крик.Он ждал девушку после «свидания» с Диггори, на котором он понял, что еще не все кончено, она отстранилась, но что это значило?Что ее сердце занято кем-то…другим. Из-за угла показался знакомый силуэт-такой утонченный, беззащитный и гордый.Теодор понял-это его единственный шанс. — Диана. Она остановилась. — Чего ты хочешь, Тео? — её голос был сухим. Чужим. — Шанс. Один. Он подошёл ближе, но держал дистанцию. — Я не оправдываю себя. Я не прошу прощения, если ты не хочешь слышать. Но я всё это время… я собирал себя. Потому что испугался. Не встречи. А того, что ты важна. Слишком. А потом — испугался, что уже поздно. Он посмотрел на неё, почти в отчаянии: — И, может, уже и правда поздно. Но если ты хоть на минуту поверишь, что я… — Поздно, — отрезала Диана. Она прошла мимо него. Но он не сдвинулся. — Ты меня ненавидишь? — спросил он тихо. — Сильно? Она обернулась. Глаза — холодные, но в них дрожит то, чего она не может скрыть. — Признаться, Теодор, ждать тебя почти час было унизительно.Я настолько тебя ненавидела, что мне стало плевать.А это, Нотт, намного хуже ненависти. Запомни. * * Комната была тихой. Блейз сидел в кресле, развалившись с видом человека, которому абсолютно всё равно, что у кого на душе, — но только на первый взгляд. В руках у него была открытая книга, но глаза блуждали по комнате. Он сразу поднял их, когда Тео вошёл. Драко сидел у окна. Что-то писал, но перо остановилось сразу, как только скрипнула дверь. Теодор стоял в дверях несколько секунд. Молча. Плечи — опущенные. Взгляд — пустой. Он прошёл мимо, тяжело опустился в кресло и прикрыл глаза. Несколько секунд никто не говорил. — Она тебя отшила? — наконец спросил Блейз, без язвительности. Почти осторожно. — Она сказала, что ей плевать, — хрипло выдохнул Тео, даже не открывая глаз. Драко медленно положил перо на стол. — Она врёт. Тео усмехнулся. Горько. Безрадостно. — Нет. Не врёт. Я видел её лицо. Там ничего не осталось. Ни злости. Ни надежды. Только… пустота. Он сжал кулаки. — Я проспал всё. И теперь я ей больше не нужен. Не интересен. Я стал тем, на кого смотрят мимо. Просто один из. — А ты что хотел? — отозвался Блейз. — Что она бросится в объятия после недели молчания? После того, как ты даже не извинился как следует? — Я… пытался. — Тео провёл ладонью по лицу. — Я каждый день хотел подойти. Написать. Найти слова. Но, Блейз… у меня всё внутри сжалось. Я испугался. Что будет хуже, если скажу. Что разрушу всё. И теперь… — …теперь всё разрушено потому что ты молчал, — закончил за него Драко, устало. — Даже гриффиндорки устают ждать. — Особенно такие, как Диана Джеймс, — добавил Блейз. — Она не из тех, кто остаётся в подвешенном состоянии. Если ты не рядом — она учится жить без тебя. И делает это красиво, упрямо и гордо. Тео молчал. Только смотрел в огонь, будто там горело то, что он потерял. — Но она тебе все еще нравится, — тихо сказал Драко, глядя прямо на него. Тео кивнул. Один раз. Медленно. — До отвращения к себе. Блейз закрыл книгу. — Тогда делай хоть что-то. Или исчезни. Но не сиди тут, как призрак. Мы тебя живым помним, если что. Тео усмехнулся в угол губ. — Я что-то придумаю. Последний шанс. Или для неё… или хотя бы для себя. ____________________________________ Поздний вечер. Тихая комната Гриффиндора. За окнами темнело небо и огонь факелов на башнях. Диана Джеймс вошла в спальню, сбросила мантию на кровать и, не говоря ни слова, опустилась на край кровати, глядя в пол. Гермиона сидела с книгой в руках, но сразу отложила её, не задавая лишних вопросов. Она знала: Диана сейчас будет говорить сама. — Он хотел меня поцеловать, — тихо сказала Диана. Гермиона подняла брови. — Седрик? — У озера. Он был таким… бережным. Не давил. Просто… посмотрел, как будто ему этого действительно хотелось. И я почти позволила. — Но не позволила? Диана покачала головой. — Не смогла. Всё было правильно. И невыносимо неправильно одновременно. Она встала, прошлась по комнате, скинула ботинки и обняла себя за плечи, словно замёрзла. — Седрик добрый. Он рядом. Он всё делает правильно. Я почти начинаю верить, что хочу этого. Что так и должно быть. — Но? — мягко подтолкнула Гермиона. — Но он не Тео, — прошептала Диана, как признание в преступлении. Гермиона вздохнула. — Он снова с тобой разговаривал? Диана сжала губы. — Сегодня. В коридоре. Он стоял там, будто ждал. Говорил, что хочет шанс. Что всё осознал. Смотрел так, как будто я до сих пор для него — весь чёртов мир. Она замолчала. Потом посмотрела в глаза Гермионе — впервые. — А я сказала ему, что мне плевать. — Тебе не плевать, — сразу ответила Гермиона, просто, без осуждения. — Не плевать, — повторила Диана. — Я зла на него так, что хочется разбить ему нос. Я ненавижу, что он не пришёл. Что он молчал. Что он дал мне почувствовать себя… неважной. И, чёрт возьми, я ненавижу, что всё ещё хочу знать, что он чувствует. Она снова села на кровать. В глазах — слёзы, не упавшие только потому, что Джеймс никогда не плачет при свидетелях. — А знаешь, что хуже всего? — Что? — Что когда Седрик взял меня за руку, я думала не о нём. А о Тео. Всё время. Гермиона молча пересела ближе. Не обняла. Просто положила ладонь на её руку — как бы говоря: я рядом. Говори дальше, если хочешь. Или молчи. Я никуда не уйду. Диана глубоко вдохнула. — Я не знаю, чего хочу, Гермиона. Я запуталась. В себе, в них, в чувствах. Я даже не уверена, кто из них правильный. Но знаю, кто из них — мой хаос. Гермиона улыбнулась почти грустно. — Иногда хаос — это и есть любовь. Даже если он из Слизерина. Душевный разговор прервал стук в окно.Но это мог быть?Комната находится слишком высоко, ни один ученик не мог подняться настолько близко. Со скрипом открыв окно, Гермиона увидела черную, как смоль сову. Сова Малфоя. — Что за… — пробормотала она, уже подходя ближе. Открыла окно. Птица молча протянула лапу, в которой — плотный, аккуратный свёрток пергамента с гербом Малфоев: змея, обвивающая меч. — Ну уж точно не приглашение на чай, — буркнула она, разворачивая письмо Письмо: Грейнджер. Знаю, ты не в восторге от того, что я тебе пишу, но… есть причина. Диана. И Теодор. Этот идиот ходит по подземельям как привидение, пишет какие-то черновики, рвёт их и снова пишет. А Диана ходит с таким лицом, будто готова разнести половину замка, только потому, что ещё не разнесла. Они оба слишком упрямы. И слишком гордые. А значит — нужна третья сторона, чтобы столкнуть их лбами. Так вот. Завтра вечером. Астрономическая башня. Закат. Ты — приводишь Диану. Я — привожу Тео. Без сцен, без зрителей, без Седрика и Блейза. Только они. И небо. И все эти недосказанные «прости», «я ждал» и «я скучал», которые висят в воздухе, как несказанные заклинания. Если не придёшь — они продолжат молчать. А я, честно, устал на это смотреть.   — Малфой (да, тот самый) Гермиона перечитала письмо дважды. Потом вздохнула. — Даже он понимает, что они друг без друга — катастрофа, — пробормотала она, и её голос был почти с теплотой. Она отложила письмо. Сова уже улетела. А потом она подошла к кровати Дианы, наклонилась и сказала тихо, почти заговорщицки: — Завтра вечером мы с тобой кое-куда пойдём. Не спрашивай зачем. Просто поверь мне. И доверься… Малфою. Диана приподняла бровь. — Ты сейчас это сказала? Гермиона улыбнулась. — Мир не стоит на месте, Диана. Даже если ты любишь слизеринца. -Я не люб…Стоп.А откуда Драко.. -Без лишних вопросов,-Пропела подруга. * * Астрономическая башня была почти пуста. Только вечернее солнце, красное и низкое, золотило камень под ногами, а ветер срывал с плеч лёгкие ткани и мысли. Диана поднялась по винтовой лестнице, ворча себе под нос: — Гермиона, если ты притащила меня сюда ради какой-нибудь особой фазы Луны, я… Но она остановилась. Потому что он уже был там. Теодор стоял у парапета, спиной к ней. Руки — в карманах. Пальцы сжаты. Тень от капюшона скрывала его лицо, но она узнала его сразу. По осанке. По тишине, которая появилась в воздухе вместе с ним. Он обернулся, услышав её шаги. Молча. Взгляд — прямой, без защиты. Диана медленно подошла. На расстояние двух шагов. И остановилась. — Так это и была идея Малфоя, — сказал он сразу. Голос глухой, чуть хриплый от того, что он, кажется, не говорил весь день. — Но я знал, что ты сюда придёшь. Диана скрестила руки на груди. — Удивительно. Для человека, который ничего не говорит — ты прекрасно всё понимаешь. Тео кивнул. — Знаю. Я всё испортил. И если ты скажешь, что ненавидишь меня — я приму это. Он сделал шаг ближе. — Но я не уйду, пока ты не услышишь, почему я не пришёл тогда. Она молчала. Только губы дрогнули. Он продолжил: — Я не забыл. Не передумал. Не поигрался. Я… проспал. В библиотеке. Глупо. Абсурдно. Я готовился, как идиот. Писал, думал, репетировал слова, которые потом всё равно бы сказал неправильно. А потом… уснул между книг. Пауза. Он опустил голову. — Я проснулся — и уже было поздно. А потом стало ещё хуже. Потому что я увидел, как ты смотришь на другого. Диана сжала пальцы. — Ты молчал неделю, Тео. — Я не знал, что сказать. Я не умел просить прощения. Я не умел сражаться. Но я умею… чувствовать. И всё это время — даже когда ты была с ним — я всё равно чувствовал тебя. Она смотрела на него. Лицо — почти каменное. Только глаза выдали бурю. — Я ждала тебя, — сказала она тихо. — Я стояла на башне. До последнего. Пауза. — А потом ты исчез. Как будто ничего не значило. — Значило, — прошептал он. — Слишком. Я испугался, что уже поздно. Что я тебя потерял. — А теперь? Он подошёл ближе. Совсем близко. — А теперь я прошу тебя… Он глубоко вдохнул. — Дай мне шанс. Один. Или прокляни. Но не молчи. Она смотрела на него долго. Ветер развевал её волосы. Солнце уходило за горизонт. — Ты всё ещё глупый, невыносимый слизеринец, — сказала она наконец. — Упрямый. Нервный. Отвратительно молчаливый. Он кивнул. — Всё верно. -Даю тебе один шанс.Единственный.И если ты его… -Не просплю,-Улыбнулся Теодор. * * — Я была уверена, что ты не придёшь, — сказала Гермиона, облокотившись о перила нижнего яруса башни. — Я всегда прихожу, когда моя гениальность в опасности не быть признанной, — ответил Драко, появляясь из тени. На нём была чёрная мантия, шарф Слизерина, и неизменное выражение скучающей победы. Она прищурилась: — Ты думаешь, это была твоя идея? — Это была наша идея. Но я её озвучил первым. Значит, приоритет за мной. Гермиона закатила глаза, но с лёгкой улыбкой. Они оба посмотрели вверх. На балкон башни, где всё ещё стояли Тео и Диана в новой точке отсчёта. — Она всё поняла, — заметила Гермиона. — Что её сюда не случайно привели? — Угу. И он тоже. Сначала чуть не вспылил. Но, похоже, она его убедила, что он всё равно сделал шаг сам. Малфой кивнул, задумчиво. — Это в её стиле. Спорить даже с обстоятельствами. — Как и в твоём — манипулировать ими. — Мы — хорошая пара, — усмехнулся он. Пауза. — В бою. Не преувеличивай. Она хмыкнула. — А если серьёзно… ты правда хотел им помочь? Или просто устал на них смотреть? Малфой сделал вид, что задумался. Потом медленно сказал: — Мне надоело видеть, как Нотт ломает сам себя. Он не заслуживает этого. И если хотя бы одна вещь в этом чертовом замке может закончиться не катастрофой — почему бы не вмешаться? — Это звучит почти человечно, — сказала Гермиона, поднимая бровь. — Не привыкай, — бросил он с ухмылкой. Они снова посмотрели вверх. На башне Диана наконец позволила Тео то, чего он хотел всю неделю. А он, впервые за долгие дни, улыбался. — Думаешь, они продержатся? — спросила Гермиона, уже почти шепотом. — Если не убьют друг друга в первые две недели — вполне, — ответил Малфой. И вдруг — на мгновение — он посмотрел на Гермиону чуть дольше, чем требовал разговор. И быстро отвёл взгляд. Она тоже ничего не сказала. Только тихо добавила: — Спасибо, Драко. Он не ответил. Лишь кивнул, уходя в темноту. А Гермиона ещё минуту смотрела на башню и шептала себе под нос: — И не говори потом, что у тебя не было сердца. -Я провожу тебя до гостиной Гриффиндора,-Неодиданно для себя самого произнес Драко. -Малфой, ты рехнулся?-Округлив глаза и рассмеялись ответила Гермиона. -Это было утверждение-я провожу тебя до гостиной,-Повторил парень. -Если ты настаиваешь… пустыми и волшебными. Факелы отбрасывали пляшущие тени, а где-то вдалеке сова ухала из темноты. Драко шагал рядом с Гермионой, держась чуть позади, будто боялся, что она исчезнет, если он подойдёт слишком близко. — И всё же, — сказал он после долгой паузы, — ты действительно думаешь, что Диана простила его? — Не уверена, — ответила Гермиона, не поворачивая головы. — Но она захотела попробовать. А это больше, чем просто «прости». Они остановились у входа в гостиную Гриффиндора. Портрет Полной Дамы прищурился на Драко. — Пароль? — потребовала Дама. — Veritas vincit, — произнесла Гермиона, и портрет распахнулся. Она уже собиралась войти, но вдруг обернулась: — Драко. Он посмотрел на неё. — Что? — Почему ты помог им? Он замер. Потом медленно пожал плечами. — Потому что… они-два моих близких человека, Грейнджер.К тому же я знаю, каково это — испортить всё. И не получить второго шанса. Они смотрели друг на друга пару секунд. -Спокойной ночи, Малфой-одарив теплой улыбкой парня произнесла девушка. -Спокойной ночи, Грейнджер. Драко остался стоять в пустом коридоре, глядя на стену, как будто размышляя о своем выборе.Грейнджер-ученица факультета Гриффиндор, собрала в себе все качества, которые были ценными для Драко-образованность, начитанность, хладнокровное мышление, преданность.Но парня больше всего завораживали ее карие, как свежая земля, глаза.Говорят, глаза-зеркало души-и Малфой с этим абсолютно согласен.