I. Маг.

      Дожди шли каждый день. Небо хмурилось, тучи сгущались. Гермиона вместе с Гарри шла после очередного допроса свидетелей.       Они искали убийцу. Везде, где только могли. Это не было чем-то необычным — после войны уровень криминала в отдельных районах Магической Британии лишь вырос.       Однако этот преступник отличался тщательным отбором жертв. Никаких девочек с обочины, только состоявшиеся женщины, которые уже успели бросить тень на свою репутацию. Но такую, о которой знали лишь немногие.       Владелицы редких животных, артефактов, волшебных палочек и даже анимагов. Так, для развлечения.       Цель Гермионы прекрасно знала обо всех неприглядных делишках своих жертв. И с редким удовольствием устраивала самосуд. Почерк стал очевиден спустя несколько преступлений: тело, повешенное на толстой веревке, и множество тонких царапин вдоль скул и у висков. Как будто кто-то с когтями буквально повис на лице жертвы.       Но эксперты объясняли, что это не следы животного, это даже не следы воздействия магии. Это царапины, которые, скорее всего, наносили каким-то предметом. — Знаете, я не разбираюсь во всех этих, — мистер Лесли неопределенно обвел руками, стоя перед главой отдела магического правопорядка — Амелией Боунс. — Маггловских вещах. — Вы уверены, что мы имеем дело с чем-то не магическим, мистер Лесли? — Амелия с серьезным лицом села. — Вы предполагаете, что маггл убивает волшебников? — У нас пока нет оснований даже для предположений, мисс Боунс, но мы стараемся найти ещё зацепки. Порезы, которые оставляет на лице убийца — точно не сделаны с помощью магии, — мужчина отрицательно покачал головой. — Никаких следов животного — магического или не магического — так же не было обнаружено.       С сокрушенным видом Лесли сел напротив начальства. Амелия выглядела все так же задумчиво и серьезно. Это была уже третья жертва на счету. И серийного убийцу надо было поймать, потому что он уже не остановится. — К Поттеру приставь Грейнджер, пусть занимаются, — спустя какое-то время выдала Амелия и посмотрела на Лесли. Тот побледнел сильнее. — Мисс, но она…у нее практически нет опыта оперативной работы, она не… — Значит, самое время начать, мистер Лесли, — отрезала женщина, пиля взглядом волшебника. Тому оставалось только кивнуть.

***

— Это уже четвертая, — Боунс бросила на стол приличной толщины папку. Гермиона с Гарри молча переглянулись. И если Гарри уже бывал с Грюмом в разных местах и имел дело с разными темными магами, убийствами и так далее, то Гермиона занималась в основном бумажной работой в отделе. И никак не ожидала, что её поставят напарницей к лучшему другу. Да ещё и в деле, где замешан серийный убийца. — Мисс Эвелин Фислвик. Убита и повешена. На лице такие же царапины, — Амелия снова оглядела собеседников. Гарри выглядел задумчиво, а Гермиона скорее растерянно. — Бывшая владелица бара в маггловской части Лондона «Сиреневая лошадь». — Чем она так не угодила нашему Робин Гуду? — устало спросил Поттер, падая на стул и подпирая челюсть. — Ещё и в маггловской части… — В прошлом мисс Фислвик торговала на черном рынке старыми артефактами. Находила их в заброшенных особняках, крала и выставляла на продажу. Ничего нового, — Боунс развела руками. — Она давно на счету министерства, вот только скрывалась всегда очень тщательно. — Кажется, мы имеем дело с влиятельным человеком, — Гермиона впервые подала голос. Она толком ничего не знала ни о предыдущих жертвах, ни о том, что следствию известно на данный момент. — Весьма. Три прошлые жертвы также были замешаны в чем-то нелегальном. Эффи Уайт — коррупция, Кэтрин Уивер — продавала темные артефакты под видом ваз, а Аделин Хаус — нелегально перевезла через границу порядка ста редких животных, — перечислила будничным тоном Боунс.       Все эти жертвы, а еще их новоиспеченный судья, изрядно портили ей статистику. Сейчас Боунс была не на лучшем счету у Кингсли, несмотря на то, что в прошлом была выдающейся волшебницей и служителем закона. Благодаря ей Гарри избежал наказания за использование магии вне Хогвартса.       Такую «железную леди» сломила война. Амелия потеряла всех, оставшись в одиночестве. Со временем все остальное пошло под откос: личная жизнь, работа. В последние четыре месяца она постоянно опаздывала или вовсе не приходила. А многие коллеги шептались, что частенько видели ту в разных пабах Лондона.       Казалось бы, дело этого «Робина Гуда» должно было помочь ей вылезти из ямы. Но на его счету уже четыре жертвы, а у них нет никаких зацепок. — У вас есть две недели, чтобы найти мне этого урода, — строго обозначила Амелия, вставая и намереваясь покинуть зал переговоров. Гарри и Гермиона удивленно переглянулись. — Но, миссис Боунс, — Гарри попытался возразить. — У нас нет ничего… — Тогда начните с начала, мистер Поттер. И не давайте мне усомниться в том, что вы лучший аврор, — хмыкнула женщина, оставляя на столе папку с информацией про четвертую жертву.       Когда Гарри с Гермионой остались одни, удушаемые ароматом духов миссис Боунс, оба вздохнули. Приказ есть приказ. И им ничего не оставалось делать, как действительно начать сначала. — Кто занимался этим делом до нас? — спросила Гермиона, пытаясь сориентироваться в ворохе информации. — Кажется, Пэнси вместе с Тео, — Поттер изучал фотографию Фислвик. Довольно приятная женщина, немного похожая на профессора Трелони, только со светлыми волосами. Даже оправа очков была такой же. — Она не очень похожа на ту, что будет рыться в старых особняках ради наживы. — Физиогномика здесь не работает, Гарри, — Гермиона отвлеклась от чтения. — В материале дела сказано, что несколько раз ее видели около бара «Сиреневая лошадь» вместе с молодым человеком со светлыми волосами, — Грейнджер хмыкнула, приглядываясь к колдографии. — Его допрашивали? — Впервые вижу, — Гарри пожал плечами. — Никого из свидетелей еще не допросили. Все осложняет тот факт, что убили ее в маггловской части Лондона. Все жертвы этого Робина Гуда оттуда. И все волшебницы. Всё это очень странно… — Кто будет оседать там, где никто не полезет искать? — Гермиона взглянула на Гарри. — Тот, кому есть что скрывать, Гарри. И наш убийца это прекрасно знал. Нам стоит опросить всех, кто жил в одном доме с жертвами, — Грейнджер встала со стула. А Гарри поморщился лишь от мысли о предстоящем количестве дел.

***

      Они опросили всех, кого могли: соседей, консьержей, полицейских, что периодически патрулировали улицу, но никто никого подозрительного не видел. По всем трем адресам. На четвертом им досталась крайне болтливая соседка — через дверь от квартиры мисс Фислвик. — Мисс Джеферсон, мы лишь хотим узнать не приходил ли к мисс Фислвик кто-то подозрительный последние две недели? — расспрашивал Гарри, пока Гермиона исследовала кухню, где нашли тело. — Ой, вы знаете, она была такой женщиной…к ней ходили разные мужчины, — затараторила соседка, поправляя халат и пуча губы. — И женщины! С таким прошлым как у нее — даже неудивительно. Муж от нее ушел, детей не было, вот она и запрыгала как лягушка по ху… — Мисс Джеферсон, может, вы слышали какие-то разговоры или, может, ссоры за несколько дней до убийства? — прервал Поттер, надеясь не услышать очередную искорметную фразу. — Нет, не припоминаю. К ней приходили полицейские, кажется, ваши коллеги из 47 участка, — женщина активно жестикулировала и хмурилась. — Из-за громкой музыки. Они ушли, все стихло, а через несколько дней я почуяла запах… И бедняжку нашли.       Гермиона практически не слушала этот увлекательный рассказ. Но и на кухне ничего приметного не обнаружила. Веревка, на которой нашли жертву, аккуратно качалась, вися на карнизе. Женщина была небольшой, а карниз — в меру толстый, чтобы выдержать.       Оглядевшись, Грейнджер снова вернулась ко входу. И только потом заметила, что ровно напротив петли стоял стул. Как если бы убийца сидел напротив и…наслаждался ее смертью? Волшебница поморщилась лишь от мысли. Присев на стул, она пыталась понять, что тут мог делать их Робин Гуд. Допрашивал ее? Возможно. Угрожал? Скорее всего. — Никаких незнакомцев в вечер убийства к мисс Фислвик не заходило. А судя по рассказам — знакома она была со многими из волшебной части Лондона. — Может, бывшие коллеги из «Сиреневой лошади»? А что, если ее убил конкурент? — предположила Гермиона. — В той части еще есть бар «Искра». В выходные там всегда полно народу. — Слишком разный контингент, — Гарри подпер губы рукой в задумчивости. — «Искре» не за чем гоняться за пьяницами из «Лошади». — Я заметила, что стул стоит ровно напротив петли, — Гермиона указала на карниз. — Вероятно, наш судья сперва хорошенько допросил ее, прежде, чем выкинуть стул из-под ног. Нам нужно связаться с Тео и выяснить, что им удалось найти в остальных квартирах. — Да, ты права, — Поттер устало выдохнул. — Нам пора идти, я устал притворяться полицейским, а еще хочу выпить.

***

      И вот снова пошел дождь. Решено было пойти в тот самый бар «Сиреневая лошадь». Выпить и пообщаться с новым владельцем места. — Полицейские приходили в квартиру из-за жалоб соседей. Они последние, кто видели Фислвик живой. А еще, возможно, застали ее и нашего убийцу. — Думаешь? — Гермиона выглядела уставшей и потерянной. У них было две недели на то, чтобы закрыть дело. В то время как Тео с Пэнси занимались им порядка полугода. Впрочем, даже с таким запасом времени они так ничего и не нашли. — Скорее всего, они ничего не помнят, — Поттер пожал плечами, прогоняя ноющую боль. — Убийца — точно волшебник. Уж вот кто позаботится о том, чтобы «наши коллеги из 47 участка» ничего не вспомнили.       Их рассуждения ни к чему не приводили. Убийца все еще гулял на свободе в поиске новой жертвы. А они сидели в баре и лишь уныло мешали огневиски в стаканах. — Нам надо поговорить с новым хозяином, — Гарри отпил огневиски. — Посиди пока тут, а я поищу этого индюка, — бросил он, оставляя стакан и Гермиону в одиночестве.       Девушка оглянулась по сторонам: помещение тонуло в приглушенном темно-фиолетовом свечении, каждый небольшой столик был занят. А те, что вокруг сцены, едва вмещали гостей. — Я присяду?       Гермиона тут же обернулась на приятный голос. Перед стулом Гарри стоял высокий блондин с обаятельной улыбкой. И едва застегнутой рубашкой. — Пока мой друг не вернулся, можете присесть, — отозвалась Грейнджер, полностью захваченная вниманием незнакомца. Его лицо она уже где-то видела… — Вы так любезны, — он улыбнулся, обнажая белые зубы. От парня приятно пахло бергамотом и чем-то древесным. — Драко Малфой. — Гермиона Грейнджер, — девушка быстро пожала изящную руку с серебряным кольцом. — Кажется, сегодня аншлаг, да? — спросила она, снова окидывая уже нового знакомого взглядом. — Это точно. Не припомню такого с тех пор, как «Лошадь» вообще впервые открыла двери. Знаешь, волшебники не хотели соваться к магглам. — Значит, вы волшебник, — Гермиона хмыкнула. — И судя по кольцу — из состоятельной семьи, — она не стала упрекать парня в фамильярном обращении. — Дорогая, это безделушка из Лютного переулка, — Малфой небрежно покрутил кольцо, а затем как будто из ниоткуда достал второе кольцо. — А вот это… — Волшебник-фокусник? — Грейнджер широко улыбнулась, отводя взгляд. — Вот уж кто действительно нашел себя. — И не говори, детка, я живу свою лучшую жизнь, — Драко хитро улыбнулся в ответ, доставая колоду карт.       Грейнджер откинулась на спинку стула. Этот блондин заинтересовал её. Волшебник, окунувшийся в маггловскую профессию. — Выбери любую карту, — Драко развернул перед Гермионой колоду, пропустив ее комментарии мимо ушей. — Выбрала? Гермиона кивнула.       Драко быстро перетасовал колоду разными способами. Даже давал Гермионе снять несколько карт и самой положить в колоду. — Это твоя карта? — Малфой вытащил одну из колоды. Семерка черви. — Нет, — Гермиона нахмурилась, скрестив руки на груди. — Верно. Потому что вот она, — внезапно Драко вытащил из рукава своей рубашки другую карту. Туз пик. — Верно, — волшебница кивнула, а Драко смутился на секунду. — Что? Я видела таких фокусников как ты уже тысячу раз. Меня не удивишь. — Тяжелая публика, — Драко усмехнулся, убирая карты. — Что ты забыла в таком месте? Волшебница, явно не одна, — Малфой быстро оглядел пространство за спиной Грейнджер. — В самом обычном волшебном баре посреди маггловского района. — Слишком длинный рабочий день, — отозвалась Гермиона, допивая огневиски. — И пьешь огневиски, — Драко прищурился, подаваясь вперед. Волна бергамота накрыла Грейнджер, и она на мгновение закрыла глаза. Это был один из её любимых ароматов. — Ты аврор? — Я просто девушка, которая хочет выпить, — Гермиона молча поискала глазами Гарри. — Гермиона? — к столу наконец подошел Поттер. Он быстро взглянул на Малфоя, а глаза его округлились. — Ты решила, что мы слишком мало поработали сегодня? — Гарри измученно улыбнулся, падая на стул между ней и Драко. Тот скосил взгляд на Поттера. — Что? — Гермиона перевела взгляд на блондина. — Я думал, что ты допрашиваешь его. Это же его видели около «Лошади» с Фислвик, — объяснил Гарри на ухо, а затем делая глоток огневиски. Вот почему лицо показалось ей знакомым! — Ваши коллеги вдоль и поперек обыскали здесь все, когда Сару нашли убитой. — Мистер Малфой, вас видели с ней за несколько дней до трагедии. Вы общались около входа в бар. Она говорила вам о чем-то, о чем нам следует знать? — джазовая музыка на фоне как будто совсем притихла.       Улыбка с лица Драко и вовсе исчезла. Время фокусов подошло к концу. Он вальяжно сел на стуле, смотря только на Гермиону. — Мисс Грейнджер, лучше пейте огневиски, — бросил он, возвращаясь к обращению на «вы». — Не горячитесь, мистер Малфой. Это простой вопрос. Мы ищем того, кто убил её, — встрял в разговор Поттер. Хотя по ощущениям, сила их внезапной неприязни могла бы запросто оттолкнуть того в сторону. — Она была моей хорошей подругой. В последнее время она действительно была нервной, но из-за чего… — Малфой развел руками, — я без понятия. Она не делилась со мной всем. — Может, её преследовал кто-то? У неё были враги? — Конкурентов у неё не было. Никто из волшебников не станет соваться сюда. Да и про преследования мне неизвестно, — Драко пожал плечами. — За несколько дней до трагедии ее уволили, а на место управляющего поставили мистера Хилла, — бледное лицо тронула усмешка. — Тот ещё придурок, можете даже не пытаться у него ничего спросить. Он нем как могила. — Это наша работа, — бросил Поттер устало и встал из-за стола. Гермиона встала вместе с ним, на секунду посмотрев на блондина. — Спасибо за компанию. — Это вам спасибо, — Драко подмигнул Гермионе, хватая с подноса официанта ярко-голубой коктейль.       Авроры поспешили выйти на улицу. Потому что по ощущениям Гермионы, воздуха внутри не было совсем. — Ну и как зовут того, кто смог проломить стальную броню аврора Грейнджер своим обоянием? — Гарри по-доброму усмехнулся, становясь поодаль от входа.       Снаружи место было замаскировано под небольшой овощной прилавок. Справа от него находился волшебный вход в «Сиреневую лошадь» — Гарри, не неси чепухи, — отмахнулась Гермиона, затягиваясь первой за день сигаретой с ментолом. Тело приятно расслабило. — Драко Малфой, — с сокрушенным видом, признающим поражение, отозвалась Гермиона. Гарри ничего не ответил. Да и не нужно было. — Идем, завтра нам надо поговорить с Пэнси и Тео.

***

      Утро было суматошным. В Министерство прибыл премьер министр магглов. Прямиком на встречу с Кингсли. Гермиона тоже должна была бы там быть, но вместо этого Амелия усадила их четверых в переговорный зал для обсуждения дела. — Итак, его видели в четырех разных районах, — рассуждал Гарри вслух. Пэнси кивнула. — И все маггловские. — Что довольно странно для волшебника, — хмыкнул хмуро Нотт, делая быстрый глоток кофе. — Не странно, — встряла Гермиона. — Это отличный вариант для волшебника, планирующего совершить преступление и не вызывать подозрений. Если бы не «Дэйли Мэйл» с сообщениями о жертвах, даже Кингсли был бы не в курсе. — Почему вы вообще решили, что он волшебник? — Паркинсон как будто спрашивала у пустоты. — Мы с Тео даже не рассматривали эту версию. — Он весьма избирателен в жертвах. Они все были замешаны в нарушении закона магической части Британии, Пэнс, — отозвался Гарри мягко и даже слегка улыбнулся девушке. Тео и Гермиона молча переглянулись. — Это не гарантия того, что он не маггл, — настаивал дальше Нотт. — Мы ведь даже не знаем, может, они воровки в законе не только у нас. — Только у нас, — Гермиона кинула на стол еще стопку бумаг. — Вчера Монтегю принес мне всю информацию о судимостях. Ни единого не-магического преступления. И наш Робин Гуд это знал. — Как поразительно он обо всем осведомлен, — угрюмо заключила Пэнси, надув губы. Она порядком устала от этого дела. — Что? Может, он вообще из Министерства! — она махнула рукой с сокрушенным видом. — Этот вариант мы тоже исключать не можем, — безрадостно закончил Нотт. — Ахуительно. — Продолжим. Итак, что вам удалось найти в домах Уайт, Уивер и Хаус? — Гарри оперся руками о стол. — Может, подозрительные предметы, следы магии… — Поттер, мы все описали в отчетах, — небрежно ответил Нотт, поднимаясь. — У меня работы по горло, если тебе интересно. — Тео, стой, — Гермиона почти ухватила его за свитер. — Пожалуйста. Боунс дала нам две недели на него.       Вот уж перед кем, а перед Гермионой Нотт устоять не мог. Поэтому послушно сел назад, проклиная себя в который раз за то, что пошел на госслужбу. — Гребанное ничего, — только и произнёс он посреди тишины. — Картина везде одна — веревка и стул. Ровно напротив петли. — У вас были версии что бы это могло значить? — Поттер сел за стол, рассматривая колдографии. Места убийств всегда были разными — разные комнаты, разное освещение, разный материал, из которого сделаны удавки. Никакой общей линии не было. Кроме стула. И тех порезов на лице. — Версии? Что ты хочешь от нас услышать, Гарри? — было понятно, что Теодору осточертело это дело. И все, что его касалось. — Он допрашивал, те сознавались в своих преступлениях, а потом он их убивал. Вот и все. Мотив у него — быть мистером-спасителем-волшебного-мира. Таких после войны было не пересчитать, если ты помнишь, — горячо договорил Нотт, смотря на Поттера. — Слишком… — Заурядно? — закончила за Гарри Гермиона, отрывая взгляд от отчетов. — А я бы сказала ему спасибо за то, что на местах преступлений не сложена загадка из останков жертв, — бросила Паркинсон и закурила. — Пэнс права, — поддержал Нотт. — Просто или нет, мотивы у него самые обычные — повыебываться. А тут еще и отчасти на благо общества. Короче, как говорят магглы: погнался за двумя зайцами. И двух убил. — Магглы так не говорят, Нотт, — буркнула Грейнджер. — Не суть, — он махнул рукой, хмурясь. — Подытожь, Поттер, и я пойду писать раппорт об исчезновении десяти нюхлей. — Это волшебник. Либо он работает в Министерстве, либо у него достаточно связей, чтобы найти того, кто ему нужен. И не потеряться в длинных тенях, которые отбрасывали его жертвы — это первое. Второе, — Поттер взмахом палочки поднял вверх все четыре фотографии. — У него есть фирменный… почерк, если позволите. — Валяй, — Тео внимательно рассматривал застывшие лица женщин. Пэнси цокнула и закатила глаза. — Это тончайшие, но при этом — весьма сильно кровоточащие порезы. Вдоль щек, скуловой кости, — Поттер осторожно показал места ран. — Это не было сделано магией, это не следы нападения какого-то животного. Пока точно не удалось установить от чего могли бы быть такие раны. Мистер Лесли предположил, что это какая-то маггловская вещь. — У мистера Лесли в голове так же пусто, как и у Златопуста Локонса, — скептически отозвался Тео. Гермиона бы с ним поспорила, но сейчас хватило сил лишь возмущенно фыркнуть. — То есть, это волшебник, который довольно много знает о магглах. Полукровка, — заключила Гермиона. — Ни один чистокровный волшебник самовольно не полезет разбираться в уклад жизни магглов, — объяснила свой вывод Гермиона, когда товарищи обернулись на нее. — Я бы попробовал, — мечтательно произнес Нотт. — Ни один, кроме тебя, Тео, — чуть повеселев, отозвалась Грейнджер. — А подозреваемые? — В последние дни с ней общался светловолосый парень. Как вчера удалось выяснить Гермионе, его зовут Драко Малфой, — Поттер развернулся к их доске с данными, пока Пэнси многозначительно смотрела в сторону коллеги. — Как мы поняли, он ее хороший друг, и он волшебник. — И что, рассказал вам то, чего вы еще не знали? — Тео подпер челюсть рукой. — Врагов у Фислвик не было. Последние несколько дней она была довольно нервной, но он понятия не имел почему, говорил, что делилась она с ним переживаниями довольно редко, — Поттер пожал плечами и задумался. — А еще он фокусник, — добавила вдруг Гермиона. — Да, эээ-э, — Гарри почесал затылок и задумался еще больше. — Это маггловская профессия, которая предполагает исполнение обманных трюков. Магглы называют это магией, — скомкано объяснил Поттер, смотря на Пэнс и Тео. — Абсурд, — только и фыркнула Пэнси, как будто сразу разочаровываясь. Тео просто промолчал. — Если бы они действительно знали, что можно делать с помощью магии, — усмехнулся Нотт через пару мгновений. — А что насчет мистера Хилла? — Гермиона наконец отложила отчеты. — Это его поставили на место Фислвик. Может, у них был какой-то конфликт? — Это мы вряд ли узнаем. Хилла я вчера так и не встретил, а тот Драко Малфой и вовсе сказал, что мы ничего от него не добьемся, — Гарри уселся на стул. — А ему-то почем знать? — Паркинсон снова закурила сигарету. — Он что, лучший друг каждого нового управляющего? — Надо за ним последить. Друг он или нет, он единственный, кто связывает нас с Фислвик. Хилл как в воду канул, у остальных железное алиби. — Ну, а у этого нашего волшебника есть алиби? — поинтересовался Нотт, снова намереваясь покинуть душное помещение. — У нас не было оснований допрашивать его вчера, а спрашивать, чем он занимался в ночь убийства… — Гарри устало взглянул на Тео, тот лишь понимающе кивнул.       Гермиона продолжала пытаться сложить все воедино. Создавалось впечатление, что они потерялись в трех соснах.

***

      Оставшуюся неделю Гермиона и Гарри провели в ужасающем ожидании новой жертвы и своей полной беспомощности. Поттер выяснил какие полицейские приезжали на вызов по поводу громкой музыки из квартиры Фислвик, но, как и предполагалось, они ничего не вспомнили.       В Министерство на допрос был вызван мистер Хилл, а Гермиона решительно заявила, что говорить с ним будет она. — И что же, мистер Хилл у вас главный подозреваемый? — Тео скрестил руки на груди и внимательно смотрел на полного мужчину с лысиной на макушке и едва вымытыми волосами. — Кто знает, как ему досталась должность. Может, Фислвик угрожала ему? — шепнул Гарри, пока Гермиона садилась напротив мужчины. Тот от волнения тяжело дышал, но сохранял молчание. — Итак, мистер Хилл, расскажите мне побольше о собственнике бара «Сиреневая лошадь», — голос звучал громко и строго. — И о том, как вы получили свою должность. — А что же, М-м-инистерство не знает такого человека? — спросил боязливо тот, пытаясь куда-то деть руки. — Здесь я задаю вопросы, мистер Хилл. Итак, собственник «Лошади»… — Стойте! Это… брат мисс Фислвик! — Имя. — Вильям, мисс, — мужчина быстро пригладил от волнения свои три волосины. — У мисс Фислвик начались проблемы с законом, и брат посчитал это угрозой бизнесу… — Я так понимаю, вы хорошо знаете этого Вильяма? — Грейнджер быстро подписала край листа именем волшебника. — Мне казалось, что и Министерство должно хорошо знать его, мисс, — чуть смелее ответил тот. — Министерство не интересуется владельцами ресторанов в маггловских частях Лондона, — строго отрезала Гермиона, откидывав кудри назад. — Адрес, мистер Хилл. — Сайлент стрит 36, — протараторил Хилл. — Пожалуйста, поверьте, я никого не убивал… — Мы вас ни в чем не обвиняем. Просто задаем вопросы, — спокойным тоном ответила Гермиона, выдыхая.       Хилл не был похож на того, кто хоть раз осмелится взять столовый нож, не то, что убить нескольких женщин. Да и связи с предыдущими жертвами у него никакой. Кроме того, что жил он рядом со всеми районами разом. После небольшого молчания, Грегори снова заговорил: — Мистер Фислвик подошел ко мне, когда его сестры снова не было на месте. Я работал старшим менеджером уже много лет. Тогда он сказал мне, что ждет на разговор. — Когда это было? — Я не помню, может, около трех недель назад… — Тогда ее и убили, — шепнул Тео, продолжая смотреть на Хилла через стекло. — Он сказал, что мисс Фислвик больше не может исполнять свои обязанности, и он был бы рад видеть меня на должности… — А что потом? — Потом он просто ушел. С этого самого разговора я больше его не видел, мэм, — голос Грегори снова стал тихим и не таким дрожащим.       Гермиона обернулась в сторону Тео и Гарри. Зеркало отражало только ее и блестящую лысину на макушке Хилла. Но она прекрасно знала, что они оба кивнули на молчаливый жест.

***

— Я пойду первый, — кивнул Гарри, когда они стояли у входа в лачугу брата Фислвик. Им пришлось тащиться почти на окраину Лондона, в дом, который нельзя было бы назвать уютным гнездышком. Казалось, он из последних сил стоял и держал свои гнилые доски. — Гарри, я не первый год в аврорате! — оскорбилась Гермиона, но прекрасно знала правду. — Это твое первое оперативное задание, Гермиона, — Гарри звучал очень серьезно. — Держись позади.       Дверь перед ними распахнулась, а волшебники тут же влетели в затхлое помещение. Внутри их совершенно спокойно ждал долговязый парень лет двадцати пяти. Авроры тут же окружили его, хотя тот не оказывал особого сопротивления. — Полагаю, вы собираетесь обвинить меня в том, что я убил собственную сестру? — что-то на подобии ухмылки появилось на лице. — В этом мы как раз и разберемся, — быстро ответил ему Гарри, наколдовывая волшебные кандалы. — Ребята, вы знаете куда. На улице снова начал накрапывать дождь. Была почти глубокая ночь. — Я поговорю с ним, а тебе надо выспаться, Гермиона, — Гарри сильнее натянул рукава бордового свитера, когда они вышли. Грейнджер не стала спорить. За последнее время она очень устала. — Знаешь, никогда не думала, что скажу это, но я буду рада, если убийцей окажется он, — девушка устало выдохнула, прислоняясь спиной к гнилой стене. — И я.

***

      Гермиона сама не понимала, почему снова стояла на пороге «Сиреневой лошади». Наверное, потому что там подавали неплохой огневиски и редко задавали лишние вопросы.       В этот раз в помещении было гораздо меньше народу, на сцене кто-то тоскливо играл на пианино, а цвет вечера был бордовым. Гермиона быстро заняла свободный столик, сделала заказ и…постаралась выкинуть все мысли о работе из головы. — В этот раз одна? Она улыбнулась этому голосу. И затем ужаснулась своей улыбке. — Угу, — Гермиона все-таки мило посмотрела в его сторону.       Драко был одет как и в первую их встречу: расстегнутая рубашка, темные облегающие брюки и идеальные черные ботинки из драконьей кожи. Он лениво плюхнулся напротив, вновь поражая её своей небрежной прической и хитрым взглядом. — Хочешь фокус? — обратился он, внимательно смотря на девушку. Та кивнула.       Драко резко потянулся к ней, протягивая руку куда-то за правое ухо. Гермиона успела бы среагировать, если бы не сконцентрировала свое внимание только на двух расстегнутых пуговицах рубашки. — Держи, — следом он протянул ей невероятной красоты цветок. Он игриво переливался фиолетовыми оттенками. — Реквизит у тебя волшебный, — хихикнула Гермиона, забирая бутончик. — Я все-таки смог тебя удивить, мисс-железная-броня, — Драко ухмыльнулся, а Грейнджер старалась остановить себя от желания облизать губы.       Она осторожно вплела бутон в волосы, а когда принесли долгожданный (как ей показалось), стакан огневиски, то чуть ли не залпом выпила его. — Трудная неделя, а? — Весь этот месяц, — Грейнджер поморщилась — большое количество огневиски жаром прокатилось вдоль горла. — И все насчет твоей подруги Сары. — Жаль бедняжку, — лицо не выразило ни единой похожей эмоции. — Она болтала что-то о проблемах с законом. Уж без понятия чем она занималась, — Малфой пожал плечами, забывая про свои фокусы. — А кем ты…приходишься этому месту? Я совершенно ничего о тебе не знаю. Кроме того, что ты общался с Сарой, — Гермиона сделала очередной глоток. — Я родом из Уилтшира. Рос там до трех лет, затем переехал в Уэст сайд с теткой. Родители предпочли остаться в поместье, — волшебник почти не смотрел на Гермиону. Лишь задумчиво на кольцо. — Когда их не стало, я решил вернуться обратно, пока особняк не стал руинами прошлого. Но… — Но? — К сожалению, тот был позорно разграблен. — Это ужасно, Драко. Я сочувствую, — совершенно искренне ответила Гермиона, не представляя как тяжело было потерять дом. Все равно, что если бы в сердце воткнули нож с зубцами. И оставили так. — У каждого свои испытания. Так меня учили, — добавил парень следом, перебирая колоду карт. — Я стал искать работу. Поскольку Уэст сайд не очень примечательный район… — Для волшебников точно, — вставила Гермиона, пытаясь понять мотив переезда. — Тетя не хотела, чтобы до школы я рос в магической части Лондона. Не хотела растить из меня зазнайку. Так жизнь связала меня с магглами, — Малфой откинулся на спинку стула. — Такую тенденцию в воспитании не часто встретишь среди чистокровных. А как же частные уроки до школы? — Гермиона прищурилась. — Твой отец Люциус Малфой? Самый известный коллекционер редкостей! — Уф, я думал, что ты не вспомнишь, — недовольно буркнул Драко. — И твой дом… — Потом стыдливо опустел, — парень пожал плечами, будто прогонял сонливость. — Давай не будем о прошлом, — Драко махнул рукой, — как насчет выпить?       Гермиона оживленно закивала. Ночь перестала быть такой безнадежно скучной. Ей очень нравилось в компании Драко. Со времен устройства на работу, она ни с кем не знакомилась, не ходила на свидания. Только до ночи пахала, надеясь когда-то стать главой отдела.       И то чувство жизни, что пронзило её сейчас, подарило такой прилив сил, что казалось, будто Гермиона могла бы взять и пешком дойти до Хогвартса. — В общем. После окончания школы я решил не связывать себя с родным домом и устроился сюда фокусником. — Но как же дом? Ты просто взял и бросил всё? — Грейнджер обсыпала его вопросами, пока официант осторожно оставил на столике два стакана огневиски. Куда более сносного чем тот, что пила обычно Гермиона. — Я смирился, — коротко и без эмоций ответил Драко. Кажется, большего знать ей не нужно. — Наверное, ты хотела бы знать, кто научил волшебника фокусам?       Гермиона с горящими глазами кивнула. Ей было интересно абсолютно всё о нем. Он был как сладкий и долгожданный десерт после трудного дня. — В Хогвартсе, в Слизерине, на моем курсе учился сквиб. В фокусах он находил отдушину. — Бедный, — сочувственно произнесла Гермиона, делая новый глоток. Мерлин, это было куда лучше той ослиной мочи, что она пила раньше.

***

      Они выпили бутылку. Или две, в перерыве между бесконечными, но невероятно интересными разговорами о жизни Драко. И в какой-то момент Гермиона перестала понимать что именно он говорил, она просто слушала голос.       А теперь, они жутко пьяные завалились на дверь её однушки в центре магического Лондона. И без конца хихикали над историей о том, как Драко залил деду в тапки клей. — Ты бы слышала его ворчание, — Драко снова улыбнулся, пока дверь под напором ключа и их тел провалилась во мрак коридора. — Драко, ещё хоть одна выходка, и ты будешь спать в конюшне, — Грейнджер попыталась спародировать возмущенного волшебника, которому было чуть-чуть за 120. — Так и было, — подтвердил Малфой, вспоминая.       Они рухнули на диван, без сил держать себя на ногах. Гермиона тут же оказалась вблизи горячего тела и мягких рук. Она таяла на глазах. И не было силы, которая смогла бы её остановить.       А Драко прижал губы к шее, мазнув языком. Слыша сорвавшийся вдох, и ухмыльнувшись. Пальцы крепче сжали талию, потянув Гермиону на себя.       Оказавшись сверху, она с огнем в глазах смотрела на бледное лицо. Кудри аккуратно обрамляли острые черты лица, волнами спадая на плечи.       Гермиона возобновила поцелуй первая. Касаясь жарких и влажных губ. И опуская руки к ширинке брюк. Малфой вплел длинные пальцы в волосы, давя на затылок. Сплетясь языками, громко чмокая. И жадно ловя воздух.       Как только замочек опустился вниз, а ремень был выкинут прочь, Грейнджер вернулась к мелким пуговицам рубашки. Но дрожащими руками ничего не получалось сделать. — Я помогу, детка, — прохрипел Драко, нехотя отстраняясь с громким звуком. Он тут же быстро расстегнул все пуговицы и опустил рубашку вниз, открывая вид на роскошное тело. — О боже, — на выдохе произнесла Гермиона, снова оказываясь преступно близко к раскаленной коже. Мягкой, как шелковые простыни.       И когда её маленькие розовые губы прочертили дорожку вдоль груди и пресса, Драко чуть не лишился рассудка. Огонь чувствовался на каждом кончике пальца.       Гермиона без слов и с предвкушением подцепила боксеры и спустила вниз, тут же языком проводя вдоль члена. И слыша, как из горла вырвался грубый стон. — Черт, — выдохнул Драко, опуская взгляд. Глаза теперь мало напоминали светлые блики. Теперь на неё смотрели две пропасти.       Вобрав половину, она усердно облизывала, стараясь взять больше, помогая себе руками. Драко откинул голову на спинку дивана, окончательно сдаваясь. И не сопротивляясь вырывающимся низким стонам.       Гермиона старалась. Так чертовски хотела доставить ему удовольствие. Возбуждение прокатывалось вдоль тела, оставляя изнутри свои едкие следы. В голове не было ни единой мысли, только белый шум.       Губы, касающиеся плоти, раскраснелись, но Грейнджер и не думала останавливаться. Она слишком сильно хотела его. Прямо сейчас, черт возьми. — Умница, — хрипло произнес Малфой, слегка подаваясь вперед. Тело онемело в сладком предвкушении. Находясь на грани, Драко резко потянул Гермиону вверх, а та послушно оказалась на уровне его лица. Она ждала.       Весом тела Драко уложил ее на диван, перед собой. Кончиками пальцев водя вдоль пуговиц и расстегивая их. Затем осторожно заводя руки за спину и освобождая грудь от бюстгальтера. Он неотрывно смотрел на замеревшее лицо. Гермиона прерывисто дышала, прикрыв глаза. Она ждала.       Когда теплый язык коснулся соска, Гермиона вздрогнула, тут же подаваясь вперед. В горле пересохло, а сама она словно растворялась в касаниях. — Что там у тебя, аврор Грейнджер? — прошептал он сладко, из ниоткуда доставая белую шелковую ленту. И тут же завязывая её руки над головой.       Гермиона что-то промычала, сдерживая стон, когда Драко вернулся к груди. Был ласковым, но напористым. Она чувствовала возбуждение, что витало в воздухе, потому что становилось труднее дышать. — Пожалуйста, пожалуйста… — повторяла она едва слышным голосом.       Губы опустились ниже. Кожа Гермионы пахла как сахарная вата, и Драко не мог насытиться этим запахом. В жизни, где было так много грубых ароматов, так много предательства и обмана.       Он прекрасно знал, что у них нет будущего. И хватал все до последнего. Забравшись под строгую и удивительно короткую юбку, Драко подушечками пальцев дотронулся до взмокшей ткани. Гермиона вздрогнула, тут же откликаясь на движение.       Малфой продолжил, задирая юбку выше, до талии, и сдвигая вбок тонкую ткань белья. Гермиона впервые посмотрела на него, приоткрыв глаза. Она попала в эпицентр шторма. Драко без слов склонился над ней, выдыхая в рот аромат мятных леденцов и огневиски.       И в тот момент, когда Гермиона рывком потянулась за поцелуем, Драко пальцами принялся кружить вокруг клитора. А Гермиона простонала в жаркий поцелуй, пытаясь выдернуть руки из шелкового узла. — Драко...мм, — она снова пропала в глубоком поцелуе, где их языки сплелись.       Пальцы двигались быстрее, вызывая безумную дрожь и жар тел. Они почти прилипали друг к другу, а Драко едва выносил близость Грейнджер рядом. Сейчас, сейчас. И больше никогда.       Когда она вскрикнула, его губы грубо целовали шею, а пальцами он вошел внутрь, двигаясь быстрее и быстрее. В моменты, когда твердые соски терлись о кожу казалось, будто Малфой в бреду. Так бы он сходил с ума. — Драко, пожалуйста… — она молила его будто преданная жрица. Почти распятая ради своей страсти. С забытым придыханием и испепеляющим взором.       Пульсация сводила мышцы, и Драко оторвался от неё, окончательно скидывая одежду и приближаясь к ней. Водя головкой вдоль губ, а затем медленно, глубоко и до конца погружаясь в неё       И застывая от цунами возбуждения, что накрыло их обоих. Она была такая горячая и желанная. Растекалась вдоль его изгибов. — Грейнджер, как ты хочешь? — прошептал он, все еще находясь внутри неё, но не делая ни единого движения. Издеваясь. Глаза блестели от безумия. Жемчужные волосы были похожи на всполохи волн во время шторма. — Боже, я хочу тебя до беспамятства, Драко, — взвыла она, лишь бы Малфой не останавливался. Она вообще не могла вспомнить, когда в последний раз она хотела кого-то так сильно. Его силуэт расплывался перед глазами, потому что внутри клубился дым от её пожара.       Он быстрым движением вызволил кисти из ленты, откидывая прочь. И Гермиона вцепилась в мускулистые предплечья волшебника, двигаясь вперед. Ощущая его целиком. — Ох… — Грейнджер громко выдохнула, раскрывая глаза. — Что же, аврор Грейнджер, вам надо хорошо поработать на этом задании, — проговорил Драко хитро, а затем резко двинулся в ней, вызывая оглушительный стон. — Драко! — голос разбился о стены квартиры, а Гермиона попыталась вцепиться в диван.       Но частые и дерзкие толчки не давали никакого шанса. Под напором влажного и идеального тела, Гермиона дрожала, утопая в собственных ощущениях. Он брал ее сильно и так, как она и хотела — чтобы забыть обо всем.       Чувствуя разрывающую пульсацию внутри, Драко продолжал двигаться в ней, держась за талию и буквально вдалбливаясь в слегка смуглое тело. Было так хорошо, ахуительно хорошо, чтобы быть правдой. — Д-Д-рако, — она прерывалась на громкие стоны, застывая с раскрытым ртом и немым криком. Беспомощно и хаотично пытаясь уцепиться, чтобы не съехать с темной кожи дивана.       Капли пота скользнули вдоль пресса, а Драко не сбавлял темп. Прикрыв глаза, он впился пальцами в мягкую кожу, как обезумевший. Внезапно он замедлился, выходя из неё и тут же заметив разочарованный взгляд и выдох.       Она часто дышала, не понимая дальнейших действий. Но осознав — Гермиона сделает всё что угодно.       Затем Драко снова вошел в неё, наполняя целиком. Томно выдыхая и слыша стон наслаждения. Да, она была лучше многих. И сейчас она даже не подозревала, что уже проиграла в их маленькой игре.       Темп снова участился, громкие шлепки липких тел отскакивали от стен небольшой гостиной. Осталось чуть-чуть чтобы истлеть здесь, посреди холодной однушки в центре Лондона.       Драко прижал Грейнджер рукой. А она беспрекословно подчинялась ему. Потому что уже сошла с ума.       Вновь два глубоких толчка, их совместный гортанный стон, и оба кончили, содрогаясь в объятиях друг друга. Драко буквально упал рядом, сгребая Грейнджер поближе к себе. От неё до сих пор приятно пахло сахарной ватой. Они молча уснули, окончательно обессилев.

***

      Утро встретило Гермиону гордым одиночеством. Девушка растерянно и сонно посмотрела вокруг, но Драко нигде не было. Что ж, наверное, он был похож на одного из тех парней, от которого нельзя ждать иного выбора.       На журнальном столике около телевизора лежала небольшая записка. Подобрав плед, которым Малфой накрыл их в последний момент, Гермиона подхватила бумажку.

«Ну что, Грейнджер, ты почти поймала меня. Извини, но в нашей игре кто-то должен проиграть».

Она замерла, опадая вниз вместе с пледом. Она проиграла.

***

— Гермиона, у нас нет доказательств против него, — Гарри уже второй час слушал тираду Гермионы о том, что убийца — Драко Малфой. Конечно, опустив подробности про сумасшедший секс прошлой ночью. — Ещё как есть, Гарри! — чуть ли не вскрикнула Гермиона, опираясь на стол. — У нас на руках показания брата Фислвик! Драко Малфой последний, с кем он её видел, как раз в ночь убийства! — Хорошо, он…может быть виновен в смерти Фислвик. Но остальные? Какое отношение он имеет к ним? — Самое прямое, Гарри! — вновь настаивала Грейнджер. — Слушай, — она кинула на стол самый простой маггловский диктофон. На котором очень отчетливо слышался рассказ Драко о прошлом. — Какие редкости украли две предыдущие жертвы? Наверняка то, что так усердно собирал Люциус, да? Гарри молчал, слушая монолог и соединяя все ниточки в один клубок. — Это мотив! — вновь вставила Гермиона на повышенном тоне. В ней играла жуткая обида. Едкий микс из чувств, которые лучше бы никогда не испытывать. Она позорно проиграла, пройдясь на осколках своего разума. — Ну, а царапины? — Поттер продолжал сомневаться, хотя Гермиона была вполне убедительна. В Малфое говорила обида, граничащая с дикой агрессией. — Это карты. — Что?! — Гарри впервые оторвался от фотографий жертв. — Гермиона… — Дай руку, — Поттер даже не стал сопротивлялся. А Гермиона резко порезала подушечки пальцев острым краем бумаги. — Больно? Ещё как. А какой порез? Ничего не напоминает? — Значит, стул стоял там не просто так. Он резал их лица…картами, — заключил Гарри, пока в аудитории повисла тишина. Пахло пыльными полками и осознанием.       Все Министерство магии стало для Драко Малфоя одним большим фокусом. А ему досталось самое сладкое — незаметный уход за кулисы.