Часть 1

Место выбирали очень тщательно. В итоге оно было настолько открытым и при этом удаленным от любых построек, насколько это позволяла площадь Манхэттена. Оцепление всего пространства для ЩИТа не составило такой уж большой проблемы, даже при условии занятости большинство сил на очистке территории. Тем не менее перед сбором Фьюри был недоволен, потому что Фьюри всегда недоволен из какого-то личного принципа. Директор не говорил ничего вслух, но было видно, что ему действительно уже не терпится покончить с этим, и он был готов на многое, лишь добиться желаемого. Наташа не могла его винить. Она тоже хотела, чтобы это недоразумение скорее благополучно завершилось, и все вернулось к нормальной жизни — настолько нормальной, насколько это возможно, учитывая, что в центре Нью–Йорка все еще дымились руины. Итак, через день после того, как инопланетное вторжение было остановлено, все собираются на площади в Центральном парке, чтобы проводить асгардцев в их родной волшебный замок на небе, надеясь, что видеть на Земле их больше не придется. Тор вытаскивает своего брата за воротник из черного фургона, который доставил неудавшегося завоевателя из той сырой дыры, в которую ЩИТ упрятал его на ночь, и ведет его к центральной платформе. Локи, похоже, не в настроении, что Наташа предварительно классифицирует как хороший знак, хотя кто его разберет. Он держит голову опущенной и руки перед собой в совершенном проявлении покорности и послушания, которого Локи, очевидно, решил придерживаться с тех пор, как Халк достаточно доступным образом вдолбил ему это в голову. Локи немного замедляется, приближаясь к назначенному месту, и Тор, теряя терпение, толкает его вперед. Это кажется Наташе странным, учитывая напыщенные слова и заявления Тора об их крепком братстве в прошлом. И все же она очень хорошо понимает его чувства. На их общую долю свалилось более чем достаточно дерьма, и ей тоже нужно держать свои собственные позывы набить ему морду на обочине прямо сейчас. Кроме того, это не ее дело. Локи заслуживает большего, чем просто небрежный шлепок по рукам за все смерти и разрушения, и если Тор чувствует то же самое, это еще один хороший знак. Может быть, это означает, что на этот раз младший принц не ускользнет от ответственности. Может быть, только может быть, на этот раз «Асгард» преподаст ему лучший урок, чем после той катастрофы в Нью-Мексико. В конце концов запах дыма до сих пор ощущается в воздухе, и все вокруг покрыто слоем мелкой пыли. Доктор Селвиг приближается с цилиндром, в котором находится тессеракт — какое-то асгардское устройство, которое Тор, по-видимому, принес с собой, когда прибыл на Землю, и которое предназначено для транспортировки его и брата восвояси. Это все, что ей хотелось и нужно было знать от Старка после того, как Фьюри попросил их осмотреть устройство. Наташа обратила внимание только на важные детали: да, это устройство преобразования энергии, нет, оно не взорвет полгорода, когда его активируют. Этого было достаточно. Старк, казался разочарованным тем, что ему не дали больше времени повозиться с инопланетной технологией, но спорить он не стал. Есть некоторые вещи, которые лучше оставить в покое даже для Старка. Тор отворачивается, и Локи использует эту возможность, чтобы впервые оторвать взгляд от своих ботинок и направить его на Клинта. Трудно прочесть его мимику из-за причудливого кляпа, скрывающего нижнюю часть лица, но ничего хорошего там быть не могло. Клинт заметно напрягается, и Наташа поворачивается к нему. — Мне кажется, или это уже похоже на начало неудачного порнофильма? — доверительно шепчет она ему на ухо. На самом деле Наташа не в настроении шутить, но Клинт все еще взвинчен и нервничает, и лучше немного сбросить напряжение, пока оно не выплеснулось наружу. Слова срабатывают, и Клинт хихикает. Тор поднимает телепортационную штуковину и кивком головы велит Локи схватиться за ручку на другом конце. Локи колеблется лишь долю секунды, затем делает, как было приказано. Тор поворачивает ручку на своем конце. Ничего не происходит. Тор встряхивает устройство и снова поворачивает ручку. — Гм… — бормочет доктор Бэннер. — Я не понимаю, — говорит Тор, нахмурившись. — Должно было сработать. Брюс смотрит на доктора Селвига, затем на Старка, который просто пожимает плечами и разводит руками. — Я не при делах. Тор хмурится еще сильнее, смотря на Старка и направляя молот ему в лицо. — Твое вмешательство сломало его! Старк отступает на полшага и поднимает руки в знак мира. Должно быть, он действительно сожалеет, что сейчас у него нет доспехов. — Остынь, Бритни. Фьюри не позволил нам даже прикоснуться к нему. Мы только отсканировали его. — Тор… — начинает Роджерс, но тут же вздрагивает и замолкает, так как молот был нацелен уже на него. Позади Тора Локи закатывает глаза в преувеличенном раздражении, и Наташе приходится изо всех сил сдерживать смех. Претенциозный маленький ублюдок. Агенты ЩИТА, до сих пор стоявшие в стороне, начинают подходить ближе, держа руки на оружии, и Наташа понимает, что должна вмешаться, прежде чем ситуация превратится в еще больший кошмар, чем уже есть на самом деле. Она встает между Тором и Роджерсом. — Давайте просто обсудим все спокойно и не будем делать ничего такого, о чем кто-нибудь в конце пожалеет, а? Как насчет этого? Тор хмыкает и опускает оружие, и Наташа жестом приказывает приближающимся агентам держаться подальше. — Мне нужно это устройство, чтобы доставить нас домой, — заявляет он, как будто все пропустили последние его восемь повторений. — Ты уверен, что оно вообще работало раньше? — Я уверен, человек из железа. Один Всеотец заверил меня, что оно вернет меня в Асгард, и нет никого, чьему слову я доверяю больше. Локи снова закатывает глаза и качает головой. — Ну, значит все можно исправить. Верно, доктор Селвиг? Брюс? — Говорит Старк, наклонив подбородок к доктору Бэннеру. Бэннер медленно кивает, и это выглядит достаточно убедительно. Селвиг уклончиво хмыкает. — Сколько времени вам понадобится? Старк снова пожимает плечами. — Сначала мне нужно посмотреть, что сломано и в чем собственно проблема. Если ты не заметил, у нас не так много асгардских артефактов, валяющихся на дорогах, так что мне придется изготовить запчасти, если это необходимо, и… — Сколько? — спрашивает Тор, прерывая Старка, прежде чем тот смог зайти слишком далеко в своей тираде. — По крайней мере, день или два, — со вздохом отвечает Старк. Наташа почти уверена, что он понятия не имел, сколько на самом деле потребуется времени, но чего у него, по-видимому, было в избытке, так это чувства самосохранения. Дерьмовый ответ лучше, чем вообще никакой, когда Тор так зол. Или Тони сам поломал устройство, чтобы снова заполучить его в свои руки, и теперь тянет время. Наташа все же сомневается в подобном раскладе — Старк, кажется, так же сыт по горло богами, как и все остальные, — но это все еще возможная теория, которую нужно проверить. Тор недовольно ворчит, но возвращает штуковину доктору Селвигу. Наташа дает сигнал агентам взять Локи обратно под стражу. — Нет, — протестует Тор, когда люди ЩИТА начали приближаться. — Я отвечаю за брата, и отныне я буду присматривать за ним. Она бросает взгляд на Локи, чтобы уловить его реакцию на это заявление, как раз вовремя, чтобы увидеть, как он качает головой и опускает взгляд на свои скованные руки. Где-то позади нее тоже раздается сдавленный стон Старка, потому что он осознает, что это для него значит — Тор провел ночь в его башне и, несомненно, останется там, пока межзвездная штуковина не будет починена. — Сэр, у нас приказ, — говорит один из агентов. — Вашему брату присвоен самый высокий уровень угрозы. Мы не можем просто отпустить его, если ему придется остаться на Земле, даже временно. — Я не потерплю, чтобы смертные вмешивались в дела богов, дружище, — говорит Тор, и в его голосе слышится явное предупреждение. Слова звучат так чопорно, что яростные желания Наташи немедленно меняются местами — однако ударить Тора прямо сейчас — это совершенно точно плохая идея по сравнению с теми же мыслями по отношению к подавленному, казалось бы, сотрудничающему заключенному. — Тор, будь благоразумен, — говорит Наташа, сохраняя свой тон спокойным и дружелюбным. — Это временно. Твой брат несет ответственность за многочисленные жертвы, и ты должен понимать, что мы не можем позволить себе рисковать, верно? — Ты хочешь сказать, что я не способен контролировать ситуацию сам?! — рычит Тор, и маленькие молнии начинают искриться вокруг его руки, держащей молот. Локи делает осторожный шаг назад и сутулится, как будто старается сделать себя меньше мишени, и это тревожная мысль, учитывая, что ярость Тора сейчас даже не направлена на него. Независимо от того, какая враждебность сейчас существует между ним и его братом, они знали друг друга уже около тысячелетия, и если его первый инстинкт — отойти — даже ценой потери отрешенного выражения лица после того, как он приложил много усилий, чтобы сохранить его до сих пор — это не может предвещать для них ничего хорошего. Агент начинает что-то говорить, но она останавливает его жестом. — Нет, конечно, нет, я… Мы этого не утверждаем, Тор. Мы знаем, что ты можешь. Мы все. — Тор не выглядит убежденным, поэтому Наташа продолжает. — Клянусь, с твоим братом будут обращаться по справедливости, и ему не причинят вреда. Это вызывает унылое раздражение и еще одно покачивание головой от Локи, что заставляет ее задуматься, как именно прошла его ночь с людьми Фьюри. Но Тор, похоже, ничего не замечает, так что надежда еще есть. — Мой брат — моя ответсвтвеннось, — говорит он, затем оглядывает собравшихся людей и поправляет себя — Я дал отцу слово, что положу конец глупостям Локи и верну его домой, и я не собираюсь вновь подводить Всеотца. — голос все еще низкий и сердитый, искорки силы продолжают танцевать вокруг его руки. Наташа чувствует, что ситуация ускользает от нее. Конечно, ей приходилось выступать в роли переговорщика, но есть небольшая разница между каким-то ненормальным парнем с пистолетом или детонатором и инопланетным богом, который может вызывать молнии с чистого неба и отмахиваться от пуль, как от насекомых. Таким образом, здесь есть только один безопасный выход — позволить Тору поступить по-своему, а затем разобраться с последствиями, — но она знает, что это превышает рамки ее полномочий. К счастью, дверь одного из фургонов открывается, и Фьюри готов вступить в переговоры. Ей не сказали, что он будет здесь, но, оглядываясь назад, это не так уж удивительно. Оставаться в стороне и прятаться в тени до тех пор, пока не возникнет необходимость в его непосредственном участии, в стиле Фьюри. Клинт тоже не выглядит удивленным — он знает Фьюри даже лучше, чем она, — но этого нельзя сказать о других. Роджерс хмурится, а Старк выглядит совершенно оскорбленным. Им еще многое предстоит узнать о том, как работает ЩИТ в наши дни. Фьюри игнорирует все вопросительные взгляды и останавливается перед Тором, скрестив руки за спиной. — Ты хочешь сказать, что можешь контролировать своего брата? — Да. — Ладно. Он весь твой, — соглашается Фьюри, затем указывает пальцем на грудь Тора. — Не заставляй меня сожалеть об этом решении. — Этого не будет, — клянется Тор и поднимает свое оружие в каком-то асгардском жесте подтверждения. — Отлично, — говорит Фьюри ровным тоном. — А теперь, как насчет того, чтобы прекратить этот театр? Тор снова кивает и опускает молот. Шипящее электричество рассеивается, и он поворачивается к брату, хватает цепь, соединяющую кандалы, и дергает ее. Локи спотыкается, едва удерживая равновесие, и следует за Тором обратно к фургону. Фьюри подходит к Старку и произносит несколько быстрых фраз — скорее всего, приказ с завуалированной угрозой, вплетенной между словами, — Тони, скрипя зубами, раздраженно фыркает и соглашается. — Доктор Бэннер, не будете ли вы так любезны помочь мистеру Старку с починкой устройства? Брюс вздыхает. — Да, конечно, — говорит он, и его голос звучит очень недовольно. Тем не менее, тонкой нити взаимопонимания между ним и Старком, кажется, достаточно, чтобы он сразу согласился. Бэннер не из тех людей, которые оставляют своих друзей разбираться с подобной ситуацией в одиночку. — Доктор Селвиг? Доктор Селвиг кивает. — Я, конечно, не думаю, что это хорошая идея — оставаться где-то рядом с Локи мне… — он замолкает и нервно потирает шею. — Но я понимаю, что дело срочное, и знаю о работе тессеракта больше всех собравшихся здесь, поэтому помогу, чем смогу. Брюс еще немного постоял, переминаясь с ноги на ногу, и пробормотал: — Было бы лучше, если бы мы… Фьюри кивает в знак согласия, и Бэннер с Селвигом направляются к фургону, в котором перевозили устройство. Старк сигналит и высовывается из окна своей несносной машины. — Кто-нибудь хочет прокатиться? Последний шанс! Капитан Сосулька? Красный Рассвет? Робин? Наташа пропускает его слова мимо ушей. — Капитан Роджерс, — говорит Фьюри, кивая в знак уважения и, возможно чего-то еще. — Директор Фьюри, — отвечает Роджерс. — Не ожидал увидеть вас здесь. Фьюри игнорирует комментарий. — Идите со Старком, не выпускайте Локи из виду и доложите, если случится что-нибудь подозрительное. — Да, сэр, — отвечает Роджерс — он не выглядит удивленным приказом — и убегает, чтобы поймать Старка, прежде чем тот уедет. Фьюри поворачивается к Наташе. — Да, да, я знаю, — говорит она с понимающей ухмылкой. — Следите за ситуацией и докладывайте. — Полагаю, это само собой разумеется, — замечает Фьюри, затем наклоняется ближе и продолжает заговорщическим шепотом — Что бы ни случилось, убедитесь, что Тор всем доволен и все еще на нашей стороне до конца. Мне все равно, что нужно сделать, чтобы это обеспечить. Если он захочет две дюжины золотых проституток и фонтан лучшего колумбийского кокаина, дайте ему две дюжины золотых проституток и фонтан лучшего колумбийского кокаина. Если он захочет, чтобы Роджерс отсосал ему, вы заставляете Роджерса. Безопасность Земли по-прежнему остается нашим приоритетом, и я не хочу, чтобы верховный папочка пришел сюда с целой армией Торов, чтобы отомстить за то, как мы обошлись с его наследником. Я понятно объясняю? Она кивает и не позволяет комментарию, который так и вертится у нее на языке, вырваться наружу. — А я? — спрашивает Клинт. — Идите домой, Бартон, — вздыхает Фьюри. — Но… — Идите. Вы были допущены на поле временно ввиду чрезвычайного положения. Мне придется провести вас через все круги ада на следующей неделе. Клинт раздраженно фыркает, но не протестует. — Увидимся, я полагаю, — говорит она с улыбкой и, когда Клинт машет ей рукой, идет к Бэннеру и Селвигу.