Глава 1. Мир новый?

Глава 1. Мир новый? Темно. Холодно.       Сильнее всего болела грудь — будто туда вбили гвоздь и оставили. Я судорожно вдохнул. Воздух был спертый, затхлый, с примесью плесени и чего-то тухлого. Меня тут же затошнило. Я открыл глаза. Взгляд был мутным, словно я смотрел сквозь воду. Ресницы слиплись. Но всё же я смог разглядеть окружение: низкий потолок, потрескавшиеся деревянные доски, паутина в углах. Я лежал на жёстком, продавленном матрасе, обтянутом тонким, выцветшим покрывалом. Давило со всех сторон. Пространство было крошечным. Попробовал повернуться — ударился плечом о стену. До противоположной — сантиметров тридцать. Чулан?       Я сел. Всё тело отозвалось тупой, вязкой болью. Ломота в рёбрах, в спине, в плечах. Мышцы — чужие, как будто я заснул в одном теле, а проснулся в другом. Память отказывалась сотрудничать. Только обрывки: вспышка света, крик, что-то вращающееся, голос... отец? Профессор? Кристалл. Я точно держал кристалл. А потом — провал. — Что за… — прошептал я. Голос сорвался. Детский. Совсем детский. Меня вновь затошнило. Я прижался к стене. Попытался вспомнить хоть что-нибудь. Что-то важное, что-то огромное — как сон, который ускользает едва открываешь глаза. Но стало только хуже. Зрение всё ещё мутнело. Я усиленно тёр глаза, пытаясь их прочистить, но безрезультатно. Это начинало раздражать. Ничего толком не видно, тесно, холодно, страшно. Сердцебиение участилось. Дыхание стало рваным. Где я? Кто я? Что происходит? И тут в груди начало разливаться тепло. Медленно, ощутимо — до самых кончиков пальцев, даже до волос, как казалось. Я начал дышать глубже. Тепло пульсировало в такт сердцу, заполняя пустоту внутри. Зрение прояснялось, голова кружилась всё меньше, тошнота отступала… Я лёг обратно и просто дышал. Глубоко. С наслаждением. Как будто впервые за всю жизнь. Я не знаю, сколько так пролежал. Стало легче. Тепло не исчезло — оно стало частью меня. Часть, которая всегда должна была быть со мной. Свет, пробивавшийся сквозь щели в досках и двери, становился ярче. Я осторожно сел, стараясь не спровоцировать очередной приступ тошноты, и осмотрелся. Да, это чулан. Вон веник, пара ведер в углу. Но вот кровать и полка с поломанными игрушками и очками — не вписывались в обстановку. На полке стоял стакан с водой и две таблетки неясного назначения. Я сразу выпил воду — хотелось пить ужасно. Вода оказалась прохладной, с привкусом металла, но я жадно проглотил её. Таблетки трогать не стал. Живительная влага прочистила голову. Мысли стали яснее. И тут воспоминания — рваные, отрывочные — хлынули в голову. Мама. Море. Крики чаек. Школа. Первые шалости и друзья. Первый высохший. Смерть соседей. Отца всё чаще не было дома. Материнские слёзы. Лаборатория и профессор. Работа над аркой — «аркой надежды», как мы её сначала называли. Новые друзья и коллеги. Потом — никто. Только мы вдвоём. Последний день. И снова арка.       Я вдруг понял, что по щекам бегут слёзы. Ещё немного — и меня сорвёт. Я снова начал глубоко дышать. Нужно успокоиться. Нужно понять, где я. Медленно, осторожно я приподнялся с лежанки, опираясь на стену. Голова уже не кружилась, но в ногах всё ещё не было уверенности — будто я учусь ходить заново. Каждый шаг давался с усилием, но я двигался. Я протянул руку к двери. Она была хлипкой и поскрипывала, когда я приоткрыл её. За ней — коридор. Яркий свет хлынул в глаза и больно резанул, пришлось зажмуриться. Проморгавшись, я наконец смог осмотреться. Коридор был узким и светлым. На полу — старый ковровый бегунок, чуть вытертый в центре. Слева — лестница с деревянными перилами вела на второй этаж. Справа и прямо — закрытые двери. Обои с бледным цветочным узором, чисто, но без души. Всё казалось до странного обычным. Задумавшись, я решил зайти в дверь справа и не прогадал. Ванная комната мне нужна была как никогда. Хорошо умывшись, я посмотрел на себя в зеркало. И догадка прострелила как шрам у меня на лбу. - Да быть того не может. – неуверенным, все еще хриплым, детским голосом проговорил я. Это было еще в детстве. Когда к маме пришли друзья и она оставила меня возле головизора, по которому показывали старую детскую классику. - Гарри Поттер…. Да быть того не может. Но все сходилось. Имя. Лицо. Очки. Шрам. Чулан. Я — в чужом теле. В теле Гарри Поттера. Отец, что ты натворил? И главное как? Кристалл… он же должен был открыть портал, а не это! Ответы сейчас мне никто не даст, к сожалению. Ком снова подступил к горлу. Хотелось разреветься. Снова умывшись и прополоскав рот, я вышел обратно. Осталось узнать следующую важную вещь, теперь, когда я узнал кто я и где. Зайдя в дверь на против чулана, я попал в гостинную. Она была просторной, но сдержанной. На полу — старый деревянный паркет, по центру — диван с нейтральным покрывалом. Напротив стоял небольшой телевизор на тумбе с пыльными фотографиями. В углу — книжная полка с несколькими книгами. Стены украшали картины в золотых рамах. Я подошел к тумбе возле телевизора и взял газету.       01.06.1991 - ну вот и все. Месяц до начала основных событий, если я все правильно запомнил, все же я был мелким. Вернулся в чулан и лег на матрас. Что теперь делать? Нет никого, кого я знаю. Да это время в принципе мне плохо знакомо, прошло почти два столетия. Сюжет с фильмов почти не помню, обрывками и то первые части только. Почему именно сюда? Как можно попасть в мир фильмов? Такого не бывает, правда же? - А-ха-ха-ха!       Пальцы сами собой вцепились в матрас, смех перешёл в хрип. Сейчас меня вырвет. Так не забываем дышать Даниэль — или теперь Гарри? Кто я теперь? Наверное, все же Гарри.  Или нет? Сердцебиение снова ускорилось, голова закружилась, в груди тепло разлилось волной, подкатила тошнота — и мир провалился в чёрную яму. *** - Гарри! Мальчишка! Вставай завтрак уже накрыт. Сколько можно спать?!       Первое, что я услышал, когда очнулся, это грубый мужской голос на повышенных тонах, и громкие шаги, справа по коридору. Кто это? Где я? Точно, я Гарри Поттер. После сна стало немного легче переварить эту информацию. Если я Гарри, значит, это мои родственники Дурсли. Вставая с матраса, я пытался вспомнить, что-то о них. Но ничего в голову не приходило, кроме того, что они относились к племяннику не очень хорошо и заставляли работать. В углу нашел и надел черные шорты и явно не моего размера футболку, хоть чистые, но выбирать не приходилось. Выйдя с чулана, я снова заглянул в ванную умылся и пошел на кухню. В кухне уже собралось все семейство. Тетя Петунья, дядя Вернон и их сын, он же мой кузен Дадли. - Наконец-то, сколько можно тебя ждать, еда стынет, садись! – с явным нетерпением сказал малец моего возраста. У него явно был лишний вес, но скорее это была просто детская полнота, чем ожирение. Круглое лицо с явным выражением недовольства. Каштановые короткие волосы. Слегка лопоухие уши, и нос картошкой. Яркие синие глаза, точно, как у Вернона. Вообще они очень похожи. Сам глава семьи, большой тучный мужчина 40 лет. С шикарными моржовыми усами сидел в центре стола и читал утреннею газету. Лицо его было задумчиво, писали явно что-то интересное. - Чего стоишь? Садись. – Сбоку подошла высокая худая женщина с волосами цвета пшеницы. Хоть она и не блистала красотой, в ней чувствовалась странная элегантность - идеальная осанка, плавные движения, слегка строгий взгляд зелёных глаз. Я инстинктивно выпрямился под её оценивающим взором. От неё пахло приятным цветочным одеколоном и жареным беконом. Она усадила меня за стол, поставив передо мной тарелку с дымящейся овсянкой, яичницей и хрустящим беконом. У остальных членов семьи стол уже был накрыт. - Вот, ешь, - коротко бросила тётя и тоже села за стол. Вернон шумно сложил газету, взял столовые приборы и церемонно пожелал всем приятного аппетита. Мы принялись за еду. Завтрак оказался на удивление сытным и вкусным, хотя я не привык к такой пище. Когда моя тарелка уже почти опустела, тётя Петунья вдруг подошла и положила мне добавки. - Ешь, ешь, - настаивала она, - я знаю, как ты голоден после... всего этого. - Спа-си-бо, - пробормотал я, с трудом разговаривая с набитым ртом. И правда - я чувствовал зверский голод, одной порцией явно нельзя было насытиться. Когда все закончили с основной едой и перешли к напиткам, Вернон повернулся ко мне, его взгляд стал серьёзным. - Ну как ты, малец? После вчерашнего-то... - он сделал паузу, - Понимаю, что в чулане не очень комфортно, но вчера это было необходимо. Мои мысли помчались в паническом темпе. Что случилось вчера? Что мне ответить? Вчера это был даже не я, а Гарри. События из фильмов, что остались в моей голове не приносили ясности... В итоге я решил сказать полуправду - если что, всегда можно сослаться на магию. - Дядя... а что было вчера? Я ничего не помню... Густые брови Вернона сначала поползли вверх от удивления, затем нахмурились. - Вот как, - пробухтел он, - Это уже не в первый раз. Вчера ты снова колдовал. Мы пытались тебя подстричь - волосы уже до пола отросли, обрезали, а они продолжали расти! Потом ты потерял сознание... Мы проверили твое состояние, ты просто спал. На всякий случай мы отнесли тебя в чулан - чтобы ни себе, ни нам ты не навредил. - Ой, простите! - Да ты чего, малец, всё нормально, - дядя Вернон неожиданно улыбнулся уголками губ и небрежно потрепал меня по волосам. - Уже не впервой, привыкли за 10 лет то, главное - всё обошлось. Он поднялся из-за стола, увлекая за собой Дадли, который всё это время был больше занят своим десертом, чем нашим разговором. Когда мужчины вышли, ко мне приблизилась тётя Петунья. - Так Гарри, сегодня без работы, восстанавливай силы! Только посуду помой и можешь отдыхать в своей комнате на втором этаже, хватит с тебя чулана. – Она тоже слегка погладила меня по голове и вышла с кухни. Всё это было... странно. Пусть я и плохо помнил фильмы, но был уверен - Дурсли относились к Гарри куда строже. А эта атмосфера... это почти напоминало нормальную семью. Дышать стало легче, все не так страшно, как я ожидал.       Убрав со стола и помыв посуду, я поднялся на второй этаж и с первого раза нашел свою комнату, на двери была нарисованная большая желтая молния, явно оставленная детской рукой.       Я замер на пороге, осматривая своё новое убежище. Комната, хоть и небольшая, дышала уютом. В центре стояла добротная деревянная кровать с аккуратно заправленным покрывалом. У стены притаился сундук, доверху заполненный игрушками - целыми армиями оловянных солдатиков, пластиковыми рыцарями в сияющих доспехах и стаей разноцветных динозавров.       Особенно впечатлял массивный дубовый шкаф, чьи полки ломились от книг, стопок тетрадей и загадочных безделушек. Но истинной жемчужиной коллекции была большая резная фигурка дракона - настолько детализированная, что казалось, вот-вот из её пары вырвется настоящее пламя.       У окна скромно разместился учебный уголок: простой деревянный стол, заваленный школьными тетрадями и учебниками, и неказистый, но крепкий стул. На полу лежал самый обычный серый ковёр.       Я плюхнулся на кровать и стал размышлять. И мысли были мрачные. Что случилось с настоящим Гарри? Неужели я... убил его? Поглотил его душу? Нет, я не могу быть убийцей! Но что, если...       Я оглядел комнату - эти игрушки, книги, заботливо подобранные вещи. В этой семье его если и не любили как родного, то точно принимали как члена семьи. О нём заботились, когда с ним случались магические происшествия. А я просто забрал его место? "Нет!" - почти вырвалось у меня вслух. Нельзя так думать, иначе сойду с ума. Я не убийца! Должно быть, произошло что-то другое...       Шрам! В зеркале он едва выделялся - бледная полоска, тогда как в фильмах он всегда казался воспалённым и болел. Волан-де-Морт? Крестражи? Что, если Тёмный Лорд попытался захватить тело Гарри, но что-то пошло не так? Может, Гарри уничтожил его, но и сам погиб? Но, тогда как оказался здесь я? Почему именно в его теле? "Эх, если бы рядом был отец..." - вздохнул я, но тут же осёкся. Даже он, со всей своей наукой, вряд ли разобрался бы в этой магической путанице. Хотя... это именно он, каким-то образом отправил меня сюда. Голова раскалывалась от догадок. Пока приму эту версию за рабочую - думать о других вариантах слишком больно. Мысли путались, каждая мрачнее предыдущей. Перед внутренним взором проносились образы прошлой жизни: мать, отец, оставленный мир... В глазах снова запершило, но я сжал кулаки и прогнал слезы.       "Хватит!" - резко одернул я себя. Похоже, это новое детское тело влияет на мою эмоциональность. Придется заново переживать взросление – сначала детство, а потом подростковый возраст с его эмоциональными бурями... Это будет тяжело. Но у меня есть опыт. Я справлюсь! Должен справиться! Нужно действовать системно: 1.      Записать все, что помню о будущих событиях 2.      Обыскать комнату - вдруг Гарри вел дневник? 3.      Разобрать вещи - надо знать, что у меня есть 4.      Начать разбираться со своими возможностями.       И возможности это самое интригующее, так как я до сих пор чувствую тепло в районе груди, будто второе сердце, оно дарует мне спокойствие и поддержку. Я почти на все сто уверен, что я так ощущаю течение магии в своем организме. Не книжная, не выдуманная — моя. Та, что теперь живёт во мне. И чёрт возьми, это прекрасно. Я и не заметил, как мысли стали путаться, а тело - тяжелеть. Последнее, что помню - мягкое погружение в подушку и шепот магического тепла: "Все будет хорошо..." Так, между печалью о прошлом и тревогами о будущем, я и уснул.