Глава 10. Поезд, которого не было в расписании

Утро не пришло. Оно появилось — как звук в тишине, как свет в комнате без окон. Лея вышла за пределы Заставы. Её шаги были лёгкими, как будто ночь вымела из неё усталость. На плече висела сумка, внутри — шкатулка, карта судеб, мешочек с солью и колода, которую она впервые не стала прятать. Снега на земле почти не осталось. Он оттаивал, не тая — а словно исчезая, как воспоминание, которое стало не нужно. И тогда Лея услышала это. Сначала — ритм. Колёса. Звук, который слышат только те, кто ждёт. Потом — гудок. Низкий, древний, будто его придумали в прошлом веке, чтобы разбудить что-то забытое. Из-за линии деревьев появился поезд. Он не шёл по рельсам. Он двигался по памяти. Старый, как из сказок. Лаковая обшивка, тёмно-зелёные вагоны, окна светятся жёлтым. Именная табличка на боку гласила: "Возврат невозможен. Станция следующая — себя." Снег начал подниматься с земли, закручиваться в спирали. Не вьюга — танец. Вокруг Леи зашептали голоса. Те же, что звучали в каменных статуях: — Ты забыла... — Ты помнила... — Ты выбрала... Дверь одного из вагонов открылась. На пороге стояла девочка лет шести. Рыжеволосая. С такой же заколкой, как у Леи. — Пойдёшь? — спросила она. — Или снова останешься смотреть, как всё уходит? У Леи перехватило дыхание. Эта девочка — это она. Та, что осталась в той зиме, когда всё обрушилось. Та, которую она пыталась забыть, вырасти из неё. Она сделала шаг вперёд. Потом второй. Сердце билось ровно. Не потому что не страшно — потому что правда. Когда Лея поднялась в вагон, тот, кто сидел в углу, поднял взгляд. Воймир. Но теперь — не как ночью. Он был моложе. И в его глазах не было загадки. Была только доброта. Он кивнул. — Теперь ты знаешь. Не кто я. А кто ты. Поезд тронулся. Без звука. За окнами — не лес, не снег. А то, что ждёт, когда перестаёшь убегать.