Глава 2 Ты пришел

Проснувшись я сильно испугалась... Я была посреди незнакомого мне леса. Кроны деревьев пробивали небо, а их стволы были настолько толстыми, что казалось их бы не смогли обхватить и трое мужчин. —"Должно быть это сон, не могла же я оказаться здесь просто так?" - в голове проносились сотня догадок: как, когда, почему я здесь. Было холодно, ветер и шум листвы заставляли тело покрываться сто и одной мурашкой, не оставляя ни одного участка кожи без них. Лунный свет не мог пробиться через массивную крону деревьев, но было светло. Весь лес освещали маленькие светлячки. Иногда они сбивались в скопления, а иногда разлетались кто куда. Из транса меня вывела мужская фигура, медленно приближающаяся ко мне. Ее телосложение было крепким, вероятнее всего оно принадлежало военному. Это редкость, чтоб аристократ здешних мест обладал выдающимся телом. Шаги фигуры были размеренными, твёрдыми, однако смущало то, что "это" было храмо на одну ногу... Или мне это показалось из-за плохого освещения? Слегка попятившись, чтобы немного отдалиться от возможно опасной фигуры мужчины, я сказала: —"Извините, мистер, Я не могу понять, что здесь делаю, не могли бы Вы вывести меня отсюда?" Голос дрожал. Мне казалось, что фигура вот-вот побежит, схватит меня. А дальше... Что бы она сделала? Стало страшно. Даже зная, что это сон, Я ничего не могла с собой поделать. Страх сковал тело, мысли. Я действовала инстинктивно. Попытавшись развернуться Я не смогла и пошевелить головой, ничего не давало мне дальше двинуться. Казалось, что меня держит уже не страх, а колдовство, магия. —Это все не к добру- подумала я. Действительно, такой сон не мог предвещать что-то хорошее. Грохот* Ноги начали проваливаться сквозь землю и тонули в непонятно откуда взявшейся грязи. Грязи, не похожей на обычную, скорее специально сделанную так, чтобы всяк активно сопротивляющийся не смог из нее выбраться. Попробовав пошевелиться я потеряла всякую надежду на свободу. Неизвестное мне колдовство все ещё действовало и весьма пугало. Все что я смогла сделать — это заплакать. Плакала от безысходности, от усталости, от беспокойства, от непонятных чувств. Чем дольше я плакала, тем сильнее погружалась в омут грязи. Я не могла даже заставить себя открыть глаза. Все, что могла сделать, это протянуть руку, в надежде, что мне помогут выбраться. И мне помогли. Фигура ускорила свой шаг и резким движением вытянула меня из под земли. Не рассчитав силу сопротивления, мы потеряли равновесие и упали. Я лежала прямо на неизвестном мне мужчине. Одна из рук была на его груди, вторая же упёрлась куда-то вниз, сжимая что-то очень мягкое. Наши ноги были сплетены, как в тех самых бульварных романчиках. Смущению не было предела. —" Прошу меня простить, мистер, Я очень виновата, простите меня!" - быстро тараторила Я, сев на его, все ещё лежащие на земле ноги, зажмурив глаза и вытянув руки, —" Спасибо Вам, что спасли меня, Я не забуду Ваш поступок" - прижав руки к груди Я попыталась успокоить дыхание. Посмотрев на своего спасителя, я была поражена. —"Э-это... Это же Вы!!!" - не способная поверить своим глазам воскликнула Я, - "Мистер Л...Леви Аккерман?", - лицо налилось краской, как только я начала произносить его имя. —Ах, он и правда здесь? - подумала я. - Что он делает в моем сне? Неужели это все судьба? Что-то или кто-то нам помогло сплести наши подсознания в общий сон? Неужели он тоже заприметил меня? Как бы было хорошо... Капитан лишь слегка приподнялся на руки и смотрел на меня не меняясь в лице. Посмотрев на меня ещё чуть-чуть, он взял мою прядь в руку и поцеловал. В его поцелуе прослеживалось не столько благородство, сколько лёгкая пошлость. Поцелуй ради расположения и продолжения. Закончив он взглянул на меня. —"Наконец-то мы встретились..." - произнес Аккерман и поднял руку выше, чтобы поправить выпавшую прядь за ухо, - "Я ждал тебя." - почти шепотом он сказал это теплым дыханием мне на ухо. —"Что Вы говорите?" - нервно, почти крича ответила я. —"Это твой шанс" - мужчина начал тянуться к моим губам и уже был близок, как я резким движением оттолкнула его и слезла с его колен. Непонятная паника охватила меня. Кожа покрылась мурашками. —"Мне нельзя, Я... Я... Я не могу... Матушка мне запрещает, это грех!" Слова лились сами. Я лишь бесцеремонно выкрикивала их, всем телом показывая, что мне противно даже находиться здесь. —Но... Ничего же не случилось, -подумала я - откуда эта паника? Почему тело дрожит? —Хочу блевать - пронеслось у меня в голове. Да, вся эта ситуация довела меня до предела. Я не знала почему эти эмоции так ярко вылились на ни в чем неповинного человека, но я не могла по другому. Тело реагировало раньше головы. —Если бы он был настоящим... Все было бы по другому! - пыталась утешить себя я и что-то в этом было. Я действительно ощущала, что этот мужчина — не тот, в кого я влюбилась и кого нарекла для себя особенным. Это фальш. Аккерман не шевелясь сидел напротив, смотря за каждым моим проявлением эмоций. Спустя долгое молчание он сказал: —" Чем дольше ждёшь, тем слаще вкус" Эти слова показались мне до тошноты пошлыми и неестественными для такого как он. —"Ждать чего? Что ты имеешь в виду?" - спросила я, дважды мысленно побив себя по голове за небывалую наглость. —"Поймёшь позже, но я буду ждать того дня, когда ты лично явишься ко мне... Скажешь мое имя, когда будешь готова отдать свою душу, и будешь всю жизнь благодарить меня." - сказал он с насмешкой. —"Нет! Я не желаю знать твоего имени! Ты лишь мое воображение!", - кричала я, не желая больше слышать этот бред. Кто он? Почему пришел ко мне? —"Конечно, будь по твоему, Я не скажу..." - он сделал паузу пристально смотрев на меня и продолжил: " Ты уже его знаешь." Его лицо обволокла улыбка, когда я поняла, что его имя вертится у меня на устах и я проговариварила его уже несколько раз. —"Иб...с" - осмелилась сказать я в слух. - попытавшись сказать имя, мне будто бы что-то помешало. Он точно услышал верное имя, это заметно по его реакции, но почему я не могу услышать его полностью. Без этого странного пропуска посередине? Что за имя такое "Иб...с". Черты лица Капитана стали мягче. Он улыбался мне. —"Мы ещё увидимся. И тогда, Я заберу твою душу." Сказав это, мужчина обратился черным дымом. Его больше здесь не было. Как и меня.

***

Проснулась Я в холодном почту. Оглядев комнату и убедившись, что наконец-то вернулась в реальность я поняла, что забыла его имя. Нет, не Аккермана. Я забыла имя того мужчины... Что... Был в нем. Духа, что овладел телом капрала. Не загружая этим свой мозг, Я встала с кровати и посмотрелась в зеркало. Передо мной стояла худощавая девушка с маленькой головой, длинными, почти белыми руками и ногами. Куда ни глянь, а кожа была безупречна. Без единого волоска, без шрамов, без царапин и родинок. Идеальная кукла. Черные, густые волосы почти закрывали бедра и струились прямым потоком, без единой волны до самых кончиков. Узкие брови в цвет волос и темные глаза горманично вписывались в общую картину. Узкие губы и длинный нос, острый подбородок создавали ощущение хрупкости и утонченности личика. Ощущение идеальности витало в воздухе. И причиной тому была она. Неприлично красивая и неприступная. Открыв шкаф и натянув чулки, кофту и взяв с собой пуанты, вышла из комнаты, направившись в балетный зал. Прошло полтора часа с момента начала занятия. Хоть я и выполняла все элементы так, как мне говорили, Я делала это машинально, механически, не думая о процессе. Все мои мысли занимал лишь тот сон. Пыталась вспомнить имя. —"Я расскажу вдовствующей графине, что Вы витали в своих мыслях на сегодняшнем уроке, если не возьмёте себя в руки." - строго отчеканила мадам Селин. —"Да, прошу прощения..." - поспешно ответила я, чем привлекла к себе лишь больше ненужного внимания. —"И как же Вы собираетесь оттанцевать весь балет, если даже не можете сконцентрироваться на два часа? Когда вы были младше, Вы себе такого не позволяли." Комната погрузилась в давящее молчание. Я не знала, что ответить. Что она имела в виду под "оттанцевать балет"? Она это сказала в общем или имела в виду конкретный? Я слишком сильно об этом задумалась, чем ещё сильнее разозлила её. —"Иди. Я не собираюсь тратить время на такую тебя." - сказала мадам Селин, уходя из зала. Как только дверь закрылась, Я упала на пол, обессиленная и растерянная. Мысли пожирали: —А что если она расскажет матушке? Что она сделает? Как мне поступить? Что делать? Почему мне приснился этот сон именно сегодня? Как же быть... Не желая находиться в зале из-за наступившей духоты я отправилась переодеваться. Я шла по привычным мне коридорам, без особого энтузиазма или интереса. Эти коридоры были наполнены только лучшим из лучшего. Утонченные фрезки украшали стены. Из узоров вырисовывались нежные ландыши, лилии и фиалки. Первые стали символом нашей семьи и были изображены на нашем семейном гербе. Каждое воскресенье по пути в церковь из кареты на центральной площади можно было увидеть гербы трёх семей. Первый и самый большой принадлежал королевской семье. Второй – самой ближайшей ветке по родовому древу из королевской семьи. А третий – принадлежал нашей семье. Семье Ме́гас де Сфи́ра. Членов нашей семьи всего два. Это матушка и я. Матушку при рождении нарекли именем Екатерина. Екатерина Мегас де Сфира. Мне же решили дать имя Жизель. Каждый из нашей семьи обладает религиозным именем, что даётся ему тайно. Это имя нельзя разглашать. Оно предназначено только для самых близких. Свое имя я ещё не осмелилась рассказать матушке, да и она не просила. Пройдя ещё немного по коридору я зашла в свою комнату. —"Гера, подготовь мне платье к сегодняшнему обеду с матушкой. В нем же я и пойду на оставшиеся мне занятия. Подготовь и можешь идти, помогать мне не нужно." - сказала я. Сегодня я явно была не готова к посторонним людям рядом с собой. Одевшись в фиолетовое платье с кружевной отделкой Я пошла на занятия. По сегодняшнему плану в первой половине дня остались ещё: литература, история танца, грамматика и этм. Каждый учитель сегодня подмечал, что я нахожусь не здесь. Чем больше мне это говорили, тем больше я погружалась в это состояние. —Как же быть,- думала я, - что будет делать матушка... Только не подвал... Пусть раскаленная качерга, розги... Но только не подвал. Подвал для меня был сравним персональному аду. В детстве, когда я смела не соблюдать график занятий, плохо выполняла задания учителей или же ела слишком много, матушка закрывала меня в подвале. Холодном и пустом помещении, в самой отдаленной части нашего особняка. Я могла плакать, умолять, чтобы меня выпустили, но этого не случалось по моей воле. Все, что я могла делать, это смиренно ждать, когда меня выпустят. На время моего заключения я не ела, ни пила. В подвале не было ничего, что могло развлечь заскучавший ум. Поэтому единственным занятием было знакомство с внутренними демонами. В тишине, темноте на несколько дней один, ты понемногу начинаешь сходить с ума. И когда я находилась на грани, которую ни за что нельзя пересекать, всегда открывалась дверь. На пороге этой двери стояла матушка, с таким любящим взглядом, что мозг сразу отказывался от всех грешных мыслей, что рождались в том подвале и я сразу просила прощения за всё. Не потому что боялась, что если не скажу эти слова, то матушка закроет меня там вновь. Нет. Я просила прощения, так как действительно ощущала свою вину в том, что не повинуюсь ей. —Она же делает это для меня. Для моего будущего, Я должна приложить все усилия, чтобы стать для нее идеальной дочерью. - думала я, пока слуги открывали мне двери в столовую. За длинным столом, накрытым на двоих с одного и другого конца, сидела мама. Она не была зла, сердита, опечалена или взволнована. Ее лицо не выражало эмоций. Как обычно. Обычное лицо. Дойдя до стола и сев на свое привычное место я начала: —"Приятного аппетита и пусть бог благословит нашу еду." - как обычно сказала я, ожидая реакции матушки. —"Да будет так...", - помедлив и внимательно посмотрев на меня, она продолжила - "Аминь!" Мы принялись есть. В моей тарелке на удивление было куда меньше еды, чем обычно. В середине фарфорового блюдца красовались несколько бобовин политых склизким соусом непонятного происхождения. На другой тарелке лежал кусочек хлеба. Рядом стоял стакан воды. Не успев задать соответствующий вопрос матушке, она начала: —"Жизель, почему сегодня все учителя, как один, говорят, что ты ленишься?" - она смотрела и говорила это, как-будто без особого интереса. Все, что касалось меня, либо слишком ее раздражало, либо вообще не волновало. Одно из двух. —"Я...",- не успев что-либо сказать, меня перебила матушка. —"Конечно ты не расскажешь кто известил тебя, но это точно из-за недавней новости? Слухи распространились быстрее, чем я ожидала.", - сказала она, разрезая кусок мяса. —"Эм..." - пытаясь зацепиться за единственный шанс оправдать свою рассеянность начала говорить я: —"Да, матушка, Я очень удивилась и была рада последним новостям. Весь мой дух перехватило, поэтому я не смогла сконцентрироваться на уроках!" Я сглотнула ком в горле. Реакция матушки была очень странной и неестественной. Не могу описать конкретно, что мне показалось странным, но одно я знала точно, новость поистине важная. —"И как же ты собираешься танцевать, если не можешь даже контролировать собственное волнение? Ты собираешься меня опозорить?" - проговорила она с нескрываемым пренебрежением. Последнее слово получилось особенно ядовитым. —"Я не посмею и думать о таком!", - сказала я, но матушка не смотря на меня продолжила. —"Я вынуждена вместо трёх индивидуальных уроков и одного группового, поставить тебе все пять уроков с педагогами и ещё два будут групповыми разминками. Тебе нельзя сейчас расслабляться. Если совершишь хоть одну ошибку..."- она посмотрела на меня и проговорила следующие слова так, что я ощутила их каждой косточкой, каждой частичкой кожи и каждым нервом - " сама знаешь где окажешься." —В подвале - мысленно ответила я. —"Жизель, Я рекомендовала Им именно этот балет, ведь к моему великому сомнению, он получается у тебя лучше, чем другие. Твой учитель это подтвердил. " Сделав некую паузу на то, чтобы наконец-то откусить и прожевать кусочек мяса, она продолжила: —"Партия Одетты идеально подойдёт тебе... Ты будешь блистать, если сделаешь все правильно. Одилию исполнит Лилиана." - матушка отпила вина и продолжила - " она не утверждена официально, только из соображений работы с постановщиком. Возможно, что в связи с новыми веяниями среди молодежи ты станцуешь и Одетту и Одилию. На этом все." Я сидела не в силах выразить свою радость. Я была на седьмом небе от счастья. —Боже, спасибо тебе! Я так рада! - говорила я себе не в силах не поделиться таким счастьем. —"Дорогая Матушка, Я Вас не подведу! Я сейчас же примусь за самостоятельные занятия!" - Я подскочила с места и уже собиралась выходить из столовой, на что матушка окликнула меня. Обернувшись я увидела ее очень довольной. Такое происходило очень редко. —"Репетиции полным составом будут самыми последними, вечером. Сводные репетиции с оркестром—в конце июня." - сказала она, чем вызвала, без сомнений, самую искреннюю улыбку на моем лице. —"Хорошо матушка, Я запомнила, буду стараться!" - попыталась во второй раз выйти из столовой, как меня снова окликнули. Обернувшись матушка подошла ко мне и взяв мою руку в свои сказала: —"После представления будет банкет." - увидив мое замешательство, она добавила,- " верхушкой было принято решение провести балетное представление в честь разведкорпуса, что провели плодотворную работу за последние два года и закрепили ее удачной вылазкой за стену. " —Боже... Как же хорошо..., - подумала я не сводя с матушки восторженного взгляда. - Он точно будет там... Точно.