Где же ты?

Через неделю МакДак вернулся в особняк. Недавние события подвергли его в шок. Всю неделю он искал ответы на вопросы. «Как это могло произойти?» Он решил позвонить своим родителям и все узнать. Они без каких-либо оправданий все рассказали. Они рассказали тоже самое, что сказала Магика. Теперь Скрудж думал о том, что же ждёт его на чтении наследства. Скорее всего ничего, учитывая взаимоотношения братьев. Гломгольд обманул его и предал. Макдак не хотел считать его братом. " Если бы он был дальним родственником, то я бы пережил это спокойно, но он мой родной брат.» Родной брат. Родной брат, с которым он был знаком всю жизнь, но даже не подозревал об этом родстве. Скруджа задело то, что даже когда он вырос ему ничего не рассказали. Ничего. Теперь ему предстояло узнать все самому. МакДак очень много разговаривал с Магикой об этом. Она сохранила все документы, подтверждающие его родство с Гломгольдом. Скрудж, узнав об этом, немедля попросил отправить ему все бумаги. Спустя день они были уже у него. Они были двойняшками. Это ещё больше повергло МакДака в шок. Ему казалось, что они совершенно не похожи внешне. Но казалось только ему. Магика же видела больше сходств. — Если бы Гломгольд не носил бороду, ты бы тоже это заметил. Вы очень похожи, особенно если посмотреть старые фотографии. Посмотри, я прислал несколько его фотографий. Скрудж нашёл их. На фото Флинтхарту было около двадцати трех. Высокий молодой парень. На лице никакой бороды, даже щетины не было. Для сравнения МакДак взял свою фотографию примерно того же года и заметил, что они правда были похожи. Два высоких парня с зелёными как изумруды, глазами и густым бровями. Только их тела были разными. Гломгольд выглядел спортсменом на фоне МакДака. Скрудж был худым и выглядел словно скелет, обтянутый кожей. Тогда он очень много работал и мало ел. МакДак делал все для достижения своей цели: не спал ночами, мало ел, изредка отдыхал. Всего себя он вкладывал в работу. Сил не оставалось даже на то, чтобы съесть что-то. Магика встретила его. — Рада, что не опоздал. — И тебе привет. Она посторонилась и пропустила Скруджа. Магика поднялась по одной лестнице, а затем по другой. МакДак последовал за ней. Как понял Скрудж в доме было две гостиных. — Похороны проходили в одной из гостиных? — Да, — Магика остановилась перед одной дверью. Дверь была темно — каштанового цвета. Магика открыл её не стучась. В комнате сидели те, кого МакДак уже встречал. Это были люди, побывавшие на похоронах. — Скрудж, познакомься со своей семьёй. Артур Гломгольд — твой отец, — Де Гипноз указала на мужчину в два раза старше его самого. У него не было бороды, как у Флинтхарта, но зато были густые закрученные усы. Седые волосы были приглажены. — Привет, сын, — он подошёл к МакДаку и обнял. Скрудж даже не противился. Ему было приятно ощутить прикосновение родного по крови человека. — Это твой дядя — Адам, — Мистер Гломгольд позвал другого мужчину. Он был молод. Каштановые волосы, выразительные скулы и острый подбородок. — Очень приятно, Скрудж, — он коротко пожал руку. Адам не любил прикосновения, особенно объятия, поэтому обошёлся этим. Постепенно люди начали представляться и обнимать МакДака. Он был рад знакомству со своей семьёй. Каждый член семьи казался ему особенным. Магика стояла в сторону и ждала, когда все это закончить. Она грустила, потому что Флинтхарта не было рядом Она не могла его забыть, просто не могла. Он был ей очень дорог. Дорог, как бриллиант в золотом кольце. Дорог, как последний день лето — такой же запоминающийся и особенный. С первого этажа раздался стук. Из-за сильного эха в доме услышать стук с первого этажа было несложно и если учесть, что дверь комнаты была открыта стук был слышен очень отчётливо. — Магика, будь добра, открой дверь — попросил Мистер Гломгольд. — Конечно. Магика тут же вышла их комнаты и спустилась по лестнице. Она открыла дверь и увидела перед собой трех мужчин, одетых в серые плащи и серые фетровые шляпы. — Мадам Де Гипноз, примите мои соболезнования, — сказал один. — Благодарю, проходите. Второй этаж третья дверь, я скоро вернусь. Мужчины прошли в дом и направились на второй этаж. Магика зашал на кухню и открыла окно. В окно тут же влетел ворон. — Ну как, все идёт по плану? — врон присел на плече Магики. — Всё идёт по плану. Осталось совсем чуть-чуть и ты снова станешь собой, — женщина погладила его по голове. — Он здесь? — Да, на втором этаже. Совсем скоро все будет хорошо. Всё будет хорошо. *** — Итак, я должен зачитать завещание Флинтхарда. Всё сидели и с любопытством смотрели на мужчину. Он как будто специально оттягивал момент тем, что медленно разворачивал конверт. Мужчина пропустил начало и начал читать. — После моёй смерти все моё имущество, включая моё дело передаётся моей супруге — Магике Де Гипноз. Моё состояние разделить между моими родственниками. В случай смерти наследницы наследство передаётся моему родному брату — Скруджу МакДаку. Магика не была удивлена. Она знала, что все достанется ей, ведь она была самым любимым и дорогим человеком для Гломгольда. А МакДак наоборот был поражён тем, что в случаи смерти Магики все имущество Гломгольда достанется ему. Он не ожидал, что Флинтхарт добавит его в завещание. Родственникам было достаточно денег. Больше вопросов они не задавали. Они рассчитывали только на состояние, поэтому остались довольны. — На этом мы закончили. Теперь все имущество и бизнес Гломгольда ваши, Мадам Де Гипноз. — Благодарю, до свидания. Мужчины вышли из комнаты и направились к выходу. *** Время шло, а МакДак понимал, что неравнодушен к Магике. С каждым днем его чувства крепли, а при мысли о ней внутри все горело. Он старался подавлять это чувство, ведь знал, что Магике не стоит близко доверять. Она может предать в любой момент. Но за последнее время она ни разу не попыталась украсть его монету и даже не вспомнила о ней. " Она занята, у неё нет времени думать об этом. Скорее всего украдёт её, когда все закончиться.» Но все почти закончилось. Флинтхард умер, Магика получила его особняк и бизнес и за все время ни разу не побеспокоила его. " Возможно она готовит другой план." "А может быть она просто забыла или поняла, что монета не поможет ей?" Тогда он решил поговорить с Магикой. Они давно не общались. Как только завещание было прочитано они прекратили общение. А ведь Скрудж очень скучал по ней. По её глазам, рукам и голосу. МакДак сам не понимал любит её или нет? С одной стороны в прошлом она сделала ему очень больно и у него не было оснований доверять ей, но с другой стороны… "Она стала другой. Спокойной, учтивой и перестала быть такой… Сумасшедшей." — Хочу её увидеть, — он отложил газету, так как не мог сосредоточиться и дочитать её. Мысли о ней не давали покоя. — Дакворт, подготовь машину. — Конечно, куда едем? — Христофора Колумба 36. Дакворт кивнул и ушёл из комнаты. МакДак вскоре тоже ушёл. Ворон, заметив уход МакДака, тут же улетел. Он направился в сторону дома. По долетел и постучал в окно. Оно тут же распахнулось. — Ну что? — спросил Магика. — Он скоро будет. — Отлично, По. Мне нужно только, чтобы он остался здесь на ночь. Ему нужно выпить это, — она подняла над головой бокал с прозрачной жидкостью. — Воду? — Нет! Дурачок, его любимый «Шардоне». Тогда я напоила его им и теперь он от меня без ума. Но Скрудж сомневается. Он не доверяет мне. Ну ничего. Мы это исправим. Сегодня. Магика, как истинная ведьма, злобно посмеялась. А тем временем МакДак мчал к своей любимой. Ему не терпелось её увидеть, поговорить и обнять. Он очень скучал по ней. Перед встречей он волновался. Скрудж боялся, что Магики не окажется в доме или она не захочет его принять. " Эта Магика мне нравится намного больше.» — Магика? -Что такое, По? — Ты скучаешь по Гломгольду? Ты правда любила его? Это вопрос застал Магику врасплох. Она не ожидала, что По спросит об этом. Де Гипноз дернулась. — Да, я не вру. Я правда любила его. Я не думала, что смогу кого-то полюбить. Понимаешь? Когда я была рядом с ним мне казалось, что он мне не нравится, но после его смерти… Мне как будто вырвали сердце и несмотря на то, что я получила после его смерти это все ещё не заглушает мою боль. Я жалею об этом, — её глаза начали слезиться. По с сочувствием посмотрел на женщину и сел ей на плечо. Он крылом дотронулся до лица женщины и попытался успокоить. — Прошу прости, что напомнил. Я думала, что… — Да, я знаю, По, я знаю. В дверь библиотеки постучали. Дворецкий вошёл. — Мадам Де Гипноз, к вам гость. — Кто? — Скрудж МакДак. — Сейчас спущусь. Антонио ушёл, оставив Магику с По. — Я надеюсь, что все будет хорошо. — Я тоже, Магика. Де Гипноз вышла из библиотеки и спустилась вниз. МакДак был в холле. Скруджу показалось, что Магика выглядела подобно императрице, пока спускалась с лестница. Движения по прежнему были элегантными и грациозными, а осанка идеально ровной. Чёрные волосы были вновь собраны в высокую шишку, а украшений из серебра стало только больше. — Проходи, — Она провела МакДака в гостиную и усадила в кресло. — Что-нибудь хочешь? — Разве что тебя. Магика дернулась. Теперь она поняла, о чем думал Скрудж, когда женщина пошутила про монету. — Не смешно. — А если серьёзно, было бы неплохо выпить. Садись, — он постучал по соседнем креслу. — Антонио, — Она позвала дворецкого, — Принеси " Шардоне». Дворецкий вышел. В комнате стало тихо. От этого молчания МакДаку стало некомфортно. Он решил спросить Магику. — Как у тебя дела, Скрудж? — начала она. — Всё просто прелестно. Слушай, у меня к тебе вопросы. — Что такое? — Ты скучаешь по Гломгольду? Магика глубоко вздохнула, как будто не хотела отвечать на его вопрос. — Очень. Дом без него пустой, мне одиноко. И мне начинает надоедать вести его бизнес. — Ты можешь передать его родственникам Гломгольда. — Всё они живут в Шотландии и я не хочу, чтобы кто-то из них здесь жил. Флинтхарта я любила, но только не его родственников. — Передай его мне, — предложил Скрудж. Он тут же увидел в этом большую прибыль его состоянию. — Тебе? Никогда, — Она посмеялась. Наконец дворецкий вернулся. В руках он держал стеклянную бутылку и два бокала. — Откупори, — МакДаку показалось, что женщина сказала это ему, но это предназначалось дворецкому. Антонио взял бутылку и легко открыл. Скрудж заметил это и предположил, что у него большой опыт в этом деле. Магика взяла бутылку и налила Скруджу, а затем себе. — Спасибо. Скрудж тут же осушил бокал и поставил на столик. — Я вспомнил, что Гломгольд называл тебя серебрянной. Всёгла хотел спросить, почему серебряная? — Он посчитал, что я слишком красива, чтобы называться золотом. Он говорил, что всегда любил серебро больше золота. Для него золото ничего не значило в плане украшений естественно, но серебро было для него особенным металлом. Он любил серебро и любил меня, поэтому и называл серебряной. Внезапно МакДак снова ощутил то, что чувствовал во время танца с ней. Хотелось смотреть только на неё. Ему захотелось потанцевать с ней как в тот вечер. Вечер, когда он что-то почувствовал к ней. — Потанцуем? — Как в тот вечер? Почему бы и нет. Магкиа поднялась с кресла, подошла к проигрыватель, стоящему около двери и включила пластинку. Шопен «Венский вальс» — мелодия, которую МакДак не слышал очень давно. Услышав её, он почувствовал дикое чувство настольгии. Под эту мелодию Скрудж впервые танцевал. Тогда он был юноцом, не умеюшим танцевать. Они подошли друг к другу. Все повторялось. Все заканчивалось так, как начиналось. МакДак чувствовал, что это их последняя встреча. Последняя встреча друзей. Скрудж понял, что Магика нужна ему. Он хочет. Чтобы она была только и его. Скрудж положил руку на талию женщины. Они начали. В этот раз его переполняла буря эмоции. Вот! Наконец он получил то, что хотел. Он получил свое серебро. — Ты прелестно танцуешь, — шепнул он женщине. — Благодарю. Они могли танцевать бесконечно. МакДак не хотел расставаться ни с ней ни на секунду. Магика по-видимому хотела того же. Скрудж сделал тоже самое, что и в прошлый раз. Он поднял женщину над собой, но на несколько секунд. МакДак опустил Магику на пол и они покружились. Он неожиданно прервал это движение. Скрудж обеими руками взял Де Гипноз за талию и притянул к себе. Она поняла, что она хочет сделать. Скрудж, закрыв глаз поцеловал Магику. Женщина не отстранилась, ей нравилось. Ей нравилось чувствовать вкус его губ. От него исходил приятный запах золота и вина. Им казалось, что они стоят бесконечно, но прошло всего пару минут. Магика слегка отстранилась. — Göttlich *, — шепнула она. — Божественна тут только ты, — Скрудж улыбнулся взял её за руку. — Скрудж, последнее время я поняла, что ты… нравишься мне. Я постоянно думаю о тебе. Но я не думаю, что мы сможем быть вместе. — Почему? — Я не могу, мне кажется, что я передаю Флинтхарта. Я говорила ему, что никогда не найду другого и буду всегда помнить о нем. — Магика, — Она усадила женщину в кресло, — Я уверен, Флинтхарт был бы рад тому, чтобы ты перестала грустить без него и нашла себе нового мужчину. Конечно, не стоит забывать о нем, но… это обещание нужно забыть. — Ты говоришь так только, чтобы быть со мной. — Вовсе нет. Много случаев, когда женщины после смерти мужа выходили замуж снова. Я понял. Ты боишься забыть о нем. Магика дернулась. Это было правдой. — Немного. — Знаешь, я не зову тебя замуж. Я просто хочу быть с тобой. Не как муж и жена… Я хочу любить тебя такой любовью, которая описана в книгах Ремарка. Мне не нужна свадьба. Это её впечатлило. — Знаешь, может останешься на ночь, а то мне слишком одиноко в этом особняке. Скрудж обрадовался этому. Провести несколько часов в одном доме с ней. С этой прекрасной леди, которая завораживала его лишь одним словом. — Я очень рад этому, Магика, — он крепко обнял её. *** Спустя неделю Магика пришла к нему. Все время вместе они разгвоарили друг об друге и читали книги. Магику было слушать одно удовольствие. С помощью её мелодичного и твёрдого голоса ей удалось передать все эмоции персонажей книг. — Знаешь, что я заметила? — Что же, дорогая? — Мы с тобой словно герои произведений Ремарка. Моего любимого писателя. Мы как Равич и Жоан. И судьбы наши похожи. — Забавно. Но ты не Жоан, ты намного красивее неё, — он погладил её щеку. — Благодарю, Скрудж. Подожди немного я сейчас вернусь. — Я готов ждать тебя сколько угодно. Магика вышла из гостинной и направилась на второй этаж. Она много раз оставалась у МакДака и смогла запомнить все комнаты. Свою монету он хранил в библиотеке. Комната была на втором этаже справа. Де Гипноз открыла дверь ключом, который похитила у МакДака, и вошла комнату, заперев дверь. В окно постучали. Женщина распахнула его и в библиотеку влетел По. — Наконец — то! — каркнул он. — Тише! Придёт ещё. Магика осторожно подошла к монете и сняла стекло. Теперь гривенник был беззащитен от колдуньи. — Держи, — она взяла монету и передала По, — Дети в особняк и приготовь все. Через час я буду. По тут же взял монету в клюв и вылетел из библиотеки. Как только ворон пропал Магика достала серебряную монету и положила на место гривенника. Де Гипноз вышла из комнаты и запела дверь. Она боялась того, что Скрудж неожиданно поднимется на второй этаж и застанет её. К счастью для неё он этого не сделал. Женщина успокоилась и спустилась обратно вниз. — Я забыла закрыть окно в комнате, — объяснила она, вернувшись в гостиную. — Ладно, почитай что-то ещё. Мне нравится тебя слушать. — Флинтхарт говорил то же самое, — она взяла книгу с полки и мельком пролистала. Магика села рядом с МакДак ом и начал читать. Он, не отрывая взгляда, смотрел на неё, словно она была красивой скульптурой. Прошло пару часов и Де Гипноз закончила читать книгу. — Знаешь, я наверное пойду домой. — Не останешься? — Прости, но нет. Завтра мне предстоит много работы. — Ну ладно, пока, дорогая. — Пока, — Она махнула ему рукой и вышла из комнаты. *** Магика вернулась домой. В библиотеке её уже ждал По. — Принёс? — она запела дверь. — Да, — ворон клювом указал на монетку, лежащую на столе. — Прелестно. Магика подошла к большим книжным шкафам и убрала несколько книг. Под ними оказался чёрный котёл и банки с разнообразными содержимым. Женщина поставила котёл на стол, открыла книгу и, найдя нужную страницу достала одну из банок. Она взяла из банки чёрные листья и бросила их в котёл. Дальше по списку ингредиентов шёл зелёный гриб. По наблюдал за всем, что делала Магика и ждал. Он долго ждал того, чтобы сестра наконец вернула прежний облик. Раньше он думал, что не будет скучать по обличию ворона и с радостью примет свой родной облик, но… В один момент он почувствовал, что н еготов расстаться с телом ворона. По был в этом состоянии несколько лет и прощание с ним казалось ненастоящим. Словно все это сон и то, что было мечтой стало реальностью. Магика почти закончила с приготовлением. Осталось бросить монету в котёл и подождать пару часов. Женщина взяла гривенник и легко опустила в котёл. — Пару часов и готово. Она открыла окно, чтобы впустить свежий вечерний воздух, ибо в комнате стоял неприятных запах, исходивший от чёрных листьев. — Прелестный вечер, не правда ли, По? — Магика задержала взгляд на улице. — Да. — Знаешь, сейчас бы вернуться домой и прогуляться по Франкфурту. По полетел ближе к женщине. — О да, — протянул он, — А потом зайти к мистеру Шнайдеру и выпить с ним чаю. Магика не удержалась от смешка и улыбки. Это было самым ярким воспоминанием из её детства. Как она и По гуляли по Франкфурту, а потом приходил к своему доброму соседу и давнему другу их бабули — Мистеру Шнайдеру и пили с ним чай. Из-за своего одиночества мужчина часто приглашал детей к себе. Он был добр к ним, словно был для них отцом или дедушкой. Магика вышла из комнаты и оставила По одного. Он остался наблюдать за котлом, чтобы не упустить момент, когда зелье будет готово. *** Магика вернулась через три часа. Зелье было готово. Из котла исходил неприятный запах, что-то похожее на железо с нотками леса. — Тебе нужно только выпить, совсем немного, — она налила немного зелья в стакан и поставила перед По. Несмотря на неприятный запах, ворон не отвернулся. Он понимал, что это единственный шанс вернуть прежний облик. По уже нарисовал себе это. Как он вновь станет собой. Собой — это не вороном, а тем, кем он был до проклятия. По опустил голову в стакан и выпил зелье. По вкусу оно напоминало листья дерева. Магика с ожиданием смотрела на ворона. Мысленно По уже был рядом с ней. Мысленно они уже были далеко отсюда. По слез со стола и опустился на пол. Он тоже ждал, когда зелье подействует. Когда же он вернётся? Когда же это кончится? Когда же кончится его птичья жизнь? Они ждали, но ничего не происходило. Магика не сдавалась. Она продолжала верить. С её стороны это было банально, но никто не должен терять надежду, даже если шансов уже нет. Ворон дернулся и каркнул. Магика с ещё большим интересом смотрела на него. Но прошло пару минут, а По так и оставался вороном. — Не может быть… — это все, что смогла произнести Магика. По попытался взлететь, но не смог. Его крылья вдруг стали тяжее камня, а лапы не слушались. Он хотел подойти ближе к Магике, но не мог. Она этого не понимала и манила ворона к себе. Внезапно По почувствовал острую головную боль. Живот неожиданно скрутило, а ноги стали ватными. Разум затуманился. Он видел перед собой только серый туман. По не выдержал. Он упал на пол. Его тело издало небольшой звук, который мгновенно разнесся по комнате. Магика подошла ближе к ворону и дотронулась до тела. По неподвижно лежал. Тогда женщина взяла его в руки и понесла ближе к уху, чтобы услышать сердцебиение. Ничего. Сердце перестало биться. Магика показалось, что вместе с его сердцем исчезло и её сердце. Вернее то, что осталось от него. Она не могла поверить в это. Она пыталась вернуть По к жизни разными способами, но ничего не получалось. — Nein, nein, bitte stirb nicht. Komm bitte zurück. Это было то чувство, которое она испытала при потере Флинтхарта. Чувство, будто твое сердце вырвали и ты больше не чувствуешь ничего. С осознанием правды пришло и желание разрыдаться. Именно этого она и боялась. Она боялась показывать свои слезы. Магика боялась быть слабой, ведь с детства считала, что слезы — признак слабости. Теперь у неё не осталось ничего. Флинтхарта она потеряла, отравив своим ядом, а По умер прямо здесь у нее на глазах. Ей казалось, что смерть преследует её повсюду. Это было правдой. Смерть есть везде, даже там где её не ждёшь. Каждый может умереть в любой момент. При жизни ближние не ценят умершего, а с приходом смерти понимают, кого потеряли. Потеряли надёжного товарища, коллегу по работе, мужа и просто хорошего человека, который просто ушёл также тихо, как и пришёл.