Часть 3

Гермиона молча стояла у массивных ворот. Металл казался чёрным, будто впитавшим все крики и тайны этого места. Она коротко выдохнула и, не теряя ни секунды, метнула взгляд по сторонам. Быстро сунула руку под пальто, нащупала тонкий шнур и аккуратно, сжатым движением, спрятала маховик времени в бюстгальтер, ближе к телу. Надёжнее всего. Охранник лишь кивнул. Привычная проверка, привычный путь. Её шаги глухо отражались в каменных коридорах. Он уже ждал. Малфой сидел в зале для допросов, расслабленно откинувшись на спинку стула. Он сразу поднял взгляд, как только она появилась в проёме, и проводил её ленивым, цепким взглядом. – Грейнджер, – почти с усмешкой выдохнул он, – ты же понимаешь, что всё это бесполезно и... – Помолчи, – отрезала она, не приближаясь к столу. – Да ты идиот, Малфой, я прекрасно это понимаю. Он окинул её прищуренным взглядом, нахмурился, как будто что-то почувствовал. – Что ты делаешь?.. – начал он было, но запнулся, когда она, не обращая на него внимания, начала медленно стягивать перчатки, потом просунула руки под свитер. Он чуть приподнял брови. – Что же так сразу, Грейнджер? Притормози… – усмехнулся он, дерзко. – По-моему, это плохое место для свидании Она резко взглянула на него — один этот взгляд мог бы испепелить. Он тут же замолчал. Из-под свитера в её руках возникли золотые песочные часы на тонкой цепочке. Малфой замер. Улыбка с его лица исчезла. Он привстал, не веря глазам. –Где ты это взяла?.. – Неважно. Это твой второй шанс, Малфой. Подаренный мной. Не упусти его. Он смотрел на неё пристально. – А что будет с этим временем, если… если мы уйдем? – Меньше слов. Я перенесу тебя именно в тот роковой день, и ты откажешься, слышишь? – резко, дрожащими руками, она застегнула цепочку на его шее. – Мерлин... – выдохнула она. – Только, умоляю, не будь придурком в этот раз. Он едва открыл рот: – Нет, подожди, Грейндж...– Но она уже крутанула колесо. Один поворот. Чётко. Смело. Громкий треск. Вспышка. И – пустота. Малфой исчез.

***

– …Грейнджер… – еле слышно прошептал он, и губы его ещё дрожали, будто повторяя имя во сне. – Мерлин, Малфой.– знакомый голос раздался справа. – У тебя что, влажные сны с заучкой теперь? Драко резко распахнул глаза и резко выпрямился. Его дыхание сбилось, пальцы вцепились в край парты. Рядом стоял Блейз Забини, застёгивая школьную сумку. – Что?.. Что происходит?.. – прохрипел Драко, растирая глаза. Картинка перед ним плясала, но узнавалась: запылённые шкафы, пузырьки с настоями, запах сваренного жабьего глаза. – Меньше пить надо, дружище, – усмехнулся Блейз, похлопав его по плечу, и направился к выходу. Драко остался сидеть. Он медленно повернул голову. У доски стоял Снейп, угрюмо перебирая стопку пергаментов. В углу бурлило зелье. Всё как... раньше. Сердце стучало, грудная клетка сжималась. "Чёрт. Чёрт. Чёрт." Он резко обернулся, глаза метнулись к партам. Пусто. Только запах чернил и старых пергаментов. Снейп поднял глаза. – Мистер Малфой. – холодно, с оттенком презрения. – Идите высыпайтесь в своей кровати, а не в моём классе. И возьмите с собой остатки мозгов, если они ещё имеются. Драко молча встал. Плечи вперёд, лицо хмурое. Он собрал рюкзак, закинул его на одно плечо и вышел из класса, как будто в тумане. Коридоры Хогвартса казались чересчур знакомыми. Стены, канделябры, старое движение воздуха. Он свернул в сторону библиотеки, будто на автомате. На входе он заметил первого попавшегося младшекурсника с газетой в руках и выхватил у него газету. – Эй!.. – обиженно выкрикнул мальчик, но, встретившись с холодным взглядом Малфоя, тут же замолк. На первой полосе – жирный заголовок от Риты Скитер: "Роман Года: Гарри Поттер и Гермиона Грейнджер – любовь, зелья и опасность!" Он поднял взгляд чуть выше — в правом углу страницы: «Дата выпуска: 15 октября 1995 года» Он застыл. Мозг не сразу поверил глазам. Он перечитал ещё раз. Потом ещё. 1995. Пятый курс. Чёрт. Это не сон. Драко застыл. Потом, с шумным выдохом, резко сложил газету пополам и всунул обратно в руки мальчику. – Не читай чушь, от неё мозги отсыхают, – процедил он и прошёл мимо. Он быстро зашагал прочь, сердце грохотало как набат. В коридоре воздух казался слишком плотным, слишком знакомым. Всё было как прежде… слишком...знакомым Он бросил взгляд на витраж с гербом Слизерина и усмехнулся, едва заметно: – Прекрасно. Новый шанс… и снова проклятые школьной мантии

***

Драко сидел в кресле перед камином, уставившись в одну точку. Огонь играл в его зрачках, но взгляд был пустой, далёкий. Он не моргал, не двигался. Лишь мысленно шептал себе сквозь сжатые зубы: —Чёрт тебя возьми, Грейнджер.. — прошептал он почти беззвучно. В этот момент его резко хлопнули по плечу. — Ты чего завис, а? — голос Нотта вернул его в реальность. — Мне уже не нравится твоё поведение с утра. Ты вообще помнишь, что у нас завтра матч? Или ты опять планируешь валяться в лазарете? Драко моргнул, словно выходя из транса. Он провёл рукой по лицу и усмехнулся. — Отвали, Нотт. Просто... удачная ночь. — Удачная, говоришь? — пробурчал тот и, усмехнувшись, направился в сторону спальни девочек. —Как поживаете, дамы? — раздалось от него игриво, и вслед послышались возмущённые смешки. Драко вздохнул. По крайней мере, вселенная всё ещё та же. Он опёрся локтями на колени, сжал руки в замок и посмотрел в огонь, снова проваливаясь в мысли… и тут его осенило. —Дежурство. Он резко поднялся на ноги. — Она ведь была старостой. Значит, должна дежурить в коридорах… по вечерам. Уголки его губ чуть дрогнули. — Отлично, Грейнджер. Хоть что-то предсказуемое в этом хаосе. Ночь. Каменные стены замка дышали тишиной. Драко тихо выскользнул из спальни, прикрыв за собой дверь. Он шёл по коридору уверенно, но без звука, стараясь не выдать себя ни скрипом пола, ни эхом шагов. Он знал, где искать её — она всегда выбирала одни и те же маршруты. Старосты — существа привычки. И вот — приглушённые шаги. Её. Он ускорил шаг и, свернув за угол, резко схватил за локоть и рывком притянул к себе. Ткань мантии мягко скользнула под рукой. Она вскрикнула. — Твою мать, Малфой! — Гермиона вырвалась, глаза метали молнии. — Отпусти, придурок! Он не сразу ослабил хватку, лицо было напряжено, будто кипела внутренняя война. — Какого хрена, Грейнджер? — прошипел он сквозь зубы. — Ты делаешь всё это, и даже не пытаешься это исправить? — Что — всё это? — она резко выдернула руку, глядя на него как на сумасшедшего. — Ты в себе? Что я должна исправлять, Малфой? Он отшатнулся, в растерянности моргнув. На секунду — абсолютное непонимание. — Ты сейчас... притворяешься? — выдохнул он. — Это очень неудачная шутка. — Отпусти меня, иначе я закричу! — её голос дрогнул, но в глазах плескалась решимость. Он отступил, подняв руки, будто сдаётся, но всё ещё не отрывал взгляда. В голове вертелось одно: она не помнит. Эта Грейнджер — не та Грейнджер. Пауза. Тишина. Только учащённое дыхание. Гермиона воспользовалась его секундной растерянностью. Резко шагнула вперёд, обеими руками толкнула его в грудь, прижав к стене. — Псих...— процедила она и тут же вывернулась из-под руки, развернулась и побежала вниз по коридору, полы мантии за ней вихрем. Он не стал её останавливать. Только проводил взглядом. Постоял секунду, прислонившись к холодному камню, и усмехнулся. — Давно не чувствовал твоих прикосновений, дорогая, — пробормотал он с лёгкой ухмылкой и покачал головой. Тихий смешок сорвался с губ, будто невольно. Он медленно поднял взгляд к потолку: — Вот тебе и второй шанс.