Часть 2

— Разложи уже свои карты, Малфой. Кроме меня тебе никто не поможет, — жёстко, но спокойно сказала Гермиона, не сводя с него взгляда. Он усмехнулся, глаза сверкнули дерзко. — Значит, я никому не нужен, кроме тебя? — Не играй. Мне нужна правда, Малфой. Он чуть подался вперёд, в голосе появилась язвительность: — Ты делаешь это для меня или всё же, чтобы поднять свой статус? Посмотрите, великая Гермиона Грейнджер спасает неудачника Малфоя, — прошипел он. Она прищурилась. Губы дрогнули, готовясь к ответу: — А знаешь что, если ты обо мне такого мнения… — Меня подставили! Хорошо?! — взорвался он, хлопнув ладонью по столу. — Я не продумал всё до конца! Он резко откинулся на спинку, мышцы на шее напряжены. Дыхание сбилось. Гермиона моргнула, голос стал ниже: — В каком смысле? — Я согласился прикрыть одного человека… — начал он медленно, будто слова давались с болью. — За деньги. — Что?.. Тебе?.. Деньги? — она сбилась. — Разве у тебя не имеется весь этот малфоевский гонорар, фамильный фонд, всё это?.. Он усмехнулся — зло, безрадостно. — Нет. Я поссорился с отцом. Мы… разошлись. Он отрезал меня от всего. Я был никем. И уже не хотел быть «его сыном». А скитаться по углам, попадая на обложки *Пророка* как позор семьи — не очень-то весело, поверь. Она смотрела на него непонимающе, словно впервые слышала, что Драко может быть уязвимым. — Так ты решил, что пойти по сомнительным схемам — нормально? Вот так, попасться в Азкабан? — Я не знал! — выкрикнул он и снова резко подался вперёд, склонившись над столом. — Не знал! Я думал, всё будет гладко. Что никто не узнает. Кто знал, что этот идиот всё провалит?! Он отвёл взгляд, челюсть сжата так, что выступили скулы. Руки под столом сжаты в кулаки. — А имя этого идиота ты мне скажешь? — осторожно, но твёрдо спросила она. Он посмотрел на неё исподлобья. Несколько секунд молчал. Потом процедил: — Тревис Роули. Наступила тишина. Он опустил глаза, голос стал тише: — Мы работали с ним в паре. Я думал, он держит всё под контролем… А Селуин просто наблюдал. Как крыса в углу. Он всегда смотрел, но никогда не вмешивался. Гермиона только кивнула, будто что-то в голове начало складываться. Он снова опустил взгляд. Плечи чуть дрогнули — впервые за всё время в нём появилось нечто живое, уязвимое. Но Гермиона продолжала сидеть молча, смотря на него так, будто не узнаёт. — Время вышло, — проговорил охранник у двери. Она не сразу встала. Просто смотрела. Смотрела, как будто надеялась найти хоть что-то в его лице, что не заставит её окончательно усомниться в нем. — Просто… не могу поверить, — выдохнула она тихо, почти шёпотом. Ни злости, ни обвинения — только отстранённая, глухая боль. Она резко схватила сумку со стола, закинув ремень на плечо. Развернулась и ушла прочь, даже не оглянувшись. Драко остался сидеть. Взгляд остался на её спине, пока не скрылась за дверью. Затем он чуть дёрнул щекой, опёрся локтем на стол и зарылся пальцами в платиновые волосы.

***

Гермиона выскочила из здания Азкабана, как из клетки. Воздух был холодным, колючим, и почти сразу она дёрнула плечом, поправляя тяжелую сумку, которая больно резала лямкой. В ней был лишь блокнот, пара документов и папка с фотографиями, но казалось — на плечах висит что-то большее. Она дошла до лавки у ворот и вдруг остановилась. – Идиот, Малфой. Идиот. Идиот, – выпалила она шёпотом, будто кто-то мог услышать. Села. Опустила голову. Плечи задрожали, и слёзы скатились по щекам прежде, чем она успела их стереть. Злость и бессилие — худшая комбинация. – Чёртов… – прошептала снова и снова, – Упрямый, самодовольный, несносный идиот. Она закрыла лицо руками. Но внезапно в теле что-то щёлкнуло — и она замерла. В глазах мелькнула мысль. Она подняла голову. Быстро, порывисто стёрла слёзы рукавом, глубоко вдохнула, встала, и уже через пару секунд её шаг стал уверенным. Она знала, куда идти.

***

– Гермиона? – открыл дверь Гарри с озадаченным лицом. – Если ты по поводу Джинни... – Господи, Гарри, она твоя жена. Куда вы друг от друга денетесь? Это всего лишь маленькое недопонимание. – она отмахнулась, будто разговора вовсе не было. Он удивлённо приподнял брови, но отступил, впуская её в дом. Она уже направилась к гостиной, как к себе домой, не сбавляя темпа. – У тебя что-то случилось? – догоняя её, спросил он. – Да, случилось, – она бросилась на диван и глубоко вдохнула, не зная, как начать. – Помнишь… – она запнулась, взгляд зацепился за фотографию их троих на стене. – Ты говорил про маховик? – Ну да. У меня остался один экземпляр. Единственный. Но... – Гарри, дай мне его, – резко сказала она, ещё не успев полностью справиться с голосом, но тут же смягчилась. – Пожалуйста. Он нахмурился. Сел на край кресла напротив, прищурился. – Что за дело, Герм? Это что-то серьёзное? – Я не могу сейчас тебе рассказать. – Она старалась быть спокойной, но в голосе всё ещё звенело. – Просто поверь мне. Это важно. – Ты ведь знаешь, что случилось в последний раз, – мягко, но серьёзно напомнил он. – Он нестабилен. Починен, но непроверен. Мы понятия не имеем, как он отреагирует. Один шаг не туда — и ты можешь застрять. Или попасть в иное время. Или… – Гарри, – прервала она, – если я сейчас откажусь — я не смогу потом себе этого простить. Он посмотрел на неё. Долго. В его взгляде была та самая смесь: забота, тревога, и старая усталость от всего, что связано с магией времени. Он выдохнул. – Нет, Гермиона. Я тебе доверяю. Но я не могу. – Почему? – Потому что если с тобой что-то случится, это будет на мне. Я не справлюсь с этим. Она молчала. Смотрела. Рот её дрогнул, но ни слова не сорвалось. Она рывком встала с дивана, резко схватила сумку со столика у входа и чуть не опрокинула фоторамку – Что за чертов день, – процедила она себе под нос, не особо стараясь скрыть раздражение. – Гермиона... – тихо попытался окликнуть её Гарри, но она уже была у двери. – Забудь. Я разберусь. Как всегда, чёрт возьми, сама. Она хлопнула дверью, не оглядываясь.

***

Поздний вечер. В доме было темно, лишь в гостиной мерцал экран телевизора, мягко отражаясь на стенах. Гермиона и Джинни сидели в обнимку на диване, смотря старый маггловский фильм. Но Гермиона смотрела не на экран. Она ждала. Когда, наконец, дыхание Джинни стало ровным и тихим, Гермиона осторожно выскользнула из-под пледа, убедилась, что подруга крепко спит, и на цыпочках вышла в коридор. Направилась в комнату Джинни. – Прости, подруга, – пробормотала она, откинув крышку сумки на комоде. Внутри, среди косметички, волшебной щётки и мелочей, лежали ключи от дома Поттеров. Гермиона тихо выдохнула с облегчением, подняла ключи и, улыбнувшись, поцеловала их в воздух. Она прошмыгнула обратно в гостиную, схватила с вешалки мантию-невидимку и уже через пару минут стояла у двери дома Гарри. Вставив ключ в замок, она медленно, почти беззвучно повернула его. Щелчок. Дверь поддалась. Гермиона осторожно заглянула внутрь. В гостиной горел экран — маггловская передача шла фоном. Гарри, в одежде с дневной встречи, спал на диване с открытым ртом и пультом в руке. – Ну да… идеальная пара, – пробормотала она, с лёгкой усмешкой качнув головой. Она двинулась на цыпочках по лестнице, стараясь не дышать громко. Сначала — в спальню. Порывшись в ящиках, между книгами и у стены, ничего не нашла. Хмуро пробормотав проклятие, она направилась в его кабинет. Внутри — полумрак, тишина. Она оглядела книги, стол, шкаф... Одна из полок в шкафу выглядела подозрительно: не как часть гарнитура, а как самостоятельный блок. Гермиона щёлкнула защёлку, и механизм мягко щёлкнул. Маленький, тяжёлый футляр. Она узнала его с первого взгляда. – Нашёлся, – выдохнула она, прижав его к груди. Выскользнув обратно в тёмную улицу, она закрыла за собой дверь и, оказавшись на безопасном расстоянии, вскрикнула от облегчения — радостно, беззвучно. Покрутила маховик в пальцах, склонив голову, будто в разговоре с ним. – Так… как ты там работал в последний раз? Она смотрела на механизм, затаив дыхание.