Часть 8:Ночь без масок

Эта ночь была другой. Париж спал. А в комнате Маринетт горел мягкий жёлтый свет. Они сидели на полу — босиком, в пижамах, с чашками горячего шоколада. Никто не говорил о сражениях. Ни о Габриэле. Ни о тенях. — Я всегда думала, что герои должны быть храбрыми, — прошептала Маринетт, — но иногда я просто хочу быть обычной. Девушкой, которая сидит рядом с парнем, которого любит. Адриан поставил чашку. Его глаза были полны чего-то тёплого. Глубокого. Уязвимого. — А я всегда мечтал быть обычным парнем. Таким, которому можно позволить быть уязвимым. Смеяться не только с маской. Плакать — не стыдно. Любить — не под прикрытием. Они молчали. Но между ними уже давно не было пауз — были дыхания, которые слышишь, потому что они важны. Маринетт взяла его ладонь. Он сжал её. — Останься сегодня, — прошептала она. — Просто... побудь со мной. Без костюма. Без страха. Он кивнул. — Только если ты будешь со мной. До утра. Позже, ночью. Они лежали под одним пледом. На кровати, где когда-то Маринетт прятала свои рисунки с Адрианом, теперь лежал он — живой, настоящий, дышащий. Он прикасался к её волосам, гладил плечо, осторожно, будто боялся разрушить момент. А она — отвечала. Прикасалась к его лицу, шептала что-то еле слышное. — Я люблю тебя, — сказал он. — И не потому, что ты Леди Баг. А потому, что ты — Маринетт. Смешная, упрямая, добрая. Такая сильная и такая... ранимая. Она склонилась к нему, и их поцелуй стал другим. Глубже. Тише. Словно душа находила дом. Они не перешли ту грань. Но перешли границу доверия. И когда она уснула, прижавшись к нему, он прошептал в темноту: — Я не дам тебе уйти. Никогда.