Глава 2. Ближе к клыкам

      Роми проснулась до рассвета.       Воздух в спальне был прохладным, но внутри всё пылало. Не боль — нет. Напряжение. Оно не отпускало даже после вчерашней тренировки. Волк чуял приближение полнолуния. Всегда чуял.       Она медленно расправила пальцы на простыне. Внутри зудело. Не кожа — что-то глубже.       Что именно вчера сбило её с равновесия? Всё же было по сценарию: рукопашка, резкие взгляды, его смех, её удары. Но... он поймал её за запястье. Он был слишком близко.       И она почти сорвалась.       Роми села, сдёрнула одеяло, будто оно душило. В зеркале — чужая. Растрепанные волосы, тень под глазами, свитер, съехавший на одно плечо. Но дело даже не в этом.       Взгляд. Он был другим.

***

      В гостиной было пусто. Только огонь в камине да забытый шарф на подлокотнике кресла.       Она села, поджала ноги. Под пальцами — шероховатая ткань. Пахло дымом и мятой. Наверное, Джеймс.       Её плечи чуть дрогнули — не от холода. Она вспомнила, как Сириус держал её руку.       Не властно. Не жестко. Просто был рядом.       И почему-то это пугало сильнее, чем полнолуние.       — Утро, волчонок, — услышала она.       Сириус спускался по лестнице, растрёпанный, в наполовину застёгнутой рубашке. Будто сон продолжался и здесь, только уже с его участием.       — Ты рано. Поттер разбудил храпом? — Роми отвернулась к окну.       — Меня разбудили твои мысли, — он с ленцой развалился в кресле. — Там было жарко.       — Тогда ты что-то напутал. У меня там сквозняк.       Он усмехнулся, но впервые в его взгляде не было насмешки. Как будто вчерашний бой вышел за пределы Выручай-комнаты.       — Всё нормально? — неожиданно серьёзно спросил он.       — А что, выглядит, будто нет?       — Иногда ты рычишь даже во сне.       — Ты под моей кроватью ночевал?       — Было бы тесновато, — он потянулся. — Не спалось?       — Не совсем.       Он замолчал, и в этой тишине Роми почти удалось отдышаться.       — Кстати, — добавил он. — Мне снова приснилось, что ты швырнула меня об стену. Думаю, мне начинает это нравиться.       Она хмыкнула — и напряжение в плечах слегка отпустило. Но ненадолго. Оно было там. Всегда.

***

      На трансфигурации она сидела на третьем ряду, машинально прокручивая перо между пальцами. Кончик снова и снова касался шрама на запястье. Едва заметного, но она помнила каждую деталь. Как будто именно в этих шрамах проходила грань между человеком и зверем в ней.       — …чем сильнее связь с внутренним состоянием, тем выше шанс, что оно отразится в облике, — доносился голос Макгонагалл.       Слова тонули в гуле под кожей. В этот раз всё начиналось раньше. Зуд в теле, напряжённые мышцы, дыхание, будто на бегу.       — Мисс Люпин, мистер Блэк. Демонстрация.       Скрип стула.       — Почётное партнёрство, — прошептал Сириус, садясь ближе. Его волосы коснулись её плеча. — Ты хочешь — я всё сделаю? Ты явно не в своей тарелке.       — Я в форме, — отрезала она. Еле слышно: — Просто в волчьей...       Взмах палочки. Слишком резкий. Перо не превратилось в ящерицу — оно вспыхнуло, метнулось вперёд, ослепив искрами.       Сириус быстро отразил вспышку.       — Мисс Люпин! — голос Макгонагалл звенел.       Роми выдохнула:       — Простите.       Слова давались с трудом. Она ненавидела извинения — особенно за то, что не справилась с собой.       — Можете продолжать?       Кивок. На этот раз она не мешала. Смотрела, как Сириус выполняет заклинание. Её руки сжимали край стола.       Он знал. Он чувствовал. И это было почти невыносимо.

***

      Роми вышла первой. Шаг — шаг — шаг. Камень под ногами. Пульс в висках.

«Ты рычишь, даже во сне»

      Слова звучали, как укус. Потому что были правдой.       — Эй, волчонок, — Сириус догнал её. Он всегда догонял.       — Не называй меня так, — бросила она, не оборачиваясь.       — Хорошо-хорошо. Хотя ты сегодня просто огонь. Надеюсь, не планировала на квиддичное поле? А то зажаришь Поттера и его метлу одним взглядом.       Рядом прошли две рейвенкловки. Одна, Лекси, высокая, улыбчивая, бросила взгляд.       Сириус поймал.       Он всегда ловил.       — Привет, Лекси. Как там твой метёлочный инвентарь?       — Лучше, чем твоя дисциплина, — отозвалась она.       Роми почувствовала, как что-то внутри сворачивается. Лекси была слишком близко. Он — слишком расслаблен.       И улыбался иначе. Не так, как ей.       — Ты закончил? — спросила она, когда Лекси ушла.       — В каком смысле?       — В смысле, планируется ли дальше наглядная демонстрация чьего-либо «метёлочного инвентаря»?       — Ты злишься. Значит, тебе не всё равно?       Он подошёл ближе. Опасно близко.       — Укушу, — прошипела она.       — Обещаешь?       Глаза его сверкнули. Но не от наглости — от чего-то другого. Он видел, что в ней всё дрожит.       Роми отвернулась.       — Иди. Мне в библиотеку.

***

      В тени у окна библиотека была почти пуста. На коленях — «Физиологические аспекты трансформации».       Она не читала. Просто держала. Как щит.

«Он может делать, что хочет»

«Это не моё дело»

      Слова звучали ровно. Но внутри было рвано.       — Ты же знаешь, что это не нормально, — рядом присела Лили. Кажется, Роми обещала дождаться её после уроков. Но не смогла.       — А ты знаешь, где я прячусь. Выходит, счёты равны.       — Всё из-за него, да?       Роми не ответила сразу.       — Он... делает это со всеми. Улыбается. Говорит. Притягивает. Это его природа. А моя — рычать. И отшвыривать.       Лили мягко сжала её руку.       — А может, это ты не даёшь ему пройти мимо, потому что тебе не всё равно?       — Я даже не знаю, чего хочу. Чтобы он ушёл? Или чтобы... остался.       — Он уже остался. В тебе. В твоих мыслях. Просто не бойся быть живой, Роми. Не только сильной.       Она не успела ответить — за полкой послышались голоса:       — …царапины на камне, я тебе говорю! Прямо у портрета тролля!       — С чего ты взял, что это не кошка Филча?       — Кошка с когтями как у гиппогрифа?       Роми затаила дыхание.       Лили посмотрела на неё внимательно.       — Это... не ты?       — Не в этот раз, — выдохнула Роми.       Слишком тихо.       По крайней мере, она на это надеялась.

***

      Спальня дышала тишиной и спокойствием. Но Роми — нет.       Она лежала на спине, глядя в потолок. Веки не сомкнулись. Кожа зудела. Суставы ломило. Волк не спал.       Она встала. Медленно, будто каждое движение — это вызов.       Шла по коридору босиком, без цели. Ноги сами вели к нише в коридорах — укромной, старой. Той, где когда-то они с Сириусом прятались под мантией-невидимкой.       Но сейчас — только она одна.       Роми села на подоконник. Лбом прижалась к стеклу.       — Ты здесь, да?..       Она притянула ладонь к груди.       — Тихо. Пожалуйста. Не сейчас.       Ответа не было. Только дрожь. Как предупреждение.       Она считала вдохи. Держалась.       Пока ещё держалась.

***

      Учительская погружена в тени. Макгонагалл у окна, Флитвик — с обломком перилла в руках.       — Опять следы. Опять когти, — тихо говорит Минерва. — И снова под башней.       — Уж слишком близко, — хмурится Флитвик. — Ученики начинают догадываться.       — Подростки чуют тревогу. Особенно те, кто давно затаил обиду.       — А она всё ближе к грани, — тихо добавляет Макгонагалл.       Дамблдор молчит. Смотрит в огонь.       — Она сражается, — наконец говорит он. — Пока она держится — мы тоже будем.       Тишина. Только пламя. Только дыхание. Только выбор.