Часть 1.

И вот, последняя песня прозвучала, софиты погасли, а Буйнова провожали громкими аплодисментами. По скользкому тротуару проехал черный тонированный автомобиль. Знак мерседеса покрылся инеем, а колеса остановились перед служебным входом с неприятным скрипом. Вокруг кружили папарацци с ослепительными вспышками. Первый в московскую слякоть и в кадры ступил Агутин в теплой кожанке, слегка поношенной и затертой, держа под руку свою супругу Анжелику чуть крепче чем обычно, дабы та не упала. В след за ним вышел Леонтьев с рассеянной полуухмылкой. На мужчине красовалась соболиная шуба, перстень, чуть на алых пальцах от мороза и его фирменные кудри, слегка припорошенные снегом. Через некоторое время вышла Алла, смотря четко в камеру и улыбаясь, изредка подмигивая, оставляя за собой шлейф, доносящийся до Филиппа, который шел подле нее, чуть смущаясь и теребя край своего пальто. Садясь в черный мерседес, Алла чуть не поскользнувшись, провела каблуком по недавно образовавшемуся льду. — Филипп блять! Держи епт! — Аллуся, держу держу!, - с ухмылкой произнес мужчина. Водитель, придерживая потрепанный кепи, повернулся и оценив всю ситуацию, в его голове пронеслась уже знакомая мысль: «Ох уж эти артисты...» Уже сидя на кожаных, чуть протершехся от времени и от количества людей креслах, Алла приоткрыла заснеженное окно и чуть постучала кончиками пальцев по нему. — Валер, ну чего ты там возишься!! В машину прыгай, - недовольно произнесла Алла. «Да епт, че ж не зажигается» - подумал Леонтьев, прикрывая огонек от суровой московской зимы. — Алл, бегу, минутку подожди, - с сигаретой в зубах ответил он. Наконец, сев в машину, он избавился от снега, лежавшего на его сапогах. — Ну чего галдим, - спросил Леонтьев. Алла, не успев нечего ответить, как водитель тут же развернулся и чуть хриплым от усталости голосом уточнил: — Адрес пожалуйста. Вздохнувши, Леонтьев отозвался: — Королево, ул.75, Валентиновка, дом 12. Заезжая на кольцо, машину резко тряхнуло, все трое подались в перед и прихуели. В особенности Филипп. Алла же сохранила каменное лицо, поскольку данная атмосфера начала ее знатно выводить из себя, а Леонтьев особо бурно не отреагировал, лишь тихо прицокнул. Наконец, авто затормозило перед высокими, статными, узорными, чуть облупленными воротами. Леонтьев одернул ручку, вылезая из машины, и прикрикнув: - Щас, минутку, открываю, - подойдя и нащупав в кармане связку гремящих ключей. Он отворил ворота, они распахнулись, и машина проехала по дорогому камню. Мужчина запер ворота и прошел в след за машиной.Алла отправила водителя домой, сказав ему, что останется тут до утра. Буркнув что то себе под усатый нос, водитель отъехал назад. Леонтьев конечно не очень ожидал, либо хотел чтоб Алла осталась до утра, но решил оставить свое мнение при себе, заранее зная реакцию подруги, а Филипп потирая руки от холода рассказывал Леонтьеву о новых сплетнях. Наконец отправившись к дверям дачи, Алла все поглядывала и нахваливала елочки, припорошенные снегом, которые стояли в саду Леонтьева. — Ой, ну загляденье! Филипп, нам такие тоже надо. Валер, а где взял то такие? — Алл, это надо у Люськи спрашивать. Уже у двери, Валера все никак не мог найти подходящий ключ в той самой связке. — Блять, опять не тот... — Может ты его в машине или в сумке оставил?, - невинным голосом предложил Филипп. — Да нет же, подожди...О!! Нашел. — Слава Богу, Валер, - вспыхнула Алла. Войдя в дом Валера потянулся и взгляд Аллы уперся на чуть поднявшийся свитер, который оголил пресс Валерки. — Оооой, что то я устал, старею, - усмехнулся Леонтьев. — Ага, стареешь..., - сказал Филипп. Посмотрев на Аллу, и то, куда упал ее взгляд он сразу же почувствовал некую ревность, и даже зависть. За полтора часа Алла успела наготовить около 5-6 блюд, стоя с небрежно убранными и чуть выбившимися локонами. - Валер! Помогай накрывать!, - крикнула, чуть протяжно и с повышеным тоном Алла. Тем временем Филипп развалился на диване, щелкая чуть заевшим пультом. —Ну чего оно не работает! вырвалось у Филиппа. —Да там кнопку красную подольше зажми и заработает, - объяснил Валера, расставляя бокалы. На столе уже красовались: селедка масленая, жирная, да с лучком, а рядом с ней картошечка в пиалочке со сливочным маслицем и с укропчиком, ароматным, душистым, зелененьким, борщ, наваристый, с черносливчиком, на говядинке, бурый бурый, с ноткой остринки, а также нарезка, колбасная и сырная, сальцо перченое, на горячем бородинском хлебушке, с красным лучком, а рядом с этим всем: водочка, коньячок, вино французское, приобретенное в дьюти фри Игорем Крутым. —Валер! Тут еще настойка какая-то, можно на стол?, - облизываясь, спросила Алла. — Оставь, это мне на скудные вечера,- с полуухмылкой отшутился он. Первым позвонил в ворота Игорь Николаев со своей новой пассией, которую никто не ожидал конечно… — Ооо, Валера!. - похлопал он его по плечам. — Проходите, чувствуйте себя как дома, - подскочил Леонтьев и в шутку поклонился. Сняв свои туфли, Николаев, в полосатых носках и в темно синем свитере и такого же оттенка джинс прошел за стол, где Филипп уже сточил кусочек копченой колбаски, и причмокивая обтирая жирные руки об свои брюки, нехотя пожал руку Николаеву и поцеловал руку юной девушке. В скоре раздалось аж два телефонных звонка, на одном ласковый прокуренный голос Лаймы: — Валер, родной, задержусь чутка, - не объяснившись, она сразу бросила трубку. Валера отвел телефон от уха и подумал: «ну тьфу ты». А на другом звонке висела Люська. — Ну ты представляешь, тут опять митинг! —Оо, ну понятно, -ответил Леонтьев. — А вы там чего? Как жизнь Московская? — Ой, все стабильно, все надоели! Вот собираемся...одно радует, водка с селедкой и мысль о том, что скоро к тебе в Майами! Люся откровенно заржала. — Ладно, Люсь побежал я, а то там Алла опять орет, - кинул он трубку, даже не попрощавшись и протер пальцы от чуть сальных кнопок телефона. В течении часа почти все гости были в сборе. Кто-то тер о делах, кто-то о жене, а кто-то о машине Киркорова. В дверь раздался бренчащий, пронзительный звук. Валера отогнулся на табурете, посмотрев на дверь. —Щас, бегу,бегу. А в его мыслях после этой фразы заиграла уже давно знакомая и серая, как мир мелодия: «А все бегут, бегут», - тьфу ты, - пытался отвлечься от уже приевшийся привычной мелодии. Распахнув дверь, Валера, кутаясь руками увидел знакомую лысую голову Игоря Крутого, а рядом Оленька в белом платьице и в брильянтовых царских и массивных серьгах. Крутой расплылся в улыбке, но Валера смотрел не на это, а на позади стоявшего молодого человека, на вид: Выбрит, голубые ясные глаза, русо-блондинистые волосы и стой самой обоятельной улыбкой, что любили девушки. Леонтьеву он сразу не приглянулся. Слишком какой-то хитрый, приторно лживый, а улыбка какая наигранная. Из его размышлений его отвлек Игорь. — Валер, Валера!, - протяжно говорил Игорь. — А... - сразу же перевел взгляд на него и улыбнулся. — Ты чего молчишь?, - усмехнулся растерянно Игорь — А вы чего стоите? Проходите! Он помог снять Оле шубу, похлопал по синему кашемировому костюму Игоря. И тут вошел он. Сразу же протянул свою руку, с небольшим перстнем Валере. — Здравствуйте, Валерий Яковлевич, приятно познакомиться, я Роман, - натянуто выдавил он…