2

Она вертела в руках чашку с кофе, безучастно глядя на жидкость шоколадного цвета. Её мысли постоянно возвращались к спору прошлой ночью, и она смутно осознавала, что часы тикают, а солнце встаёт за её плечом, заглядывая в кухонное окно. На сердце было тяжело, глаза опухли и покраснели. Как же ужасно она себя чувствовала из-за того, что не сказала ему правду. Ей следовало быть умнее, следовало просто сказать ему, когда он требовал ответов. Она всегда была человеком слова, но, возможно, когда дело касалось такой деликатной вещи, как её отношения с Джеком, ей следовало пожертвовать секретом, чтобы всё было в порядке. Но опять же, было ли это приемлемо? Действительно ли это что-то изменило бы? Крошечные ножки спустились по лестнице, и Кейт, отвлёкшись от своих мыслей, увидела маленького светловолосого мальчика, который тёр глаза, просыпаясь. «Мама», — зевнул он, и Кейт не смогла сдержать грустной улыбки. Она встала из-за стола и поздоровалась с Аароном. «Привет, малыш», — она подхватила его на руки и поцеловала в щёчку, а он захихикал. Она отнесла его к столу и усадила на стул, а сама подошла к шкафу, чтобы насыпать ему в тарелку хлопья. «Как ты спал, мой сладкий?» — спросила она, надеясь, что он не помнит прошлую ночь. «Мама, где Джек?» Аарон проигнорировал её вопрос, оглядывая комнату сонными глазами. Она взглянула на часы, посмотрела на стрелки, зная, что ещё нет и семи, а также зная, что не знает ответа на этот вопрос. «Джек на работе, милая». Она соврала на мгновение, зная, что позже ей придётся сказать правду. Но сейчас она не хотела обсуждать истинную причину, по которой он не пришёл поприветствовать Аарона, как делал каждое утро перед работой. «Хорошо». Он поднёс свою маленькую синюю ложку ко рту и стал смотреть телевизор, который включила Кейт, чтобы отвлечь его внимание от сложившейся ситуации. Она прошла мимо него в кабинет и сделала глубокий вдох, чтобы взять себя в руки. Она знала, что сейчас ничего не может сделать, чтобы найти его, и даже не знала, что бы она сказала, если бы позвонила. В глубине души она хотела, чтобы он просто вернулся, они помирились и продолжили жить дальше. Однако это была юношеская мысль. «Аарон, я собираюсь принять душ. Доедай свой завтрак, а потом можешь немного поиграть, но потом мы пойдём кое-куда, хорошо?» Она говорила с ним из гостиной, собирая остатки вчерашнего вечера и своё сердце. «Хорошо, мамочка», — маленький мальчик жевал фруктовое печенье, не отрываясь от детского шоу, пока Кейт проходила мимо него к мусорному ведру, а затем в ванную. Каждое движение казалось ей вечностью, и она не могла заставить себя думать о нём, пока раздевалась, вспоминая все те времена, которые они провели в этом месте. Но потом её взгляд упал на маленькое бриллиантовое кольцо, и она не успела опомниться, как слёзы потекли по её щекам. Она знала, что это будет долгий день, и надеялась, что он закончится лучше, чем начался. Сильная рука потянулась и нажала на кнопку будильника, прежде чем потереть небритую щёку, лежавшую в темноте. Он спал плохо, если вообще спал, и ему не нравилось просыпаться так рано, чтобы идти на работу. У него болела спина, а плечи были напряжены. Он не спал в этой постели уже несколько месяцев. Комната была почти неузнаваемой для него, пустой и аккуратной, казалось, нежилой. Он пошёл на кухню и тихо выругался, поняв, что кофе сварить не из чего. Он платил за аренду, даже когда жил у Кейт, потому что официально они не жили вместе. Но большая часть его вещей была у Кейт, и ему придётся довольствоваться тем, что он взял с собой перед отъездом. Голова болела от сильного алкогольного опьянения, когда он пошёл в душ, надеясь смыть усталость. Джек включил воду и уставился в зеркало, пока она нагревалась. Что он сделал прошлой ночью? Почему он ушёл? Он знал, что мог бы принять более правильное решение, но в тот момент ему нужно было сбежать. На этот раз убежал он. Он знал, что отчасти ушёл потому, что был придурком и обвинил её в чём-то настолько безобидном, как секрет между ней и Сойером. Хотя он и знал, что его слова были оправданными, полбутылки «Джеймисона» и три пива, которые он выпил, скорее всего, таковыми не являлись. Но Джек также знал, что ему не нужно было уходить, и если он знал Кейт так, как ему казалось, то ей было очень больно. Джек вошёл в душ и вздрогнул, когда горячая вода ударила по его напряжённой спине. Это была не единственная причина, по которой он сбежал. Выражение лица Аарона разбило ему сердце. И он слишком хорошо знал это выражение. И он никогда больше не хотел быть причиной этого выражения. Когда Кейт готовила ужин, раздался звонок в дверь, и она подпрыгнула от неожиданности. Аарон с визгом побежал к двери, и у Кейт сердце ушло в пятки, когда она поняла, кто стоит за дверью. Она услышала, как открылась дверь, и приглушённые голоса донеслись до неё сквозь стены большого дома. «Привет, детка», — раздался голос, к которому Кейт пыталась подготовиться. Прошло три дня с тех пор, как они виделись, и после четырёх безответных звонков она перестала пытаться с ним связаться, сказав Аарону, что он уехал из города по работе. Она не хотела говорить ему правду, пока не узнает, в чём дело, останется он или уедет. «Джек! Я скучал по тебе». Голос маленького мальчика тронул её до глубины души. Джек крепко обнял Аарона, и мальчик обхватил его ногами за талию. Он так крепко прижимал его к себе, словно извиняясь за то, что его не было рядом, и за то, что он скучал по маленькому ребёнку. Он не ответил на вопрос, потому что не знал, что она сказала. И он заслуживал того, что бы это ни было, без сомнения. Он сделал несколько шагов в сторону кухни, а Аарон тем временем быстро рассказывал о последних нескольких днях, о своём новом друге в парке и о телешоу, которое он посмотрел. Джек искренне улыбнулся ребёнку, которого держал на руках, и откинулся назад, ожидая ответа. «Ого, приятель, похоже, ты отлично провёл время», — рассмеялся он, удивляясь самому себе, ведь ему казалось, что он не улыбался уже несколько дней. Кейт стояла к нему спиной, когда они вошли в кухню, где пахло домашним соусом для спагетти и фрикадельками. Он скучал по её готовке, в этом не было никаких сомнений. Её длинные тёмные кудри были небрежно собраны в пучок на макушке, несколько прядей выбивались из него и танцевали вокруг шеи, слегка касаясь её покрытых хлопком плеч. Она по-прежнему не обращала внимания на его появление в своём доме, что показалось ему странным, но он и не ожидал, что она бросится к нему в объятия. Он сказал несколько обидных слов, за которые она, возможно, не сможет его простить. Она глубоко вздохнула и повернулась, пытаясь подготовиться к встрече с красивым мужчиной, стоявшим позади неё. Он держал на руках Аарона, который всё ещё радостно болтал, и её сердце забилось чаще. Хотя он был аккуратно одет в джинсы и рубашку на пуговицах, его глаза выглядели усталыми, а лицо — небритым. Она смущённо улыбнулась, удивляясь самой себе. Его сердце слегка забилось, когда он подумал, что, возможно, она так легко его простила, но его надежды не оправдались, когда улыбка сошла с её лица и она заговорила только с Аароном. «Дорогой, садись, ужин готов». Она поставила его тарелку на стол, пока Джек усаживал ребёнка. Аарон сел на своё место и выжидающе посмотрел на Кейт. «Джек останется на ужин, мам?» — спросил он, переводя взгляд с одного взрослого на другого. Джек посмотрел Кейт в глаза, но она никак не отреагировала. — Я не уверена, милый. Съешь свои «рожки», и посмотрим. Аарон сосредоточился на еде, а Кейт вернулась к плите, Джек последовал за ней. — Эй, — тихо сказал он, подходя к ней сзади. Она повернулась к нему лицом, положив руки на стойку. — Привет. — Как дела? — Я в порядке. — Она стояла на своём, не желая таять в его объятиях, хотя её тело умоляло её об этом. — Где ты была? — В моей квартире. Я просто подумал, что нам нужно немного пространства. — Он не был уверен, насколько глубоко увяз, но осторожно продолжил: — Послушай, мне очень жаль, что так вышло. Я потерял самообладание. — Да, так и было, — резко ответила она. Она по большей части избегала его взгляда, уставившись на его ботинки. — Почему ты так много выпил? — честно спросила она, потому что ей не терпелось узнать причину его поведения. Он тяжело вздохнул. — Я не знаю, Кейт. Я был расстроен. Я не знал, где ты, с кем ты разговаривала по телефону, ничего не знал. Я был в стрессе. А после встречи с Хёрли... — Он замолчал, избегая её взгляда и неловко переминаясь с ноги на ногу. Она не ответила, просто отвернулась, чтобы помешать соус. Он взглянул на потолок, чувствуя, как внутри него что-то мерцает, умоляя его выпить, потому что ему становилось трудно переносить напряжение. «Это из-за острова?» Она почти прошептала этот вопрос, боясь, что Аарон услышит, и опасаясь, что ответ будет таким, какого она не хочет слышать. Он снова тяжело вздохнул, потирая висок. Он говорил спокойно и тихо. «Я не знаю, Кейт, немного. Ты же не можешь ожидать, что я не буду об этом думать. Но сейчас мы здесь. Нам нужно приспособиться». Она не понимала, обращается ли он к ней или к самому себе. — Я согласна, — ответила она, выключая плиту и снова поворачиваясь к нему. Прежде чем она успела сказать что-то ещё, крошечная рука схватила Джека за руку, и рядом с ними появилось лицо Аарона. «Мама, я закончил. Можно Джеку теперь поиграть?» Она слегка улыбнулась, наклонившись, чтобы вытереть его маленькое личико влажным бумажным полотенцем. Она посмотрела на Джека и растаяла от того, с каким выражением лица он смотрел на маленького мальчика. — Только если у него будет время, милая. Она посмотрела на Джека, ожидая его ответа, и была удивлена реакцией ребёнка, прежде чем Джек успел ответить. — Пойдём, Джек! — Аарон потянул высокого мужчину за руку, и Джек посмотрел на Кейт в поисках одобрения. Она вздохнула и пожала плечами, нежно улыбнувшись мальчику. «Хорошо, милый. Повеселись». Джек улыбнулся Кейт, когда они с маленьким мальчиком направились к лестнице, ведущей в его комнату, и Кейт мысленно выругала себя за то, что позволила этому случиться. Она переключила внимание на ужин, который ей ещё предстояло съесть, и позволила мальчикам поиграть наверху в одиночестве, гадая, не в последний ли раз они это делают.