Так просто

— Так-так-так… Кто это тут у нас? Неужели маленький лис отбился от стаи и на-ко-ся-чил? Голос, полудетский и очень, очень противный, когда Карлин того хотелось, заставил острые пушистые уши дёрнуться, а хвост — нервно метнуться. Сухие листья зашуршали под руками, вминаясь во влажную от ночного дождя почву. Городской парк жил своей жизнью: чирикали птицы, звучали голоса, ветер гудел в кронах полуоблетевших деревьев. Оборотень напружинился и прижал уши к голове. Коричневая майка не скрывала ни разворота плеч, ни силы рук, а янтарный взгляд с ниткой-зрачком обещал скорую мучительную смерть. Но Карлин ничуть его не боялась. Во всей Англии не нашлось бы оборотня, способного нанести ей сколь-нибудь серьёзный вред. Это внешне она могла быть маленькой, хрупкой и невинной человечкой, а внутри… — Не надо рычать, — Карлин надула губы и перекатилась с пятки на носок и обратно. Потрясла в руке смартфоном, показывая сделанную только что фотографию. — У меня есть на тебя компромат, и я не постесняюсь его использовать. Хочешь? Оборотень очевидно не хотел. Он поёжился, разом становясь словно меньше и бледнее, и поспешно выпрямился. Взгляд, направленный на телефон, был мечтательно-зловещ. Карлин прекрасно понимала, о чём он думает: один стремительный рывок — и ни телефона, ни компромата, ни наглой пигалицы с противным голосом. Но она тоже не вчера родилась, так-то, и удар держать умела. — Э, нет, если ты на меня кинешься, фотка с gps-меткой отправится кому надо. И я заору. И всё, па-па, мирная жизнь среди людей. — Ты ведь тоже не человек, — зашипел оборотень. Хвост нервно бил его по бёдрам и дико пушился. — Так какого х… — Я-а-а? — так правдоподобно изумилась Карлин, что ей поверила бы и родная мама. Она хлопнула себя по груди — нулёвочка, ничего за пять минут не изменилось — и на всякий случай ощупала копчик, ну мало ли, хвост отрос, а она не заметила. Но нет. Маскировка держалась безукоризненно, тем более что лис не знал, куда нужно смотреть. — С чего ты взял? Я правда похожа на ваших? А на кого? Скажи-скажи-скажи! Оборотень выглядел сбитым с толку и даже немного напуганным. То ли осознанием ямы, куда себя толкнул, то ли напором пигалицы. — Я не… — начал было он, заводясь с каждым звуком всё больше, но Карлин запальчиво его оборвала: — Ты — да. Дашь мне свой номер телефона. И принесёшь кофе. На во-о-он ту лавочку. — Она махнула рукой в нужную сторону и с интересом уставилась на оборотня. Снова перекатилась с пятки на носок, зябко повела плечами. Ранняя осень выдалась пусть тёплой, но не жаркой. Определённо не жаркой, и как только это полулисье не мёрзнет? «Полулисье» взглядом обещало удавить Карлин к такой-то матери и не мучиться. Ни муками совести, ни вообще. Но послушно — слишком послушно, Карлин мгновенно насторожилась и сжала смартфон крепче — начало диктовать. А после, на вопрос об имени ответив «Льюис», скрылось в парковых кустах. Уже без ушей и хвоста — Карлин заметила! Она причмокнула губами, с любовью протирая экран смартфона рукавом толстовки. Так просто, Великая Дану! Как конфетку у ребёнка отобрать.