Глава 2. От судьбы не убежишь

      Вот наконец и выпнули меня из клетки, предварительно тыкнув в руки пакет со сменной одеждой и, в целом-то, всё. Книги учитывать не стоит, ведь с момента их кражи из библиотеки они являются моей собственностью. А дальше что? Квартиру мне, как не странно, не выдали, денег не дали и выставили за дверь практически ни с чем. – Может быть, до господина Хокаге зайти на беседу и спросить, почему это он, главный вождь здешних земель, о детях своих не заботится?       Как только эта мысль промелькнула в голове, из моих уст, словно по чужой команде, непроизвольно вырвался тонкий смешок, который в купе с идущим ливнем и мрачной атмосферой вокруг навеивал загадочную тень вокруг моей одиноко стоящей фигуры. Если раньше я и мог поверить в подобную чушь, то сейчас картина мира для меня стала более ясной.       Внезапно над головой раздался оглушительный грохот грома, следом за которым и без того сумасшедший ливень, чуть ли не сбивающий человека с ног, усилился до предела. Шквал дождевых капель в общей работе с бушующим ветром не давал даже в лишний раз набрать полные воздухом легкие, постоянно перебивая и без того тяжелое от остатков эмоций дыхание. – Плохи дела, – я мысленно покачал головой и осмотрелся, пытаясь найти подходящее временное убежище от проливного дождя. – Ливень настолько плотный, что в радиусе десяти метров тяжело что-то рассмотреть. Меня как будто специально так решили подставить.       Мысленно согласившись с последними словами, я прижал к себе пакет с вещами и шаг за шагом стал пробираться в выбранную сторону с надеждой, что именно там мне удастся найти хоть какое-нибудь укрытие.       Капли, словно плотный занавес, затмевали мой взор и не давали даже толком взглянуть себе под ноги, поскольку в тот же миг к глазам устремлялся поток воды. Каждый метр давался мне с непосильным трудом. Но вскоре Небеса услышали мои мольбы о помощи и уже через пару минут я буквально уткнулся носом в препятствие, а открыв глаза, я идентифицировал в нём деревянную дверь, над которой висела картинка, изображающая полураздетую женскую фигуру, словно змея, вьющеюся вокруг шеста.       В голове сразу всплыли допущения касательно того, на какое место я умудрился наткнуться. Изящная женщина с обнаженными округлостями явно намекала на то, что данное место предназначено исключительно для взрослых. Заходить внутрь у меня не было абсолютно никакого желания, но, в то же время, только начавший набирать обороты ливень ставил меня в неловкое положение, где мне предстояло сделать тяжелый выбор между переохладиться и заболеть, либо же рискнуть, но остаться в относительной целости и сохранности. Насчет последних двух у меня были некоторые сомнения, но и с первыми спорить было глупо.       Но в следующий момент я уже принял окончательное решение, и следом за этим с тяжелым вздохом потянул на себя ручку двери, после чего шагнул внутрь. Закрыв за собой дверь, я тут е почувствовал, как холод, ранее державший меня в своих цепких оковах, стал стремительно развеиваться, а вместе с этим на его место пришёл тепло, нежно обдувающее мокрые щёки.       Несмотря на все мои предыдущие опасения, возникшие ещё на пороге здания, внутри оказалось весьма уютно и обстановка весьма успешно располагала к себе. Повсюду доносилась людская речь, чуть дальше была отчетливо слышна музыка, которая, словно целебная магия из сказок, успокаивала и развеивала нависшую тревогу. Мне было хорошо. Наверное, впервые за столько лет я почувствовал умиротворение и покой. Наслаждение было настолько велико, что мне не хотелось открывать глаза, тем самым прерывая транс уединения с душой. Но в следующую секунду я почувствовал, что что-то пошло не так. Всё это время я летал в облаках и не сразу смог понять причину внутреннего беспокойства.       Резкая смена обстановки вынудила меня выйти из транса, и вместе с этим я распахнул глаза. Как только же я это сделал, моему взору открылся вид на просторное помещение с большим количеством источников освещения, которые на миг ослепили меня.       Моя слепота длилась словно вечность. За то короткое мгновение, на которое я сумел открыть глаза, я также смог разглядеть множество человеческих фигур, коими было заполнено всё помещение. В основном эти люди стояли парами из мужчины и женщины, но некоторые из числа последних, как мне показалось, были одни и выполняли различные движение около металлических шестов, прикреплённых к высокому потолку. За столь короткий промежуток времени я смог собрать столько деталей, но, тем не менее, анализируя полученную информацию, я так и не сумел понять, почему внутри меня поднялась тревога и чувство опасности.       Вскоре я ощутил, как мои глаза, спрятанные за скрещенными ладонями, адаптировались к нетипичному для меня освещения. Однако вновь поднять свой взор я всё никак не мог решиться. Меня будто с ног до головы сковал инстинктивный страх, так и кричавший во всю глотку, что мне пора бежать отсюда, пока у меня имеется такая возможность. Мой разум охватили внутренние противоречия...       Как же я ненавижу чувство, которое преследует меня последние два года, когда мозг желает противиться внутренним установкам, но в то же время у него не хватает сил и в итоге сам остается подавленным. Почему...? Потому что я ребёнок и согласно прочитанной мной книги анатомии человека мой мозг не имеет достаточного количества нейронных узлов, отвечающих за самоконтроль и критическое мышление? Или же мне планомерно пытались внушить это путём постоянных издёвок и избиений? Такие моменты мозг воспринимает как "опасные для жизни", из-за чего контроль над человеком с недостаточно развитой волей к сопротивлению пробуждаются инстинкты, которые и берут ситуацию под свой контроль.       Нет! Всё это без толку. Если я продолжу копаться в себе, это не приведёт к каким-либо свершениям. Нужно действовать, даже если страшно и хочется спрятаться в домике! Мой бушующий поток мыслей сопровождался вспышкой пламени, чья яркость была непостижима человеческому глазу, но, в то же время, хорошо ощутима душой. Этот огонь, по ощущениям, грозился пропалить в моей груди одну большую дырку, и это чувство усиливалось с каждой секундой, пока я стоял и бездействовал с опущенной вниз головой.       Я понял, что терпеть больше нельзя, и в тот же момент, машинально стиснув до противного скрежета зубы, я едва заметно решительно кивнул, а в следующее мгновение поднял взгляд, нагло пытаясь охватывать своим восприятием всю видимую часть помещения. Однако, совершенно неожиданно, как только я распахнул глаза, мой взгляд столкнулся с красивыми, карими глазами, которые были ко мне практически впритык!       От столь внезапного поворота событий и настигшего меня испуга я отступил два шага назад, после чего стал невольно терять равновесие. Я чувствовал, что вот-вот, с момента на момент я должен был грохнуться на пятую точку. Однако внезапности не закончились на появлении глаз: в момент, когда я уже должен был упасть на пол, я почувствовал, как мою руку схватила нежная, немного влажная ладонь, и тем самым уберегла меня от очередного несчастья.       Придя в себя, я ещё некоторое время с закрытыми глазами пытался понять, что только что произошло. В голове тут же всплыла пара карих глаз, чей свет, будто по волшебству, переливался от попадающего на сетчатку света. Ладонь, схватившая меня в последний момент, явно не могло принадлежать мужчине. И скрестив две полученных деталей, я быстро пришёл выводу, что человеком напротив меня была женщина, и как факт подтверждения моих догадок в следующую секунду до моих ушей донесся нежный, мелодичный голос: – Малыш, что ты здесь делаешь? Ты потерялся...? Эй!       На мгновение моё сознание зависло и мой взгляд, вновь готовившийся заглянуть в глубины карих глаз, остановился на двух красивых, приличных размеров подушках с выпирающими через тонкое, чем-то измоченное белое платье точками. Почему-то в этот мне захотелось прикоснуться к ним, ощупать и почувствовать тепло кожи, словно во мне проснулся рефлекс, но уже другого типа. Мой взгляд, да и все размышления были затянуты и тот волшебный прорез между теми подушками, от чего я даже не заметил, как моя рука, словно отделившись от тела и приобретя собственное сознание, дернулась, но в тот же миг я очнулся, одернул руку и охватил ей пакет.       Я понятия не имел, что меня пробрало, однако на короткое мгновение я чуть не лишился контроля над собственным телом и мыслями.       "Стоп!" – в моём сознании словно засветилась лампочка и в ту же секунду я устремил свой взгляд на лицо незнакомки. Когда же наши взгляды пересеклись, я почувствовал, как моё сердце издало чрезмерно сильный импульс, а всё тело охватила легкая дрожь.       – Мальчик... Я тебя знаю, – глаза девушки блеснули светом изумления, а её ладони, будто в молитвенном жесте, столкнулись у её слегка приоткрытого рта. – Я тебя вспомнила. Ты тот самый маленький малыш, которого все так обижали в детском приюте... Тебя, кажется, зовут Наруто...?       Верно, и я тебя тоже узнал. Тебя зовут Широни Кайши. В моей памяти ты запечатлелась как добрая, и весьма привлекательная рыжеволосая подружка той надзирательницы с мордой лошади. Подслушивая ваши разговоры за стеной, я сумел выяснить, что вы вместе работаете в одной и той же самой точке. Ты отличаешься, ты не такая, как все. Почему-то, когда все яростно ненавидят меня, ты, словно не замечая этого, всегда лезла ко мне обниматься и растягивала щеки, называя меня милашкой. Твоя так называемая забота ко мне доходила вплоть до того, что порой ты умудрялась просовывать мне жевательные конфеты за спиной своей напарницы. И хоть те конфеты, исходя из экспериментов на крысах-добровольцах, были пропитаны какой-то дрянью, от которой животинки незамедлительно сваливались с лап, моя лояльность с любовь к тебе всё равно крепилась с каждым последующим днём нашей встречи. И всё потому что ты была единственна, кто проявлял ко мне хоть намёк на заботу. – Малы-ыш... Малыш!       Усмехнувшись, Широни, в элегантной манере скрестив колени, присела передо мной на корточки и провела ладонью вдоль моей щеки, на которой в ту же секунду всплыл мягкий румянец. Я чувствовал, как её рука была покрыта чем-то скользким, что сразу стало впитываться в кожу. Но мне не было дела до этого, ведь мои глаза, мысли, и даже, уверен, сердце были поглощены её глазами. Мне было неловко, но в то же время я чувствовал, как её чары действовали на меня, и как реакция на это на моих шортах стал виден бугор, который по ощущениям словно никак не желал подчиняться мне и жаждал оказаться во владениях этой девушки.       Кайши, всё это время следившая за направлением моего взгляда, как будто заподозрила что-то неладное и также посмотрела вниз, на мои шорты, где её взору предстал внезапно переставший подчиняться моим приказам твёрдый, как камень, орган. Увидев его, её глаза распахнулись ещё сильнее, а очаровательная улыбка стала выглядеть ещё милее.       Медленно встав и не переставая глядеть на пришествие нового посоха Мудреца, девушка заговорила с чуть повышенным тоном: – Божечки! Похоже, у нас кто-то хочет стать мужчиной.       Голос Широни передавал восхищение, но почему-то от него мне не стало легче. А в следующий момент, когда я уже был готов обратиться к ней с недоумением, помещение заполонил смех, источники которого, мол иглы, вонзались в мог и вызывали этим непреодолимый дискомфорт. Меня с головой захлестнула паника и чувство безысходности.       Я не понимал, почему в моём мире в лице Широни появился кто-то другой, много других посторонних шумов. Я смотрел в её глаза и пытался найти в них ответ на свой вопрос, но вместо этого мне встречалось лишь умиление, восхищение и жажда чего-то, что меня не могло не пугать.       Решив, что я схожу с ума, я уже собрался обернуться и, несмотря на непогоду снаружи, бежать со всех ног, но внезапно, словно уловив ход мыслей, меня остановила всё та же нежная, как шелк, ладонь. – Наруто, пошли за мной. Там тебе найдётся гораздо лучшее местечко, – отведя от меня взгляд, Кайши посмотрела в сторону и уже туда сказала: – Даруби, докуривай и иди к нам. Сегодня я вряд ли смогу утешить тебя, как следует, но в этом мне поможет наш сладенький мальчик.       Последующие секунды казались для меня бесконечным циклом повторяющихся вопросов в моей голове. Глядя на поведение Широни, я всё никак не мог понять, почему беспокойство, которое я ранее с усилием воли смог подавить, прорвало мою защиту и пыталось перехватить над сознанием контроль. Почему оно вопило мне бежать, если мне не причиняют боли, а наоборот – окутывают заботой и теплом.       Вопросы с бешеной скоростью кружились в моей голове и тем самым поднимали неконтролируемый поток хаос из подавленных всевозможных эмоций. Я чувствовал, что вот-вот могу сорваться, и поэтому я резко прекратил шаг и тем самым остановил ведущую меня в неизвестном направлении девушку.       Также остановив свой шаг, Широни повернула голову и одарила меня непонимающим взглядом, но в то же время в нём просматривалась едва заметная тень раздраженности. Я не стал придавать этому особого значения и отбросил нехорошие мысли о моей спутнице, вместо этого вцепившись взглядом в бесконечные просторы её непроглядных, как водная гладь, глаз. – Пацан, – тон девушки стал заметно ниже и в нём так и было слышно нотки нетерпеливости, – ты чего встал посреди пути? Неужели ты хочешь остаться стоять на улице под проливным дождём, чтобы ещё простудиться ненароком?       Мне было тяжело сформулировать мысль в ответ на проницательные слова Кайши. Всё это время, следуя за ней, я только и делал, что думал об её глазах, которые очаровали меня при первом же пересечении взглядов. Но сейчас... Что-то не давало мне думать легкомысленно, и потому в моей голове зародились сомнения. – Широни-сенпай, – прротянул я робким голоском, стараясь не смотреть в глаза девушки, – а куда мы идём? – О боже, малыш... – Кайши словно ударила молния и её тон тут же вернулся к нормальному состоянию. Умиление, ранее успевшее потухнуть за это время, вспыхнуло с новой силой и стало видно невооружённым глазам. Вдобавок к этому, её щеки начали заливаться краской, напоминающей раскрас спелого помидора или некоторых сортов яблок. – Я вижу твоё волнение, но тебе не стоит переживать. Более того, сейчас мы будем делать тебе приятно. – Приятно? – я с неверием поднял взгляд с пола и обратно вернул взгляд к глазам Широни. – Ну конечно же, глупыш! – сказав это, Кайши в своей манере провела ладонью по моей щеке с игривой усмешкой, после чего, даже не став дожидаться моего ответа, снова взяла меня за руку и повела дальше вверх по ступенькам.       Не взирая на успокоения со стороны спутницы и её убедительную, добрую улыбку, мне всё равно не перестало казаться, что слова девушки не предвещали ничего хорошего. Мне хотелось верить ей, но в то же время моё первобытное чутьё шептало о нависшей над моей жизнью угрозе.       Вскоре мы поднялись н пятый этаж со множествами комнат, двери которых сильно отличались от тех, что были этажами ниже. Главное отличие, как мне показалось, заключалось в покрытии стен и дверей, которые мне показались немного странными. Так и не сумев подобрать хоть какие-нибудь догадки, я снова, и уже более уверенным тоном, обратился к Широне: – Широне-сенпай, а почему этот этаж так сильно отличается от остальных?       Девушка окинула меня странным взглядом и на мгновение мне показалось, что в её глазах промелькнула тень настороженности, однако это ощущение быстро развеялось и её выражение вернулось в норму. – А ты наблюдательный мальчишка, – усмехнувшись, Широни запустила руку в щель между выпуклостями, повисшими на её груди, после чего достала оттуда ключ и вставила его в замочную скважину двери. – Комнаты этого этажа отличаются тем, что они за счёт специального покрытие не пропускают наружу звуковые волны. Это было создано специально для того, чтобы люди, пребывающие в одних из этих комнат, не мешали тем, кто находится за их пределами. – Чтобы не мешать... – я задумчиво повторил слова Кайши, пытаясь осмыслить сказанное. – Конечно!       Вновь озарив меня лучезарной улыбкой, девушка провернула ключи в замочной скважине, и в следующую секунду послышался щелкающий звук, следом за которым дверь перед нами медленно распахнулась, давая увидеть покои, расположенные внутри самой комнаты.       Ещё стоя в коридоре, я заметил, что внутри практически отсутствовало нормальное освещение, и вместо обычных лампочек мне довелось увидеть лишь неоновые ленты, протянутые вдоль потолка и, как я заметил чуть позже, двухспальной кровати.       Не воодушевляла меня атмосфера в комнате, а желания заходить внутрь так и вовсе улетучилось, как только моим глазам предстал весьма специфический интерьер: при беглом взгляде я смог обнаружить два металлических стола, схожих на тех, которые используются врачами в госпитале во время операций. Сам факт их присутствия их здесь вызывал у меня некоторые подозрения. Но ещё больше меня смутили предметы, расположенные непосредственно на самих столах. Эти предметы имели разную форму, величину и цвет. Глядя на них, по неведомой причине мне стало не по себе, а нижние конечности, словно предвещая что-то неладное, невольно скрестились в коленях и никак не желали поддаваться командам мозга.       Однако вся тревога, успевшая ещё сильнее нависнуть на моих плечах после открытия комнаты, в буквальном смысле сняло рукой, когда ладонь Широни прикоснулась к моей шее. – Чего же ты стоишь, глупый медвеженок, – Кайши присела на корточки и провела рукой вверх, добравшись до макушки и взъерошив уж совсем промокшие волосы. – Иди! Разве тебе не интересно?       На миг я задумался и продублировал заданный вопрос Широни уже самому себе. Но ответа я так и не услышал. Моя вторая сторона, всё это время сопровождавшая меня к этой комнате вместе с Кайши, будто провалилась под землю, оставляя меня наедине с собой.       Всё-таки, отбросив лишние мысли в сторону, я нацепил на себя кривую улыбку и кивнул девушке, после чего, сильнее прижав к себе пакет с вещами, вступил внутрь. Каждый последующий давался мне с неописуемым трудом. Складывалось впечатление, словно меня за мои руки и ноги ухватилось множество рук мертвецов, пытающихся затянуть меня к себе. Такое представление до дрожи пугало меня, а в купе с мрачной атмосферой, причиняющей внутренний дискомфорт, мне становилось не по себе.       Ситуация накалялась всё сильнее с каждой секундой. Дабы развеять гнетущие мысли и надвигающуюся панику, я решил осмотреться и тем самым загрузить свой мозг новой информацией в надежде, что так мне станет спокойнее. Однако мои надеждам было не суждено сбыться, и чем больше я оглядывался, тем больший ужас охватывал меня.       Ещё с порога мне удалось заприметь на металлических столиках странные предметы, каждый из которых имел свою индивидуальную форму. Когда же я подошёл поближе, моё сознание словно окунулось в сумасшедшие бредни. Чем дольше я рассматривал эти вещи, тем больше жутких деталей я для себя подмечал: странная, вязкая субстанция, покрывающая продолговатые дубинки с наконечником, напоминающего форму гриба, кровь, которой была разбрызгана кровать и покрыты те же самые предметы.       Вдруг за спиной раздался грохот, от которого по моей спине пробежал табун холодных мурашек. Этот глухой грохот спровоцировал волну паники, за мгновение ока оцепеневшую всё тело, мол паралич. Биение сердца перестало быть таковым и на его месте я начал чувствовать, как об мою грудь по несколько раз в секунду ударяется перекачивающий кровь орган, готовившийся вырваться из неё в любой момент.       Я и не заметил, как потерял способность здраво мыслить, а потому, когда за моей спиной донёсся ещё один грохот, моя голова, словно заржавевшая деталь, с трудом повернулась в сторону источника звука.       Увиденное мной в последующую секунду раздалось в моём опустевшем и потерявшем смысл сознании, как удар молнии: спиной к дверному проёму, через который я прошёл внутрь комнаты, стояла Широни, но кроме неё мой взгляд ухватился за толстопузого, лысого мужчину. Этот мужчина, будто почувствовал мой взгляд, сфокусировал на мне своё внимание, от чего и так окоченевшее тело будто сжалось в жуткой ломке, не давая возможность даже как-то пошевелиться, чтобы утихомирить боль.       Тем временем, когда вся моя фигура была погружена в смесь неверия и крайнего отчаяния, в черных, как бездна, глазах лысого блеснуло нечто, что я раньше точно не мог ощутить, но от этого его взгляд стал только тяжелее и противнее.       "Он раздел меня одним лишь своим взглядом..." – такие бредни я слышал из уст воспитательниц в приюте, в то же время думая, что их слова являются не более чем выдумкой или отрывком из художественной литературы. Вот только в этот момент я прекрасно прочувствовал на себе силу данного выражения и с горечью для себя осознал, что это выражение, оказывается, применимо не только к женщинам, но и маленьким детям... – Наруто, что-то случилось?       Тон Кайши, ранее звучавший в моих ушах, как мелодия утренних птиц, стал подобен шипению змеи, с секунды на секунду готовая ввести в твоё тело смертельную дозу яда. В следующую секунду она ловким движением руки ухватилась за край короткого, белого платья и одним взмахом стянула его со своего тела, практически полностью оголив свою фигуру, оставив на ней лишь прикрывающую промежность тонкую линию и просвечиваемый бюстгальтер.       Я почувствовал, как мои глаза, и так готовые выпасти из орбит и укатиться дальше по полу, расширились ещё сильнее до прорезаемой боли. \ – Малы-ыш...       Шипение вновь раздалось у меня в голове. К этому моменту моё сознание на мгновение успело погрузиться к беспамятство, как тут же его вырвали назад в жесткую реальность, начавшуюся казаться мне самым страшным за всю жизнь кошмаром. Внутри я уже был согласен на то, чтобы меня оставили в приюте и продолжали травить меня, даже если с ещё большей силой. Но, как бы я не старался проснуться, каждый раз меня возвращало во всё ту же самую комнату с видом на повисшую на шее мужчины Широни, ставшей водить языком по его телу, начиная с губ и опускаясь всё ниже и ниже, добираясь до его трусов Вдруг движение языка девушки прекратилось и её взгляд снова устремился ко мне: – Точно, мы не можем так просто начать без нашего маленького компаньона.       Сказав это, Кайши выпрямилась во весь рост, сняла со своих ног каблуки и кинула их в сторону, после чего, словно надавливая на плечи также практически полностью раздетого мужчины, бросила его на кровать и следом же заскочила на него верхом. Её бедра в непонятной манере скользили в нижнем районе таза незнакомца. И хоть я и не понимал смысл её действий и не знал, как реагировать, в моих трусах снова возник посох и стал выпирать через шорты, так и напрашиваясь ощутить то же, что испытывал в тот момент лежащий под Широни мужчина.       Но вскоре нахлынувшее на меня возбуждение в миг смелось картиной, представшей передо мной: вскочив со вспотевшего тела жирнобрюхого, Кайши облизнулась в хищной манере и провела меня холодным взором, от чего содержимое желудка стало напрашиваться выйти наружу. Я трудом смог подавить это и, дабы в очередной раз не спровоцировать рвотный рефлекс, забился в угол между столом и стеной, стараясь сразу закрыть и глаза, и уши. Однако, не успев просидеть в этой позе больше десяти секунд в моё сознание, как будто прошедший через фильтр из ваты, проник приглушенный голос Широни: – Наруто, хватит притворяться, будто ты не хочешь получить неистовое наслаждение. Ну же, подведись на ноги!       На удивление, команда девушки возымела больший эффект, чем команды мозга, и моё тело, как будто по команде "Равняйсь!", вытянулось в прямую линию.       Мои глаза всё ещё были закрыты. В ожидании неизбежного я задержал дыхание и стал прислушиваться к каждому шороху. Долго ожидать меня не заставили и уже в следующую секунду послышалась новая команда Кайши: – Умничка... А теперь подойди к столику и возьми вот ту фиолетовую игрушку в его левом верхнем углу.       Мои двигательные нервы снова сработали по чужой команде и уже через секунду я остановился напротив металлического стола, начав осматривать его на наличие вышеупомянутой фиолетовой "игрушки".       Но, хоть я и нашёл нужный предмет конусной-кольцеобразной формы, мой взгляд на этом не остановился, и вместо этого он стал искать нечто иное. И вскоре мой взор сфокусировался на ключах, которыми, по всей видимости, Широни и открывала эту комнату. Они лежали на соседнем столе, и поэтому, не обращая внимание не сверлящий мою спину недоумевающий взгляд, я прошёл дальше и машинально взял ключи, сжав их в ладони так, чтобы металлическая и более острая часть торчала наружу, а сглаженная упиралась об большой палец. – Наруто! Ты что делаешь?! Игрушка находится на другом столе, – в тоне девушке витало ощутимое беспокойство. Послышался звук, как она сменила позу, но я никак не обратил на это внимание. – Я знаю...              Эти слова непроизвольно вырвались из моего рта, чем на мгновение вызвали у меня шок. Однако он не продлился долго и через секунду моё сознание вернулось в норму. Я сам не понимая этого, смог вернуть самообладание и контроль над телом, и если сперва мне могло показаться, что тело двигалось по командам Кайши, то чуть позже я осознал, что всё это было моих рук дело.       Прошла секунда, две... Я всё стоял и смотрел на сжатые в моей руке ключ и пытался понять, что мне с ним нужно делать. Мысли всё никак не желали давать подсказку, как тут она пришла извне: – Малыш, не глупи! Иди к нам и мы хорошенько вместе повеселимся. – Да, точно...       Мысленно усмехнувшись своим словам, я неторопливо повернулся и медленным шагом проследовал к кровати, где в это время в обнимку лежала Кайши и её клиент. Взглянув на них, я тут же всё понял: несмотря на то, что я смог подавить в себе страх, смущение и другие колебания эмоций, Широни прекрасно и осознанно воспользовалась тем, что в моих глазах её образ был подобен лику Ангела, той самой любящей матери, готовой защитить беззащитное дитя. Она оставалась единственным и одновременно самым слабым местом в моей душе, чем чуть не погубила меня в падении с пропасти. Она – ключ к моей эволюции, ключ к избавлению от ноши жертвы и запуганного в угол мальчишки.       При этих мыслях уголки моих губ расширились в хищном оскале. Видя это, зрачки Широни сузились и стали подрагивать, как это делал я двумя минутами ранее. Незаметно мы поменялись ролями: теперь я хищник, а они – моя жертва. – Нарут-то-кун, что ты...       Я так и не услышал последующие слова Кайши, ведь в следующую секунду моё сознание погрузилось в темноту, ставшая затягивать его в безданные глубины, так и не давая лицезреть то, что произошло в последующую секунду. В конце, уже теряя сознание, перед моими глазами всплыла картина, как я стою испачканный в крови, а напротив меня, уткнувшись носом в стену, дрожала загнанная в угол Широни, после чего я совершил взмах рукой, сжимающей покрытые алой жидкостью ключи.       Вскоре это пространство стало постепенно очищать моё сознание, и постепенно я стал проваливаться в беспамятство.