Глава седьмая: в которой у Майкла есть проблема.

Собравшись с духом, Софи открыла дверь своей комнаты. Там стояла Летти в позаимствованном жёлтом платье. Её тёмные волосы были аккуратно заколоты, и она выглядела весьма свежо, словно была на ногах уже давно. — Летти, ты уже встала! — сказала Софи, искренне удивившись, увидев сестру такой собранной так рано утром. — Что? — Летти нахмурила брови. — Ты проснулась так рано, — чуть громче сказала Софи. Летти нахмурилась, и её лицо сменилось с недоумения на тревогу. — Софи, не дразни меня, скажи что-нибудь, — сказала она. — Но я же говорю, — ответила Софи. Тревога на лице Летти переросла в панику. Она обернулась к коридору и крикнула: — Майкл! На Софи снова наложили проклятие! Понимание ударило Софи, и она хлопнула себя ладонью по лбу. — Стены, вы выполнили свою работу, — раздражённо сказала Софи стенам. — К сожалению, мы с Хаулом не закончили. Так что можете пропускать звук. Как только в поле зрения вбежал Майкл, весь шум, накопившийся за утро, вырвался из дверного проёма в громком, неразборчивом порыве. Летти и Майкл зажали уши руками, пока звук не прошёл и не рассеялся. — Что это было? — воскликнула Летти, убедившись, что всё закончилось. — Похоже на заклинание, которое пошло не так, — проворчал Майкл, взглянув на Софи и, заметив, что на ней только ночная рубашка, поспешно отвёл взгляд. — Да, полагаю, так и есть. А теперь, если позволите, я бы хотела одеться, и тогда мы сможем обсудить, зачем ты здесь, Майкл, — высокомерно сказала Софи, закрывая дверь перед их лицами. Софи вышла в своём любимом лавандовом платье, с волосами, заплетёнными в свободную косу, спадающую на след на её шее. Она прошла на кухню , увидев Летти и Майкла за столом, беседующих за чаем. Для тоже Софи стояла чашка. — Софи, как ты могла? — обвиняюще спросила Летти. Софи в недоумении посмотрела с Летти на Майкла. Она начала терять счёт тому, в чём её следовало обвинять и кто должен был это делать. — У меня есть право на немного уединения. Не вижу ничего страшного в том, чтобы зачаровать свою собственную комнату в своём собственном доме, — сказала Софи, теребя свою косу. Она села за стол и попыталась выглядеть непринуждённо, потягивая чай. — Не об этом, — запинаясь, сказал Майкл. — О заклинании, которое ты на меня наложила! Софи, сними его. — Майкл взял свою чашку и тут же поставил её обратно, слишком взволнованный, чтобы решить, хочет он пить или нет. — Заклинание? Я бы никогда не зачаровала тебя, Майкл, — сказала Софи, потрясённая этим обвинением. — Ха! «Не говори ничего Марте», — сказала ты мне. Что ж, Софи, твоё желание исполнилось! — проворчал Майкл. — Когда я такое говорила? Я бы никогда! — возмутилась Софи, поражённая обвинением. — Ты говорила, и ты это сделала! Вчера утром, — твёрдо сказал Майкл. Софи почувствовала, как её лицо заливается всеми оттенками красного. — Софи! Как ты могла? — ахнула Летти. — Я не это имела в виду. Я не пыталась наложить заклинание. — Ну, именно это и произошло. Я провёл весь вчерашний ужин, полностью игнорируя Марту, обращаясь только к Фанни. Даже когда Марта задавала мне прямые вопросы, я смотрел ей в глаза, а затем отворачивался и отвечал Фанни! Какой же я, должно быть, показался им обеим свиньёй. — Майкл закрыл лицо руками. — Ох, Майкл, мне так жаль. — Софи поднесла руку к губам. — Самое худшее было в конце вечера! — простонал Майкл, его голос заглушали ладони. — Фанни позволила нам попрощаться наедине. И что, ты думаешь, я сделал? — О нет, — сказала Софи, зная ответ, но не желая его слышать. — Я смотрел на неё какое-то время, глупо ухмыляясь, пока пытался и пытался заговорить. — Майкл поднял голову и бросил на Софи яростный взгляд. — Когда не смог, я просто кивнул, поцеловал её руку и ушёл в полной тишине. Ох! Какое выражение было на лице бедной Марты! Что она, должно быть, думает! Слишком подавленный, чтобы продолжать, Майкл поник, положив лоб на стол. — Бедняжка, — сказала Летти, положив руку на плечо Майкла и посмотрев на Софи. — Мы с Софи это исправим. — Да, пожалуйста, говори с Мартой сколько угодно, — сказала Софи, искренне желая, чтобы это сбылось, и надеясь, что этого достаточно. На всякий случай она повторила слова. — Сработало? — спросила Летти, внимательно разглядывая Майкла. — Не уверена, — сказала Софи. — Хаул ещё не научил меня, как распознавать такие вещи. — Похоже, Хаул не смог предотвратить эту катастрофу на каждом шагу. Если бы он только предупредил меня о том мощном заклинании, которое на меня наложили. — Он был ужасно занят с тех пор, как король его назначил, даже с возвращением волшебника Саллимана, — слабо сказала Софи, чувствуя себя странно, защищая Хаула. — Да, у Хаула хватает отвлекающих факторов, — сказал Майкл, подняв голову, чтобы многозначительно взглянуть на Софи, прежде чем снова опустить её на стол. — Я только надеюсь, что Марта поверит мне, когда я расскажу ей, что произошло. Ох, она никогда меня не простит! — Софи, тебе нужно навестить её и всё уладить, — укоризненно сказала Летти. — Конечно, я сегодня же пойду в пекарню, — сказала Софи. — Она будет занята работой, — сказал Майкл, обращаясь к полу, и с сожалением добавил: — Они просто ломятся от клиентов с тех пор, как она начала работать под своим именем. — Для сестёр она не будет слишком занята, — сказала Летти. — Пожалуйста, Майкл, повесь объявление о закрытии магазина на утро, и я всё улажу, — сказала Софи. — Хорошо, — проворчал Майкл. — Я так давно не видела Марту. Мне неловко, что Фанни рассказала ей о свадьбе, а я ещё даже не поговорила с ней. — Софи! Почему ты сама не сказала Марте? — изумлённо спросила Летти. — Всё произошло так быстро, — сказала Софи. — Мне самой едва сообщили. — Чуть не забыл, — сказал Майкл, роясь в кармане и доставая запечатанное письмо. — Это от Марты. Поздравительное. Софи прочитала письмо. Марта очень сожалела, что не могла лично навестить Софи, но в Цезари они были завалены работой. Она была невероятно счастлива за Софи и Хаула и уже практиковала разные причёски для большого дня. Доброжелательность Марты к новостям Софи заставила её чувствовать себя ещё более виноватой. После нескольких повторений, что Марта его простит, Софи выпроводила Майкла из дома. Она и Летти отправились к Марте. — Зачем ты наложила на него заклинание? — спросила Летти, когда Софи запирала дверь. — Это не было заклинанием! — Софи вскинула руки. — Ну, что ты вообще имела в виду? — То, о чём я бы предпочла не говорить, — чопорно сказала Софи. — И это как-то связано с тем таинственным заклинанием , которое ты наложила на свою комнату? И с той загадочной секретной книжной полкой, ведущей в дом твоего жениха? — хихикнула Летти. Софи показательно закатила глаза. — Нам стоит узнать, сможет ли Марта взглянуть свежим взглядом на твои проблемы с волшебником Саллиманом, — ухмыльнулась Софи. — Ох, не стоит ей об этом рассказывать, — сказала Летти. Софи поняла, почему Хаул так мастерски выскальзывал из ситуаций. Ей самой это начинало нравиться.

***

Майкл был прав: в Цезари было почти так же многолюдно, как в прошлый Майский праздник. Когда вся история с проклятием наконец закончилась и Фанни узнала о обмане Марты и Летти, они решили официально сообщить миссис Цезари, что Марта займёт место Летти в ученичестве. Миссис Цезари восхитилась, как быстро Марта освоила ремесло. Мужчины всё ещё толпились в пекарне, добиваясь внимания Марты, которое она принимала с уверенностью, как делала, будучи Летти. Однако, когда Софи и Летти вошли в пекарню, болтая и смеясь, звеня колокольчиком на двери, они внезапно стали объектами внимания. — Летти! — крикнули несколько мужчин и бросились её приветствовать. Хор голосов обрушился на неё с вопросами, где она была и почему так жестоко их покинула. Другие комментировали трёх прекрасных сестёр Хаттер и то, как жаль, что никто из них не успел поухаживать за Софи, прежде чем она обручилась. И, возможно, ещё есть время, хотя конец месяца быстро приближался. Значит, Фанни уже разнесла новость. Софи почувствовала, как она закипает от гнева. — Софи! Летти! — раздался голос Марты из-за прилавка, удивлённый и восторженный от встречи с сёстрами. Она махнула им, чтобы те подошли. Софи с трудом оттащила Летти от толпы поклонников, пока Марта договаривалась с другой продавщицей, чтобы та подменила её на короткое время. Она повела Софи и Летти за прилавок в ту же комнату, полную выпечки, где Софи впервые узнала, что её сёстры поменялись местами. Как только они укрылись от хаоса, Марта бросилась обнимать Софи, из её рта лился бесконечный поток мыслей. — Софи, ты выходишь замуж! И так скоро, я не могу поверить! Вы уже выбрали дату? — Всё, что я знаю, — в конце месяца, — сказала Софи. — Но это так скоро, а дел так много! — сказала Марта, отстраняясь от Софи. — Я просто хотела чего-то простого, — пожала плечами Софи. — Семья, цветы и красивое платье. Марта бросила взгляд с Софи на Летти, выглядя обеспокоенной. — Что? — спросила Софи. — После того, как вчера вечером Фанни говорила о свадьбе — и это была почти единственная тема разговора, — Марта казалась расстроенной. Софи вздрогнула. — Я думаю, твоя свадьба будет немного… пышнее, чем тебе бы хотелось. Уже внесено несколько задатков. — Теперь Марта вздрогнула, сообщая плохие новости. — Я должна была догадаться, — вздохнула Софи. — Может, Хаул поможет убедить её, что нам не нужно… Летти фыркнула. — Ты права, — сокрушённо сказала Софи. — Он никогда не упустит шанс быть в центре внимания. — сказала Софи, сдаваясь. — Он бы женился сам на себе, если бы мог. Только чтобы все взгляды были устремлены на него. — Ну, я всё равно за тебя рада, — неуверенно сказала Марта. — Я тоже, — согласилась Летти. — Ох, Летти, я не забыла о тебе, — сказала Марта и обняла Летти в запоздалом приветствии. — Но мы пришли по делу, — сказала Софи, беспокоясь, что Марту вот-вот позовут обратно на работу. Собрав всё своё мужество, Софи объяснила Марте, почему Майкл не говорил с ней прошлым вечером, стараясь как опустить личные подробности истории. Марта внимательно слушала, всё время теребя пальцы. — Признаюсь, это большое облегчение для меня, — сказала Марта, выслушав историю. — Я боялась, что Фанни отпугнула Майкла. — Думаю, ничто не могло бы отпугнуть его от тебя, — сказала Софи. — Даже Болотная Ведьма, если бы она была жива. — Но он ужасно боится, что теперь отпугнул тебя, — добавила Летти. Марта полезла в карман фартука и достала белый хлопковый платок. Она встряхнула его, пытаясь убрать остатки муки, затем поцеловала его по центру, оставив розовый след от помады. Она сложила ткань в маленький тугой треугольник и протянула его Софи. — Пожалуйста, передай это Майклу от меня в знак прощения, — сказала Марта. — Конечно. — Софи осторожно взяла платок, словно он был фарфоровым, и бережно сунула его в карман. — Но, Софи, — сказала Марта, улыбаясь и краснея, — что ты вообще хотела этим заклинанием? — Это не было заклинанием! — раздражённо сказала Софи. — Майкл застал её за близостью с Хаулом, — радостно прошептала Летти. — Летти! — воскликнула Софи. — Софи! — воскликнула Марта. Летти от души рассмеялась. — После всех усилий Фанни, чтобы держать вас порознь? — спросила Марта, раскрыв рот. — Ну… — начала Софи. — Хаул построил волшебную секретную дверь в её комнате, которая ведёт в замок, — перебила Летти. — Говори тише! — прошипела Софи. — Это действительно моё личное дело, и я не думаю, что нам нужно… — Ох, Софи, не будь такой чопорной, — сказала Марта. — Каково это было? — Какой вопрос! Честно, вы двое, — Софи скрестила руки. — Ну, ты же старшая, — пожала плечами Марта. — Ты всё проживаешь первой, и твой долг — доложить нам. — Она ещё не сделала этого, их всё время прерывают, — вмешалась Летти и, бросив взгляд на Софи, добавила: — Если только не этим утром? Софи фыркнула. — Не притворяйся, что это не причина, по которой ты зачаровала свою комнату, чтобы удерживать весь звук внутри. И это при том, что я спала в соседней комнате, какая наглость, — поддразнила Летти. — Софи! — воскликнула Марта. — Ты стала такой уверенной после того, как сняли твоё проклятие, но я и понятия не имела, что ты можешь быть такой… дерзкой! — Быть старухой меняет тебя, — сказала Софи, поддавшись расспросам сестёр. — И нет, нас прервал визит Майкла этим утром. Можете быть спокойны, моя девственность всё ещё… почти что при мне. И, если вам действительно интересно, я весьма раздосадована по этому поводу. И мне не стыдно, несмотря на все приличия. Софи не была уверена в последнем утверждении. Она не хотела чувствовать стыд, но городские сплетни и любопытство сестёр влияли на её чувства. Как и чрезмерная опека Фанни. — Девственность! — фыркнула Летти. — Как будто выражение любви — это что-то аморальное. — Ты не должна чувствовать стыд! — сказала Марта, снова обнимая Софи. — Вы любите друг друга. — Да, но не вздумайте сами загораться такими идеями. Вы ещё слишком молоды, — неловко сказала Софи. Софи не хотела больше говорить о девственности, Хауле или приличиях, потому что вся эта тема вызывала у неё беспокойство, даже если сёстры её поддерживали. Она хотела поднять проблемы Летти в отместку за то, что Летти рассказала Марте все её дела. Но как только она собралась это сделать, один из пекарей позвал Марту обратно на работу. После поспешных прощаний Летти согласилась помочь Софи открыть цветочный магазин, и они направились обратно в замок. — Знаешь, Летти, я думала о твоей проблеме, — сказала Софи, когда они вышли из пекарни и завернули за угол. — Кажется, дело не в тебе. — Что ты имеешь в виду? Это ведь я всё время порчу заклинания, — сказала Летти. — Неужели ты не заметила, что существуют разные виды магии? — Пожалуй, я об этом особо не задумывалась, — пожала плечами Летти. — Миссис Ферфакс любит свои рецепты и мёд. Хаул и Майкл используют кучу порошков, материалов и символов. Ничего из этого мне не подходит. Я просто говорю то, что я хочу, чтобы вещь сделала, и — пуф! — это происходит, — сказала Софи, всё больше воодушевляясь, складывая свои мысли воедино. — Но, Софи, все знают, какая ты талантливая, — пожаловалась Летти. — Даже Бен...кудесник Саллиман — не перестаёт говорить о тебе. Софи покраснела и начала теребить пуговицы на платье. — А я только и слышу от других, какая ты талантливая. Эти глупые волшебники имеют в голове представление о том, как должна работать магия. Возьмём, к примеру, огонь в печи: Хаул раз за разом учил меня этому заклинанию — однажды я чуть не спалила ему брюки, пытаясь зачем его способом, — но оно никогда не получалось правильно. Мне просто нужно было сказать печи точно, чего я хочу, и она легко загоралась. Может, с тобой то же самое. Тебе просто нужно, чтобы кудесник Саллиман помог тебе найти твой вид магии. Летти обдумала эту мысль, пока они шли по булыжной дороге Маркет Чаппинга. — Софи, я рада, что тебя прокляла ведьма, — наконец сказала Летти, когда они подошли к входной двери цветочного магазина. — Не знаю, что на это ответить, — сказала Софи, перебирая кольцо с ключами в поисках нужного. — Это прозвучало грубо. Я имела в виду то, что сказала Марта. Ты стала такой уверенной после всей этой истории с проклятием. Как будто ты новый человек. Я очень за тебя рада, ты заслуживаешь хорошей жизни. Все разговоры о новой, уверенной Софи заставили её чувствовать себя неловко. Она чувствовала себя легче с тех пор, как проклятие было снято, как будто её будущее было светлым и открытым. Но она не чувствовала себя настолько изменившейся, как все вокруг считали. — Спасибо, Летти, — всё равно обняла сестру Софи и добавила: — Я надеюсь, ты найдёшь такое же счастье, которое нашла я. Как только слова слетели с её губ, Софи поняла, что на самом деле расстраивало Летти. Но момент казался неподходящим, чтобы поднимать эту тему, лучше позволить Летти самой во всём разобраться. Пройдя через магазин в замок, Софи и Летти встретили раздражённого Хаула и невероятно растрёпанного и паникующего кудесника Саллимана.