Глава девятая: которая полна нежеланных открытий.

Остаток утра был немного странным. Когда Майкл получил платок Марты, он так крепко обнял Софи, что у неё хрустнуло ребро. Затем он поспешно укрылся в комнате, чтобы работать над заклинаниями. Но Софи подозревала, что большую часть времени он проведёт за написанием письма Марте. Как это часто бывало, когда Софи работала одна, самые наглые клиенты задавали любопытные вопросы о её личной жизни . Однако сегодня они казались гораздо наглее, чем обычно. — Любовная ссора? — спросила пожилая женщина, заставив Софи нахмуриться. — Прошу прощения? — ответила она. — Я видела вас вчера вечером с мистером Дженкинсом. Вы оба не выглядели счастливыми. А после того, как он благополучно проводил вас домой, ваша сестра выбежала отсюда в таком подавленном настроении. Теперь вы работаете совсем одна, бедняжка. — Вам нужна помощь с цветами? — спросила Софи, скрестив руки. — Не стоит быть такой серьёзной, дорогая, я просто спросила. — Бессмысленная болтовня, — буркнула Софи и вернулась к своей работе. — Рад видеть, что вы с сестрой помирились, — сказал позже в тот день симпатичный молодой человек. — Что вы имеете в виду? — нахмурилась Софи. — Я видел вас с Летти, прогуливающихся к Цезари, вы выглядели очень весёлыми. Это было облегчением, учитывая, что вчера вечером казалось, будто мистер Дженкинс отверг вас ради неё. Бессердечный негодяй, — сказал он, словно надеясь, что его слова окажутся правдой. — Как неуместно так говорить! — возмутилась Софи. — Я только хотел сказать… — начал заикаться мужчина, увидев гневное лицо Софи и садовые ножницы, зажатые в её руке. — Я прекрасно знаю, что вы хотели сказать, вы бессовестный… сплетник! — сказала Софи, гонясь за мужчиной. — И к вашему сведению, у мистера Дженкинса есть сердце, я сама его туда вложила. Она выгнала мужчину из магазина и нисколько не стыдилась этого. День прошёл в таком же духе, и Софи всё время мечтала принять предложение Хаула наложить какое-нибудь ужасное заклинание на городских сплетников. К обеду Софи решила, что с неё хватит. Но прежде чем она успела запереть дверь на обед, в магазин ворвалась Фанни, неся в руках груду коробок разных форм, размеров и цветов. — О, хорошо! Я застала тебя до того, как ты ушла на обед, — задыхаясь, сказала Фанни. — Я принесла образцы тканей для твоего платья, образцы тортов, а также замечательный каталог обуви и несколько твоих лучших шляп, оставшихся с тех времён, когда мы владели магазином. — Фанни… что? — Софи была ошеломлена и не знала, как к этому относиться. — Я уже приняла большинство решений, но тебе нужно внести какой-то вклад, это ведь твоя свадьба! До воскресенья осталась всего неделя, и у нас нет времени. Помоги мне с этими коробками. Софи послушно заперла дверь магазина за Фанни и взяла половину свёртков из её рук. — Фанни, это очень мило, но я не хочу пышной свадьбы. Просто что-то простое с семьёй, Майклом и Кальцифером. — Софи, ты выходишь замуж за придворного колдуна, — многозначительно сказала Фанни, пока они проходили через магазин в замок. — Это будет событие года! От человека такого положения ожидают грандиозного приёма, и последнее, чего ты хочешь, — это оскорбить короля. Софи молча согласилась, чувствуя, что у неё и без того было достаточно ссор с королём. Фанни бесцеремонно сбросила свои коробки прямо на заклинание, над которым возился Майкл. Тот успел спасти платок Марты и письмо, над которым работал, от того, чтобы их раздавили. Он спрятал оба предмета в нагрудный карман. — Майкл, дорогой, я рада, что ты здесь. Пожалуйста, помоги мне разобрать эти коробки, — сказала Фанни, не обращая внимания на его странное поведение прошлой ночью. Майкл выглядел так, будто хотел возразить, но коснулся своего нагрудного кармана и смирился. Софи поздоровалась с Кальцифером, который вернулся, пока она была в магазине. Она осторожно поставила свои коробки на обеденный стол. — Не думаю, что Хаул тоже хочет пышной свадьбы, — сказала Софи, зная, что это неправда. Она открыла коробку, полную розовых образцов ткани всех возможных материалов. — Он действительно не любит всё это внимание. — Ты шутишь? — хохотнул Кальцифер. — При его тщеславии ничто не обрадует Хаула больше, чем если вся Ингария увидит его в лучшем виде. Софи скривилась. — Но это будет королевским обязательством, — попробовала она снова. — Ты знаешь, как он их ненавидит. — Три новых, невероятно дорогих костюма, висящих в его комнате, говорят об обратном, — сказал Кальцифер. — Что? — Чувствуя себя совершенно преданной, Софи уставилась на Кальцифера, который лишь пожал своими маленькими огненными плечами. Она повернулась к Майклу, который опустил голову, скрывая ухмылку. — Значит, решено, — воскликнула Фанни. Она заставила Софи и Майкла пробовать торты и выбирать ткани. Даже Кальцифер подлетел, паря на безопасном расстоянии над столом, чтобы понаблюдать за странной человеческой традицией и поделиться своим мнением о платьях и украшениях. Все увлеклись задачей, кроме Софи, которая находила ткани слишком вычурными, а торты — слишком приторными. — Я правда надеялась на простое пурпурное платье и торт от Цезари. Может, немного свежих цветов из магазина, — пожаловалась Софи, когда ей надоело. — Может, сделаем перерыв на чай, — дипломатично предложил Майкл, теперь сочувствуя Софи, поскольку ему пришлось помогать. — Прекрасная идея, — сказала Фанни, кипя от восторга по поводу всей этой подготовки. — Я поставлю чайник. — Только не на меня, — проворчал Кальцифер. — Я могу развести огонь, — сказал Майкл. Кальцифер остался парить по комнате, пока Майкл опустился у очага с банкой красного порошка и принялся за дело. Пока Майкл колдовал, а Фанни искала чайник, Софи бросала самые уродливые образцы тканей Кальциферу. Это было довольно подло, но Софи почувствовала себя гораздо лучше от этого. — Софи, что это? — мрачно спросила Фанни. Софи вздрогнула и спрятала оранжевые образцы, которые держала, за спину. Она повернулась и увидела, как Фанни роется в её нише под лестницей. Софи замерла, широко раскрыв глаза. Фанни вытащила ночную рубашку и халат. А именно: розовую ночную рубашку с цветочным узором и серый халат Софи, которые она принесла прошлой ночью. Фанни посмотрела на Софи с разочарованием на лице. Щёки Софи похолодели, когда кровь отхлынула от лица. Она выпустила образцы из рук, и они упали на пол. Майкл резко вдохнул. Кальцифер спрятался под поленьями в камине. — Откуда мне знать? — выпалила Софи. — Не лги мне, юная леди, — сказала Фанни. Её тон заставил Софи почувствовать себя снова ребёнком, что, в свою очередь, вызвало вспышку гнева. — Я никогда в жизни не видела эти вещи, — сказала Софи, задрав подбородок и удваивая ложь. — Значит, Хаул приводит других девушек по вечерам? Или, может, это ты, Майкл? — недоверчиво спросила Фанни. — Что? — запаниковал Майкл, уронив банку и рассыпав красный порошок по полу. — Ни в коем случае! — Софи скрестила руки, оскорблённая самим предположением. — Эта загадочная ночная рубашка появилась из ниоткуда. Ну, Майкл? Бедный Майкл выглядел так, будто вот-вот упадёт в обморок. — Нет… я не… совсем нет… это не моё. Я люблю только Марту! — запинаясь, бормотал Майкл. . — Если я узнаю, что это одежда Марты, ты пожалеешь, молодой человек, — отчитала Фанни. — Фанни, возьми себя в руки! — воскликнула Софи. — Мы только раз поцеловались, клянусь, — крикнул Майкл, выглядя так, будто вся его жизнь проходит перед глазами. — Фанни, Марта никогда не была здесь без тебя или Летти. Оставь бедного Майкла в покое. — Значит, Хаул приводит сюда девушек? — спросила Фанни. — Нет! — хором крикнули Майкл и Софи. — Кто-то из вас мне врёт, и я очень этим недовольна, — сказала Фанни самым серьёзным тоном. Софи встретила суровый взгляд Фанни таким же серьёзным, хотя беспокоилась, что Майкл не выдержит давления. — Фанни, ты нашла мой подарок, — раздался успокаивающий голос Хаула с входной лестницы. Софи медленно выдохнула с облегчением, понимая, что её ложь почти раскрыта. Хаул плавно вошёл в комнату, остановившись, чтобы положить руку на плечо Софи и нежно поцеловать её в лоб. — Дорогая, — поприветствовал он её, затем повернулся к остальным. — Майкл, Фанни, Кальцифер. Вижу, вы все весело проводите время, пока я выполнял поручение короля. — Объяснись, — потребовала Фанни. Он осторожно взял одежду из рук кипящей от гнева Фанни. — Кажется, я так занят, что у меня всё вылетает из головы. Я даже потерял свою любимую серьгу, похожую на эту, но гораздо красивее. Ярко-красную, которая подчёркивает мои глаза. — Хаул указал на ухо, где висела зелёная серёжка с драгоценным камнем. — Продолжай, — сказала Фанни. — Я подумал, что красивые новые постельные принадлежности будут прекрасным подарком для моей прекрасной невесты, — сказал Хаул, выглядя очень невинно и обиженно. — Как жаль, что я испортил сюрприз для тебя, Софи, дорогая. И это после всего того времени, что я потратил, выбирая их. Прошу прощения. Хаул очаровательно улыбнулся Фанни и затем добавил чопорно и с сожалением, обращаясь к Софи — Они, конечно, предназначались для нашей брачной ночи. Думаю, тебе стоит взять их сейчас, раз ты их видела. Придётся планировать новый подарок. Хаул подмигнул Софи, когда повернулся спиной к Фанни. Софи заметила, как вокруг одежды появилось лёгкое туманное свечение, а затем узор и текстура ткани изменились с розовых хлопковых цветов на прекрасный шёлковый дамаск, достаточно похожий на оригинал, чтобы запутать взгляд. Халат потемнел и внезапно оказался отделан блестящей серебряной тканью. Хаул передал свёрток Софи. — Забавно, — подозрительно сказала Фанни, пока одежда менялась. — Она выглядит точь-в-точь как старая ночная рубашка Софи. Которую я купила ей незадолго до того как её заколдовали. — Хм, правда? — равнодушно спросил Хаул, роясь в коробке с тканями для платья. Когда трансформация завершилась, Софи невинно подняла рубашку, чтобы показать Фанни. Лицо Фанни вытянулось, когда она увидела ткань. — Ох, Софи, Майкл, мне ужасно жаль! — подавленно сказала Фанни. — Похоже, все городские сплетни немного повлияли на меня. — Сплетни? — тревожно спросила Софи. — Это образцы для свадьбы? — спросил Хаул, задумчиво ускользая от очередного разговора о сплетниках Маркет Чаппинга. — Софи, думаю, ты будешь выглядеть потрясающе в этом. Хаул протянул ей красивую белую ткань с напечатанными на ней гроздьями сирени в разных оттенках пурпурного. — Да, я полностью согласна, — сказала Софи, удивляясь, как она пропустила этот образец раньше, и думая, что Хаул, должно быть, переделал один из оранжевых. — Откуда он взялся? — спросила Фанни. — Он такой белый. — Там, откуда я родом, это традиция, чтобы невеста носила только белое, — сказал Хаул. Он звучал так, будто скучал по дому, но Софи подумала, что это манипуляция, учитывая, что он мог свободно приходить и уходить в Уэльс, когда пожелает. А желал он этого очень редко. — Какая странная традиция, — сказала Фанни. — Как и большинство традиций, — сказал Хаул, выглядя обиженным. — Но если вы думаете, что обычай Ингарии не подойдёт… — Я думаю, он прекрасен, — перебила Софи и взяла Хаула за руку. — Я буду горда разделить твою традицию, Хаул. Хаул тепло улыбнулся и осмелился поцеловать Софи в щёку. Остаток дня прошёл гораздо спокойнее. Цветочный магазин оставался закрытым, пока Хаул и Фанни с воодушевлением обсуждали каждую деталь свадьбы, а Кальцифер с любопытством наблюдал. Софи смирилась с происходящим и решила прибраться в замке, вмешиваясь только тогда, когда их грандиозные идеи становились слишком грандиозными. Майкл давно уединился в своей комнате, чтобы закончить своё заклинание - и письмо — в одиночестве. Он спустился только за ингредиентами для сэндвича и больше не появлялся в тот вечер. Конечно, Фанни навязалась на ужин Хаула и Софи, а также на их вечернюю прогулку по городу. На этот раз Софи и Фанни шли под руку, как это часто делают женщины, а Хаул держался на несколько шагов позади, величественно заложив руки за спину. Софи была несчастна из-за всего этого. Ей пришлось выслушивать каждую мысль Фанни о свадьбе, и она чувствовала себя так, будто беседует с миссис Фэрфакс, так много говорила Фанни! Всё, чего хотела Софи, — это говорить с Хаулом, чувствовать его прикосновения, целовать его губы… После прогулки Фанни настояла на том, чтобы проводить Софи домой, пока Хаул возвращался в замок один. Фанни вошла в дом и начала рыться под предлогом уборки. Это было не просто предлогом, а необходимостью ,ведь Софи была слишком рассеянной, чтобы уделять внимание своему дому. Она даже забыла застелить кровать. — Софи, я беспокоюсь за тебя, дорогая, — сказала Фанни, сметая следы золы на кухонном потолке над плитой. — Это просто заклинание пошло не так. Ничего страшного, — сказала Софи. — Что? Нет, дорогая, не это. Это, конечно, в основном слухи. Ты знаешь, каков Маркет Чаппинг. Но город очень интересуется тобой и Хаулом. Софи фыркнула. — Хаул — вот чем они интересуются. Не сумев полностью убрать чёрные пятна с потолка, Фанни принялась подметать и вытирать пыль по коридору. Софи следовала за ней, чувствуя себя так, как, наверное, чувствовали Хаул и Майкл, когда она впервые на них обрушилась. — Люди думают, что вы двое очень близки. Целуетесь в магазине и у твоей входной двери, когда он провожает тебя домой. Несколько старых подруг шептались мне о своих опасениях по поводу приличий между вами. Софи фыркнула и прошла мимо Фанни в свою комнату, демонстративно вытирая пыль с книжной полки, надеясь не подпустить Фанни к ней. — Мы с Хаулом помолвлены. Остальное — пошлые сплетни, и я не обращаю на них внимания. — Софи надеялась, что звучит убедительно. На самом деле ей очень хотелось знать, что говорит город о ней. Фанни чихнула, затем отодвинула шторы и открыла окна. — Дело не только в том, что вас видели целующимися. Конечно, я ожидаю, что ты будешь близка с Хаулом, я надеюсь, что ты хочешь быть с ним близкой, раз вы собираетесь пожениться. Я просто хочу, чтобы ты была осторожна. — Фанни… — Нет, пожалуйста, послушай. Сегодня весь город, кажется, знал, где ты была. Меня засыпали соболезнованиями из-за твоей ссоры с Хаулом, что бы там ни было… — Я всегда ссорюсь с Хаулом, — покраснела Софи. — …и некоторые сплетники видели, как Летти выбегала из цветочного магазина после закрытия в расстроенных чувствах и направлялась к твоему дому. Они уже сделали свои выводы о том, что это значило. — Я слышала их выводы, — проворчала Софи. — Летти пришла ко мне за советом, у неё были проблемы с заклинанием. Хаул был самым быстрым способом добраться сюда из Кингсберли, — сказала Софи, боясь раскрыть слишком много о проблемах Летти. — Да, но для постороннего наблюдателя всё выглядит совсем иначе. — Я ничего не могу сделать с предположениями людей, — сказала Софи, теперь чувствуя себя вполне уверенно. — Поэтому так важно быть осторожной. Устало опустившись на край незастеленной кровати, Фанни заметила необычную для Софи неаккуратность, но Софи сделала вид, что не услышала. В этот момент она заметила пропавшую серьгу Хаула, торчащую из-под подушки. Её глаза расширились за спиной Фанни, пока она пыталась придумать, как забрать серьгу, не привлекая внимания. — Хорошо было бы знать, что Летти в городе. Я бы хотела провести время со всеми вами, — сказала Фанни. — Всё произошло так быстро. Фанни откинулась назад, положив руку в нескольких дюймах от серьги, которая скатилась к ней в ладонь, когда матрас прогнулся под её весом. — Я скучаю по вам троим… что это? — сказала Фанни, почувствовав, как красный драгоценный камень коснулся её кожи. Софи в ужасе смотрела, как Фанни подняла серьгу и с любопытством её разглядывала. Затем она прищурилась, глядя на Софи. — Это довольно интересная серьга, — с большим подозрением сказала Фанни. — Похожа на ту, что носил Хаул сегодня. Разве он не говорил вечером, что потерял одну? Ярко-красную. Никто не собирался влететь в комнату и выручить Софи из этой передряги. Ей пришлось самой придумывать ложь, и быстро. — Ох, я совсем забыла! — слишком громко сказала Софи, сопровождая слова нервным смехом. — Я нашла её вчера на полу в магазине и положила в карман на хранение. Должно быть, она выпала. Хаул будет так рад вернуть свою серьгу, спасибо, что нашла её, Фанни. Фанни выглядела совершенно неубеждённой. — У меня чувство, что ты не совсем честна со мной, Софи. Давай, выкладывай. — Она звучала так же строго, как когда поймала шестилетнюю Софи, играющую в грязи в своём лучшем платье. Но Софи была ученицей мастера ухода от неудобных вопросов. Она обошла кровать и села рядом с Фанни. Взяв руку Фанни в свои, Софи незаметно забрала серьгу и сунула её в карман. — Фанни, я понимаю твои опасения, но люди будут сплетничать, что бы мы ни делали. Ничего не поделаешь. А Хаул такой показушник, конечно, он будет главным предметом сплетен, — сказала Софи, стараясь звучать строго и серьёзно, повторяя слова Хаула. — Мы скоро поженимся, и всё это уляжется. — Мне стоило настоять, чтобы ты жила со мной, — пробормотала Фанни. Софи решила проигнорировать и это. Фанни задержалась у Софи так долго, что осталась на ночь, ведь было уже слишком поздно, чтобы возвращаться домой одной. Софи подозревала, что это был предлог, чтобы следить за ней. К сожалению, Хаул не пришёл к Софи той ночью, что, вероятно, было к лучшему. Софи хотела пойти в замок, но слишком боялась, что Фанни зайдёт в её комнату и обнаружит её отсутствие. Как бы она это объяснила? Раздеваясь перед сном, Софи уронила серьгу Хаула. Подняв её, она подумала о Хауле и забеспокоилась, что он проведёт ночь, чувствуя себя грустно и одиноко. Софи чувствовала себя беспомощной. Сжав серьгу в кулаке, она закрыла глаза и попыталась передать Хаулу свою любовь через неё, словно через магический портал. Через несколько мгновений она почувствовала себя довольно глупо и положила серьгу на тумбочку. Затем легла спать.