4. Один — один.

      — А с чего вдруг она прислала мне счет за камеры? — Блейз разбирал почту, сидя в гостиной Малфоя. Его брови были сведены на переносице, и он перевел взгляд на друга, качая головой. — Что ты натворил?       Малфой, нервно печатая текст сообщения в телефоне, не мог оторвать глаз.        Астория снова за свое. Снова трахает ему мозги, будто бы они все ещё в отношениях. Будто бы она вообще имеет какой-то смысл сейчас. Пытается навязать ему чувство вины за то, что былая слава спала с неё, и она снова не нужна СМИ и агентствам. Может дело всё-таки в том, что она хуевая модель, а не в том, что они расстались?       — Малфой, ты глухой? — снова спросил Забини, отставляя ноутбук в сторону.        — Да блять! — Драко откинул телефон в сторону, зажмуривая глаза и потирая лицо. — Возомнила, что я опасен для детей. Обозвала меня педофилом. Я ни с кем даже не пересекаюсь. Может есть всё-таки другой зал?       Забини поджал губы, думая, и сузил глаза, смотря на Малфоя. Видел, как сменялись его эмоции, как он о чем-то активно думал.       — Она тебя хочет, — буднично произнес Блейз, откидываясь на диван.       — Что? — Малфой открыл глаза и скривился, уставившись на Блейза. — Кто, Грейнджер?       — Ага, — согласился Забини, — она самая.       Драко моргнул пару раз, обдумывая, прокручивая в голове и на языке услышанное от Блейза. Попытался представить, что действительно Гермиона его не ненавидит, а в тайне хочет. Учитывая, что он едва не застал её за подглядыванием. Хм, все равно нет. Но такой ход мыслей ему нравился. Такая неприступная Снежная королева, которая просто хочет, чтобы у неё в ногах поползали. Просто показывает зубки, прежде чем расстаять. Астория тоже когда-то пыталась держаться. А в итоге что?       Малфой рассмеялся, запрокидывая голову назад и укладывая затылок на спинку дивана. Все это абсурд. И Астория со своим нытьем, и Блейз со своими дебильными предположениями, и Грейнджер со своей предвзятостью.        — И ты её тоже, — констатировал Блейз.       Драко даже не открыл глаза. Лишь согласился про себя. А кто её не хотел бы?

***

      Гермиона затягивала ленты на ногах, будто пыталась перетянуть их так, чтобы кровь перестала поступать. Она нервничала. Опять. Опять чувствовала себя странно, будто не хотела быть здесь.       Луна, её лучшая подруга со сцены, снова была свободна, чтобы позаниматься с ней. Отчетные выступления на ближайшее время окончены, и теперь Лавгуд может помочь подруге отточить её мастерство.       Полумна поддерживала Гермиону, как могла. Она грустила вместе с ней, что Грейнджер ушла со сцены. Готова была пойти за ней следом. Но Гермиона настояла, чтобы Луна осталась, докладывала ей обо всем и учила её всему, что они учат в Балете.       — Ты опять за свое, — Полумна подошла к Грейнджер и перехватила ленты в ее руках. — Не нужно так нервничать. Все будет хорошо. Ты справишься и вернешься, чуть-чуть попозже. Тебя все очень ждут.       Она завязывала пуанты подруги, невесомо касаясь её ног. Каждое её слово, движение и взгляд — все сочилось нежностью и любовью к лучшей подруге. Гермиона же умудрялась там увидеть ещё и жалость.        — Твои зрители тоже ждут тебя, — Полумна встала и протянула Гермионе руку, помогая встать, — и я жду тебя. Залы снова будут полными в ожидании твоего выхода, вот увидишь.       Гермиона поднялась и сразу же обняла подругу, чувствуя, как щиплет в глазах.        — Спасибо, Луна, — её пробивало током от осознания, что важный человек не отвернулся.        Как Рон. Даже Джинни… будто водила Лили из сожаления к ней в группу, хотя малышка очень любила балет, и у неё действительно здорово получалось.       — Давай, выше нос, — Луна отстранилась, все ещё придерживая девушку за предплечья, — у нас впереди много работы.       Девушки стали одновременно в одинаковые позиции, натянувшись, как две струны. С первого натянутого носка каждое плие, каждый батман и фуэте — все было в полном синхроне. Как и на сцене.        Гермиона знала идеально каждую часть, и Луна знала и видела это. Ей нечему было учить свою подругу, скорее — поучиться самой. И она готова была провести каждый свободный вечер вместе с Грейнджер, если это поможет ей поверить в себя. Поможет пережить утрату, семьи или мечты всей жизни.       — Прибереги для меня билетик, когда следующий раз соберешься на сцену, — подмигнула Луна, когда девушки закончили.       — В первом ряду, — широко улыбнулась Гермиона, развязывая пуанты.       Они ещё какое-то время болтали, сидя на полу зала. Луна делилась новостями Балета, Гермиона — рассказала про новенького в её зале.       И обе не замечали, что за ними наблюдают через приоткрытую дверь. Драко и Блейз, прибывшие в зал в воскресенье в надежде побыть тут вдвоем, обсудить ближайший бой, обнаружили, что у них сегодня есть компания.        Очень красивая, по мнению Блейза, компания. Особенно та, что светловолосая. Теперь Забини вряд ли сможет оценить форму Малфоя, потому что все его мысли будут заняты сказочной нимфой в нежно-зеленом танцевальном купальнике.       Драко, наблюдая, как улыбается в разговоре Гермиона, непроизвольно улыбнулся сам. За каменной стеной точно что-то интересное.

***

      Гермиона была увлечена разглядыванием своего собственного отражения в зеркале и не заметила, что Луна давно вышла из зала. И тем более не заметила, что за дверью был кто-то ещё.       Девушка смотрела на себя и пыталась ответить на бесчисленное количество вопросов, роящихся в голове. От «когда это все закончится?» до «может это все не мое?»       Гермиону носило, качало из стороны в сторону и она ловила себя на мысли, что не справляется. Будто все было не так, как она хотела, мечтала и планировала. Она вообще не планировала все так.       Она была прима-балериной Королевского Балета, любимой внучкой, дочерью и сестрой, хорошей любящей девушкой. Она была просто счастливой, жизнерадостной и почти беззаботной. Каждый день жизни был наполнен яркими эмоциями и чувствами.       И все изменилось. Ей пришлось стать матерью и отцом для своей сестры. Пришлось уйти от любимого занятия. Пришлось расстаться со своим парнем, который, как оказалось, не заинтересован в ней, когда у нее проблемы. Пришлось много работать, чтобы бабушка и сестра жили так же беззаботно, как и раньше. Несколько жизней теперь были в руках Гермионы.       Слеза побежала по ее щеке, когда девушка услышала наконец голос за дверью и довольной громкий, радостный смех.       Гермиона быстро стерла влагу с лица и резко развернулась и зашагала по направлению к звуку.       За дверью зала, в коридоре, стояла Луна и широко улыбалась, смеясь с чего-то. А рядом стоял Блейз Забини, улыбаясь шикарной белозубой улыбкой. И Драко Малфой. Трое о чем-то болтали и шутили, видимо.       — Я прошу прощения… — Гермиона потерялась в собственных чувствах и эмоциях.        Малфой выводил ее. Его улыбка, способная поранить, была широкой, такой счастливой. Сейчас он не выглядел как человек, от которого можно ожидать что-то неприятное, наоборот. И она готова была поклясться, что сейчас, ей на секунду захотелось избавиться от собственной злобы. Но только на секунду.       Трое уставились на подвисшую Грейнджер. Она действительно выглядела странно, пялясь на Малфоя. Даже Луна удивилась такому настроению и поведению подруги.       — Сегодня воскресенье, — продолжила Грейнджер, переводя глаза по очереди по каждому из ребят.       — Мы в курсе, — ответил Драко, — нам с Бл…       — В воскресенье зал не работает, — перебила строго Гермиона.       Луна открыла рот, при этом переводя взгляд на Блейза, затем на Драко и снова на Гермиону.       — Мы уже уходим, — Малфой поправил на плече сумку и стал разворачиваться, сверля взглядом Грейнджер. Умела же она испортить настроение за секунду.       Луна смотрела на все это в немом непонимании, пока ребята одним лишь кивком и мягкими улыбками попрощались с ней, а затем действительно вышли из зала.       Лавгуд ещё какое-то время смотрела на дверь, а позже посмотрела на Гермиону. Она не понимала, что не так. Она случайно встретила ребят в коридоре, познакомилась, и они показались ей приятными молодыми людьми. Особенно Блейз. Такой… притягательный парень. Какой-то будто зачаровывающий одним взглядом.       Но девушка отвлеклась, возвращая мысли к подруге. Она смотрела на не моргающую Грейнджер и ничего не понимала.       — Гермиона, — обратилась к ней Луна, привлекая к себе внимание, — а что происходит? Что с тобой?        Она увидела вновь покатившуюся по щеке слезу, и тогда попытки что-то разобрать растворились. Теперь она окончательно запуталась.

***

      — Тебе нужен отдых, — Луна вручила Гермионе чашку с чаем, и они обе расположились на диване в холле, — отдых во всех его проявлениях. Оторваться и напиться, съездить к морю, трахнуть кого-нибудь и хотя бы неделю, а лучше месяц, не танцевать.       Гермиона поперхнулась чаем ещё на середине слов подруги. Она уставилась на нее, будто ожидая, что Лавгуд скажет, что пошутила.       — Ты же понимаешь, что это невозможно? — Гермиона покачала головой, поджимая колени к себе, — я должна обеспечивать семью, я должна тренироваться, я…       Они говорили только что обо всем, пока Гермиона плакала и шмыгала носом. Рассказала обо всех своих переживаниях, об отношении к Малфою. Луна не перебивала, слушала, а потом выдала вот это.       — Твое «я должна» закончится в психо-неврологическом отделении, — Луна нахмурила брови, смерив подругу гневным взглядом, — к морю ты не можешь, согласна. Остальное — хоть сегодня. Тебе нужно расслабиться.        Гермиона откинула голову на спинку дивана, размышляя. Ей действительно хотелось отдохнуть. Позволить себе расслабиться и не контролировать все вокруг хотя бы один день. Не обращать внимания на маячащего Рона, на Малфоя, на недовольных родителей, что возмущались из-за долгих занятий малышек, но все равно водили их. Не вспоминать про Балет, про то, как было когда-то. Даже про родителей на день забыть и позволить себе снова быть той Гермионой, что была раньше.        —  Что ты предлагаешь? — она повернула голову, не поднимая, и посмотрела на подругу.       — Мы идем в бар сегодня, — широко улыбнулась Луна, а ее глаза засветились нескрываемым восторгом, — ты надеваешь свое лучшее платье, и мы будем отдыхать, знакомиться с парнями и не думать ни о чем, что тяжелее выбора коктейля.       Гермиона улыбнулась, прикрывая глаза. Ей ещё нужно убрать зал, зайти в магазин, приготовить ужин и уложить сестру спать. И вообще…       — Я сейчас позвоню твоей бабушке и расскажу обо всем, если ты не прекратишь думать о том, что ещё должна, — Луна показала в воздухе кавычки, — сделать. У тебя времени до десяти вечера. Поднимайся!       Лавгуд вскочила, держа в руках пустую чашку и потянула за собой Грейнджер.       Гермиона ведь позволяла себе отдыхать и расслабляться раньше, что может пойти не так, если она выключится хотя бы на вечер?