18. Завтра.

      Они сидели вдвоем посреди ринга, не отпуская друг друга. Малфой сидел ягодицами прямо на мате, а Грейнджер сверху. Ее руки, обмотанные бинтами, лежали на его голых плечах, пока его руки покоились на ее бедрах, поглаживая, иногда доходя до ягодиц и сжимая их.       — Завтра у меня бой, — сказал Драко, и одной рукой убрал кудрявую прядь с потного лица Гермионы.       — Мг, — ответила Гермиона, закусывая губу и сдерживая рвущуюся наружу улыбку, — как твои анализы? Что говорит Федерация?       Драко удивился ее заинтересованности, но не подал вида. Еще с первых дней помнил ее отношение к боксу, поэтому не рассказывал много подробностей своей деятельности. Они только-только дошли до ее первой попытки потренироваться с ним на ринге, и это уже было много для него.       — Чист, как и всегда, — Драко завел руки за ее поясницу и стал отклоняться назад, утягивая Гермиону за собой, — все, что они могут у меня найти — это запредельный уровень эндорфинов и тестостерона.       Гермиона засмеялась, и это распустило вибрацию по груди Драко, заставляя все его тело покрыться мурашками.        Грейнджер провела забинтованными ладошками по груди Драко и дошла до его волос, убирая влажные пряди со лба. Она разглядывала его, изучала красивое, с острыми чертами, лицо, запоминая каждую морщинку, пересчитывала все родинки.        Она хотела быть поддержкой для Драко, какой он был для нее, но в то же время тревожное чувство сидело внутри. Гермиона не хотела снова видеть его избитым, ослабленным, считать вместо родинок его синяки и ссадины.        — Ты чего? — спросил Драко, поглаживая ее спину, выводя узоры на голой коже, — что-то тревожит тебя?        Гермиона поджала губы и покачала головой, а следом явила Драко широкую, хитрую ухмылку.       — Думаю о том, как долго ты будешь не в форме после боя, — она снова повела пальчиком по его груди, поднялась вверх к ключицам, следуя за своими движениями глазами, только бы не видеть взгляд Драко и не засмеяться.       — Не в форме? — Малфой резко перевернул ее и подмял под себя на мате, — для чего это я буду не в форме?       Его рука заскользила по талии вниз, к бедрам, а затем под коленку. Он закинул одну ногу Гермионы на свою поясницу и вжался в ее промежность своим пахом, показывая, насколько он всегда был для нее в форме.       — Для этого? — Драко коснулся губами ее шеи, спускаясь ниже, к ключице, — или для этого? — его губы были уже у края спортивного топа Грейнджер, и тогда он услышал ее шумный вздох, — а может… — пальцы Драко ловко проникли под ткань ультракоротких шорт, — для этого?        Он ввел в нее сразу два пальца и тут же стал двигать ими в нужном ей темпе. Гермиона притянула его за лицо к себе, находя его губы своими. Она застонала, когда услышала мокрые хлюпающие звуки. Ее будто пронзила стрела, когда она осознала уровень своего возбуждения.        Драко одной рукой издевался над ней, а второй упирался возле ее головы в ринг. Ему хотелось уничтожить ее губы своими, уничтожить ее ужасно набухшие и влажные складки своими руками, губами и членом, лишь бы она не смела больше говорить ему такие глупости.       — Я всегда буду в форме для тебя, — прошипел Драко, отрываясь от ее губ и прикусывая теперь мочку уха.       Гермиона глухо стонала, цепляясь за его плечи, сжимая их до отметин. Она подавалась бедрами навстречу руке Драко, желая скорее кончить.       — Вообще-то… я имела в виду… — Гермиона запрокинула голову назад, а ее глаза закатилась, — блять, да!       Она сжалась, чувствуя, как поджались пальцы ног, а затем вмиг расслабилась, почти хныкая.       — Балет… — выдохнула в губы Драко Грейнджер, когда он снова поцеловал ее.       Малфой провел еще несколько раз по ее ужасно мокрому, горячему лону и убрал руку, возвращая шорты на место.       — Что угодно, — он коснулся ее губ, скулы, спустился ниже к подбородку, — хоть пуанты на меня надень.       Гермиона обняла его, широко и блаженно улыбаясь. Она понимала, что тревога никуда не уйдет. Но еще она понимала, что Драко хорошо помогает ей с ней справляться. И уж точно будет в форме завтра, когда увидит ее после боя.

***

      Драко сидел на постели, уронив лицо в ладони. Шум воды за дверью ванной совсем не сбивал его с мыслей, что отбивали чечетку в его голове уже который час.       Он хотел поддержки.        Он хотел, чтобы его семья приняла его.       Он хотел, чтобы она приняла его. Его и бокс.       Но Малфой не мог никого заставить полюбить его, принять его и род его деятельности. Он добился высот только из желания доказать, что он может. Сейчас другие высоты казались недостижимыми из-за нехватки близких рядом. Впервые.        Дверь в ванную открылась, и Гермиона в одном полотенце вышла в комнату. Она выключила свет в ванной и подняла голову на Драко. Широкая улыбка появилась на ее лице, и Малфой улыбнулся в ответ, пряча свои переживания.       Грейнджер в несколько мягких шагов приблизилась к мужчине и стала между его ног. Драко тут же коснулся ее кожи под коленками и повел выше, доходя до полотенца. Опустив ладошки на плечи Драко, Гермиона ахнула, чувствуя жар во всем теле теперь совсем не из-за недавнего душа.       — Завтра тяжелый день? — спросила Гермиона, забираясь на колени к Драко.       — Да, — Малфой обнял ее и коснулся губами ее плеча, закрывая глаза, — очень.       Гермиона зарылась пальчиками в его волосы, а затем коснулась губами его лба и тоже прикрыла глаза.       — Все получится, Драко, — она прижала его голову к своей груди и стала водить пальчиками по голым плечам и спине, — я верю в тебя.       Малфой глубоко вздохнул, ощущая прилив тепла во всем теле. Он улыбнулся, чувствуя ту самую поддержку, в которой нуждался. Их объятия, каждое ее прикосновение к его телу, ее нежные поцелуи — все почти кричало о том, что она была с ним. Поддерживала, как могла.        — Я бы очень хотел, чтобы ты завтра была рядом, — честно сказал Драко, отклоняя голову назад и заглядывая в глаза Грейнджер.       Он сжимал ее талию, а она все еще держала ладони на его плечах. Смотрели глаза в глаза, не моргая. Малфой искал ответ, искал хотя бы ниточку ее мыслей о том, о чем она думала прямо сейчас. Но Гермиона лишь поджала губы и наклонилась к нему. Ее губы коснулись его губ, и она аккуратно, почти целомудренно поцеловала его, уделив внимание обеим губам, а затем отстранилась.       — Я… не могу, — сказала она, сдерживая предательски рвущуюся улыбку, — у меня первая репетиция, и я… все еще немного не в восторге.       Драко лишь кивнул, поджимая губы. Снова коснулся поцелуем ее плеча, прикрывая глаза, вдыхая аромат ее кожи поглубже. Так, чтобы завтра вместо запаха крови слышать ее аромат, думать о ней, представлять, как она будет рада его победе.       — Давай спать, — Гермиона хотела приподняться на бедрах Драко, отстраняясь.       Но он опередил ее, утягивая на постель. Грейнджер взвизгнула и засмеялась, когда Драко повалил ее на постель, сразу же головой на подушки.       — Давай, — он навис сверху, быстро целуя, а затем привстал и протянул ей руку, — ты же не будешь спать в полотенце?       Драко ехидно улыбнулся, а Грейнджер сразу же почувствовала жар на щеках. Распахнула полотенце, не сводя взгляда с Драко, и вытянула его из-под себя, сразу же протягивая Драко в руку.       Он стоял на коленях на постели и позволил себе минуту полюбоваться. Каждым изгибом, каждой линией, каждой родинкой. Упивался изящным силуэтом, аккуратной, тяжело сейчас вздымающейся грудью. Не стал опускать взгляд ниже аккуратного животика, чтобы не распалять себя. Ему действительно хотелось спать.       Драко встал, сразу же отворачиваясь и быстро идя к ванной. Гермиона забралась под одеяло и погасила ночник, ожидая Малфоя обратно.       Постель рядом с ней прогнулась, и Драко забрался к ней под одеяло. Прижал к себе и поцеловал снова, сначала в лоб, а после опустился к губам, мягко касаясь.       — Доброй ночи, — прошептал Драко и заглянул в глаза Гермионе.       — Доброй ночи, — она погладила его по щеке и прижалась ближе, прикрывая глаза.       Гермиона точно не может завтра не быть рядом.