19. Самая главная победа.

      Гермиона не вставала с постели, наблюдая за Драко из кокона одеяла. Она улыбалась, так счастливо и блаженно, что он точно мог заподозрить неладное.       Но Драко был слишком погружен в свои мысли. Сходил в душ и освежился, пытаясь все же смыть и напряжение, и переживания. Он знал, что уделал Кормака однажды, уделает и дважды. Вернет свой пояс обратно и докажет всем, что чист и что его победа была заслуженной. Но что-то странное сидело внутри.        Он повернул голову в сторону кровати и улыбнулся на одну сторону. Грейнджер улыбалась, глядя на него, и тут же спрятала улыбку, когда словила его взгляд.        — Ты чего такая довольная? — спросил Драко, пока шел к постели.       Он наклонился, и Гермиона повернулась. Их губы нашли друг друга, лениво обнимаясь, снова и снова говоря «доброе утро».       — Думаю о нашей встрече после боя, — почти не соврала Грейнджер, — я буду ждать тебя здесь.        Она села в постели, удерживая одеяло на груди. Ее вторая ладошка потянулась к лицу Драко, мягко поглаживая гладко выбритую щеку.       — С аптечкой и поцелуями, — она снова потянула Драко к себе, припадая к его губам, прикрывая глаза и вкладывая все свои чувства, о которых хотелось кричать, в поцелуй.       Драко зарылся рукой в ее волосы, несильно оттягивая. Он стал напирать чуть сильнее, проталкивая свой язык в рот Грейнджер. Она тут же застонала, и вибрация прошла по его телу, опускаясь под пояс брюк.       — Грейнджер, — Драко отстранился, теперь касаясь ее щеки ладонью. Он выровнялся, оставляя только пальцы на подбородке, — я рискую не уйти.       — Иди, — она коснулась его руки, убирая от своего лица, и переплела их пальцы, — я буду весь день думать о тебе, а когда ты вернешься — я буду здесь.       — Спасибо, — ответил Драко и сжал ее руку сильнее, следом отпуская.       Они оба улыбнулись друг другу, поджимая губы. В глазах было больше, чем могли сказать слова.        Драко едва смог отвернуться, чтобы одеться. Натягивая лонгслив, но снова тяжело вздохнул, представляя, каким длинным будет день.        Он отошел от шкафа, а затем подхватил с пола сумку. Уже подошел к двери, когда снова оглянулся через плечо и посмотрел на свою девушку.       — Я с тобой, — Гермиона смотрела на него так тепло, так влюбленно, что он верил ей. Знал, что будет ощущать ее присутствие весь день. Будет стараться ощущать.       — Я скоро вернусь, — сказал Драко и подмигнул, заставляя там самым Гермиону улыбнуться шире.       Девушка упала на кровать, когда Драко вышел из комнаты. Она улыбалась, чувствовала ужасный трепет внутри, как покалывали кончики пальцев от ожидания скорой встречи.        Дверь в квартиру закрылась, и Гермиона тут же подорвалась к тумбочке, хватая с нее телефон. Она сняла блокировку и сразу же открыла книгу контактов, чтобы набрать нужный номер.       Поставив вызов на громкую связь, Гермиона встала с кровати и стала собираться.       — Он уже ушел? — голос Блейза прозвучал слишком громко в утренней тишине комнаты.       — И тебе привет, — ответила Гермиона, — да, только что. Какие мои дальнейшие действия?       — Луна сказала, что у тебя первая репетиция, — строго, чуть ли не по-отцовски сказал Блейз, — поэтому она заберет тебя оттуда и привезет прямо к месту, где будет бой.       — Хорошо, — улыбнулась Гермиона, снова чувствуя вибрацию в теле от почти детского восторга скорого сюрприза, — на связи.       — На связи.       Вызов закончился и Гермиона подпрыгнула на месте, взвизгивая. Ее буквально разрывало от счастья. От трепета, что заполнял все внутри. Она знала, видела по глазам и поджатым губам, как нужна была Драко сегодня.        И она будет.

***

      Шум зрителей был слышен даже в дальнем темном коридоре, по которому шла Гермиона. Она едва не подпрыгивала, желая скорее оказаться за нужной дверью, но одновременно переживала, что может быть замеченной раньше времени. Но если верить Блейзу, то Драко уже покинул раздевалку, и сейчас где-то в тренировочной, рядом с выходом на ринг, получает наставления от тренера.       Заворачивая за очередной угол, Гермиона едва не столкнулась с кем-то. Вовремя успела отскочить в сторону, пропуская широкую мужскую фигуру в сторону коридора, откуда она пришла.       — Ох, что за цыпочка, — она услышала следом еще свист, но шаг не сбавила.        Нужная дверь уже была близко, и Гермиона хотела быстрее за ней скрыться, даже не желая видеть и знать, кто за ее спиной.        — Федерация подготовила специальный приз в этот раз? — голос становился ближе, и Гермиона поняла, что мужчина идет за ней, — ну чего ты убегаешь, кнопка?       Явное присутствие за спиной человека Гермиона воспринимала как опасность. Она ненавидела, когда подходили со спины, когда догоняли ее, заставляя напрячься. Еще больше она не любила, когда ее трогали посторонние.       Только мужская рука оказалась на ее руке, Грейнджер тут же резко развернулась. Чувство дежавю было чуть медленнее, чем удар кулака в нос стоящего перед Гермионой. Так уже было однажды, но о сегодняшней ситуации девушка вряд ли пожалеет.       — Ты совсем конченая? — мужчина схватился за нос и сложился пополам, его вопли заполнили весь коридор, — больная сука!       Гермиона лишь ухмыльнулась и развернулась, встряхивая руку. Костяшки неприятно ныли, но она точно была довольна собой. Драко бы, возможно, гордился ей, зная, что смогла так хорошо врезать кому-то. Кому-то, кроме него.       В несколько шагов девушка настигла нужную дверь, приложила свою карту к специальному ключу и услышала щелчок. Успела оглянуться через плечо на пострадавшего и подмигнула ему, прежде чем скрыться за дверью.       Кормак, убирая окровавленную руку от лица, хмыкнул.        — Новая сука Малфоя, — он сжал зубы, примерно представляя, как еще мог насолить теперь своему противнику, — у тебя не останется ничего, уебок.       Он сплюнул попавшую в рот кровь прямо на пол и развернулся в направлении тренировочного зала. Сегодня он избавится от Малфоя раз и навсегда. Этот будет для него последним.       Гермиона, оглядываясь по сторонам в раздевалке, зацепилась взглядом за форму Драко. Его лонгслив с фамилией валялся на диване, и Грейнджер тут же подошла к нему и подняла в руках. Поднесла к носу и вдохнула аромат Драко, его тела и парфюма, и блаженно улыбнулась. Еще одна гениальная идея пришла ей в голову, и тогда улыбка на ее лице стала еще шире.       Стягивая с себя свитер, она отбросила его в сторону и надела вещь Малфоя, сразу же обнимая себя руками и снова вдыхая любимый аромат. Она рядом, и он точно почувствует это сегодня.       Включив телевизор, Гермиона стала листать программы, прежде чем найти нужную. Демонстрация ринга уже была на большом экране, и ее дух тут же перехватило.        Устроившись поудобнее на диванчике напротив, Грейнджер забралась на него с ногами и стала ждать, слушая речь ведущего. И когда стали объявлять бойцов, ее сердце в первую же секунду упало в пятки.        Она разбила нос Кормаку Маклаггену.

***

      Яркий свет освещал ринг, а толпа шумела. Но Малфой не слышал. Он видел только противную ухмылку Маклаггена, который двигался по кругу, готовый сделать первый удар.       — Попрощался с поясом, Малфой? — фыркнул Кормак и сделал выпад, но Драко даже не дернулся, продолжая сверлить его взглядом и двигаться по кругу, — а со своей сучкой?        Драко сжал зубы и коснулся языком капы во рту, сдерживая гнев из последних сил. Его соперники часто поддевали его, используя Асторию, и в какой-то момент это перестало работать. Но сейчас, когда его девушкой была Гермиона, он снова реагировал слишком остро.       — Ты пришел пиздеть или драться? — Малфой сделал шаг и первый, резкий удар ногой, сразу же выбивая Маклаггена из колеи.       — Я пришел забрать у тебя все, чего ты не достоин, — Кормак теперь был ближе, отвечая на первый удар Драко.       Они оба нападали друг на друга, совсем не уступая. Удары перчаток о части тела заполняли пространство, заглушая шум толпы для двоих. Кормак и Драко не отводили взгляда друг от друга, контролируя каждый удар, каждое действие, предугадывая предстоящие выпады. Почти животный рык издавали оба, когда противнику удавалось увильнуть от удара.       Сириус и Блейз наблюдали за боем и видели, что что-то не так в этот раз. Малфой будто был менее собранным, а его удары чаще обычного были вялыми и совсем мимо.        Оба не могли понять, что произошло, и почему это происходило. Видели, как Малфой взрывался иногда, почти заколачивая противника перчатками, стоило Кормаку открыть рот. Он провоцировал его. Его провоцировали постоянно, но именно сегодня это мешало ему сильнее всего.       Когда после очередного удара Драко упал, Блейз вскочил со своего стула и подлетел к рингу. Малфой не вставал. Секунду, две, три. Маклагген вытирал кровь с лица, уже предвкушая победу.       — Сука, вставай! — Блейз готов был залезть на ринг и поднять его, — Малфой, вставай!       И Драко встал. Сплюнул кровь на покрытие ринга и выровнялся. Он продвигался на месте, пытаясь вернуть себе былой заряд.        И в этот момент судья объявил перерыв.       Драко стал отходить в свой угол, когда снова услышал голос Кормака.       — Сначала я уделаю тебя, — он указал в сторону Малфоя рукой, — а потом и твою кудрявую суку!       Глаза Драко вспыхнули, и он хотел было дернуться в сторону противника, но Сириус рывком усадил его на стул в углу, позволяя Блейзу облить его лицо водой, а Пэнси начать разбираться с последствиями первого раунда.       Уебок знал про Гермиону. Но откуда?

***

      Гермиона едва ли не носом касалась экрана, наблюдая за боем. Она видела, что Драко был… будто не в форме. Кормак Маклагген явно вел в этому бою, и это было совсем нехорошо.       Натянув рукава на кулачки и сжимая ткань, Гермиона закусывала губы, наблюдая за происходящим. Она слышала крики толпы, комментарии ведущего, видела, как кричал что-то Блейз. Пэнси стояла и нервничала, ровно, как и она сама. И его тренер… он просто молчал и наблюдал.       — Давай, Драко, — шептала Гермиона, надеясь, что ее слова дойдут до него через стены.        Ей хотелось сорваться туда, но она боялась. Боялась, что будет отвлекать его, что сделает еще хуже.       Она видела, как Кормак часто говорил что-то и ухмылялся уже кровавой улыбкой. И Драко каждый раз взрывался, а потом вдруг терялся, позволяя бить себя. Уже три раунда он совсем не был похож на того Драко, о котором читала Гермиона. Которого видела на записях с боев, яростно уничтожающего противников.       Женский визг разрезал пространство, когда Драко упал снова. Гермиона закрыла лицо ладонями и отвернулась спиной к экрану. Она не хотела видеть. Это было очень тяжело. Тяжело видеть его поражение. Едва ли не первое. Видеть его кровь и то, как какой-то ублюдок продолжает изувечивать его.       Когда Грейнджер повернулась, Драко уже встал и отшатнулся в угол ринга, падая на стул снова. Пэнси вытирала и заклеивала его бровь, а сам Малфой уже выглядел так, будто вот-вот отключится.       Первая слеза покатилась по щеке Гермионы, а губы задрожали. Она молилась, чтобы он просто остался живым. Чтобы это скорее закончилось. Смотрела, как снова кричит Блейз, как подходит тренер и говорит что-то, абсолютно спокойно.       И Драко вдруг начинает вертеть головой, распахнув глаза. Он вскакивает и осматривает толпу за пределами ринга.        И резко смотрит в одну из камер, и изображение в телевизоре переключается.        Теперь Драко смотрит прямо на Гермиону, будто стоит перед ней. Его губы приоткрываются, и Гермиона улыбается через всхлип. Она хочет верить, что он знает, что она здесь. Что видит ее улыбку, но не слезы.

***

      — Она все видит. Сидит в раздевалке и ждет, пока ты здесь валяешься, как дерьмо, — Сириус говорил спокойно, хоть и громко, — раз ты не можешь собраться ради себя, ради всего, чего ты уже достиг, то соберись, блять, ради нее.       Никогда и ничего не взрывало внутренности Малфоя так, как слова дяди минуту назад. Ни Астория, ни титулы, ни гонорары.        Только она.        Гермиона была здесь. Маленькая обманщица, втихую проникшая в раздевалку. Все подстроила и даже не спалилась.        Малфой улыбнулся и встряхнул руками, двигаясь по рингу. Сверлил взглядом Кормака, предвкушая, как скоро он его вырубит. А если он услышит еще хоть слово…       — Чего ухмыляешься? — Как прочитал его мысли Маклагген, ухмыляясь и тут же ударяя, — пизденку свою вспомнил? Сегодня я ее уничтожу.       Удар. Еще один. Еще. С каждым разом все сильнее, яростнее, и Драко уже снова не слышал шума толпы. Только как шумела кровь в висках. Глаза застилала пелена гнева, пока он продолжал сыпать удары на Кормака.       Мышцы жгло от безостановочных движений, но Малфой не мог остановиться. Он видел, как потерялся Кормак. Как пытался отбить хоть часть ударов, прикрыться, увильнуть, но теперь получалось слабо.        — Сука! — Драко не дышал, движимой исключительно ненавистью и желанием отстоять свою девочку, закрыть грязный рот Маклаггена, — еще одно ебаное слово, и я сотру тебя в порошок!       Через капу, через шум толпы речь была корявой, вероятно плохо различимой, зато удары четко обозначали всю серьезность слов Малфоя.       Наблюдать за боем стало даже страшно. Техника улетала куда-то за пределы ринга, оставляя место только ярости. Блейз видел, что Малфой почти как сумасшедший истязал Кормака ударами, а тот только прикрывался.       Удивительно, как слова о Гермионе сработали на него. Ничего и никогда не работало так, на самом деле. Сириус, горько ухмыляясь, словил себя на мысли, что гиперфиксация его крестника на девушке сначала чуть все не испортила, а теперь явно была на руку. На руки Драко.       Малфой ударил в последний раз, когда Кормак упал, по пути плюясь кровью.       Судья стал отсчитывать секунды. На пятой Драко ухмыльнулся, отшатываясь назад. Он повернулся спиной к Кормаку, чего категорически нельзя было делать. Ровно на две секунды.       А в следующую развернулся и нанес решающий удар, укладывая резко поднявшего Кормака обратно на ринг. Теперь с концами. 

***

      Когда судья поднял руку Драко, Гермиона сорвалась с места. Она почти упала с дивана, путаясь в своих же ногах. Так быстро выскочила за дверь, что сама не поняла как. Бежала по коридору по наитию, абсолютно неуверенная в том, что бежит в нужном направлении. Чувствовала, что не ошибается.       Драко победил. Ее любимый победил. Он знал, что она смотрит, и он победил спустя три раунда. Повернулся снова в камеру, снова посмотрел на нее. Она знала, что на нее.       Приближаясь к шуму, Гермиона улыбалась. Так широко, что сводило щеки. Она распахнула дверь перед собой, тут же встречаясь с душным огромным залом и шумящей толпой.        На ходу распихивая людей, Гермиона бежала к рингу. Выискивала взглядом светлую макушку, но из-за роста не могла разглядеть ничего, что было на ринге.       И как только оказалась прямо у канатов, ее увидел Блейз. Будто почувствовал, что она появилась рядом, и протянул ей руку, помогая забраться на ринг и пролезть через канаты.       Драко, стоящий с флагом Британии на плечах и поясом в руках, что-то кричал, как вдруг резко развернулся в сторону Гермионы. Он улыбался и без того, но в секунду его улыбка стала еще шире.        Весь мир исчез, когда Гермиона сорвалась с места. Она рванула к Драко, забывая, что он едва остался жив. Оказалась в его объятиях, а следом — оторвана от земли.       Драко крепко сжимал ее, позабыв о боли. Позабыв о победе и обо всем. Была она, ее радостный визг, когда Драко поднял ее на руки, его лонгслив на ней.        — Ты победил, — слышно только для Драко сказала Гермиона, отрываясь от него и заглядывая в глаза мужчине.       — Ты — самая важная моя победа, — ответил Драко, влюбленно улыбаясь, а затем притянул Гермиону обратно к себе.       Их губы соприкоснулись, и привкус крови смешался со вкусом губ Гермионы. Со вкусом победы.        Толпа закричала еще громче. Драко все еще держал пояс в руке, хотя придерживал крепко за бедра Гермиону. Блейз подошел и вернул на плечи Малфоя флаг, завязывая теперь за спиной Грейнджер.       Парочка улыбнулась в губы друг другу, а затем снова утонула в поцелуе. Утонула друг в друге, в моменте. В победе. Сегодня она была на двоих.

***

      Спокойствие. Вот что ощущали Драко и Гермиона, оказавшись наконец-то ближе к ночи наедине.       Лежа в прохладной постели, они продолжали молчать, лишь смотрели друг на друга, читая, понимая друг друга без слов.       Вечер был ужасно громким, долгим и утомительным. Бесконечные фотографии и интервью, просьбы прокомментировать бой, а еще больше вопросов о новых отношениях Драко.  — Когда моя любимая будет согласна это прокомментировать, я обязательно дам вам знать, — с улыбкой ответил Драко, прежде чем они сели в машину и уехали.       Сейчас, сходив по очереди в душ, на удивление в одежде, они вдвоем лежали в постели и не могли перестать касаться друг друга.       — Ты обманщица, — заговорил Драко, улыбаясь, вдруг нависая над Гермионой, подминая ее под себя.       Грейнджер приоткрыла рот и следом широко улыбнулась, касаясь лица Драко пальчиками, аккуратно, чтобы не причинить боль.       — Совсем нет, — она провела подушечкой пальца у заклеенной брови Драко, — я не хотела отвлекать тебя. Если бы ты сразу знал, это…       — Это бы мешало, да, — Драко согласился, убирая кудряшку со лба Гермионы.       Гермиона вдруг закусила губу, решаясь сказать то, что должна была сказать еще пару часов назад.       — Я… — она увидела заинтересованный взгляд Драко, от которого не скрылось ее легкое замешательство, — кажется я разбила нос Маклаггену. Перед боем.       Драко приоткрыл рот, и улыбка исчезла с его лица. Он замер, пристально смотря в глаза Гермионе. А она в свою очередь испугалась, что ее выходка могла быть совсем не уместной, могла навредить Драко.       — Что ты сделала? — переспросил Драко, качая головой в неверии.       — Он… хотел дотронуться до меня, — Гермиона сжимала губы, нервничая, а ее пальцы спустились вниз, к груди, и глаза убежали туда же, — и я врезала ему.       Ее взгляд поднялся снова на Драко. Вдохнув полной грудью, Гермиона ожидала реакции, но лицо Драко было не читаемым.       Пока он в один момент широко не улыбнулся, а его глаза не загорелись.        Драко обхватил девичье лицо обеими руками и наклонился, тут же нападая на ее губы с поцелуем. С жадным, требовательным, сразу же проталкивая свой язык глубже.        Гермиона застонала, притягивая Драко за шею, и он тут же отстранился, заставляя ее тяжело дышать.       — Моя девочка, — Драко наклонился, целуя теперь Гермиону в шею, — Боже, я люблю тебя.       Он усыпал шею Гермионы поцелуями, не видя ее лица, не видя ее растерянности. Гермиона приоткрыла рот и облизывала губы, прокручивая по кругу признание Драко. И когда он вернулся к ее губам, поцеловал, уделяя внимание обеим губам, Гермиона поняла, что не дышит.       Драко отстранился достаточно, чтобы видеть ее лицо. Видел, как заблестели глаза Гермионы. Как потерянно и одновременно влюбленно и счастливо она смотрела на него.       — Драко… — прозвучало на выдохе, и Гермиона погладила шею Драко, пытаясь держась себя в руках, — Боже.        Слеза покатилась по ее щеке, и Драко быстро вытер соленую каплю с мягкой кожи.       — Эй, ты чего, — Малфой поцеловал ее в уголок глаза, не давай новой слезе покатиться, — все хорошо. Ты не…       — Я люблю тебя, — перебила его Гермиона, притягивая за лицо снова к себе, к своим губам, чтобы ее признание было запечатано сразу же мягким поцелуем, — я люблю тебя, Малфой.       Драко широко улыбнулся, снова припадая губами к губам Грейнджер. Она улыбалась в ответ, и он чувствовал, как влага снова касается его пальцев, которыми он гладил ее лицо.       Быть счастливыми, влюбленными и любимыми — вот что значит победа. Даже если со слезами на глазах, сегодня было можно.       Гермиона поерзала в постели, прижимаясь к груди Драко сильнее. Она переплела их пальцы, обнимая себя крепкими руками и прикрыла глаза, настраиваясь на сладкий сон. День и вечер были действительно утомительными, и казалось, что не пройдет и пары секунд, как она провалится в царство Морфея.       Но у ее любимого были другие планы.       Драко выпутал одну свою руку из ее пальцев и медленно, аккуратно забрался рукой под футболку Гермионы. Он провел от края белья по плоскому теплому животику вверх, чувствуя, как Гермиона втянула его в напряжении.        — Драко, — шепотом, на выдохе, не открывая глаз произнесла Гермиона, чувствуя, как мурашки расползаются по ее телу.       — М-м? — будто ни при чем спросил Малфой и зарылся носом в волосы девушки, вдыхая их аромат, пока его пальцы уже пересчитали ее ребра и поднялись к небольшой, округлой груди.        Драко очертил дорожку к соску, а затем — вокруг него несколько раз, заставляя напрячься маленькую горошину.       Гермиона дернулась бедрами назад, и теперь четко ощутила, что что-то упирается ей в зад. Ее глаза распахнулись, и она жадно втянула воздух через рот.       — Ты говорила я буду не в форме, — Драко выпутался из ее волос, и теперь его губы на ее ушке, — как видишь, ты ошиблась. И сейчас я покажу тебе насколько.        Драко сильно сжал ее грудь, вызывая громкий, скулящий стон. Его зубы, а следом губы и язык оказались на девичьей шее, кусая, целуя, зализывая.        Драко приподнялся, чтобы в следующую секунду Гермиона оказалась снизу. Она смотрела на Малфоя широко раскрытыми, блестящими от возбуждения и восторга глазами, будто бы совсем не хотела спать.        — Проверим, в форме ли ты, детка, — Драко наклонился к лицу Гермионы и сжал его пальцами одной руки, раскрывая ее рот для себя.       Он сразу же напал на ее рот с ужасно влажным, развязным поцелуем, не давая девушке даже собраться и нормально ответить ему. Его вторая рука все еще терзала женскую грудь, перемещаясь уже к другому, оставшемуся без внимания соску.       Спускаясь губами ниже, Драко оставил влажный след на аккуратном подбородке, а затем, когда Гермиона запрокинула голову, повел дорожку вниз по шее.       Он задрал футболку так, чтобы грудь теперь была доступна ему, и припал к одному соску губами, сильно прикусывая.        Гермиона снова протяжно застонала, не соображая абсолютно. Жар между ее ног становился невыносимым, заставлял ее ерзать снова и снова. Желание давило на низ живота.        — Малфой, — хныкала Гермиона, хватаясь за крепкие мужские плечи, пока он продолжал издеваться над ее грудью, — я не… могу.        Драко рукой потянулся вниз, находя белье Грейнджер, тут же запуская под него пальцы. Когда он двумя коснулся ее ужасно влажных, горячих складок, ухмылка расцвела на его лице, и он снова потянулся к губам Грейнджер.       — М-м, — он втянул ее нижнюю губу и провел по ней языком, — моя девочка в очень хорошей форме. Всегда так ждешь меня.       Он ввел в нее сразу два пальца, большим касаясь клитора, и в эту же секунду поймал ртом сладкий, протяжный стон, не позволяя Гермионе запрокинуть голову назад.        Драко издевался над хныкающей Гермионой, ускоряя темп движения своих пальцев. Его губы хватали ее, уже такие покрасневшие и припухшие, каждый раз то кусая, то всасывая. Вторая его рука, согнутая в локте, упиралась возле ее лица, и большим пальцем он водил по мягкой щеке.        Контраст нежный прикосновений и бешеных движений пальцами доводил Гермиону до экстаза, то подбрасывая вверх, то сбрасывая с обрыва. Руками хватаясь за плечи Драко, она совсем забыла о том, каким изнывающим от боли было его тело, каким измученным, потому что сейчас оно совсем таким не казалось.       — Будешь еще сомневаться во мне? В моей форме? — Драко отстранился от ее губ и задал вопрос с ноткой ехидства, будто брал Гермиону на слабо, опаляя ее лицо горячим дыханием.       — Н-нет, — едва выдавила Гермиона, не в состоянии вообще соображать, а тем более говорить, — блять, да! Да!        Драко несколько раз двинул рукой, коснулся, надавил на нужные точки, и Гермиона взорвалась. Обмякла на подушках, пытаясь теперь отдышаться. Ее руки расслабились, и вместо жесткой хватки на плечах Малфоя теперь были лишь легкие поглаживания.       — На всякий случай, покажу тебе, если ты еще подумаешь сомневаться во мне, — Драко чмокнул ее в губы, затем в нос и лоб.       На самом деле, просто отводил внимание от того, как быстро избавился одной рукой от белья, помогая себе ногами.        Он привстал, на коленях, расставленных по обе стороны от тела Грейнджер, поднялся выше. Теперь его колом стоящий член был ровно на уровне ее лица. Драко посмотрел сверху внизу, облизав губы, и на его лице появилась самодовольная ухмылка.       — Соси, — он обхватил член рукой, приставляя его к губам Грейнджер, и похлопал по ним несколько раз.       Гермиона могла кончить только от одного слова, от вида Малфоя над ней, от ощущения тяжести его тела и от солоноватого привкуса на губах. Высунув язык, она облизала головку, обводя ее по кругу, Гермиона чуть приподняла голову, чтобы обхватить плоть губами в плотное кольцо.        Драко уперся рукой в изголовье кровати, чувствуя сначала несмелые, аккуратные прикосновения влажного рта к его члену. Он тяжело дышал, когда Гермиона обхватила одну его ягодицу рукой, и стала активнее двигать головой, при этом не закрывая глаза и не отводя взгляда от него. И если только что он собирался отыметь ее в рот, то, кажется, отыметь его собиралась она.       Не желая передавать управление в руки Гермионе, Драко стал сам двигать бедрами, загоняя член глубже в узкую глотку, заставляя девушку давиться. Он видел, как она дышала через нос, как слезы текли по ее лицу. Но то, с каким энтузиазмом она заглатывала его член, иногда издавая стоны вперемешку с чавкающими звуками, уносили Драко за край. Он точно не собирался кончить вот так.       Громко, влажно, смачно вынимая член изо рта Гермионы, Драко отстранился, оказываясь обеими ногами сбоку от Гермионы. Он не дал ей даже сообразить что происходит, быстро обхватил одной рукой ее за талию и развернул на живот. Оставляя руку под животом Грейнджер, Драко чуть-чуть приподнял ее вверх, сразу же пристраиваясь сзади.       Гермиона повернула голову, чтобы ей было чем дышать, чтобы видеть Драко, его обезумевший взгляд. Девушка сжимала руками смятое одеяло, сгорая от нетерпения. Она чувствовала, как Драко снова проводит вверх-вниз по ее мокрым горячим складкам своим членом, и снова хныкала.         — Пожалуйста, — Гермионы прикрыла глаза, чувствуя неприятный зуд от неудовлетворения, от пустоты внутри, что разжигалась, как огонь.       Драко наклонился, упираясь одной рукой возле головы Грейнджер, и нашел ее губы своими. Гермиона приподнялась немного ему навстречу, встречая его губы со всей страстью, со всем желанием, со всем огнем, что горел внутри.       — Все, что попросишь, — прошептал ей в губы Драко.       И в следующую секунду он вогнал член глубоко в стенки влагалища, сочащегося смазкой. Гермиона замычала ему в губы, притягивая к себе ближе, не отпуская. И Драко стал двигаться, не церемонясь, разгоняясь, показывая всю силу, что осталась в нем. Тело болело, но несмотря на это сдерживать желание, что вызывала у него его любимая, он не мог и не собирался.        Почти болезненно выгибаясь в пояснице, Гермиона сжимала мышцы влагалища, заставляя их обоих ловить крышесносный экстаз от каждого движения. Она не отпускала рот Драко, не желала разрывать танец их языков и губ, и это распаляло ее еще больше. Ее язык — ее враг, но она не могла сказать, что происходящее не нравилось ей.       — М-м, — Гермиона с чмокающим звуком оторвалась и снова упала лицом на постель, — блять, Драко!       Кольцо ее мышц сжалось так, что из глаз полетели искры, когда Драко вошел под тем самым нужным углом. Его твердый член ощущался так прекрасно внутри, так хорошо заполнял ее, что Гермиона, казалось, терялась связь с рассудком.        Драко, уже на грани, опустился губами к лопаткам Гермионы, целуя слегка липкую от пота кожу. Его рука кружила на ее клиторе, пока он совершал последние, настойчивые, добивающие их обоих толчки. Когда он почувствовал, как дернулась и сразу расслабилась Гермиона, то тут же кончил следом, пачкая ее бедро.       — Я люблю тебя, — прошептал Драко, аккуратно поглаживая и придерживая девушку за живот.       — И я люблю тебя, — ответила Гермиона, блаженно улыбаясь.       Драко упал рядом, сгребая девушку в охапку. Прижал ее к себе, целуя в лоб, и накрыл их обоих одеялом. Идти в душ не было сил. Сил хватило только на ленивый поцелуй и нежные объятия. А завтра — новый день, в котором их снова ждет что-то непростое.        Но разве это важно, если они вместе. Если они любят друг друга.