Встреча.

***

Воздух на чердаке внезапно стал вязким, словно наполнился тёплым мёдом. Пылинки, ещё минуту назад лениво кружившие в луче фонарика, застыли на месте, образуя причудливые узоры. Лиза непроизвольно задержала дыхание, чувствуя, как по её позвоночнику пробежали ледяные мурашки. — Чёрт... вы чувствуете это? — её шёпот был настолько тихим, что больше походил на шелест мёртвых листьев. Майя лишь кивнула, её пальцы вцепились в рукав Сони с такой силой, что ногти вот-вот пробьют ткань. — Это... это не должно было сработать... Внезапно все три свечи в ритуальном круге погасли одновременно — не от дуновения, а будто кто-то невидимый зажал пламя между пальцами. Последний клубок дыма закрутился в странной спирали перед тем, как раствориться.

Ш-ш-ш-к-к-к!

Статический треск разорвал тишину, заставив девушек вздрогнуть. Радиоприёмник в углу, десятилетиями покрывавшийся пылью, внезапно ожил. Его динамики захрипели, выплёвывая обрывки каких-то давно забытых мелодий, прежде чем голос Аластора прорезал эфир: — До-о-брый вечер, дамы и... о? — в его голосе появилась заметная искра интереса. – Кажется, у нас тут уже есть развлечения! Тень демона вытянулась по стене, неестественно длинная, с рогами, которые изгибались и меняли форму, будто жидкие.

Тук. Тук. Тук.

Звук был настолько тихим, что сначала девушки решили, что им показалось. Но он повторился — на этот раз громче, отчётливее, будто кто-то стучал изнутри шкатулки. — Хе-хе-хе... Смешок был влажным, булькающим, словно исходил от кого-то с водой в лёгких. Аластор, чья фигура наконец материализовалась в клубах дыма, медленно повернул голову к источнику звука. Его улыбка стала ещё шире, обнажая ряды острых, как бритва, зубов. — О-о-о! Какое восхитительное совпадение! — его голос трещал, как перегруженный радиосигнал. – Ты тоже пришёл на шоу?

БАМ!

Крышка шкатулки отлетела с такой силой, что угодила прямо в лицо Лизе. Девушка с визгом отпрянула, но было уже поздно — из открывшегося ящика выскользнула длинная, гибкая фигура. — СЮРПРИЗ! — Смеющийся Джек выпрямился во весь рост, его жёлтые глаза сверкали в полумраке, как фонари. Аластор не моргнул. Вместо этого он склонился в преувеличенном поклоне, его пальцы танцевали в воздухе, будто дирижируя невидимым оркестром. — О-хо-хо! Да ты просто прелесть! — его голос искрился статикой. – И что это за восхитительный... аромат безумия? Пахнет как... домашнее пирожное! Джек склонился в ответном поклоне, его позвоночник хрустел, как будто кости были расположены в неправильном порядке. — Смеющийся Джек, к вашим услугам, дорогой коллега! — его голос скакал от шёпота до визга. – А ты... ты пахнешь старыми радиопередачами и... Ой, это кровь под ногтями? Мило! Аластор рассмеялся — звук напоминал треск перегоревших лампочек. — Ах, какая прелесть! Мой новый приятель обладает нюхом, как у ищейки! — он сделал шаг вперёд, его тень слилась с тенью Джека на стене, создавая чудовищный гибрид. – Скажи, дорогой, как насчёт... Совместного выступления? Джек приложил палец к подбородку, изображая раздумье. Его глаза при этом бегали по комнате, останавливаясь на каждой из девушек по очереди. — Хмм... А что за роль у моих новых... подружек? — он кивнул в сторону Лизы, Майи и Сони, которые уже пытались незаметно отползти к выходу. Аластор повернул голову на сто восемьдесят градусов, его шея издала мягкий хруст. — О, они будут... главными зрителями! — его голос стал сладким, как испорченный сироп. – А может быть... и участницами! Джек захихикал. — Я обожаю интерактивные представления! В этот момент радиоприёмник взорвался звуком — из его динамиков хлынула дикая джазовая мелодия, наполненная диссонансами. Тени на стенах ожили, начав двигаться в такт музыке. — Н-нет... пожалуйста... — Соня выдавила из себя, но её голос потонул в нарастающем хаосе. Аластор вытянул руку, и из ниоткуда в его пальцах появилась скрипка цвета старой крови. — Начинаем! Первая нота взвыла, как раненое животное. Джек засмеялся. И чердак... засмеялся вместе с ним. Последнее, что увидели девушки — это две улыбки, растягивающиеся всё шире... и шире... и шире...