Часть 17. Чувство вины

      «Голова раскалывается. Мое тело… я его едва ощущаю. Нет сил даже открыть глаза. Что… что произошло? Ничего не помню…»       Гул в ушах постепенно стихал, уступая место приглушенным разговорам, суть которых не достигала разума. Мадара старался дышать размеренно, но легкие неприятно стягивало, отчего никак не получалось сделать глубокий вдох. В попытках вернуть контроль Мадара пытался сконцентрироваться на голосах рядом.       «Это Тобирама и… Кимико… О чем они говорят? Ее голос не такой, как обычно… Она… расстроена?»       Усилием воли мужчина открыл глаза, но тут же зажмурился от яркого света ламп. Взгляд никак не хотел фокусироваться, отчего он видел лишь размытые силуэты возле себя.       – Кажется, он приходит в себя, – с опаской прозвучал голос Тобирамы. – Если что, я помогу.       – Ага. – Дрожащий голос Кимико звучал неуверенно, девушка несколько раз шмыгнула носом.       Картина происходящего постепенно начинала проясняться. Мадаре потребовалось приложить немало усилий, чтобы опереться на локти и хоть немного приподняться. Голова, будто камень, тянула обратно, а руки едва слушались. Во рту ощущался незнакомый и малоприятный привкус.       Проморгавшись, мужчина разглядел Тобираму, сидевшего на полу рядом, и Кимико, которая, поджав под себя ноги, сжимала ампулу с противоядием в руке у самой груди. Мадара рассматривал столь хорошо знакомое ему лицо девушки. Ее глаза были распахнуты и красные от слез, дорожки которых все еще блестели на щеках. Кимико всматривалась в него с волнением и опаской. На секунду Мадаре даже показалось, что она отпрянула назад, стоило ему приподняться. Девушка замерла, будто статуя, и молча наблюдала за ним, поджав губы. Становилось не по себе, а память подводила и не позволяла вспомнить хоть что-то из последних часов жизни.       – Пришел в себя, Мадара? – осторожно произнес Тобирама.       Мужчина перевел взгляд на Сенджу, который выглядел сильно потрепанным, а на лбу, в районе виска, у него виднелась запекшаяся дорожка крови. Его лицо было суровым и бледнее обычного.       – Кажется, да, – растерянно ответил Мадара и поморщился.       Кимико заплакала, отчего Мадара вновь посмотрел на нее. Девушка опустила руки, и из них на пол выскользнула ампула. Ему захотелось обнять ее, утешить, но сил хватило лишь на то, чтобы полностью сесть. Мозг с трудом начал обрабатывал происходящее, а мысли, что градом сыпались в голове, возвращали к реальности.       «Неужели это последствия газа? Но когда?»       – Черт, Мадара! Ты меня так напугал! – воскликнула Кимико и вытерла мокрые щеки рукавом.       – Что случилось? – спросил Мадара, потирая лоб и убирая с лица растрепанные волосы. – На нас напали, верно? Это все из-за отравы?       – Именно, – на выдохе ответил Тобирама и поморщился. – А мы с тобой стали его жертвами. Как же глупо…       Мадара уставился на Тобираму. Пелена перед глазами уже окончательно рассеялась, и мужчина смог разглядеть изрядно помятое одеяние младшего Сенджу. Не оставалось сомнений, что именно Мадара был тому причиной. – Кимико подоспела вовремя и вколола нам лекарство, – продолжил Тобирама. – Было опрометчиво с нашей стороны не взять его с собой за эти дни. Последнее, что я помню – как лег спать пораньше. Но что делал ты, когда началась атака?       – Я… не помню. – Мадара напрягся. – Из последнего помню, как заканчивал бумажную работу у себя наверху.       Внутри стало отчего-то беспокойно. Возвращая взгляд на Кимико, он начал рассматривать девушку более внимательно. Штаны и кофта, поверх которой был расстегнутый жилет, были в пыли и грязи, ссадины на руках кровоточили, а на шее виднелись багровые кровоподтеки.       – Кимико… твоя шея, – обеспокоенно проговорил Мадара и подался вперед, в сторону девушки, отчего та вздрогнула.       Мужчина аккуратно убрал пряди длинных волос за спину Кимико, внимательно осматривая увечья. Девушка лишь отвела взгляд в сторону, оставаясь неподвижной.       – Кто… кто это сделал? – нерешительно проговорил Мадара, опасаясь услышать ответ.       – Мадара, – приглушенно начал Тобирама. – Когда Кимико пришла, я уже был без сознания. Видимо, во время нашей схватки ты сумел меня одолеть… Поэтому ей пришлось постараться, чтобы вколоть тебе противоядие.       Тобирама смотрел непривычно печальным взглядом. Кровь ударила в мозг, а сердце заколотилось с небывалой силой.       «Не может быть».       Перед глазами все поплыло, и Мадара крепко сжал веки.       – Это был не ты, – с дрожью в голосе произнесла Кимико. – Ты знаешь, как действует яд. Главное, я успела вовремя.       Мужчина распахнул глаза и устремил взгляд на девушку. Хоть он и знал, что не отдавал себе отчет о происходящем в тот момент, чувство вины и ужаса, что он мог лишить ее жизни, сковали разум. Если бы она погибла от его рук, он бы никогда не смог простить себя, несмотря ни на что.       – Кимико, прости, я… – спешно проговорил Мадара.       – Не надо, – остановила его девушка. – Не говори ничего. Я в порядке. Все закончилось, и ты в этом не виноват. Когда вернется возможность управлять чакрой, я все залечу, и никаких следов не останется.       – Поэтому я не хотел, чтобы ты отправлялась с нами, – хрипло проговорил Мадара.       Он никак не мог перестать винить себя за случившееся… за содеянное.       – Вот уж нет, – печально усмехнувшись, возразила Кимико, вытирая остатки слез с лица. – Если бы не я, вы бы тут умерли от разрыва внутренних органов.       «Действительно, в этот раз она спасла нам жизнь».       Поерзав, мужчина переместился ближе к Кимико и притянул ее к себе, заключая в объятия. Девушка уткнулась лицом в его плечо, и Мадара обнял ее, пытаясь вложить в это обыденное действие всю свою горечь и печаль.       «Она жива – это главное».       Было трудно отбросить ужасные мысли, которые вырисовывали самые печальные картины возможного исхода. Попытавшись сделать глубокий вдох, Мадара закашлял. Последствия газа напоминали о себе с каждым новым вдохом, отчего мужчина поморщился.       – Тобирама, ты давно очнулся? – поинтересовался Мадара, восстановив дыхание.       – Около получаса назад, – ответил Сенджу. – Состояние такое же противное, как и у тебя, не сомневайся. Кимико меня ввела в курс дела (ввела меня), и мы принялись ждать, когда ты придешь в себя.       – А что с селением? – спросил Мадара и нахмурился.       – Когда я выдвинулась сюда, жители пытались укрыться от газа, но были в порядке, – проговорила Кимико, не покидая объятий Мадары. – Видимо, не все шиноби явились за лекарством, потому что одного из них я встретила. Мне удалось его обезвредить и вколоть противоядие. Судя по тому, что я слышала, патрульные уже пытались разобраться с ситуацией.       – Надо отправиться в деревню и все разузнать, – заявил Мадара.       – Да, но есть несколько нюансов. – Кимико отстранилась и выпрямилась, перемещая взгляд от одного мужчины к другому. – Несмотря на то, что противоядие, если принять его вовремя, помогает сохранить разум, газ все равно блокирует чакру. – Девушка опустила взгляд на свои руки и крепко сжала ладони. – Об этом мы не могли знать, опыты в лаборатории не раскрывали этих свойств… А в придачу газ вызывает жуткий кашель. Пока не ясно, можно ли от него умереть, задохнувшись, но, надеюсь, ветер уже развеял большую часть отравы.       – Понятно, – проговорил Мадара и поморщился, погружаясь в раздумья.       – Мы не знаем, как враг борется с действием собственного яда, – сосредоточенно проговорил Тобирама. – Но, если нашим людям удалось напасть на их след, не факт, что они смогли дать отпор врагу.       – Надо все выяснить, – решительно сказал Мадара.       Тело постепенно приходило в норму, и Мадара встал. Хоть слабость все еще напоминала о себе, оставаться в доме не имело никакого смысла. Не было ясно, когда организм сможет восстановиться, как и когда вернется контроль чакры.       «Ждать нельзя».       Тобирама и Кимико последовали его примеру и поднялись.       – Тогда выдвигаемся, – проговорил Тобирама и направился к выходу.       Мадара в очередной раз встревоженно посмотрел на Кимико и сглотнул. Дрожь прошла по всему телу, а разум сковала очередная волна страха, отчего мужчина застыл на месте. Девушка посмотрела на него в ответ глазами, полными понимания. Он больше не видел в ее взгляде того испуга, что были в первые секунды после его пробуждения. Будто пытаясь развеять его смятение, Кимико печально улыбнулась и взяла его за руку, утягивая за собой.       Оказавшись на свежем воздухе, Мадара осмотрелся. Ветер унес почти все следы газа с набережной, и лишь еле заметная дымка простиралась впереди. Хоть они и старались двигаться быстро, сил на это ни у кого не было. Приближаясь к основной части деревни, Мадара всматривался в дома, двери и окна которых были плотно закрыты. Сейчас здесь царила непривычная и гнетущая тишина. Людей не было. Совсем. Ступая по пустынным улицам, Мадара не мог понять, куда им двигаться дальше. «Возможно, часть людей до сих пор прячется в своих домах? Но Кимико говорила, что видела, как некоторые бежали к окраинам, пытаясь скрыться от газа».       Выйдя на центральную площадь, Кимико посмотрела на место, где ей удалось обезвредить шиноби. На земле лежали погибшие от его рук, но самого мужчины не было. Газ почти развеялся, благодаря чему можно было хорошо осмотреть округу.       – Тут я столкнулась с нашим шиноби, который был не в себе, – тихо проговорила Кимико. – Видимо, он уже очнулся и ушел… Но куда?       – Раз ты видела, что часть людей пыталась убежать, нам стоит отправиться на окраину селения. Может, они до сих пор там, – озадаченно сказал Тобирама.       – Может, и Гэндзи-сенсей вместе с Реико там… – неуверенно добавила Кимико, проходясь взглядом по домам.       Девушка рассматривала окна и заметила, что штора одного из них зашевелилась, после чего прозвучал скрежет открывающегося замка. На улицу нерешительно выглянула женщина, держа младенца на руках, и в ее глазах читался испуг.       – Не бойтесь, здесь никого нет, кроме нас, – громко произнесла Кимико и направилась к женщине. – Расскажите, что вы видели?       Мужчины следовали рядом с девушкой, молча ожидая ответа от пострадавшей.       – Я ничего не видела, – вполголоса начала женщина. – Когда газ начал проникать в дом, я сделала, как было сказано, и вколола лекарство себе и ребенку. После чего мы заперлись дома… – Женщина призадумалась. – Я слышала голоса, но не знаю, что с теми людьми было дальше и куда они направились.       – Как вы себя чувствуете сейчас? – поинтересовалась Кимико с волнением.       – Уже лучше, хотя кашель еще беспокоит, – тревожно ответила женщина. – Это же пройдет?       – Конечно, все будет хорошо, – поспешила успокоить ее Кимико, хотя сама не знала этого наверняка.       – Пожалуйста, оставайтесь дома до дальнейших указаний, не стоит пока выходить на улицу, – проговорил Мадара.       Женщина кивнула и закрыла за собой дверь. Кимико посмотрела на мужчин.       – Думаю, большинство прячется в домах, – заявил Тобирама. – Но надо проверить остальных.       – Идемте, – одобрительно проговорил Мадара.       Направляясь дальше по пустынным улицам, Мадара крепко держал Кимико за руку. Она периодически поглядывала на сосредоточенное лицо мужчины. Девушка догадывалась, что он явно испытывал смешанные чувства от произошедшего, но, в отличие от него, она все помнила. Жуткие картины прошедших часов постоянно всплывали в разуме и не спешили его покидать. Воспоминания о том, какая ярость пылала в глазах Мадары, когда он держал ее за горло, даже сейчас приводила в исступление и ужас. Кимико всеми силами старалась оставаться спокойной и сжимала зубы до скрежета, пытаясь выбросить из головы неприятные воспоминания.       «Это был не он, ты знаешь», – без конца твердила себе Кимико.       Проходя мимо местного госпиталя, Кимико заглянула внутрь, но там никого не было. До границы селения оставалось совсем немного, и, прислушавшись, девушка начала улавливать голоса людей.       – Надо поторопиться! – уверенно проговорил Тобирама.       Они ускорились, приближаясь к концу переулка, что граничил с лесом. Виднелся приглушенный свет костра, и силуэты большого количества людей становились все четче. Выбежав на небольшую поляну, Кимико оцепенела, и по телу пробежал холодок. Знакомые медики и шиноби вместе с жителями деревни помогали большому количеству раненых, делая перевязки и передавая фляги с водой тем, кому это было необходимо. Кимико не могла понять, что произошло, и в смятении осматривала открывшуюся взору картину. Около тридцати человек расположились на земле, а чуть в стороне находились тела, покрытые белыми простынями. Девушка судорожно искала глазами Гэндзи или Реико.       «Они должны что-то знать!»       – Господин! – воскликнул один из шиноби, подбежав к ним.       – Что тут произошло? – выпалил Мадара, подаваясь навстречу мужчине и утягивая за собой девушку.       – Враг напал! – нервно проговорил шиноби.       – Доложи подробнее, – напряженно потребовал Мадара.       – Когда газ распространился по деревне, часть людей, что была на улицах, ринулась сюда в попытках скрыться от газа, – торопливо начал рассказ мужчина. – Но враг будто поджидал здесь! Мы вместе с остальными шиноби подоспели вовремя и попытались защитить жителей, однако… спасти удалось не всех. Наша чакра была заблокирована, поэтому мы старались атаковать как могли. К счастью, перед тем как враг отступил, нам удалось схватить некоторых из них!       – Они использовали какие-нибудь техники? – резко спросила Кимико.       – Нет, только оружие, – заверил мужчина, помотав головой. – Людям нужна помощь, но без медицинских ниндзюцу медики не могут всем помочь.       – Известно, откуда прибыли враги? – холодно проговорил Мадара.       – Да, из деревни Скрытой в Тумане.       – Где пленные? – спросил Мадара, и голос его звучал холоднее ночи.       – Там! – Шиноби указал направление рукой. – Они связаны и безоружны, некоторые еще без сознания. Их охраняют двое наших.       – Хорошо. – Мадара перевел взгляд на Кимико.       – Иди, я пока помогу раненым, – уверенно проговорила девушка, смотря прямо в глаза Мадары.       Ладонь девушки выскользнула из его рук, и Кимико бегом направилась к пострадавшим. Несколько секунд Мадара все еще смотрел вслед девушке. Он не переставал удивляться ее отзывчивости и доброте. Кимико в любой ситуации, даже еле стоя на ногах, продолжала думать об окружающих. Этим она была похожа на Хашираму. Возможно, именно поэтому эти двое были ему дороже всех. Их идеалы и вера в людей поддерживали Мадару. Однако сейчас ярость подступала и отзывалась пульсацией в висках. Все произошедшее здесь и в Стране Огня было делом рук врагов, которые прекрасно отдавали себе отчет в содеянном и не заслуживали прощения. От их действий погибло огромное количество ни в чем не повинных людей. Совершенные атаки на беззащитных жителей, исподтишка, никак не укладывались в голове, а в памяти вновь всплывало испуганное лицо Кимико и алые следы на ее шее. Мадара сжал кулаки и попытался активировать шаринган, но ничего не вышло.       «Проклятье».       – Пойдешь? – сквозь зубы процедил Мадара, переведя взгляд на Тобираму.       – Да, – без промедления ответил Сенджу.       Приближаясь к четырем пленным, Мадара всеми силами подавлял гнев, что бушевал внутри. Он был бы рад отправить их в гендзюцу на вечные муки после получения информации, но такой возможности не находилось.       «Пока что. Это лишь вопрос времени».       Двое из врагов были изрядно потрепаны и находились в отключке, а двое других пристально посмотрели на подошедших мужчин. Обычное темное одеяние шиноби выдавало их принадлежность к деревне Скрытого Тумана лишь по небольшому символу на груди. Мадара не видел в их глазах ничего, кроме упоения от совершенных преступлений, из-за чего желание сбить с их лиц ухмылку запылало с новой силой.       – Господин, – начал один из охранявших пленных шиноби, – они нам ничего не рассказали.       – Идите, помогите остальным, – сухо проговорил Мадара, не отрывая взгляда от врагов.       Шиноби переглянулись и удалились.       – Мы знаем, откуда вы, – сдержанно проговорил Мадара. – Что вам нужно от Страны Огня?       Один из врагов раскатисто рассмеялся.       – Заткнись и отвечай! – рявкнул Тобирама, делая шаг вперед.       – Удивлен, что вы еще живы, – надменно произнес все тот же враг, уставившись на Тобираму. – Вряд ли то же самое можно сказать о твоем братце. Думаешь, в Конохе с ним ничего не произошло, пока вы отсиживаетесь здесь?       – С ним все в порядке, – грубо заявил Тобирама и искоса посмотрел на Мадару.       Учиха понимал, что Тобирама не мог знать этого наверняка, как и он сам. От этого внутри все стянуло, хоть Мадара и старался сохранять хладнокровный вид. «Неужели на Коноху тоже напали?»       – Откуда же тебе это известно, вас же там сейчас нет? – с интересом проговорил враг, после чего вновь рассмеялся.       – Ах ты! – Тобирама схватил мужчину за грудки, поднимая с земли. – Отвечай на вопрос: что вам нужно от Страны Огня?!       Мадара закипал все сильнее, и от всплеска эмоций его удерживало лишь понимание, что враги им были еще нужны живыми.       – Тобирама, стой, – проговорил Мадара и сдвинул брови, приблизившись. – Давайте еще раз: что вам нужно?       – Какой глупый вопрос, вам не кажется? – с очередной усмешкой проговорил мужчина.       Тобирама продолжал удерживать мужчину за ворот, пока Мадара в свою очередь нащупывал за спиной врага связанную руку. Он схватил его палец и крепко зажал. Он посмотрел в глаза мужчины, после чего без промедления вывернул мизинец в противоположном направление, ломая кость и разрывая сухожилия. Лицо врага скривилось от боли, а из груди вырвался крик.       – Еще раз: что вам нужно? – спросил Мадара, не обращая внимания на скулеж.       – А если подумать самому? – прошипел враг с усмешкой, возвращая взгляд на Учиху. Не дрогнув, Мадара сломал очередной палец, отчего тот вновь завопил. Тобирама косо посмотрел на Учиху, но ничего не сказал, лишь тряхнул врага несколько раз.       – Говори! – воскликнул Тобирама в нетерпении.       – Когда я верну способность активировать шаринган, тебе эти минуты покажутся лучшими в твоей жизни, обещаю, – грозно проговорил Мадара и, не дожидаясь ответа, вывернул из сустава следующий палец.       На перекошенном лице выступили слезы, а зубы врага сжались со слышимым скрежетом. Выждав меньше минуты, Мадара сломал очередной палец, уже уставая от упертости врага.       – У тебя есть еще вторая рука, – раздраженно проговорил Мадара. – И костей в теле хватает. Они ведь мне ни к чему – я и без них смогу проникнуть в твой разум и получить необходимую информацию.       – Войны всегда были и будут, за власть или территорию – неважно, – сквозь зубы заговорил мужчина, а в глазах его искрилась злоба. – Думаете, на такую большую страну, живущую в полном изобилии, никто не захочет напасть?       Враг усмехнулся, а Мадара тяжело вздохнул, после чего точечным ударом нанес удар в область шее, от которого мужчина в мгновении ока обмяк в руках Тобирамы. Младший Сенджу отбросил мужчину на землю и недовольно посмотрел на Мадару.       – Поговорим со вторым. – Мадара кивком указал на сидящего все это время молча мужчину. – С этим я потом закончу.       Тобирама скрестил руки и закатил глаза. Он явно был недоволен принятым Мадарой решением, но отчего-то промолчал. Переведя взгляд на врага, Мадара опустился на корточки и заглянул в глаза более молодого шиноби, чем его союзник. Мужчина вздрогнул, встретившись взглядом с Учихой, и поджал губы.       – Может, ты нам расскажешь что-нибудь? – спокойно проговорил Мадара. – Так как ты единственный из всех, кто в сознании, потерять его тебе я так быстро не позволю.       Губы мужчины нерешительно дрогнули, а взгляд забегал по телам союзников. В отличие от предыдущего, этот шиноби был явно напуган положением, в котором оказался. Мадара выжидал, пребывая в уверенности, что страх врага сделает основную работу и сломает его. Хоть сдерживаться Мадаре было непросто, он терпеливо ждал.       – Мне нечего сказать, – вдруг выпалил мужчина. – Ягамури уже ответил вам на вопрос!       – Хм, – Мадара удивленно поднял бровь. – Ты, должно быть, шутишь.       Мадара тяжело вздохнул, уставившись на мужчину. Тобирама опустился на колено возле него и заговорил:       – Почему тот сказал про Хашираму и Коноху?!       – Потому что все так и есть, – с ехидством проговорил мужчина. – Он вряд ли успел оправиться от газа, когда пришли за его головой.       – Что ты несешь! – рыкнул Тобирама и сжал кулаки.       – Вас должны были убрать здесь, его – там. После чего Страна Огня пала бы, потеряв своих предводителей, – с улыбкой проговорил мужчина. – Захватить ее не составит труда, а убрав дайме, другие страны разделят территории между собой.       – С кем вы в союзе? – свирепо проговорил Мадара.       – Угадай, – надменно ответил враг.       – Ах ты! – завопил Тобирама и замахнулся, но сдержался, и его рука повисла в воздухе.       – Тобирама, надо поговорить, – сказал Мадара вполголоса, развернувшись к Сенджу.       Тобирама посмотрел на Мадару и, бросив холодный взгляд на врага, встал, отходя подальше. Мадара направился следом и остановился возле мужчины, который явно плохо контролировал себя.       – Думаешь, они говорят правду? – гневно проговорил Тобирама. – Мы ведь не знаем, что с Хаширамой и Конохой сейчас!       – Подожди. – Мадара пытался собрать воедино мысли в голове. – Для начала я сомневаюсь, что с Хаширамой что-то случилось. Он даже под действием яда использовал чакру. Прошла уже пара дней, и он явно вернул былую силу, а, следовательно, мог остановить нападение.       Глаза Тобирамы сузились, и он уставился на Учиху, не скрывая волнения.       – Ты говоришь, что Хаширама в порядке. Хорошо, – не успокаивался Тобирама. – Но им слишком многое известно, что, если кто-то изнутри Конохи их поддерживает?       – Это меня тоже беспокоит, – медленно начал Мадара. – Они знали о наших передвижениях, иначе как смогли узнать, что Хаширама вообще был в Стране Водоворотов и уже вернулся в Коноху, – нервно проговорил Мадара. – После созыва лидеров кланов я попросил Кэтсу приглядывать за шиноби деревни. Я уже тогда об этом думал, но сомневался до этого момента.       – Ему удалось что-нибудь выяснить? – серьезно спросил Тобирама.       – Нет, но он должен продолжать слежку и сейчас. Вероятно, ситуация уже переменилась, – обеспокоенно произнес Мадара.       – Мы же не можем просто ждать! – вспылил Тобирама. – Проклятье, я даже не могу вернуться в Коноху и все проверить!       – Остается только помогать здесь, пока не вернется контроль над чакрой, – проговорил Мадара и бросил взгляд на пленных врагов позади себя. – От этих мы ничего не добьемся, по крайней мере, сейчас. Сам понимаешь. Лучше всего их забрать в деревню и отдать клану Учиха на допрос. Тобирама пристально посмотрел на Мадару.       – Гендзюцу, значит, – напряженно сказал Тобирама, не сводя с него взгляд.       – А ты знаешь другой способ получить от них информацию? – спросил Мадара и сдвинул брови.       – Клан Яманака может с этим справиться, – вдруг ответил Тобирама.       – Какая разница, кто этим займется? – непонимающе спросил Мадара. – Важен лишь результат.       – Мадара. – Голос Тобирамы звучал иначе, но Мадара не мог понять, что именно в нем переменилось. – Ваши глаза, клана Учиха… Они меняют вас, не стоит злоупотреблять их силой. Власть, которую они дают, поглощает.       – Ты переживаешь за меня? – Вздернув брови, Мадара удивленно посмотрел на Сенджу.       – Нет, но за тех, кто окружает тебя, – да, – твердо произнес Тобирама.       – Не стоит, я отдаю отчет своим действиям, а твои опасения – это простые предрассудки. И именно эти глаза помогут мне защитить близких и деревню, – непреклонно проговорил Мадара. – Сейчас надо помочь жителям и навести здесь порядок. Надеюсь, за это время контроль над чакрой восстановится, и ты вернешь нас в Коноху.