Часть 8

      Вечер опустился на город. Люди ехали с работы, мамочки гуляли с колясками, вокруг слышался смех детей и восклики подростков. Санджи заварила себе зеленый чай и села на диван. Телевизор был включен, проигрывая один плейлист за другим. Она вдохнула запах абрикоса с мятой и улыбнулась. — Ну как ты? — она вытянула ноги вперед. — Никто не предупреждал меня, что мне придется помимо медицины осваивать компьютерные технологии, — Ло вздохнул. — Голова кругом. — Можешь просто отдать свое место на обучение Чопперу.       Девушка замоталась сильнее в плед. Ее рука потянулась к пульту, и она зашла в секцию комментариев под плейлистом. Ло в это время, сгорбившись, изучал какой-то текст на экране ноутбука. Он то и дело делал пометки, вновь возвращал внимание к монитору, хмурился и зачеркивал то, что ранее написал. Таким парень был уже на протяжении часов: теперь Санджи поняла, как он смог стать врачом. С такой усидчивостью и горы были по колено этому хмурому человеку. — … Ты решила негатива набраться на ночь глядя? — Ло поднял взгляд от ноутбука. — Ммм? — Санджи повернулась к нему, и он взглядом показал на телевизор. — О нет, этот плейлист считают точкой остановки, тут совершенно другие комментарии.       Парень поднял бровь. Его очки съехали на переносицу: ну или он специально так оставил. Он упоминал, что в обычных очках очень трудно работать одновременно с ноутбуком и текстом, ведь в них стекло неоднородное, из-за чего поднятие глаз не работало, а шея от такой разминки уставала уже через пару минут. И было логично оставлять место для удобного обзора монитора.(но ей он будет доказывать, что у него хорошее зрение) — Иди сюда, — девушка пару раз хлопнула по месту рядом с собой. — Покажу.       Ло, без всякого лишнего торга, моментально перебрался на диван, забыв про учебу. Он прижался к Санджи, пока та начала листать вниз секцию комментариев. Его теплое дыхание раскачало пару прядей возле ее уха, но она не обратила на это внимание. — Вот мальчик делится тем, что сдал экзамен, к которому готовился, — быстро подметила девушка. — Но ему не с кем поделиться, вот он и пишет сюда. — Лузер он получается.       Она толкнула его в бок. Ло, явно еще читающий текст на телевизоре, поднял бровь: — Ну правда же. Единственный момент, когда ты ни с кем уже не можешь поделиться — это смерть. — Цыц, — шикнула Санджи. — Я хочу спокойный вечер без всей этой твоей хоррор стороны.       Она отпила чая, задумавшись над тем, что ей стоило добавить туда меда. Ну или хотя бы сахара. Ей очень хотелось сладкого, но вставать за ним желания не было. — О, а вот эта женщина наконец достроила свой сад! — неожиданно даже для себя воскликнула девушка. — Она часто делится новостями про него! —…Я правильно понимаю, что ты читаешь чужие истории вместо того, чтобы прожить свою?       Санджи улыбнулась: — Глупышка, нам не дано прожить все в этой жизни. Я не могу быть одновременно врачом и юристом. У меня нет столько времени. — А эти чертовы технологии могут… — Какие мы хмурые, — Санджи тыкнула пальцем между нахмуренных бровей парня. — Сам же на повышение квалификации пошел. И разве не ты первые два часа мне рассказывал, какие открытия в вашей области можно сделать с помощью них? — Я все еще в восторге, — признался Ло. — Но это не значит, что учить часами, как использовать функции и математические данные, было в моих планах. Я не для этого полжизни провел за изучением медицины.       Девушка подала ему кружку с чаем, после чего потрепала по волосам. Ло взглянул на нее: блеск его глаз напомнил ей звездное небо. У парня были удивительные глаза. Они меняли свой цвет от освещения и в лучах заката всегда соревновались с солнцем за то, кто больше похож на золото. А в такие моменты, когда ночь потихоньку атаковала улицы города, в его зрачках разливалась серость бушующего океана, что в своих глубинах таил секреты прошлого и истории смелых путешественников. — А вот этот парень недавно обручился, — произнесла в очередной раз она — Так зачем ты это читаешь? — уточнил еще раз Ло. — Помимо этого твоего «прожить все и сразу». — В нашем мире иногда так не хватает искренности. А тут люди снимают маски. Пишут жизнь без блеска и шика. — Признаешь, что твои соцсети плохо на тебя влияют? — Чуть-чуть.       Ло накинул на себя плед, отобрав край у Санджи. Его рука оказалась у нее на плече, пока другой он пытался удержать кружку. Девушка прижалась к нему ближе, и на минуту прикрыла глаза. Спокойная музыка убаюкивала. Великолепный запах чая расслаблял, а тепло парня дополнило все условия, чтобы быстро заснуть. — Надеюсь, настанет день, — заговорил Ло. — Когда ты выходные вместо своего телефона будешь проводить на улице или с друзьями. — А разве я не уже?       Она положила голову ему на плечо и листнула пультом вниз. Ей открылась новая секция комментариев, один грустнее другого. Ло же начал играть с ее прядкой возле глаза. Его пальцы то и дело мимолетно скользили ей по щеке, оставляя фантомные ощущения. — Почему твои руки вечно холодные, хотя остальное тело теплое? — спросила Санджи. — Последствия давней болезни, — Ло отпил чай. — Может тебе перчатки носить? — Первые годы обучения на хирурга приходилось. Преподаватель искренне считал что те, у кого холодные руки, не умеют хорошо оперировать.       Санджи фыркнула, но ее возмущение системой образования быстро закончились из-за вопроса парня: — …Откуда у меня такой чай? — Я купила. Он хорошо успокаивает и помогает памяти. — А занавески скоро купишь? — явно поиздевался он, но Санджи была уже слишком сонной, чтобы разобрать сарказм в его голосе. — Мама сказала, что на твои окна нужен обычный тюль. А гарнитур мешает подобрать что-то нейтральное.       Кухня у Ло была красивая, но бесполезная. Нет, для обычного человека она была супер, но Санджи шеф. Ей нужна была духовка, быстро греющая плита, куча шкафчиков, чтобы хранить утварь и посуду, и мойка в шаговой доступности. Ну и естественно холодильник с огромной морозилкой.       Раньше девушке приходилось слишком часто ездить домой ради духовки, но парень предложил привести ее к себе на время, чтобы они не прожигали лишний бензин. Идея оказалась хорошей, и так по чуть-чуть на кухню Ло начали перемещаться предметы Санджи. Конечно, когда она привезла тостер, парень даже сфотографировал его, чтобы отправить друзьям, и еще долго издевался(тостер в доме, где один человек на дух не переносит хлеб, да-да), но после предупреждения, что эта техника может очень скоро оказаться в его ванной, когда он моется, шутки прекратились.       Но даже так его кухня все еще казалась бесполезной в ее глазах. Ее мать ни раз смеялась с ее комментариев на этот счет и говорила, что все придет со временем. И кухня, и спальня, и детская, — про последнюю Санджи так и не поняла, почему пошла речь, — просто нужно дать всему месяцы, а то и годы. И тогда приставка «бесполезная» изменится на «удобная». — Уже с матерью подбираешь, — будто прочитав ее мысли, пробормотал Ло. — Когда мне кухню будешь менять? — Уже было в планах. Но моя профессиональная техника на твоей эстетичной кухне будет смотреться убого. — А тостер прям дополняет интерьер. — Цыц.       Она вновь уставилась на экран, пока парень с его вот этой вот противной ухмылкой отпил чай. — А эта женщина потеряла ребенка и уже года два не может прийти в себя, — тяжело вздохнула девушка. — Несчастья случаются. Порой нам ничего не остается, кроме как смириться и идти дальше, — его взгляд стал пустым, и он уставился на стену. — Ты никогда не оставляла здесь комментарии? — У меня был психолог, психиатр и, если не заметил, есть друзья. Мне есть кому жаловаться. — Но это не значит, что ты можешь полностью раскрыться им.       Ее искреннюю боль не видел никто. Она ее похоронила настолько глубоко внутри себя, что уже не знает, было ли то отчаяние ее или она его выдумала. Психиатр однажды предупреждал, что такое может случится: жертвы насилия нередко напрочь забывают все, что с ними случилось, чтобы не сойти с ума. Защитная реакция организма, которая часто работает у тех, кто подвергся пыткам. Он тогда еще подметил, что и насильник может забыть об этом и даже хуже: он может подумать, что все случившееся — дружеский жест, и считать тебя своим старым другом.       Эта фраза мелькнула в ее голове, когда она в последний раз виделась с братьями. Из них только средний понимал, почему все сложилось в их семье так, как сейчас. Его сестра упоминала, что с возрастом Ниджи сильно изменился и даже был шанс на то, что он мог попробовать наладить отношения с Санджи. Она не знала, могла ли она простить его(скорее всего больше да, чем нет, чертового ее доброе сердце), но он так и не предпринял попыток. Может быть, он не хотел мучить ее, а может ее сестре просто показалось.       Но факт был в том, что остальные два брата будто и не помнили все те ужасы, что пережила Санджи. Они продолжали шутить и издеваться в своей обычной манере, заставляя ее руки поддергиваться. Она их боялась. Она их будет продолжать бояться. И никогда не сможет это изменить. — Ты прав, — девушка с трудом выбралась из своих мыслей. — Но, видно, в минуты моей боли я не вспоминаю о таких местах.       Плейлист закончился и начался следующий. Комментарии сразу же закрылись, оставив на экране лишь картинку от музыки. Ло убрал свою кружку и произнес: — Хочу кофе. — Пей чай, — зевнула Санджи. — Скоро ночь. — Мне еще учить. — Завтра поучишь.       Она окончательно откинулась на него и накинула сверху плед. — Ты просто пригрелась, — почти прошептал Ло. — признай. — Может быть, — промурчала она.       Парень поцеловал ее в волосы. В последние месяцы он частенько это делал и в принципе был к ней намного ближе. И она не могла понять почему. Но девушка молчала, боясь спугнуть. Такие жесты были ей приятны: они грели что-то внутри ее грудной клетки. Был ли в них романтический подконтекст или это обычное проявление дружбы — этот вопрос Санджи оставила на время своих перекуров на работе. — Хочу оливок, начиненными креветками, — тихо произнес парень. — Странное желание после чая. — Они вкусные. — Лучше уже завтра купим.       Ло открыл телефон и нашел список продуктов. Он быстро добавил туда новую строчку. — Тебе еще рис купить надо, — подсказала она. — Мы же недавно мешок брали целый? — Был форс мажор, и я его захватила на работу. — Чего я еще не знаю про свой же дом?       Она улыбнулась, и сон стал слишком сильно ее атаковать. Глаза уже просто не могли держаться открытыми. Девушка боролась, но битва явно была проиграна. — Пойдем в спальню, — произнес Ло, вставая. — Ты уже все.       После исчезновения опоры Санджи просто завалилась на один бок. Она тут же натянула плед и подобрала ноги на диван. Из-за своей усталости девушка решила, что неплохо поспать сегодня здесь. — Не вынуждай меня нести тебя. — … Не хочу вставать… Я тут посплю…       Ло тяжело вздохнул, после чего она почувствовала руки у себя под телом. Легким движением он поднял ее в воздух — она всегда будет восхищаться тем, насколько простым действием для него это было — и понес из зала. Плейлист все еще играл, но Санджи находилась уже не в том состоянии, чтобы насладиться музыкой.       Она уснула на руках Ло еще до того, как он успел дойти до спальни.       Часы на белой стене показывали двенадцать. Пенгвин весело ушел на обед, пока Ло просматривал историю болезни следующего пациента. Операция была несложная, причем настолько, что он даже подумывал скинуть ее на Чоппера: пареньку как раз нужна практика. Пока он не решил, каким врачом будет, нужно пробовать все. Тем более когда в его наставниках такие хорошие профессионалы, которые могут позволить ему не просто читать учебники, а практиковать все вживую.       Ло почесал бородку и отложил листы в сторону. Его телефон завибрировал, привлекая к себе внимание. Это был не пейджер, а это значит, что дело не по работе и не срочное, но что-то заставило парня потянутся к нему. Экран блокировки сразу явил одну строчку, после которой Ло буквально вскочил со своего места. «Тут санджи»       Сердце парня упало. Зачем Санджи пришла в больницу? Или она не пришла, а ее привезли? Обычно девушка сообщала о всех своих планах и процедурах, но вот посещение врача там не было. Он вылетел из кабинета и осмотрел коридор. Удивительно, но прямо в конце его, возле одной из палат, стояла Сора. Такой удачи и совпадения парень не ожидал.       Он быстрым шагом подошел к ней. Мать Санджи была невероятно милой женщиной. Ее отец… Его испепеляющий взгляд попытался уничтожить Ло. Крутящийся на языке вопрос моментально вылетел у парня из головы.       Санджи там не было, и его сердце сделало несколько лишних ударов. — Ло! Какая приятная встреча! — Сора вся засветилась. — Добрый день, — как можно спокойнее произнес Ло. — Почему вы здесь? Что-то случилось? — Не твое дело.       Если бы Зефф мог воспламеняться, он бы сейчас горел. Его брови были вдвинуты вместе, а глаза отображали полное отвращение и неприятие парня. — Мой муж опять сломал свой протез, и сегодня мы пришли решить последние вопросы перед тем, как отправить схему на работу.       Ло выдохнул. Его пульс успокоился, а на душе стало легче. Дело не в Санджи. Может, это было эгоистично — радоваться за такое, но он не мог ничего с собой поделать. — Ло, а вы здесь работаете? — неожиданно спросила Сора. — Тогда как вы с Санджи познакомились? — В качалке, тебе ж баклажан говорила, — усмехнулся Зефф.       Женщина толкнула его локтем: — Да, говорила. Но что-то ни она, ни ты не упоминали, что наш Ло — врач. — И что с того?       Женщина накинула вуаль выше на плечи. Санджи предупреждала, что у ее матери слабое здоровое и она вечно мерзнет. Ло предлагал посмотреть ее и ее анализы, но аргумент того, что даже врачи бизнеса Гермы ничего не смогли сделать, убедил его не лезть не в свое дело.       Сора наклонилась прямо к уху мужа и начала шептать. Но увы, как бы она не старалась, Ло все еще мог разобрать слова: — Я думала, он один из этих неформалов безработных, что возле фонтана околачиваются. — И ты хотела свести нашу дочь с такой личностью? Ты совсем с дуба рухнула, женщина? — злым шепотом ответил Зефф.       Как он мог кричать, при этом разговаривая на предыхании? — Если вдруг не заметил, я совсем отчаялась. Или ты забыл, как мы лично распили с тобой ту бутылку коньяка, когда узнали, что она все же и по мальчикам тоже? — Я был бы доволен любым ее выбором, кроме него. И неважно, что там болтается между ног. И ты перегибаешь палку. Как сумасшедшая уже. — Как ты смеешь! Я не перегибаю, а просто мать, которую лишили четырех детей! Естественно, я скучаю по маленьким и хочу внуков. А ты сам помнишь ее риторику к девушкам! Для нее одна мысль страдания другой мадам от беременности неприемлема. Поэтому молчать! Иначе я тебя сейчас побью! — Да лучше б она с этим ее лоботрясом сошлась, чем с этим! — Ты про Луффи или Зоро? — Еще я их имен не запоминал! Тот, веснушчатый. — От того я бы еще года три внуков ждала…       Их «тихая» перепалка закончилась. Сора поправила волосы и вновь лучезарно улыбнулась. Они с Санджи были очень похожи: последняя будто маленькая копия своей матери. Если их сфотографировать и выставить две картинки вместе, то можно будет просто сказать, что к фото применили фильтр, и люди поверят. Ло стало интересно, были ли остальные родственники девушки похожи на нее. Если бы парень увидел ее сестру, смог бы он увидеть разницу до того, как она бы открыла рот? — А не хотите к нам на ужин? — Сора улыбнулась, прикрывая глаза. — Нет, не хочет, — ответил Зефф. — А я спрашиваю, — ее голос стал строже. — Не хочет ли молодой человек с нормальной работой поужинать с нашей двадцати четырех летней дочерью, что из-за работы твоей ни отношений не имела, ни достойного партнера за все эти годы! — Ей всего двадцать пять, еще найдет…       Двадцать четыре. Ей двадцать четыре, а не пять, но Ло промолчал.       Сора схватила своего мужа за ухо, потянула его вниз и с милой улыбкой продолжила: — У нас будет лазанья.       В этот раз Зефф остался тих. Видно, он знал, когда предел его полномочий и когда он может еще спорить с Сорой до активирования режима берсерка. Ло бы тоже хотел такую способность, ведь в последний раз из-за перепалки его чуть было и вправду не удушила его же подушкой на его же диване его же девушка. Конечно, потом она в извинение приготовила ему вкусный ужин(у нее был пунктик на этот счет. Девушка часто чувствовала вину за свои поступки. Парень не удивился бы, если бы она даже приготовила пир для своих врагов, после того, как подралась с ними). Но факт того, что он все еще не знал, где эта красная линия, был очевиден.       Парня смутил один момент. Почему Сора, человек, с которым Санджи делится буквально всем и всегда, говорит о нем так, будто он не парень, а только претендент на это место? Зерно сомнения забралось в его сердце. — А Санджи ничего вам не рассказывала? — решил спросить он.       И возможно, ему следовало выбрать другую формулировку. Сора удивилась, а глаза Зеффа сузились. Они выглядели как свидетели страшного дтп, в котором погибли люди. Ло про себя выругался — Она много чего скрывает… — призналась мать. — Тогда я не имею права рассказывать, — решил исправить свою же ошибку парень.       И естественно сделал все еще хуже. Зефф так-то уж слишком странно на него взглянул, пока Сора прикрыла рот рукой. Их взволнованность можно было прочитать по глазам. — Можешь с нами поделиться. Обещаю не рассказывать баклажанчику, — Сора вновь пихнула Зеффа под бок. — Клянись, что не расскажешь дочери. — Клянусь — Нам можно доверять       Им нельзя доверять. Ло уже представил, как Санджи четвертует его за то, что это не она поделилась новостью с родителями, а он. — Если это ребенок, — зло заговорил Зефф. — То лучше нас предупредить заранее. — Хоть бы ребенок. — Пока не ребенок, — спокойно ответил Ло и вздохнул. — О чем разговор?       Голос девушки был достаточно звонким, чтобы привлечь их внимание. Санджи пришла с Марко, который явно был до этого на обеде: его глаза всегда слипались после приема пищи. Привычка, которую он перенял от Эйса. Но если последний не контролировал себя и мог заснуть прямо за столом, причем лицом в тарелке, то Марко мог дотерпеть до своего кабинета, где позволял себе минут десять быстрого сна. — Ло, ты в комплекте с Санджи идешь или почему я вас вечно двоих вижу? — поиздевался врач. — Здравствуйте, миссис и мистер Рэдлег. — Я вышел на минутку, — ответил Ло. — И это уже преступление? — Для тебя — обычно исключение, любитель запереться в кабинете.       Марко открыл папку и быстро прошелся по ней глазами: — С такими анализами хоть в космос летать. Или завести еще одного ребенка, что не положит свой глаз на Трафальгара. Но мне нужно еще кое-что проверить в своем кабинете. Подождете там? И Ло? Брысь       Названый парень закатил глаза, но был согласен с Марко. Он выскочил бездумно из-за своих переживаний, а раз с Санджи все хорошо, его миссия здесь закончена. Девушка даже выглядела сегодня лучше, чем обычно, поэтому ему не было смысла долго оставаться. Он отсалютировал семейке и развернулся, думая, скинуть ли все же на Чоппера операцию или провести самому. — Санджи, солнышко, ничего не хочешь рассказать? — обратилась к своей дочери Сора. — С чего вдруг? — удивилась девушка. — Да так. Просто Ло сорвался сюда перед операцией только ради тебя на глазах твоих родителей, — посмеялся Марко. — У них явно легкое наитие. — Волновался, наверное. Я не могу читать его мысли.       Все трое посмотрели на Санджи. Она подняла бровь. — Ладно, — разрушил тишину Марко. — Спрошу у Иккаку, когда она труп разделает. Так быстрее будет.       Сора осторожненько похлопала врача по плечу, призывая наклониться к ней: — А можете потом написать нам? А то эти двое вечно темнят.       Врач прыснул от смеха и покачал головой. Он поманил рукой их за собой и спокойным шагом повел до кабинета. Там же ее отец с матерью присели на кушетку, пока Санджи смотрела на новый протез. Прошлый был сломал в драке, и этот решили сделать покрепче.       Ее телефон завибрировал. Это был Ло, который спросил, нужна ли поездка обратно. Ну кто откажется? Единственное, он попросил подождать в кафе час-два, пока операция не закончится.       Из-за состояния Зеффа, он не мог приехать на машине, а свою ласточку(или детку, или работницу — прозвище зависело от его настроения) мужчина не доверяет никому, кроме себя родного. Больше авто у них не было, а цены на такси стали не просто бешеными — они за эти монеты и вправду могли посидеть в ресторане втроем и наесться, а еще сверху нужно было доплатить около тысячи, чтобы доехать до дома. — Ло предложил довести нас, но только после операции, — обратилась Санджи к родителям. — Нужно подождать часок- другой в кафе — Он в тебя, как клещ вцепился, — сказал Марко, поднимая взгляд от компьютера. — А судя по записи к маммологу, он не только кровь сосет. — Он просто, как и Чоппер, слишком печется о моем здоровье. Не приписывай лишнего.       Марко запустил какой-то документ в печать, и на весь кабинет раздалось жжужание принтера. — Если я правильно помню, — начал он, пока одна рука потянулась к еще не до конца распечатанному листу, — То с твоей ситуацией по-женски даже твой личный гинеколог должен каждый месяц уточнять что и как. Поэтому нет ничего странного в их поведении. — Врачебной тайны вообще не существует? — зло уточнила она. — Не с Ло. Он рассуждал, что делать, если первым же заходом будет четыре ребенка. В медицинском не готовили к тому, как одновременно брать ответственность за столько жизней в неоперационное время. — Странный он порой… Сам рассказывал, что может одновременно хоть десять пациентов вести…       Марко вздохнул и взял ручку. Он начал обводить какие-то слова и цифры, делая пометки. Сора подсела ближе(только благодаря ее терпению Зефф не забывал о приеме таблеток и рекомендациях врача. На самом деле шеф мог даже и не появляться в больнице, ведь за него все все равно запоминала его жена). — Предупредите его в следующий раз, — тихо начала она. — Что родители готовы хоть всех сразу себе забрать на временное воспитание. — А второго родителя предупредили? — возмущенно поинтересовался Зефф. — А второй не имеет право голоса в этом вопросе! — Неудивительно, — вздохнул Марко. — Что он так переживал… Нужно пропить курс вот этого лекарства, чтобы немного снизить холестерин и попытаться отказаться от жирного. Знаю, что просить такое от шефа глупо, но может все же получится. И через неделю приходите на первую пробу протеза. — Спасибо большое, — засияла Сора. — Ну и кафе ближайшее через квартал. Можете сесть там, пока наш горе-любовник работает.       Санджи закрыла глаза на многочисленные подколы от людей вокруг сегодня. Они дошли до кафе и спокойно сели там. Из-за рекомендаций Марко, ее отец ел салат и запеченную рыбу, пока они с матерью, за беседой, уплетали пиццу.       Звонок раздался неожиданно: время, проведенное с семьей у Санджи всегда пролетало быстро. Они оплатили счет и вышли на улицу, где их уже ждал Ло. Когда девушка двинулась в сторону его авто, ее мама схватила ее за руку и попросила не дурить. На этом моменте она и вспомнила, что не показывала машину Ло родителям. Их шок от этой новости был неописуемый.       Санджи села вперед, пока мать и отцом осторожно залезли на задние сидения. Она пристегнулась и сразу настроила кондиционер для родителей: они привыкли к морскому бризу и им всегда было жарко. Поэтому она и старалась сделать температуру как можно холоднее. — А ты тут уже, как своя, я посмотрю, — усмехнулся Зефф, скрестив руки на груди. — Молчи, старик! — прикрикнула она.       Но он был прав. Девушка слишком часто была в этой машине и уже знала, как и что настраивается. — Я помню только дорогу до моста. Вбей в навигатор адрес, — попросил Ло, поворачивая руль. — Надеюсь, вам понравится наше такси. — Ой, и ты помолчи, такси, — цокнула она, открывая монитор на панели. — Как прошла операция? — Легко, как и ожидалось. Долго думал, отдавать ее Чопперу или нет, и в итоге прогадал. Может быть, он бы после нее выбрал хирургию. — Как вообще у Чоппера обучение проходит? Я совершенно не понимаю вашу систему.       Светофор загорелся красным. Санджи вздохнула и полезла в телефон, но перед этим посмотрела в зеркало на родителей. Сора светилась. Черт. Обычно у нее такое выражение перед началом долгого расспроса. — У вас такая хорошая машина, — начала она. — Дорого обошлась?       Эта женщина прощупывала почву. Все же воспитание из аристократической семьи дало свои плоды. Санджи сразу видела эти уловки, но люди вокруг нередко не замечали их за разговором. — Скоро полностью выплачу, — ответил Ло, не отвлекаясь от дороги. — И где же вы ее храните? — продолжила Сора. — Санджи не упоминала о гараже на вашем съемном доме. — Съемном?       Санджи сразу показала крест руками Ло. Он поднял бровь и решил промолчать. Девушка же почувствовала взгляд матери на себе. Она специально говорила, что у парня не свои апартаменты, чтобы Сора прекратила попытки переселить дочь к нему. И теперь, видно, ее голову положат на плаху, когда они доедут домой. — Да. Она сказала, что из-за кредитов на обучение вы не можете себе позволить еще один, — Сора мягко улыбнулась.       Санджи такого не говорила. Эта была провокация. И черт побери, Ло точно на нее поведется. В некоторых моментах он напоминал ей отца: дай ему спичку и он вспылит так, что тушить придется часами. Она упоминала об этом матери и та воспользовалась этой информацией сполна. Истинная интригантка. — В сотый раз повторяю, если вдруг ты опять забыла, что кроме кредита на машину, все остальные я выплатил, — зло ответил Ло, боком смотря на Санджи. — Даже за учебу? — «удивилась» Сора. — Особенно за учебу. У нас уже несколько поколений врачей, и нашей семье шли хорошие проценты на кредитование. Наша фамилия поднимает престиж заведения и, естественно, они готовы ущемиться ради него.       Так вот почему при поиске Трафальгара ей выдался университет. Теперь все стало на свои места. — Доченька, что же ты тогда нам врала? — вздохнула Сора.       И почему она все еще не актриса?       Навигатор попросил повернуть налево. Они были уже не так уж и далеко от дома. Поэтому Санджи решила просто проигнорировать свою слишком добро улыбающуюся мать. Отец тоже молчал, и тишина стала неловкой. Ло иногда бросал на нее быстрый взгляд, но с ним она поговорит вечером.       Когда машина остановилась возле их дома, Санджи выдохнула. — Ты домой потом или ко мне? — спросил парень, паркуясь. — А у тебя есть еда дома? — уточнила она.       Девушка не успела оценить степень опустошенности холодильника, когда спешила на работу с утра. — Не знаю. Если ты готовила, то может быть, — Ло заглушил двигатель. — Можем заказать доставку. — Нам в любом случае нужно в магазин. У тебя процентов тысяча закончилось масло и чечевица. — Может без нее этот месяц? — Чтобы я опять набрала? Ага, мечтай.       Санджи отстегнула ремень. Ее родители уже вышли из машины и ждали снаружи. — Тогда уговор такой — ты заедешь после работы, — произнесла Санджи.       Ло кивнул и поманил ее пальцем. Она подняла бровь и приблизилась, лишь ради того, чтобы поцелуй лег ей на губы. Она быстро заалела, уставившись на Трафальгара, а тот с улыбкой произнес: — Я тогда позвоню.       Санджи в трансе вышла из машины и сделала вдох-выдох, постараясь успокоиться. Будь проклят этот Ло, что вытворяет все, что ему вздумается. Она устроит дома ему разборку за это.        Девушка повернулась к родителям и встретила интересную картину: ее мать, прижимая ладонь ко лбу, упала на руки отцу, который пытался привести ее в чувства. На секунду Санджи показалось, что она в каком-то сериале и сейчас из-за кустов выскочат люди с криком «Вас снимает скрытая камера». — Что случилось? — уточнила Санджи. — Вы с ней одни книги и сериалы смотрите, — цокнул Зефф. — будто не знаешь. — Не груби и ответь нормально!       Ее мама, хватаясь за плечи мужа, выпрямилась и будто вспорхнула до нее. Отец был прав в одном моменте: ее всепоглощающая любовь и романтика шла именно от Соры. Нередко они с ней вместе засматривались на розы или красивый закат; книги, что читались по ночам под одеялом, переходили от матери к дочери и наоборот. Глаза сердечки выдавали их и заставляли Зеффа смеяться каждый раз. — Доченька, это великолепный выбор! — плачуще произнесла Сора. — Самый ужасный, — пробурчал Зефф. — Даже Марко подметил. — Мы тебя поддержим! — Ни за что! — И будем любить вашу еще маленькую семью! — Понятия не имею, о чем ты, — спокойно произнесла уставшая Санджи. — И скорее всего мне лучше не знать. Идем скорее в дом, а то холодает.       Она сделала вперед два шага, как ее мать притянула ее в объятия, хохоча: — Если что, ты не переживай насчет будущего обеспечения. У нас достаточно денег, чтобы поднять с колен хоть шестерых! — Мама! — Боже, я живу в дурдоме, — пожаловался Зефф.       Он, хромая, подошел к двери и наконец отворил ее. Сора залетела внутрь, обещая открыть бутылочку какого-то вина. Зефф, улыбаясь, покачал головой и тоже зашел, оставляя обескураженную дочь одну на улице.       Санджи любила такие вечера.       Ло приходил с особо хорошим настроением: то ли операций провел больше, чем планировал, то ли была одна такая, что по сложности перекрывала все предыдущие. Они ели, шли смотреть сериал(если это про врачей, Ло нередко делал пометки, посмотреть то или иное заболевание), а потом на парня что-то находило, и он начинал целовать ее шею. Была ли она, одинокая свободная девушка, против? Нет. Спросите еще раз и ответ не изменится       Потом его рука обычно ныряла ей под футболку, сжимая лифчик. Из раза в раз он зло цокал, явно надеясь найти там что-то другое, после чего звучал смех Санджи. Она сама избавлялась от верха, позволяя парню продолжить.       В такие моменты нужно, чтобы сериал был неинтересным, ведь нередко они замирали, смотря в экран. Были даже моменты, когда Ло просто ложился на ее голую грудь, и они продолжали смотреть так до конца серии.       Ло не был прям фанатом ее бюста, но и никогда ничего не высказывал против него. С врачами все оказалось намного проще, ведь если что и прилетало ей по поводу ее груди, то только приказ сходить к маммологу и проверить какую-то там ассиметрию. Шутки про увеличение он всегда у нее осуждал, даже когда ее размеры ушли из-за неправильной диеты — она тогда психанула и решила рискнуть. Риск стоил того, ведь пять килограмм улетели, но зато появились истерики и перепады настроения. Тогда же Ло и догадался об ее испытании, чуть не переломав ей ноги от злости.       Санджи и сама бы так поступила с тем, кто решил бы практиковать такую диету — но это же она сама, значит, можно потерпеть. Стоило ей произнести это, и за такие мысли она оказалась у Сяти, чьи брови не опускались все то время, что он читал ее историю болезни.       Ло обычно долго находился на стадии обниманий и оставления засосов. Оказалось, что он тот еще мягкий мальчик, которому требовалась ласка. Стоило ей погладить его волосы, и он как котенок зарывался в область между шееей и плечом. Обнять, и парень, тяжело выдыхая, ложился сверху. Пройтись ногтями по спине — он сразу кусал.       О нем вообще нельзя было такое сказать в обычной жизни. Даже впечатление такое не складывалось. Если бы она не знала, девушка бы посчитала шуткой информацию о том, что Ло, как ребенок, мог заснуть у нее на коленях, пока она одной рукой гладила его волосы, а другой держала телефон. Или что он будет выпрашивать объятия.       Ло был жуть тяжелым. Его вес пугал Санджи, ведь она представляла людей с такими цифрами совершенно в другой комплекции. Она даже решила узнать, сколько весил Зоро, и его цифры обычно она видела в шоу «я худею». Зато Луффи удивил всех своими 85 кг. Санджи даже перепроверила весы, ведь этого просто быть не может. Но она отвлеклась.       Если они не меняли позицию, ее ноги начинали болеть через полчаса. Поэтому она старалась как можно быстрее перевернуть его, заранее стянув его домашнюю футболку — она и выбрасывала ее, и стирала, и покупала новые, но почему-то только этот кусок ткани был вечно на Ло дома. На нем уже дырки виднелись сзади, пятна въелись в нити, но из раза в раз только его величество старая футболка. Она застала подростка Ло и лет десять уж точно отжила: пора бы ей и на покой, но нет. За нее была битва, и Санджи просто решила не лезть.       Стоило парню оказаться снизу, как нос девушки подводил. Каждый раз. Настолько часто, что Ло просто тянулся к салфеткам на столике, что были куплены специально для этого. И пока Санджи опять краснела от своей особенности, он приподнимался и продолжал свои ласки.       Главная стадия начиналась тогда, когда у одного из них кончалось терпение. Обычно это был парень, что из нежного и мягкого превращался в минуту резкого и грубого. Контраст потрясающий, особенно учитывая то, что ровно после кульминации он становился еще более зависимый и добрым.       Санджи в тот момент часто уже была полусонной. Она не хотела идти в ванну и иногда засыпала прямо так. Помимо этого девушка хотела спросить, значило ли это хоть что-то для них, но каждый раз боялась, что от этого вопроса Ло разочаруется или испугается и все прекратится.       Порой она думала о совершенно другом: в те дни они забывали про защиту и нехило так рисковали. И ей было интересно: если все пойдет не по тому сценарию, возьмет ли Ло ответственность? Конечно возьмет. У него не было, во-первых, выбора, ведь окружение девушки быстро поставит его на место, а во-вторых, Ло в принципе был таким человеком, что не уйдет за хлебом( и дело не в том, что он не любит мучное)       Иногда она даже хотела, чтобы все пошло по тому сценарию. Тогда ей бы не пришлось гадать, кто они друг другу. Конечно, заводить детей в свои двадцать четыре можно было назвать ошибкой молодости в их время, но Ло ведь почти тридцать, и для него наоборот уже подходил возраст, когда начинают более настойчиво спрашивать про маленьких.       Дети… Почему в жизни все сводится к двум вещам: дети и работа. Она встряхнула головой и начала пальцем выводить узор тату на голой груди Ло. Тот уже заснул, позволяя девушке делать с ним все, что она захочет. Она была уверена, что в его-то голове не было столько мыслей. Почему-то у мужчин все было намного проще.       Санджи вздохнула и прикрыла глаза.       Это чувство длилось уже неделю. Разъедало ее. Просто сегодняшний день стал триггером.       Когда она опять не смогла поднять вес, когда вместо минуса весы показали плюс. Когда красотка неписанной красоты заговорила с Ло. И он отвечал ей с улыбкой и даже смеялся. Когда все вокруг стало напоминать ей о том, насколько на самом деле она никчемна и бесполезна.       Она бы хотела все списать на усталость или на ревность, на которую она не имела право. Но это чувство копилось в ней слишком долго, чтобы его спутать с чем-то таким.       Девушка нередко думала о том, была бы она по настоящему нужна людям, если бы они вдруг поняли, кто Санджи на самом деле и насколько слаба. Но она знала правду. Ее не любили с телом, что на пару килограмм больше обычного. Ее не хвалили, когда ноги стирались от бесконечной работы в кровь, а руки уже тряслись от переработки. Ей не гордились, когда она достигала высот, что были для нее невероятно далеки.       Она нарисовала себя, сделала и поверила, что это — она и есть. Что она будет любима, только если будет вечно улыбаться, что ее не будут дразнить, если она будет груба на язык. Что ее будут уважать, если она никогда не сломается.       Но Санджи же тоже чертов человек. Ей тоже хотелось быть порой слабой. Такой, какая она на самом деле. Той, что вечерами прячется на балконе, куря и сжимая свои волосы так, что они почти выдергивались. Той, что молча стояла в стороне и ждала, пока все закончится. Той, что до дрожи в ногах боялась своей семьи и знала, что никогда не сможет их победить.       Ей тоже хотелось, чтобы ее любили за то, что она просто существует. Как Виви любит Нами, несмотря ни на что. Они ссорятся, мирятся, спорят, скучают, надоедают, веселятся и так далее, далее, далее. Но они нужны друг другу такими, какие они есть, без всяких нарисованных деталей. Виви не уйдет от Нами, если та потолстеет, Нами не сбежит от Виви, если та откажется от своей ответственности за управлением области.       Санджи хотелось, чтобы ее просто любили и уважали. Ее, а не ее образ.       Но она знала, что в реальном мире такого не бывает.       Это нарисованная ложь из программ и книг. В настоящем ты никому не нужен, если не приносишь пользы.       Поэтому она, стиснув зубы, опускала глаза. Девушка отступала на один шаг назад, чтобы оказаться в тени. Там ей и место. Всегда было.       Ни одна ее влюбленность не доходила до конца. Ни одно проявление этих волшебных чувств не привели ее к хэппи энду. Максимум к постели и последующим дням более активного курения. Люди не любили ее, а любили ее сильный образ.       Порой ей казалось, что даже Луффи больше нравится не она сама, а то, что она из себя нарисовала. А паренек любил всех.       Она взяла пятую сигарету подряд. Девушка знала, что не должна была так курить. Но она больше не могла. Ей нужен час, чтобы выпустить своих демонов. Чтобы они побили ее тело, изранили душу, а потом исчезли. Чтобы она могла прожить так еще месяц прежде, чем они вернутся.       Зазвонил телефон. Санджи мокрыми глазами посмотрела на дисплей и выключила его, не задумываясь. Пока это не отец или мать, она не хочет ни с кем говорить. Поэтому девушка быстро перевела режим телефона в «не беспокоить» и продолжила курить.       Погасли фонари. Это была очередная сигарета. Она сбилась со счета. Слезы текли рекой, но Санджи их не замечала. Она не могла сказать, сколько часов уже сидит так. В этом прелести взрослой жизни: ты можешь провести в истерике хоть несколько дней и никто об этом не узнает. И никто не будет волноваться и беспокоиться о тебе.       На небе мигали звезды. В окнах напротив гас свет. Санджи нужно было лечь спать еще час назад, но она позволила себе эту маленькую шалость. У нее нет сил сопротивляться самой себе. Не в такой день.       Пачка закончилась. Девушка вздохнула и пошла на кухню. Голова сразу же закружилась, но ей не привыкать. Она выпила воды, достала еще одну пачку, но так и не решилась открыть ее.       Санджи плюхнулась в кровать с телефоном в руке. Она сняла ограничение и на нее вывалился поток сообщений. В беседе Луффи и Зоро решали, какой алкоголь лучше, мама отправила ей открытку, а отец попросил прийти пораньше. Черт, ей нет смысла ложиться спать.       А еще было несколько пропущенных от Ло. Она открыла их переписку и уставилась стеклянными глазами на сообщения.       Парень спрашивал ее о рецепте того супа(она забыла, что обещала ему скинуть его), после чего уточнил, дома ли она. Следом шло сообщение о том, не заснула ли Санджи. А последнее было предупреждение, что если она не ответит ему до семи утра, он начнет звонить по моргам и друзьям.       Она напечатала, что весь день валилась с ног и заснула. Ей было легче соврать, чем поделиться проблемой. Ло и так стал ее вечной подушкой для слез. Она взвалила на него слишком много.       Он должен найти себе хорошую девушку, подумала Санджи. Красивую, добрую, что подходит ему. Которая не будет валиться каждый вечер с ног от усталости, у которой не будет проблем с внешностью, которая не будет впадать в апатию. Ту, что не будет такой, как Санджи.       Ло заслуживал лучшего. Правда. Он был великолепным парнем и у него точно должны быть хорошие отношения. И Санджи всем сердцем желала ему лучшего. Даже если это лучшее не включало ее. Даже если это ранило так глубоко, что у нее вновь наворачивались слезы.       Она нажала на иконку богом забытого приложения для знакомств, подождала, пока оно обновится, и открыла свой старый профиль. Просматривая фото девушек, она еще раз убедилась, что на земле ходят леди, достойные Ло. Они были успешные, красивые, улыбались так, что в груди теплело. Они были в сотни раз лучше Санджи. В тысячи раз.       Она прикрыла глаза: как же несправедливо. Тот, кто постоянно в ее голове, кто стал лучшим другом, кто смог показать ей, что он достойная опора, по правде никогда не достанется ей. Ло был лучше нее, всегда привлекал внимание, являлся одним из лучших хирургов, имел огромную компанию… Его часто обсуждали девушки, его часто хотели, ему точно дадут шанс. И он им тоже. Ло был как яркая звезда, как капитан корабля, как настоящий ангел. Он достоин лучшего. И это лучшее увы не она.        Санджи привыкла к несправедливости. Просто поплачет, соберет силы в кулак и будет жить, будто бы и не существовало ее эмоций. Будто бы все намеки друзей не ранили ее сердце каждый раз. Она же не глупая, уже взрослая, и не заметить их подколы было трудно. А еще очень больно. Ведь правда всегда была перед ее глазами.       Она выключила телефон. В мире все было как и прежде. Тех, кого хотели в нем, получают все. А она, которую с детства называли самой большой ошибкой, ей и оказалась. Столько лет девушка держалась на плаву, пытаясь забыть эти слова. Сколько раз Зефф и Сора говорили, что Винсмок последняя собака, сколько психологи и психиатры ее обследовали. А она все такая же, запертая в клетке.       Будто вокруг нее невидимые прутья, которые она не может сломать, даже разбивая руки в кровь.       Девушка закрыла глаза и представила на миг, что Ло все же хочет быть с ней. Как он помогает выбирать вино на ужин, смеется с ее не самых удачных шуток, позволяет ей просто лечь отдыхать после тяжелой смены — был такой же, как и сейчас, но в его сердце был тот самый огонек, что горел ради нее.       Многие намекают, что у него есть чувства, но они смотрят со стороны. Санджи же знала Ло и видела, что это просто его стиль жизни. Он кажется грубым язвой и так далее, но на самом деле он очень заботливый и верный. Он тоже раненный жизнью ребенок, которому приходится прятать свою доброту за иголками, чтобы его не обидели. А когда пригладишь, становится податливый, как кот.       К тому же та ночь хорошо подвела линию. Ло не хотел ее как девушку. Может она его и могла возбудить его, благодаря чему у них и были «хорошие вечера», но это не значит, что у него есть чувства. А у нее к нему есть. И это больно.       Может, ей стоит поискать кого-то, кто сможет избавить ее от боли? Хотя после Ло она не уверена, что сможет найти хоть кого-то хотя бы на процент такого же хорошего, как он. Кто готов всегда ей помочь, кто не против ее взрывного характера, кто будет пропускать мимо глаз ее неописуемую любовь к девушкам. Таких парней просто больше не существует. И ей суждено быть одной.       Как Винсмоук и говорил. Все сбывается.       И от этого было втройне больнее.