Проводник

Автор: jullkelller

«From far away Stays for a day Never a frown With golden brown».

В стенах церкви всегда было холодно. Но в эту ночь — ноябрьскую, влажную, ветряную — холод казался особенно пронизывающим. Джиневра стояла на коленях напротив кафедры, склонив голову и закрыв глаза. Она молчала, почти не дышала, лишь каждой клеточкой тела отчаянно желала ощутить тепло редких, но ярко горящих свечей. И вдруг — шаги. Джинни знала: он приближался быстро. И всё же в её сознании отзвук каблуков растягивался в целую вечность. В какой-то момент ей стало ещё холоднее, словно лёгкое дуновение ветерка тронуло кожу. Ветер? В помещении? Какая нелепость. Осознание пришло лишь тогда, когда она приоткрыла глаза — свечи погасли. И шаги стихли. Если бы церковь не была столь тёмной, Джинни наверняка различила бы тень, нависшую над ней. Мужчина уверенно остановился между нею и кафедрой. Ледяные пальцы легко коснулись её подбородка, приподнимая лицо, заставляя смотреть прямо в глаза. — Я поощряю твои молитвы, Джиневра, — страшно спокойный, глубокий баритон разрезал тишину, — Но разве я не говорил о твоих волосах? Они должны быть заплетены в косу или хотя бы связаны. Её челюсть напряглась. Скрип зубов прорезал короткую паузу между ними. — Отец Гонт, я… — она глубоко вдохнула носом, будто давая себе лишнюю секунду, чтобы подобрать слова. — Просто… другие прихожане и монашки встревожены из-за моих провалов в памяти. Я… — Тшш… — рука Тома соскользнула с её подбородка и мягко легла на макушку. Он гладил медленно, почти успокаивающе, но каждое движение заставляло Джинни замирать, задерживать дыхание. — Мы плохо к тебе отнеслись? — спросил он жёстко. — Нет. Нет-нет. Я благодарна, что вы приняли меня, благодарна, что открыли мне путь к Богу, но… Голос сорвался на середине фразы, превратившись в хрип. Отец Гонт наклонился ближе, всматриваясь в её лицо с тревожным, мрачным интересом. Что-то в нём пугало её до дрожи, но она не могла понять, что именно. — Но? — тихо подсказал он. — Какие могут быть "но", Джиневра? Мы дали тебе кров, пищу, тёплую постель. Его рука медленно сползала с её головы к лицу. Остановилась на линии челюсти — почти у горла. — Ты жива. Ты здорова. Я чувствую, как горячая кровь пульсирует по твоим жилам, — голос Гонта звучал так, будто он пытался её убаюкать. — Одно моё движение — и я могу свернуть эту прекрасную шею. — он чуть сильнее надавил, и голова Джинни рефлекторно наклонилась набок. Она задрожала. И, чтобы хоть как-то скрыть это, незаметно вцепилась кулаками в подолы своего платья. — Но вы говорили, что отнять чью-то жизнь — греховно, — тихо выдохнула Уизли. — Говорил. И от своих слов не отказываюсь, — он выпрямился. Но рука на её лице так и осталась, а давление пальцев усилилось. — Но не для меня. Дело в том, что я — мост между тобой и Богом. — М-мост? — едва слышно повторила она. — Именно. Через меня ты можешь говорить с ним, — Том слегка усмехнулся и резко отпустил её. — Я спас тебя. Я вернул тебе жизнь. И если будет на то воля Божья — я вправе её забрать. Он резко дёрнул руку к своей шее. Одним движением вытащил белый воротничок, а затем стал расстёгивать верхние пуговицы рясы. — Ты должна учиться. Ты должна делать всё, что я скажу, — его голос приобрёл торжественный, почти проповеднический оттенок. — Такова цена твоей жизни. Такова… благодарность. Джинни увидела, как обнажилась часть его груди. Она резко зажмурилась и сосредоточилась лишь на одном... как холодно в церкви. Всё ещё холодно.