Март 1913

"Если остальные красные и черные, мне нет места среди них. Я пустой и белоснежный лист бумаги. Их цвета слишком ничтожны для меня...." 11 марта 1913 года В приюте уже был отбой. Десять вечера. Взгляд темно-серых глаз был обращен на усеянное, редкой россыпью звёзд, небо. Мысли были заняты разными, порой глупыми вещами. О смысле жизни, о войне, обо всём что только можно. Недавно остальные сироты начали ненавидеть и Грету. Просто за то что она общается с «отродьем». Ребята считали что эти двое встречаются. Бред. Яков всегда считал Грету за близкую подругу. О романтике у него и мысли не было. Глупцы. Все остальные настоящие глупцы. Несут бред и будто не понимают, что не его вина это. Хотя ему может и вообще было лучше не рождаться. Кому в этом мире нужно отродье? Почувствовав злость от собственных мыслей Яков сжал кулаки и прикусил губу. Нужно было бежать из этого гиблого места. Пока не поздно. Нужно идти и просить о разрешении вступления в отряд миротворцев. Придя в холодную и хилую комнатку Яков накрылся с головой одеялом. Муторные сны мучали его почти всю ночь, плохое ощущение не покидало, и слезы глаз его тоже. На следующий день. Утро и мерзкий голос дьякона. Всё как по кругу. Каждый день одно и тоже. С трудом распахнув уставшие глаза на опухшем лице, Яков почувствовал тошноту и боль во всем теле. Что же это... Он со всех сил пробовал встать, но это было тяжелее, чем хотелось. —Михельсон! Подъем отродье! Грязную работу за тебя делать никто не будет! С хрупкого, слабого тела стянули одеяло. «Отродью» хотелось сказать что он не может, но из горла вырвалось только хриплое дыхание. По обследованию врача, ему сказали попить травок и отлежаться. Опять на ужине что то в еду подсыпали...ожидаемо. Теперь страшно есть за общим столом. Но выбор знаете ли, не велик. Либо от голода сдохнуть, либо... [смириться] 24 марта 1913 года —И ты правда пойдешь туда? Ты думаешь...Тебя возьмут? Происхождением не вышел, силой тоже. Да и не патриот...Твоё дело конечно, Яш, но...- —Никаких «но»!! Я вообще думал что мы пойдём туда вместе... Предательница!! На восклики друга Грета лишь вздохнула. Яков всегда был обидчивым. Чересчур. Любое слово в его адрес, даже не в его, превращалось в тревогу и поток пугающих мыслей. —Яков, я не прохожу по здоровью...С моей астмой отряд миротворцев лишь мечта. —А с моей анемией прям идеальная дорога!! —Я не про это...Шульц взял тебя из за связи с отступниками, ты же знаешь. —...Я не думаю, что мой мерзкий отец был отступником когда спал с этой шлю- —Твоей мамой. Да. Я тоже так думаю. Но всё же...попробуй попроситься у комиссии на что то большее, чем рядовой. —Да, сразу в сержанты, Грета. Ты идеальный стратег. -Съязвил Яков. —...я не про это. Знакомые из отряда, говорили что там какие то экспериментальные испытания готовятся. Может ты их заинтересуешь? —Вряд-ли. Я думаю может зря я... —Ничего не зря. Ты...получишь более выгодное положение в обществе и мы начнем продвигать нашу идеологию. —Это единственное зачем я иду на риск. Учти. Спустя 10 минут молчания, Грета положила руку на плечо друга. Тот вздрогнул от прикосновения. —Если ты не хочешь, можешь не идти. Яков задумался от этих слов. С одной стороны идти на риск, когда шансы 20 на 100, не очень выгодно. С другой стороны, даже если не получится...Умереть пушечным мясом на передовой, лучше чем от избиений сирот в церкви. —...Я пойду. Я уже всё решил, Грета. А твоя задача наблюдать за ходом дел тут. Они пожали руки. Выходит... договорились. [Мне страшно,но у меня нет выбора, извини.] | извини??? перед кем ты извиняешься, яков? перед своей ничтожностью????? глупый. Глупый. Глупый. Глупый.| В том марте мне пришлось пойти на риск.