Глава VIII — Право на зверя

Когда вспыхнул огонь, никто не понял, где он начался. Кто-то крикнул: «Мельница!» — но мельница была цела. Кто-то указал на храм — и тот стоял. А вот над башней мага — уже стоял дым. И тогда деревня вышла. Не как толпа. Как суд. С факелами. С топорами. С камнями. — Он! — закричал кто-то. — Это он! Он забирал! Он молчал! — Дети! — вторили. — Он возвращал не тех! — Сжечь! Уничтожить! Проклятого! Велиан вышел первым. Без доспеха. Без меча. Только с именами. — Стойте, — сказал он. — Прежде чем поднимете руку — выслушайте. — Он маг! — Он крал! — Он лишал! — Он… не убивал, — сказал ведьмак. Молчание. Как натянутый лук. — Он ошибался. Да. Он отбирал. Да. Но не ради зла.А ради… страха. — Страх — не оправдание! — Но страх — причина. А вы — хотите отомстить. За страх. Зверем. — Они есть зверь! — Тогда покажите, чем вы лучше, — сказал Велиан. — Сейчас, здесь. Убейте. Без суда. Без слова. Без имени. Тишина. Один шаг. Второй. Толпа остановилась. — Он должен ответить! — Он ответит. — Ноне огнём. — Не яростью. — Он останется. Здесь. — И будет помнить. Маг вышел. Сам. Глаза — выгоревшие. Руки — пустые. Он не защищался. Он смотрел. — Я не хочу смерти, — сказал он. — Я хочу…искупить. — Поздно! — Никогда не поздно, — сказал Велиан. — Пока имя живо. Он подошёл к Аурету. Протянул свиток. — Это — имена. Тех, кого ты… коснулся. Маг дрожал. — Прочти. Он начал. Медленно. Один за другим. Каждое имя — как гвоздь. Как искра. Люди слушали. Кто-то плакал. Кто-то сжимал кулаки. Но никто — не кинул камень. — Я не прощён, — сказал маг. — Нет, — ответил Велиан. — Ты — не забыт. А это — страшнее. На рассвете толпа ушла. Аурет остался. Башня — цела. Но окна в ней — открыты.Теперь — навсегда. Велиан стоял у камня. На нём он вырезал знак. Не ведьмачий. Не магический. Простой. Имя. Одно. Клюква. И под ним — второе. Мирель. И третье. Гретта. И так — десятки. — Вы живы, — прошептал он. — Потому чтопомнят. Потом он сел. И впервые за много лет — заплакал.Не громко. Не театрально. Как человек, который не стал зверем.