Часть 12 «Приход гриверов»

Я всё ещё обнимала Алби. Он тяжело дышал, будто каждое слово давалось через боль, как будто что-то внутри него сломали навсегда. И тут он вдруг проговорил сквозь зубы: — Он… он всегда был их любимчиком… Я нахмурилась. — Кто, Алби? Он вытер лицо, покачал головой, глядя в одну точку. — Томас… — срывающимся голосом. — Они… они всегда всё начинали с него. Он — их чёртов избранный… Я вздрогнула. Тереза стояла в углу, бледная как полотно. Минхо нахмурился. Ньют выглядел так, будто его в живот ударили. А Томас — растерянный, не понимающий, что происходит. — Алби… о чём ты говоришь? — выдохнул Томас. Тут вбежали Зарт и Чак. Запыхавшиеся, испуганные, с глазами как блюдца. — Лабиринт… — выдохнул Чак. — Он… он не закрылся! — крикнул Зарт. Вся кровь отлила у меня от лица. Минхо выругался так, что Чак зажал уши. Ньют побледнел, крепче сжав мою руку. — Пиздец… — выдохнула я. А потом раздался тот самый рёв. Глухой, низкий, звериный. Гриверы. И они шли… прямо в Глэйд. Больше никто не говорил о правилах. О любимчиках. О правилах выживания. Теперь был только один вопрос — кто останется в живых. — Рёв… Тот самый, который я слышала каждую ночь с тех пор, как открыла глаза в этом чёртовом месте. Но раньше он всегда был по ту сторону стен. А сейчас — здесь. Я подскочила, выскочив из медхута. Томас тоже был тут как тут. Лица всех парней и Терезы — белее мела. Стены… открывались. Со всех сторон. Одна за другой. — БЛЯДЬ! ОРУЖИЕ! ЖГИТЕ ФАКЕЛЫ! — заорала я на всё поле. Томас подхватил: — Фрайпан! Чак! Факелы! Минхо — капканы к западной стене! Тереза — с медиками к раненым! Быстро! Минхо чертыхнулся, но побежал. Фрайпан уже бегал с горящим факелом. Чак притащил копья. Галли влетел в центр Глэйда. — ВСЕ В ЛЕС! В ДЕРЕВЬЯ! ПРЯЧЬТЕСЬ! ПУСТЬ ОНИ МЫСЯТСЯ ПО ПОЛЮ! — Ты рехнулся?! — взвизгнула я. Томас тоже на него рыкнул: — Если мы уйдём — они разнесут лагерь! Нам нужен огонь, а не прятки! Галли уже психовал, махал руками, орал, что никто его не слушает, как обычно. А я видела, как из-за стен начали выползать они. Гриверы. Шипящие, скрежещущие, уродливые твари, от которых мороз по коже. Минхо с копьём в руке, весь в грязи, подлетел ко мне. — Если сегодня сдохнем — я виновата, что не пристрелил Томаса ещё вчера. Я фыркнула сквозь страх: — И меня заодно. Я первая полезла. Ньют вбежал, хватая факел. Его взгляд встретился с моим. И только одно движение губ — Я люблю тебя. Я кивнула. Ты тоже, Бейби-фейс. Фрайпан поджёг капканы. Томас выстроил мальчишек с факелами. Галли всё ещё орал на фоне. И вот — первый гривер прыгнул на поляну. Прямо на труп какой-то сломанной хижины. И понеслась. Огонь, крики, паника, факелы. Запах палёной резины, крови, горячего металла. Чак со своим копьём визжал как поросёнок, но стоял. Зарт валил одного гривера на землю с Минхо. Тереза таскала бинты. А я с куском железной арматуры в руке и копьём от бегунов в другой стояла рядом с Томасом. — Понеслась, Томми. И мы пошли рубиться. —- Не знаю сколько времени прошло. Час? Два? Вечность? Огонь почти догорел, факелы истлели, по полю валялись обгоревшие обломки. С каждой минутой криков становилось всё меньше. А те, что оставались — уже не звучали как человеческие. Я успела втолкнуть Чака в кутузку и запереть на засов. Он орал, что сам хочет драться. — Живым останься, Чак! — заорала я ему, и побежала обратно. Мы все уже прятались в старой яме для припасов. Там было тесно, темно, пахло гнилыми тряпками и плесенью. Алби сидел рядом со мной, его лицо блёклое, губы дрожали. Гриверы всё ещё сновали по Глэйду. Мы слышали их скрежет, шипение. И каждый раз, когда звук приближался — мы замирали, не дышали. Ньют держал мою руку, Минхо сжимал обломок трубы, Томас стоял у выхода, готовый в любую секунду. И тут… Громкий рёв. Раздался прямо над нами. Гривер спрыгнул в яму. Прямо в эту крошечную дырку, куда мы забились. Металл, клешни, жужжание. И он схватил Алби. Я вскрикнула, протянула руки, но не успела. Алби обернулся, его лицо заливал пот и кровь, и срывающимся голосом он крикнул Томасу: — ВЫТЯНИ ИХ ОТСЮДА, ТОМАС! ЛЮБОЙ ЦЕНОЙ! И его утащили вверх. Я завизжала. — АЛБИ!!! АЛБИ, НЕТ, НЕТ!!! Слёзы хлестали, голос сорвался в истерике. Я вырывалась, хотела выбраться за ним, не могла… Галли вцепился в меня, закрыл ладонью рот. — Тише, Айли! Он мёртв! МЁРТВ! Если тебя услышат — всем крышка! Я дрожала как сумасшедшая, сил уже не было. Ньют прижался ко мне с другой стороны, шепча: — Держись… держись, милая… А в голове звенело только одно: “Не Алби… не он…” И пока мы сидели, над ямой пронеслись ещё несколько гриверов. Крики прекратились. Осталась только тишина. И мы поняли — утро ещё не наступило, а нас почти не осталось.