Глава 3. Люди в черном. Финал.

Он проснулся не от солнца, а от того, что оно разрывало глаза сквозь прозрачные шторы. Комната была пустой. В телефоне множество сообщений: — «С днем рождения, сынуля!» — «С др, бро.» — «Happy birthday, Liam!» Почему то Лиаму сразу казалось, этот день будет не просто странным. Он будет началом пиздеца. Стук в дверь. Это Кай. — С днюхой, бро, — сказал он с ухмылкой и пакетом из пекарни. — Я принёс тебе круассаны, и латте. Они сели на балконе. Париж был красив, как будто всё ещё верил в хорошее. — Слушай, мы поедем в аэропорт за твоей семьёй, да? — Кай глянул на часы. — Они в 13:00 прилетают. Я заказал машину. — Спасибо. Я им уже сказал что приеду. В аэропорт они приехали около 13:07. — ЛИАМ! — закричал Итан, младший брат, прыгая на него, будто не прошло пол года разлуки. — Привет, сын, — папа обнял его, как будто боялся, что это не он, а просто модель с обложки похожа. Мама вытерла глаза. — Ты такой… взрослый стал. Лиам помог с сумками. Водитель всё погрузил, и они поехали к их отелю, который находился недалеко от отеля агентства. — Сегодня вечером… у нас будет закрытая вечеринка на крыше, — сказал он им. — Примерно в десять. Придёте? — Конечно, — мама улыбнулась. — Там будут твои друзья? — Да. Нил и Трэвис. Они уже летят. Тоже заселятся тут, я им напишу. — Слушай, я волнуюсь. Ты выглядишь… напряжённым. — Всё в порядке, — соврал Лиам. Он отправил друзьям смс: «вечером, 22:00, крыша Le Royal, др. Будьте там.» Отель Le Royal. Крыша. VIP-вечеринка. Гости в дизайнерских костюмах, шампанское по бокалам, модели, свет, музыка. Кай рядом, семья тоже на подходе, но Лиам потерян. Он чувствует, как будто что-то уже идёт не так. — Ты не выглядишь как именинник. Кай вручил ему ещё один шот, даже не спрашивая. Смотрел с прищуром. — Я и не чувствую себя именинником. Лиам оперся локтями на стеклянное ограждение крыши. Париж под ногами мерцал как будто в аду. — Что не так? Лиам не ответил. Он просто посмотрел в сторону входа на крышу. Она всё ещё не пришла. Или уже была тут, но исчезла, как умеет. Но что-то другое сжимало внутри. Как будто… что-то должно случиться. Кто-то закричал с той стороны, где вход в зону с VIP-закрытием. Толпа слегка расступилась. Появились трое. В черных костюмах. Они выглядели не как модели. Не как дизайнеры. Не как гости. В них было… что-то другое. Один из них оглядел крышу, взгляд прошёл по Лиаму, и задержался на Кьяре. Она стояла у столика. С бокалом. И была такой, какой её ещё никто здесь не видел. Сердитой. Напуганной. Но прямой. Как будто готовой к бою. — …кто это?.. — спросил Кай. — Я не знаю, — прошептал Лиам. — Но она знает. Посмотри на неё. Тот мужчина подошёл к Кьяре. Что-то сказал ей на ухо. Она побледнела. Именно в этот момент Лиам понял — Это «они». Люди свыше. Те, кого боится даже Кьяра. Лиам уже хотел пойти к ней, но сзади его кто-то схватил за руку. Трэвис. — Ты сейчас не должен туда идти. Не вмешивайся. — Это Кьяра, блять. — Тем более не вмешивайся. И тут… начался хаос. Нил начал выяснять отношения с кем-то из гостей. Кто-то из моделей полез с кулаками на Кая. Кьяру пытались увести. Музыка резко оборвалась. Вскрик. Разбитый бокал. Кто-то упал на пол. Один из тех троих шепнул что-то в рацию. И будто вся крыша Парижа сжалась. — Сука, где Лиам?! — голос кастинг-директора. В панике. — Уведите его! Уведите его сейчас же! Лиам смотрел на происходящее, как на чёрно-белое кино. Потом его глаза встретились с глазами Кьяры. Она смотрела как будто в последний раз. Без слов. Но он понял: она не может его защитить. Больше не может. Люди в чёрном схватили Кьяру за руки и, не теряя времени, потащили к чёрному лимузину, который ждал в тени за углом. Она пыталась вырваться, но их хватка была железной. Лиам едва успел заметить, как двери захлопнулись. Охрана отеля уже вбегала на крышу, помогая гостям быстро спускаться и избегать ненужных вопросов. — Нил, Трэвис, увезите мою семью как можно дальше, — скомандовал Лиам, — Кай, веди Лейн в безопасное место, я скоро вернусь. Он выскочил из здания и увидел, как лимузин уезжает в сторону тёмных улиц. — Такси! — Куда? — спросил водитель. — Следи за этим черным лимузином! И не теряй их! Начались полчаса напряжённой погони по узким улицам. Все таки лимузин остановился у неприметного офисного здания. Лиам не выходил из такси, наблюдая, как двое мужчин выводят Кьяру и ведут внутрь. — Чёрт, — выдохнул он, и рванул вслед. Поднявшись в лифте на девятый этаж, Лиам вышел и услышал приглушённые голоса из-за двери. Он тихо подкрался и подслушал. — Она знает слишком много, — голос одного из мужчин был холоден, — если выпустим её — всё полетит к чёрту. — Тихо! Кто-то там, — сказал другой. Лиам ощутил, как холод пробежал по спине. — Открывай дверь, — приказал голос, — ты уже не скроешься. Дверь распахнулась, и Лиам ввалился внутрь. Мужчины мгновенно окружили его, затолкали внутрь, посадили рядом с Кьярой. — Ты не в курсе, как это работает, — прошипела она, глядя в глаза Лиаму, — ты ввязался в дерьмо по уши. Лучше бы остался на дне. Лиам встретил её взгляд. — Я не позволю им забрать тебя. В комнате повисла напряжённая тишина. Первый мужик, который, видимо, был боссом, начал: — Ты, парень, очень забавно лезешь не в своё дело. Кьяра — не игрушка. Она — ходячий актив, и у неё контракт, который давно не подписывался с твоим агентством. Там есть люди… «свыше», которые не любят лишних вопросов. Второй мужик скрестил руки: — Если бы ты был умнее, Лиам, то сидел бы дома и не создавал проблем. А так — у тебя куча вопросов, а у нас — куча ответов. В основном — с пулями. Лиам пытался переварить эту инфу. — Значит, это не просто бизнес. Первый мужик кивнул: — Хитроумный ты. Но с твоей репутацией — нам насрать. Ты влез туда, куда не надо, и теперь либо ты играешь по нашим правилам, либо… — Либо что? — перебил Лиам, сжав кулаки. — Либо ты, твои друзья и твоя семья исчезнете из игры навсегда. В дверь вдруг кто-то врывается. Скотт — сотрудник агентства Кьяры. Только не в плане моды, он вроде щита, на случай подобных ситуаций. Только он 24/7 имеет доступ к её местоположению. Строгий костюм. Бейдж. Очки. И вот эта мерзкая полуулыбка. — Добрый вечер, — произносит он, будто это деловая встреча, а не похищение. — Скотт, какого чёрта ты тут делаешь?! — говорит один из «главных». — Я работаю на всех, помнишь? У меня к тебе… предложение. Он бросает на стол тонкий конверт. — Если ты сейчас это не откроешь, ты очень сильно пожалеешь. Пауза. Кьяра напряжённо смотрит. Лиам в ахуе, но держит лицо. Один из людей сверху медленно открывает конверт. Внутри — фотографии. Скрины. Что-то явно очень грязное. — Это… откуда ты это взял?.. — У меня есть копии. Во многих местах. И знаете, что самое смешное? Я могу это продать конкурентам. — Что ты хочешь? — Я даю вам выбор: или начинается утечка, или вы отпускаете Кьяру. Тут же вставляет: — И я хочу, чтобы она ушла с мальчиком. Они свидетели. Неприкосновенные. Модельный контракт и прочее дерьмо остаётся — заберите себе. Кьяра холодно бросает: — Если вы нас не отпустите, завтра вас убьют не конкуренты, а ваши же. Тут Скотт достаёт второй козырь — флешку. — Окей, смотрите. Сейчас вы увидите, кто вас реально сливает. Он вставляет флешку в их ноут. Видео. Скрины. Поддельные. Но реалистичные. Кто-то из троицы на камере передаёт деньги «агенту» конкурентов. Пока они смотрят компромат: Кьяра медленно освобождает руки от веревки. Лиам делает то же самое. Скотт говорит: — Думаю, мы закончили. — Ты никуда не пойдёшь. — говорит один, доставая пистолет, видимо чтобы убрать сведетелей. — Пойду, — кивает Скотт, — потому что ты сейчас не можешь стрелять. Если ты выстрелишь — это попадёт на камеры. А они уже пишут. Угрозу подтверждает Лиам: — У меня копия, и она в облаке. Если я умру — она уйдёт всем. Пауза. Напряжение. Один из «верховных» резко бьёт кулаком по столу. — Вон. Все. Нахуй. Вам пизда. Скотт улыбается: — Конечно. Они бегут к выходу, Там уже ждёт Трэвис на машине, которому Скотт заранее написал смс: «За угол, 5 минут, черный офис у моста.» Кьяра бледная. Лиам держит её за руку. Машина Трэвиса, старая чёрная Audi, стоит чуть в стороне от центрального входа. Он сразу жмёт по газам, как только троица запрыгивает внутрь. Внутри темно, пахнет бензином, на заднем сиденье Лиам с Кьярой, Скотт спереди, рядом с Трэвисом. Скотт резко оборачивается назад: — Все живы? — Он смотрит на Кьяру. Она молчит, смотрит в окно. Лицо белое, как гипс. Лиам вместо неё: — Ты мог нас убить. — Мог, — спокойно отвечает Скотт. — Но не убил. Он достаёт телефон, выключает что-то — трекер, скорее всего. — Они сразу поймут, что это была подстава, — сказал Лиам. — Почему ты думаешь, что они не пойдут за нами? — Потому что у них сейчас важнее проблемы. Им надо понять, кто из них крыса. Но они поймут, что это подделка. Конечно. Завтра. Может, послезавтра. Он усмехается. — Главное, что мы выиграли время. Кьяра вдруг подаёт голос: — Время? Ты думаешь, мы выйдем из этого живыми? После всего, что ты сделал? Скотт поворачивается к ней, чуть сбавляя тон. — Я сделал это не ради вас. Трэвис резко тормозит. — Мы на месте. Здание — старый склад. Камеры, пыль, бетон, тишина. Скотт проверяет замки, заводит генератор. Свет включается — слабый, жёлтый, словно из 90-х. Там всё выглядит как подготовленный военный набор: ноут, карты, пачки папок, пара одеял. — Добро пожаловать в жопу, — говорит Скотт, бросая рюкзак на стол. Трэвис идёт варить кофе в углу. Лиам помогает Кьяре сесть. Она не говорит ни слова. Просто сидит. Руки дрожат. — Слушай… — Лиам опускается перед ней на корточки. — Я знаю, ты зла. Очень. Но ты тут. Мы живы. Это я сделал, что мог. Она смотрит на него. Медленно. С горечью. — А теперь что? Лиам не знает, что ответить. Потому что сам не знает, что дальше. Скотт — знает. Он открывает ноут. На экране — зашифрованный архив. — У нас около 30 часов, пока они поймут, что снимки в конверте — фальшивка. — 30 часов на что? — Трэвис подаёт кружку кофе Кьяре. Скотт поворачивает экран: — На это. Там: список имён. Фотки. Структура. Схема цепочки «сверху вниз» — от модели до заказчика. — Это то, за что они убивают. — Откуда у тебя это? — Кьяра щурится. — У меня были свои люди. Пока они ещё живы. Может. Он пролистывает: • Закупки контрактов. • Реальные владельцы брендов, прикрывающихся показами. • Маршруты перевозки моделей, «закрытых» контрактов. • Внутренние записи допросов. Лиам холодеет. — Это не модельное агентство. Это торговля. — Доброе утро, — усмехается Скотт. Уже ночью. Лиам не спит. Сидит у стены, глядя в потолок. Кьяра подходит. С пледом на плечах. Садится рядом. Молча. — Прости, — говорит он. — За то, что втащил тебя в это. Она отвечает не сразу. Потом — тихо, почти шепотом: — Я в этом с самого начала. Только… делала вид, что не вижу. Пауза. Лиам сжимает кулаки. — Ты знала? — Нет. Я чувствовала. Слишком часто пропадали девчонки. Слишком часто никто не задавал вопросов. А я молчала, потому что… хотела остаться наверху. Тишина. Потом Кьяра поворачивает голову: — А ты? Зачем ты всё это делаешь? — Потому что ты — не товар. Он смотрит ей в глаза. — Ни ты, ни остальные. Никто не должен так жить. И так, спустя день, они полностью были готовы осуществить свой план. Они вломились в дата-центр через поддельный пропуск Скотта. Кьяра ставит блок на камеры. Лиам скачивает фальшивый компромат — данные, которые «сливают» будто бы от мафии на самих себя. Трэвис держит провода, Скотт отвлекает охрану. В процессе орала тревога, охрана. Один охранник застукал их, но Кьяра его вырубила. Уход через черный выход, Скотт остаётся прикрыть. Трэвис, Лиам и Кьяра с флешкой — спасаются. 4:43 утра. Отель. Номер Трэвиса. Скотт всё же вернулся. Побитый. Но с улыбкой. — Я обещал, что вернусь. — Ты псих, — вскрикнула Кьяра. — Зато теперь у нас кое-что есть. Он ложит флешку на стол. Кьяра запускает ноут. Они проверяют: всё на месте. Вся подложка, смонтированная Скоттом — имена, лица, банковские транзакции, зашифрованные переговоры. Всё выглядит как внутренний слив мафии о самих себе, но с намёками, что агентство прикрывает всё. — Дальше что? — Новости. Они связываются с журналисткой, которую знает Кьяра — Кейт, независимая, знает почти все сплетни города. Она сначала не верит. — Это подделка? — Подделка правды, — говорит Скотт. — Иногда это лучше, чем просто правда. Жюстина соглашается. Они высылают материал. Через 9 часов он оказывается в сети. Заголовки: «Модельная мафия в Париже: кто управляет индустрией красоты?» «Фотографии, документы, слежка. Кто стоит за исчезновением молодых моделей?» Агентство трясёт. Обыски. Звонки. Паника. «Люди сверху» начинают жрать друг друга. Одни обвиняют других. Кто-то сбегает. Кто-то «пропадает». Кьяру никто не трогает — теперь её бояться больше чем раньше. Лиаму приходят письма с угрозами. Один раз даже кидают камень в окно отеля. Но он жив. Он идёт по улицам Парижа с тем взглядом, с которым раньше выходил на подиум — стеклянным. Агентство на паузе. Официально - “временное прекращение деятельности”. Неофициально - верхушка либо скрылась, либо теперь под колпаком. Утро. Новости - “Утечка данных о модели-подростке, ушедшей из жизни при загадочных обстоятельствах, оказалась правдой…” Фамилии мелькают. Одни лица замазываются. Скотт исчезает. Лишь написал Каю последнее сообщение: “Ты был единственным, кто не задавал лишних вопросов. Потому и выжил.” Кай не отвечает. Ходит с фингалом, с похмельем и с чем-то вроде боли в сердце. Лиам курит у себя в номере. Хотя раньше не курил. Смотрит в окно. Париж гнилой, но красивый. Сообщения от Нила: “Мы отвезли твою семью в аэропорт. Всё ок.” “Итан сказал, что хочет быть как ты. Мы его переубедили.” “Если не напишешь - приеду и въебу.” И даже сообщение от Лейн: “Ты был моей юностью. Теперь ты - чья-то судьба. Я тебя не забуду. Но не возвращайся ко мне. Не порть эту боль - она единственное, что меня держит.” Лиам кладёт письмо на подоконник. Не рвёт. Не отвечает. Улицы снова заполняются туристами. Глянцевые обложки снова печатают “счастливых моделей”. Только вот многие лица изменились. Старые исчезли. Кто-то “пропал в Латинской Америке”. Кто-то - “на перерыве”. Но все в индустрии знают: что-то было. Кто-то пошатнул структуру, которую трогать было запрещено. А имя Лиама - теперь не просто имя. Это миф. Слух. Проклятие. Год спустя. Лондон. Улицы дышат мокрым воздухом после дождя. А город стал - не просто фоном. А частью них. Жизнь как будто отпустила, но оставила шрамы в рамке. Лиам - всё ещё модель. Только теперь его имя - не просто в списке. Оно в заголовках. На подиуме он идёт не как парень с кастинга. А как тот самый, кто выжил. Агентство поднялось. Скотт - теперь официально в команде. Но все еще никогда не говорит, что он “работает” там. Только: “наблюдаю”. Трэвис? Уже третий раз подряд получил титул “новичок года”. Теперь он с Лиамом в агентстве. Нил водит девчонок на показы и говорит: — Видите вот этих двоих? Они были в аду. — …и вернулись красивыми, - добавляет Трэвис, подмигивая. Семья Лиама - рядом. Мама вяжет, как раньше. Отец ругается на новости. Итан растёт и таскает Лиама на футбольные матчи. Всё стало как раньше. Даже лучше. Даже Кай приехал. Обычно его агенство каждый месяц уже в новой стране, но по возможности он приезжает к ребятам в Лондон. На неделю. Хотя-бы. Они всей толпой сидели на крыше, как в старые времена. Пили винишко. Смотрели на звёзды. Смеялись над тем, как Трэвис однажды перепутал дезодорант и лак для волос. Кьяра... Кьяра все так же директор агентства. Они с Лиамом не стали ближе, будто она начала вести себя так же, как и вначале. Это можно было списать на то, что она всё еще не переварила то похищение, ту ночь. Но ведь все кончилось - год назад. Лиам пытался поговорить. Кьяра отдалилась, вплоть до того что перестала появляться в агентстве лично. Только письма. Звонки - только если от кастинг-директора. Но все-таки.. вечно она скрываться не сможет. Пару дней спустя. Квартира Лиама. 3:08 Лиам сидит на кухне. Чай давно остыл. Комната в полумраке. Он щёлкает по экрану телефона, не читая. Просто… не спит. Стук в дверь. Глухой. Медленный. Один. Лиам сразу понял кто это. Без сомнений - Кьяра. Лиам открывает дверь. — Привет, - её голос будто царапает по коже. — Это ты?.. - он шепчет. Она заходит. Без приглашения. Смотрит на него. Долго. Жадно. — Ты изменился, - она говорит это как упрёк. — А ты всё такая же, - он говорит это как молитву. Она приближается. — Ты не скучал? — Я с ума сходил. — Тогда покажи - как ты с ума сходил. Он хватает её за талию. Сжимает, будто боится, что она снова исчезнет. Поцелуй - не осторожный. Не нежный. Он голодный. Как будто целый год ничего не ел. Она отрывается от него на секунду. — Не смей быть нежным сейчас. — Я не собирался. — Скажи, что думал обо мне. — Каждый день. — А ночью? — Представлял, как ты просишь ещё. Её дыхание сбивается. Она прячет лицо у него на шее. — Я хотела забыть тебя. — А я - нет. Он опускается на кровать, тянет её за собой. — Это лишнее, - он касается её тонкой майки. — Значит сними её с меня. Он делает это медленно. Как будто вспоминает каждый дюйм её кожи. Она выгибается, смотрит ему в глаза. — Я боялась, что не будет как раньше. — Не будет. Он ложится рядом, шепчет: — Будет лучше. Она смеётся, дрожит. — Ахах… ты правда скучал. — Я не спал нормально с той ночи. — И ты всё ещё хочешь меня? — Не просто хочу. Я ждал этого год. Их движения - будто разговор. Не сдержанный, но не грязный. Просто два человека, пережившие ад. И наконец - в одной постели. Он целует её плечи. Она - его руки. Они говорят друг другу всё, чего не могли сказать год. Без обвинений. Только чувства. — Люблю тебя, Кьяра. — Я никогда не переставала, Лиам. Никогда. Потом — тишина. Только дыхание. Он гладит её по волосам. — Ты останешься? — Только если ты будешь рядом, каждую ночь. — Обещаю. Каждый день, просыпаясь, Лиам поворачивает голову - и видит рядом неё. Кьяра. С глазами, в которых он когда-то утонул, с дыханием, которое стало домом. Иногда она уезжает. Он остаётся. Иногда он на съёмках, а она дома. Но они всегда возвращаются. Друг к другу. У них одна цель - назад. Он стал настоящим. Без грима. Без показухи. Без страха. Однажды вечером он сидит у себя в спальне. Постель немного помята, пахнет её духами. Из кухни доносится голос Кьяры - она поёт что-то на испанском, лениво и красиво. Лиам достаёт рамку. Ставит в неё фотографию - где они все вместе: он, Кьяра, Нил, Трэвис, Скотт, Кай. Он улыбается. Не пафосно. По-настоящему. Заходит Кьяра, в его свитере. Присаживается рядом. — Что ты там? — Просто… смотрю. Он ставит рамку на тумбочку у кровати. Смотрит. Внизу - гравировка: «После неё, я стал собой»