Пролог.

Свадьба напоминала ловушку. Прекрасную, сверкающую, безупречную… как те, что ставят на редких птиц. Всё было идеально, и именно это пугало. Слишком белый мрамор, слишком ровные улыбки, слишком громкий смех, натянутый, словно струна перед срывом. Гости сидели, как на приёме у Министерства: выпрямленные, вышколенные, с настороженными глазами. Воздух звенел от одобрения, но под ним пряталась другая нота: тревожная, липкая, будто из стен просачивалась тьма, и все делали вид, что не замечают её. Северус стоял у колонны, в самой тени. Он не должен был приходить. Не хотел. Но когда сова, будто в насмешку, принесла приглашение, он не смог его сжечь. В нём не было ни теплоты, ни враждебности — только вычурные завитки имён, равнодушные, как сама формальность. Но он пришёл. И ловил себя на мысли, что пришёл бы куда угодно, куда бы она не позвала.  И она появилась. В белом платье. Ослепительно красивая, но красота её сейчас казалась Северусу бездушной, как у фарфоровой куклы. Даже походка, точная, выверенная, почти механическая, не принадлежала ей. Он искал, вглядывался, вслушивался в каждое её движение, в каждую паузу, прорывающуюся между фразами, и не узнавал её.  Что-то с ней было не так. Он не мог сказать что, просто не мог сейчас думать! Но чувствовал… всей кожей, каждым накалившимся нервом. Всем нутром — будто зелье свернулось в колбе, испорченное невидимой примесью. Она была рядом, и в то же время где-то за стеклом. Заколдованная, затерянная… Магия? Или воля? Или просто глухое отчаяние, что и в этот раз его любовь станет чужой, не его женой. Их взгляды пересеклись на одно дрожащее мгновение. Думал, — ну вот хотя бы сейчас! — уловит хоть намек на его горькую, колючую, привычную…  И… ничего.  Как будто внутри неё был сплошной туман и пустота. Он не увидел, как её губы дрогнули, словно от усилия выговорить «согласна». Как пальцы дрогнули, словно в попытке оттолкнуть кольцо. И не увидел он, как по щеке скатилась одна-единственная слеза. Но, покидая зал, он вдруг понял: боль не уходит. Она просто меняет лицо. И теперь у неё были светло-зелёные глаза и волосы цвета пшеницы.