Пролог

Хроники Девочки-Подземщицы

Пролог

      Каковы наши самые ранние воспоминания? Для жителей Подземки это, как правило, тепло костра в тёмных холодных тоннелях, яркий свет ламп станции или холодное свечение люминесценции водорослей подземных морей. Для девочки же, первым воспоминанием стало действие химического оружия.       Северная подземка. В одном из многочисленных тоннелей под городом Дис - крупнейшим городом в Подземке - собрались сотни людей. Сейчас этот город стал огромным полем битвы между БиоКорп и новообразованным Протекторатом.             Беженцы, среди которых были как обычные жители, так и высокопоставленные лица БиоКорп, теснились у ворот, не решаясь подойти к ним ближе. Красное аварийное освещение и приближающийся звук стрельбы с гулом тревоги лишь усиливал панические настроения собравшихся людей. На подмостке над воротами стоял начальник охраны — молчаливо наблюдая за толпой, окруженный солдатами, что держали оружие наготове. В руке он держал рацию, обмотанную синей изолентой.             Девочка, трех лет от роду, молча наблюдала за происходящим своими золотистыми глазами. Мама крепко держала девочку на руках. От её лабораторного халата пахло чем-то грибным. Обычно мама не ходила в лабораторном халате по городу, тем более, когда они отправлялись за пределы города Дис.             Взгляд девочки переместился на отца. Он крепко сжимал свой второй пистолет, пытаясь докричаться до начальника – первый он оставил у девочки в рюкзаке, запретив его доставать. Но безуспешно. Внезапно папин пистолет начал медленно подниматься в сторону начальника... Вдруг папу схватил за плечо какой-то дядя, одетый в темно-синий плащ и бронежилет. Его лицо было закрыто какой-то маской, а на плече сияла инсигния ядовито-зеленого цвета с какой-то злой рожицей. Он что-то сказал папе. Папа что-то сказал ему в ответ, опустив пистолет. Дядя повернул голову прямо на девочку - она могла видеть собственное отражение в зеркальном визоре его шлема: словно он размышлял о чём-то очень важном для него. Затем также резко кивнув, он пожал папе руку и скрылся в толпе.             Звуки стрельбы позади становились все громче; крики разносились эхом по туннелю.             Девочка повернула голову как раз в тот момент, когда что-то круглое упало с мостика над воротами. Это что-то украсило серые ворота брызгами красного. Или так лишь казалось из-за красного освещения.       Дядя, что меньше минуты назад стоял рядом с папой, стоял на мостике рядом с упавшим начальником. Его окружало какое-то синее свечение, а силуэт выглядел очень размытым.       Солдаты начали стрелять по нему — но девочка не увидела, что случилось дальше: мама укрыла ее своим телом. В поднявшемся беспорядке из криков она слышала металлический лязг и электрические звуки. С каждым электрическим хлопком шум выстрелов становился все тише. Вскоре она услышала тяжелый металлический визг и звук шестерней.       Ворота открывались.       Все побежали. И мама с папой побежали. Смотря назад, девочка видела толпу людей, в панике пытавшаяся перегнать друг друга. Вот, пожилой мужчина поодаль свалился, держась за плечо и крича: слышалось злостное шипение и было видна зеленая вскипающая пена, причиняя ему сильную боль; неизвестный в противогазе и рясе упал, как тряпичная кукла: из основания шеи торчал металлический болт, он также пузырился на месте, где болт соприкасался с кожей. Толпа позади редела, и девочка смогла увидеть их… Людей в тяжелых бронежилетах, в шлемах с красными визорами, что злобно глядят на всех… И в частности, девочке казалось, что они смотрят на неё.             Как бы она умоляющей на них не смотрела, выражения их визоров их не менялись.             Демоны.             Демоны.             Демоны.             Один из демонов вскинул своё зловещее зеленое оружие.             Зеленая жидкость накрыла маму, заставив ту упасть и кричать от боли. Половина прекрасного лица мамы вспузырилось зеленой пеной, источая едкий кислых запах и обнажая кости черепа. Она упала, уронив девочку на бетонный пол. Крики мамы заглушили лишь выстрелы папиного пистолета: он встал между демонами и мамой. Отец одной рукой поднял девочку и толкнул её к остальным беженцам. Она смотрела на отца, не зная, что делать… Вдруг, её схватил кто-то и унёс прочь. Она тянула свою ручку к всё удаляющимся родителям. Вскоре силуэт стоящего в боевой стойке папы и лежащей мамы было единственным, что она видела. Последнее, что она видела, как отец укрыл маму собой, сливаясь в единое целое под шквалом выстрелов химического оружия… Девочка проснулась, непрерывно нажимая на спусковой крючок папиного пистолета – но он не поддавался. Часто дыша, она вскочила с кровати, держа его и судорожно ища демонов в темноте. Однако никого не было. А спусковой крючок ZC 99 был надежно зафиксирован предохранителем.             Отдышавшись, девочка погладила пистолет – единственное, что осталось от папы и хранило ее все эти годы. В чувствах, она прижала его к груди, закрыв глаза, не взирая на все правила безопасности, которым её учили инструктора Омеги. Этот пистолет стал единственной вещью, с которой она действительно чувствовала себя в безопасности. 9 миллиметров, 15 патронов в магазине, один в патроннике. Достаточно, чтобы убить что угодно, что могло заползти в её маленький дом.             Успокоившись, она нащупала и нажала на кнопку возле изголовья кровати – мягкий оранжевый свет осветил её жилище – небольшую комнатку. Верстак, заваленный разной мелочевкой, патронами и оружием, стеллажи с едой и припасами, печка-буржуйка, изредка используемая, когда другие станции не топили свои жилища – в Южной подземке близ жилых станций было довольно тепло. В углу свалены запертые ящики с боеприпасами и прочим, что она пока что не могла вскрыть. Боеприпасы можно было всегда продать на Саут-Гейт или Свалке, а коробки отправить на Литейную. Рядом всегда стояла ёмкость на 20 литров воды с подключенным универсальным фильтром БиоКорп – на Саут-Гейт и раннее, у Омеги имелось оборудование, что умело его перезаряжать. Теперь же это либо стоило денег, либо риска быть подстреленным автоматическими системами охраны. Но эти риски никогда не перевешивали важности чистой воды.            Что-ж, вот и начинается очередной день в Подземке.