Глава 2. Воспоминание

— Это был сон… — проговорил тихо Николай. Он сидел в Красной гостиной, так и не притронувшись к чаю, который уж давно остыл. Плотнее укутавшись в халат, Царь задумчиво смотрел в окно за стеклом которого было ранее, холодное, весеннее утро. Морозный и серый Петербург ещё спал даже не догадываясь о пропаже самого важного человека для Государя. О пропаже строго и в какой-то степени жестокого жандарма всей России. С того самого рокового дня, когда белоснежный снег хмурого Петрограда, был обагрянут кровью тысяч гвардейцев и офицеров, обманутых бунтовщиками, когда юный Николай взошёл на престол, тогда Александр, который всё время был рядом, стал для Николая самым близким человеком, которому Государь мог доверить свои тайны и самые сокровенные мысли. Николай никогда не мог представить, что тот всегда серьёзный и исполнительный генерал Бенкендорф, что был при его отрочестве и юности может быть таким милым и нежным в его личных покоях при его правлении. Но этого человека нет рядом с ним. И потому Николай дает себе обещание что… — Ваше Величество, к вам Максим Яковлевич Фон Фок*, — проговорил адъютанта и поклонившись, посмотрел на Императора. — просить? Император лишь кивнул, оперившись головой на руку. Максим Яковлевич вошёл к комнату, сделал не принужденный поклон и встал около императора. Николай не обратил на него никакого внимания и продолжал задумчиво смотреть в окно, точнее в пустоту перед собой. — Ваше Величество, жандармы расспрашивают гвардейцев, которые были при той битве. Очень многие молчат и боятся говорить о том что было. Но никто не видел Александра Христофоровича после. — А что офицеры? — Тоже молчат. — Допросить всех, вытягивать каждое слово, мне нужны детали. Нужно собрать полную картину происходящего. — Николай резко встал с кресел, взял кружку остывшего чая и выпил её залпом. — Слушаюсь. — управляющий канцелярией поклонившись , удалился. * Сидя в кабинете, государственные дела со всём не шли, государь не мог ни вчитаться в написанные отчёты на желтоватой бумаге, ни думать о реформах, о который совсем недавно так страстно рассказывал Саше. Ничего более не занимало мысли Императора, только лишь судьба Бенкендорфа. Два трудных месяца его нет с ним. Каждую ночь Николаю снится один и тот же сон, который медленно, но верно сводит его с ума. Всё же решив немного проветриться, мужчина встал из за стола, оставив документы в просто неприличном беспорядке. Он снял с себя удушающий, повседневный мундир и направился в царскую конюшню. Хмурый и с безрадостным выражением лица, он быстро шагал по дорогому паркету зимнего дворца, да так что его звонкие шаги и грохот от ботфортов было слышно во всех уголках огромного дворца. Слуги от одного только вида изменившегося Николая шарахались как от огня. Прятались за колоннами и быстро удалялись от его фигуры, от которой веяло напряжением. Дойдя до конюшни, он сам одел на своего коня амуницию, вывел из стойла. И никому ничего не сказав, отправился галопом в лес. Скача по знакомым тропам он практически вылетел на поляну, такую большую что её можно было спутать в полем, усаженным множеством цветов. Когда глаза Николая, которые ослепил яркий свет после тёмного леса, пришли в норму он увидел… маки… — Маковое поле…Я и ты здесь… — чуть слышно прошептал он еле дыша. Но не успев отдышаться Николай услышал топот копыт, и повернувшись он увидел выскочившего на поляну Бенкендорфа, а потом и себя… Оба весёлые и полные радости, они начали ехать по кругу. — Саш, давай каждую субботу после работы приходить сюда? Тут так хорошо. — произнёс Коля с улыбкой на устах. — Отличная идея, тем более твой медик приказал мне бывать на улице и свежем воздухе чаще, чем бы мне хотелось. — рассмеялся Бенкендорф, слез с лошади он направился в даль. Николай последовал Бенкендорфу и тоже слез с лошади. Он быстро и ловко догнал своего друга и толкнул того в цветы. Бенкендорф возмущенный до предела, посмотрел на Николая, встав ринулся за во всю убегающим Колей. Все же через пару минут Александр растаял. И вот два государственных деятеля по мальчишески дурачатся, забыв о своих титулах и о каких либо правилах приличия. Николая из воспоминания выдернул раздавшийся где то неподалеку резкий выстрел ружья. Сегодня некоторые из чиновником и сановников были на охоте, которую Николай любезно разрешил провести. Вернулся Император довольно поздно, солнце уже зашло за горизонт. Сказав встревоженной императрице, что никого более не желает сегодня видеть у себя, направился спать. Но заснуть у императора не получалось, он боялся увидеть его.