Глава 1. Пощечина

Мексика, штат Чиуауа, 1993 г. В саду, на заднем дворе одноэтажного глиняного дома над кустом склонилась девочка. Ее кудри, убранные в хвостик, все равно лезли в лицо, из-за чего к потному лбу и шее прилипло несколько локонов. Девочка подрезала кусты, стараясь довести до идеала зеленый контур. Конечно, у неё были дела поважнее, но сейчас ей никак нельзя было бросить садовые ножницы и пойти в дом. Она лишь надеялась, что тот мужчина поскорее закончит разговор с ее родителями и уедет. Если же их беседа затянется, то ей придется столкнуться с ним лично, да еще и на родной кухне. Но выбора у неё уже не было бы: если она не вытащит лепешки с мясом вовремя, то семья останется без ужина, а это гарантировало бы наказание от матери. Послышался смех из окна. Это смеялись родители и гость. Он, как заметила девочка, любил пошутить и сказать что-нибудь приятное. Впрочем для ее родителей с лихвой хватало и того, что он для них сделал. Его манера общения вряд ли бы что-то изменила в том, как ее семья его воспринимала. — Ариана! — крикнула женщина, открыв дверь. — Ариана, лепешки сейчас превратятся в уголь! Немедленно вытащи их! Дверь хлопнула — мать вернулась на кухню. Ариана, разогнулась и смахнула пот со лба. Если бы можно было в эту же секунду сбежать, скрыться, просто исчезнуть, она бы не задумываясь это сделала. Но выбора не было… точнее, ей в данную секунду нужно было выбрать: разозлить занятую гостем мать или все-таки преодолеть свое смущение и познакомиться с ним. Пройдя по вымощенной камнем тропинке, Ариана подошла к двери, набрала воздух в грудь, улыбнулась и повернула ручку. Во всем доме уже ощущался запах лепешек, которые она поставила в духовку около 40 минут назад. «Лишь бы не сгорели…» — повторяла девочка про себя. В свои 12 с половиной лет Ариана уже очень хорошо справлялась с домашними делами. Мама приучила ее к этому с самого маленького возраста, и теперь она, можно сказать, была второй хозяйкой. Тихим шагом она прошла на кухню. Если бы ее волнение было на несколько градусов ниже, а сердце не билось столь учащенно, она бы точно обратила внимание на коробку, стоящую на обеденном столе, вокруг которого собрались трое: ее отец, мать и незваный гость. Она быстро поздоровалась, стараясь не смотреть на мужчину и открыла дверцу духовки. В мгновение из неё вырвался обжигающий пар — это немного привело девчушку в чувства. Ариана вдруг вспомнила, что не взяла прихватку. «Кошмар, я бы сейчас получила такой ожог… да еще и на его глазах!» — она сморщила лицо и закрыла глаза, представляя себе эту ужасную картину. Ариана схватила прихватку, висевшую на крючке рядом с плитой, и вытащила противень с лепешками. — Ммм… какой прекрасный аромат! — прозвучал мужской голос за спиной. Ариана тяжело сглотнула, но притворилась, будто не услышала эту реплику. — Дон Эдуардо, пожалуйста, останьтесь на ужин! Я же говорю, лепешек хватит на всех! — мать Арианы звучала очень услужливо. Еще бы… «Если бы не Дон Эдуардо, ни лепешек, ни духовки, ни всей деревни уже бы не было!» — Ариана подумала, что именно это сейчас сказала бы ее мать, если бы узнала, что ее дочь совершенно не желает делить трапезу с ним. Но что поделать? Придется отыгрывать номер, иначе… — Да, Ариана? Ариана? Ариана! — голос матери вырвал девочку из размышлений. — А? Да, мама? — Ариана набралась смелости и обернулась. На неё уставились 3 пары глаз. Суровые — мамины, безразличные — папины и изучающие — гостя. Она старалась не пересекаться взглядом с последним. Казалось, если только она посмотрит ему в глаза, ее тут же пробьет молния и она упадет без чувств. — Да что с тобой такое?! — возмутилась женщина. — Я… мама… я просто… подумала, что забыла положить лук в мясной фарш… — выдумала на ходу, ну и что? Не говорить же ей теперь, что она до смерти боится Дона Эдуардо и совершенно не разделяет восторга своих родителей. — Так вот, когда мы с мужиками решили посеять кукурузу… — Хосе, ты опять за свое? Твоя история сейчас никому не интересна! — рявкнула мать. — Ну что вы, сеньора Альба! Я с огромным интересом послушаю, чем живет ваша деревня! — возразил гость. — Да-да, конечно! Тем более что без вас ее бы не было уже! — мама девочки вдруг резко поменяла настрой. «Ну да, ну да… почему она всегда так с папой…,» — с грустью заметила Ариана и невольно вздохнула. И, кажется, это не прошло незамеченным для всех присутствующих. — Я… позвольте накрыть на стол! — выдала девочка, чтобы скрыть свою досаду. Родители и Дон Эдуардо встали из-за стола. Мать поторопилась убрать коробку и быстро расставила тарелки, вилки и ложки. Ариана же разложила по две лепешки на каждую тарелку, налила в графин апельсиновый сок и нарезала овощной салат на скорую руку. Незамысловатый ужин был готов. Просто, вкусно и даже красиво! Когда все расселись, домой вернулся старший брат Арианы. Семнадцатилетний пацан прошел на кухню, поздоровавшись с гостем. Дон Эдуардо стал нарочито громко и радушно приветствовать молодого человека. Он обнял его, похлопал по спине и выдал: — Ты как-то даже изменился с моего последнего визита к вам! Надо же! Всего пара месяцев! Его прошлый визит, к счастью, был в день, когда Арианы не было дома. Девочка поставила еще одну тарелку, приборы и положила ему последнюю лепешку. Все-таки не хватило на всех… Пока все отвлеклись на брата, она быстро перекинула вторую лепешку со своей тарелки на тарелку брата и села на место. — Дон Эдуардо, я… так рад вас видеть! — проговорил парень, еще совсем мальчишка. Карие глаза и длинные черные ресницы, брови как у Пьеро — все это делало его лицо еще более детским. — Хосе, не переживай! — гость вновь похлопал его по плечу. — Я могу все устроить, и ты будешь видеть меня чаще! Родители улыбались, брат светился от счастья. Одна Ариана услышала в этом нечто зловещее. Ариана всю свою недолгую детскую жизнь боялась людей из черных машин. В их деревне на таких автомобилях появлялись лишь те, кто носит с собой оружие и считает, что имеет право применить его в любой момент и против любого несогласного. Девочка вдруг очнулась от размышлений. Все нахваливали ужин. Ей это было приятно, но получить похвалу от Дона Эдуардо не хотелось. Точнее его одобрительные слова не вдохновляли ее. Любое внимание с его стороны было для неё пугающим и настораживающим. Впрочем лепешки оказались на самом деле очень вкусными, поэтому странного в его комплименте ничего не было: — Какая вкуснятина, Ариана! — вновь повторил он. Девочка вздрогнула, услышав свое имя из его уст. — Спасибо, — ответила она и улыбнулась. Она заставила себя взглянуть на гостя, чтобы не вызывать у него подозрений. Все-таки ее попытки избежать зрительного контакта не могли пройти мимо гостя. Она кинула на него беглый взгляд и смущенно отвела его. Ужин подходил к концу, когда Дон Эдуардо вновь завел разговор о Хосе: — Хосе, я бы хотел видеть рядом с собой именно таких людей, как ты! Вы не представляете, как мало сейчас толковых пацанов. А ваш сын явно не из ленивых! Родители поняли, о чем речь. Да что уж там! Они, вероятно, мечтали о том, что сейчас предложил мужчина. — Я бы взял тебя работать к себе. Как смотришь на это, Хосе? — Эдуардо взглянул на него со своей фирменной широкой улыбкой, которой очаровывал всех вокруг, даже Ариана краем глаза заметила ее, хотя смотрела только на брата. — Да… Да, конечно, Дон Эдуардо! Я даже не мог и мечтать… — Дон Эдуардо, вы столько сделали для нашей деревни, для нашего дома, для нашей семьи! — начала чуть ли не со слезами на глазах радоваться глава семейства — их мать. — Для каждого из нас! Даже эта кухня! Эти лепешки! Да без вас, без вашей семьи ничего бы не было! — Ну да, ну да! Без вас мы все сдохнем! — с сарказмом прошептала Ариана, смотря в тарелку. Повисла тишина. Неужели они это услышали?! Какой кошмар! Не может быть, что это сорвалось с ее уст! Нет! Девочка медленно подняла голову и мельком осмотрела лица сидящих, остановившись на самом безопасном — на лице брата. Он выглядел смущенно и озабоченно, будто хотел как-то исправить ситуацию, но не знал, что сказать. Хосе всегда был таким: добрым и любящим старшим братом. Только вот никогда не мог заступиться за сестру. Он как будто не знал, как это сделать. Его жалкие попытки приструнить вечно сварливую мать, которая не упускала возможности упрекнуть Ариану, никогда не были успешными, поэтому обычно он старался просто не подливать масло в огонь. Тишина продолжала давить. Никто не осмеливался перевести тему. Ариана же не нашла ничего лучше, чем встать из-за стола и начать мыть грязную посуду. Казалось, будто все ждали разрешения от гостя, чтобы вновь продолжить беседу. — Хосе, завтра же буду ждать тебя дома. Новый день — новая жизнь! — Дон Эдуардо вновь ободряюще хлопнул его по спине и встал. Опять все засуетились. Родители стали провожать гостя до машины, Хосе удалился в уборную, а Ариана не знала, как поступить. Ей стоило извиниться… Что если Хосе пострадает из-за ее опрометчивых слов? — Немедленно пойди и извинись перед Доном Эдуардо! — мать подскочила внезапно, схватила девочку за волосы и дернула по направлению к входной двери. Ариана упала на пол, больно ударившись коленками, и чуть не задела головой угол табуретки. Глаза залились слезами обиды, а в горле встал комок. — Ну же, быстрее, мерзавка! Девочка подскочила и выбежала из дома. Машина уже отъезжала, но Ариана продолжала бежать. — Дон Эдуардо! — кричала она. Наконец автомобиль остановился. Ариана встала напротив двери водителя. Мужчина опустил стекло и посмотрел на девочку. Если бы солнце не село, то было бы видно, что ее лицо было бледным, а губы дрожали. — Дон Эдуардо! Простите меня. Я была грубой и негостеприимной. Это ужасно. Простите… — она учащенно дышала: то ли из-за того, что ей пришлось пробежать несколько метров до уезжающей машины, то ли от волнения. — Негостеприимной? — удивился мужчина и расплылся в улыбке. — Что ты, Ариана! Ты великолепная хозяйка для своего возраста! И готовишь вкуснее Иоланды, моей поварихи! — он подмигнул ей и в его глазах что-то сверкнуло, от чего по спине Арианы пробежали мурашки. Он нажал на газ и уехал, скрывшись за ближайшим поворотом. — Ариана! — вновь послышался крик матери. Сейчас ей влетит по полной… Девочка вернулась в дом и с порога получила пощечину. Она рефлекторно схватилась за горячую от удара щеку и зажмурилась, боясь получить еще. — Ариана, как ты вообще смеешь так себя вести в присутствии Дона Эдуардо?! Ты что не знаешь кто он? — на слове «кто» мать сделала особый акцент. — Ты всегда была хамкой! Но я и подумать не могла, что воспитала тебя неблагодарной и наглой! Что плохого тебе сделал Дон Эдуардо? Ты должна быть счастлива, что он после твоего отвратительного выпада в его сторону, не отказался от предложения Хосе работать на него! Да ты должна!.. — Мама! — крикнул сзади Хосе младший. Он уже несколько раз пытался до неё докричаться, но женщина так сильно и громко ругалась на дочь, что не слышала ничего вокруг. — Мама! Погладь мне рубашку на завтра! Ариана взглянула на брата с благодарностью. — Сыночек! Сейчас, конечно! Я бы попросила сестру твою, но, боюсь, она какую-нибудь гадость сделает и останешься ты без рубашки и без работы! — Все будет в порядке, мам! Дон Эдуардо отходчивый, ты же видела! — парень постарался сгладить ситуацию. «Почему она считает, что я такая подлая?!» — с горечью подумала Ариана. Хотя идея оставить брата без такой работы ей нравилась, но она была достаточно умной, чтобы понять, что так просто от Саламанок не отвертишься. Саламанки были покровителями здешних поселений. Благодаря их денежным вложениям почти вымершие деревни вновь расцвели: у жителей появились рабочие места, вместо пыльного песка проложили асфальтированные дороги, в каждый дом провели водопровод, газ и электричество (да-да, еще 10 лет назад это было роскошью в здешних местах), отремонтировали школу, где училась Ариана, появились больница и даже кинотеатр, работающий по выходным. В общем захолустье вдруг приобрело новую жизнь, а с ним и его жители. Семья Арианы не была исключением. — Ариана, — сердито обратилась сеньора Альба, начиная гладить рубашку, — Когда твои экзамены? Девочка подошла к столу и налила сок из графина. — Через месяц. — Что ж. Займись наконец подготовкой и не морочь голову брату. И… — она посмотрела на Ариану своим суровым взглядом. — Будь поласковее с нашими гостями, глядишь в будущем помогут с колледжем! Ты же об этом мечтаешь, да? Девочка чуть не подавилась соком. Она, конечно, понимала, что ее мать могла рассчитывать на финансовую поддержку со стороны Саламанок, но все же надеялась, что ей не придет в голову просить об этом у кого-то из их семейства. — Да-да, дуреха! Умная девка давно бы поняла все, да что взять с тебя! Будешь утки больным подносить, да задницы грязные подтирать, может тогда поймешь, что мать права была! Теперь Ариана была в ступоре. В чем именно «была права» мать? Но девочка привыкла поменьше пререкаться, чтобы не раздувать и так пылающий гнев матери. — Хорошо мама. Прости… — она ополоснула стакан. Рядом с раковиной стояла чёрная коробка. Та самая, которую она не заметила, придя на кухню. Она хотела взять посмотреть ее, но побоялась, что мать наорет на неё снова или еще хуже — опять ударит, поэтому решила спросить при удобном случае у папы. Девочка ушла в свою небольшую комнату, похожую скорее на кладовку с окном. Там едва помещалась кровать, маленький узкий шкаф для одежды и тумбочка, на которой стояли будильник, фотография семьи Альба в рамке, рядом расположилась стеклянная фигурка голубя с розовым цветочком в клюве и позолоченными глазами и деревянный крест. На подоконнике лежало несколько толстых книг. «Я сама отучусь, сама поступлю, сама устроюсь в этой жизни. Мне не нужно будет целовать порог Саламанок, чтобы стать кем-то.» — подумала девочка, выключила свет, который давала свисающая с потолка лампочка на коротком черном проводе, и уселась на кровать, которая сразу же издала неприятный скрип, к нему, впрочем, Ариана давно привыкла и не обращала на это никакого внимания. Через 6 лет она хотела поступить в колледж на фельдшера. Ее договор с родителями был прост: если она не поступает, то навсегда забывает об этом и идет работать «как и все нормальные люди их уровня» в магазин или на соседнюю ферму. Второй вариант был приоритетнее для Арианы, потому что коров и лошадей она любила. Родители считали, что она теряет время, а значит, и деньги, стараясь учиться. А она была согласна на что угодно, лишь бы ей давали разрешение продолжать учебу. Большинство в их местах уже в 13 лет заканчивали основные классы школы и не шли дальше. Она же четко планировала идти. И решительность эта была не по возрасту. «Не было в нашей семье грамотных, а ты нос задираешь, будто подкидыш, не нашей породы!» — эти слова часто ранили Ариану. А в мечтах… получить медицинскую специальность означало возможность в итоге переехать в Штаты или хотя бы в столицу Мексики — начать новую жизнь в новом месте, где водопровод и электричество — норма, а не дар местных божков-бандитов. Ей вдруг вспомнилась улыбка Дона Эдуардо, и мурашки вновь пробежали по спине. Странно, она даже не особо запомнила его внешность, ведь всякий раз старалась не смотреть на него, чтобы случайно не пересечься взглядами. Подружка из соседней деревни рассказывала ей, что он или его брат некоторое время нахаживал в гости к одной девушке по соседству. Кажется, ее звали Аделаида или Аделина? Понятное дело, что та сразу стала красиво и дорого одеваться. Откуда-то появился мобильник (тот самый, с длинной антенной и весом 1 кг!), но больше всего, по рассказам подруги, она хвасталась бриллиантовым колье, которое у неё в итоге украли. На следующий день после этого в деревне произошло убийство. Связаны ли были эти два события или нет — неизвестно, но Ариана почему-то была уверена, что так мужчина наказал обидчика своей любовницы. Впрочем чувство или влечение — тут уж в душу ему не заглянешь — очень скоро улетучилось и больше мужчина в тот дом не приезжал, оставив лишь свои подарки на память. Девушка была не промах и, продав несколько украшений, уехала в другой город за лучшей жизнью.  «Почему же деньги добываются таким мерзким путем?» — Ариана много раз задавалась этим вопросом. Она не знала ни одного честного человека, который был богат, но зато слышала про многих богачей (большая часть была из семьи Саламанка), не знающих морали. В этот момент ей всегда вспоминались слова из Евангелия о том, что богатому трудно будет войти в Царство Небесное. Но тут же осекалась: отец Мигель постоянно повторял, что нельзя  никого осуждать, чтобы потом не впасть в тот же грех. Ариана встала на колени перед крестом на тумбочке и начала читать молитвы:  — Отче наш, Сущий на Небесах… — в голове всплыла картинка сегодняшнего ужина, но она усилием воли старалась прогнать все сторонние мысли. — Да светится имя Твое, да придет Царствие Твое…  «Почему я отдала лепешку брату? Теперь голодная спать ложусь…» — подумала Ариана, пока губы читали слова молитвы. — Аминь. — закончила она первую молитву, понимая, что совсем не может сосредоточиться. Но она не сдавалась. Такая борьба с потоком мыслей случалась у неё фактически каждый день. Так Ариана прочитала несколько молитв, перекрестилась и легла спать.