ГЛАВА VII — Два года

Прошло два года. Точно — никто не считал. Только смена времён года напоминала, что время идёт. Дождь — всё так же был с ней. Иногда невидимый, как её чувства. Иногда — хлёсткий, как боль в мышцах после сотого повторения удара. Муичиро Токито не говорил лишнего. Он не утешал, не хвалил, не поддерживал — но он был. Он ждал от неё невозможного. И каждый раз, когда она думала, что достигла предела — он давал новое задание. Новую планку. Первый месяц — «Сломай ожидания» Она не держала меча до лагеря. Но научилась — быстро. И не по книжкам. — Меч — это продолжение тебя. Он не должен быть у тебя в руках. Он должен быть тобой. Это было одно из первых, что сказал Муичиро. Он показывал — не объясняя. И она копировала. Сначала она была слабее. Сая всегда точнее. Кендзи — быстрее. Тоши — выносливее. Но она — была упорнее. Шесть месяцев спустя — «Боль — не враг» Удары, ошибки. Сбитые колени, локти, плечи. Но она не сдавалась. Однажды, Муичиро сказал, не поднимая глаз: — Ты бы умерла. Пять раз. За три минуты. И ушёл. Она плакала тогда — впервые. Не вслух, в подушку. Но утром была на поле раньше всех. Он видел. Первый год — «Пойми дыхание» Она не могла достичь дыхания. Не сразу. Другие справлялись — у кого-то получалось после полугода. Амеко — только через девять месяцев. Но когда получилось — воздух вокруг неё стал двигаться иначе. Он как будто плыл. Тогда же она начала подкрашивать кончики волос. Она хотела быть похожей на своего учителя — пока однажды Сая не сказала: — У тебя… синие кончики. Ты специально? Амеко смутилась, покраснела. Не ответила. Ей было за что то стыдно. После этого больше не красила, не хотела показаться глупой. Но что странно, они оставались голубыми. Всегда. Будто краска «въелась» ей в волосы. Второй год — «Шаг сквозь туман» С этого момента всё стало серьёзнее. Настоящие поединки, слепые тренировки, бой в тумане, ночные задания. Она сражалась против Муичиро. Иногда — вдвоём с Тоши, иногда — одна. И всегда проигрывала. Но проигрывала лучше, чем в прошлый раз. Точнее. Быстрее. Тише. В конце двух лет она уже не была той девочкой, что сидела под дождём с глазами, полными тумана.Теперь она была самим туманом. Мягким, но опасным.