ГЛАВА XI - Выжить

Ночь пятая Тьма легла рано — слишком быстро. Амеко не успела добраться до какого-либо укрытия и осталась под открытым небом. Демон объявился сразу, как будто следил с утра. Он был низким, с раздутым телом, быстрым — почти не видно в темноте. Но он не был умным. Амеко справилась, хотя меч в какой-то момент застрял между рёбер – он затупился. Это ужасно, шансы на выживание падают. Девочка чуть не впала в панику. Она дышала тяжело, отбежав на пару десятков метров, и только тогда поняла — у неё кровоточит бедро. Не смертельно, но ещё один удар — и она бы не встала. Ей нужен был отдых. Она прилегла в кустах, благо за оставшуюся ночь ни один демон не объявился. Ночь шестая Сильный демон с множеством рук. Он не нападал сразу. Он следил. Кажется, он получал удовольствие от страха. Амеко пришлось использовать третью кату — «Сердце грозы». Серии быстрых, точных ударов помогли выбить преимущество. Одна из рук демона отлетела прочь, но это было ничто для него. Она бежала. Впервые за всё время — не сражалась, а сознательно выбрала отступление. Ночь прошла в полной темноте. Она забилась в расщелину, зажав рот рукой, чтобы не дышать громко. И всё равно была уверена — демон рядом. Просто играет. Только под утро стало ясно: он ушёл. Или погиб от кого-то другого. Или потерял интерес. Ночь седьмая Не столько битва, сколько кошмарный марафон. Демоны не появлялись, но страх не уходил. Она чувствовала их — слышала, как кто-то где-то дышит, как трещат ветки. Она чувствовала — если придёт ещё один враг, у неё не останется сил даже поднять клинок. Это было испытание выносливости, не силы. Она шла, потом ползла, потом снова шла. Тело больше не слушалось. У неё остался только инстинкт. "Выжить. Просто дожить.» Она никого не убила в ту ночь. Никто не убил её. Но именно в эту ночь она была ближе всего к тому, чтобы сдаться. Её спас только амулет отца в ладони. Стиснутый так сильно, что ногти почти проткнули кожу. Он напомнил — она не просто хочет выжить. Она должна выжить. Всю ночь её преследовал голод. Не физический. Её начало тянуть к чужим голосам — мерещилось, что слышит Кендзи или Тоши. Иногда даже голос Муичиро. "Не теряй голову", — вспоминала она. Она не теряла. Но уже не верила, что увидит кого-то. Когда небо чуть посветлело — она сначала не поверила. Бывали же ночи, когда казалось, что наступает рассвет, но это всего лишь хитрый свет луны, проходящий сквозь туман. Но сейчас — иначе. Воздух стал легче. Тени стали мягче. Ветви деревьев — менее угрожающими. И тогда… она заметила. Глициния исчезла. Целую неделю она висела повсюду — фиолетовые водопады, капканы для демонов, укрытия для неё. Они пахли насыщенно, тяжело, почти удушающе. Но сейчас их не было. Лес стоял голый, как будто сбросил страх. Амеко осторожно сделала шаг. Потом ещё. Каждое движение — боль. Каждое прикосновение — резь в ранах. И всё же она шла. В какой-то момент шум ветра стих совсем. Она вышла на поляну. Перед ней — четверо маленьких фигур. Детские лица, те самые, что она видела в начале. Молчаливые, спокойные. Амеко остановилась. Не закричала. Не побежала. Просто стояла. Грудь вздымалась. Сердце билось так сильно, что казалось — оно мешает слышать. Глаза медленно обвели поляну. Нет глицинии. Нет демонов. Нет никого, кто бы хотел её смерти. И наконец… она позволила себе поверить. — Это… всё? — прошептала она. Слёзы подступили мгновенно, как будто всю неделю они ждали этого сигнала. Она опустила голову, дав слезам скатиться вниз.