Часть 11 Сигнал

Когда Бода проснулась, рядом с ней никого не было. Лишь холод пыльных простыней, немного пробирающийся свет заката через щель плотно зашторенных окон, да знакомая боль в низу живота.  Она провела ладонью по нему, пытаясь унять неприятные ощущения, решив встать с кровати. Ребят почему-то не было даже слышно, что постепенно начинало напрягать.  Несмотря на опасения, что ее могли просто оставить здесь из-за слабости и женского здоровья, она не хотела цепляться за расстраивавшие мысли. Ведь они все же немного сдружились между собой, а вчера перед сном даже посмеялись с общих шуток и подколов. Они могли бы подружиться, но… нужно ли это им самим?  — Проснулась? — Когда Бода вышла из их временной комнаты, то сначала встретил неприветливый сквозняк. Он гулял здесь как хозяин территории, с чем было трудно поспорить. Но спустя несколько секунд тишины, дверь в ванную комнату открылась и оттуда вышел Сынмин.  Он был с мокрой головой, которую пытался быстро высушить чужим полотенцем. Следом за Кимом вышел и Минхо, который кутался в свою толстовку и так же пытался быстрее избавиться от влаги на теле, дабы не простудиться.  — Вы мылись? — Свою догадку Бода произнесла с явным удивлением, ведь вода в их реалиях была очень редким ресурсом. Питьевая уж тем более, поэтому ей оставалось только догадываться где те смогли найти возможность помыть голову.  — Да, оказывается у дома была своя большая бочка с водой на заднем дворе. Спустя несколько месяцев вода там стала хуже, но ею можно хотя бы помыться. — Вытерев ухо, Ким стряхнул мокрые пряди челки с бровей. — Мы в ванной сделали импровизированную плиту для нагрева. Иди быстрее, пока вода горячая.  Господи, Бода либо сейчас спит, либо находится в лихорадочном бреду. Возможность помыться, так ещё и горячей водой, это что-то сейчас почти нереальное! Она бы точно запрыгала от счастья на эту новость, если бы не боль во всем теле и всепоглощающая тоска. У нее внутри словно что-то перегорело вместе со смертью Рен, поэтому она просто не могла полноценно обрадоваться чему-либо.  — Спасибо. — Вежливо поклонившись двум друзьям, она тут же скрылась сначала обратно в комнате, а после забежала и в ванную, прихватив с собой несколько вещей.  Да, можно сказать, что идеально тут не вымыться, но хотя бы смыть слой пота и грязи с тела было бы очень кстати. Волосы, которые она старалась убирать с лица, тоже не помешало помыть хорошенько, ведь те превратились в жирное нечто за столь долгое время в пути.  Они давно перестали обращать внимание на запах друг друга, потому что каждый знал, что пахнет не лучше. Пот, грязь, естественные выделения человеческого организма — все это создавало такие ароматы, что, бывает, тошнило от самого себя.  — Держи. — Минхо передал ей маленький кусок мыла, который Ким нашел в другом доме напротив.  Оказавшись снова в одиночестве, Бода глянула на результат трудов ребят. Похоже, те сожгли немного деревяшек на улице и угли перетащили сюда, а после поставили на железный пласт тару с водой. Это было безопасно, исходя из того, что дым от костра не заполнял тесную ванную, но при этом жар углей мог подогреть жидкость. Единственный минус — температура долго не держалась, поэтому нужно мыться как можно быстрее.  Пока бывшая полицейская раздевалась и намыливала тело, то невольно вспоминала времена, когда пыталась успеть вымыться до того, как закончится горячая вода в бойлере. Ее подруга из Сеула постоянно откладывала возможность его замены на более крупную модель, поэтому приходилось использовать душ со скоростью света. Плюс, она училась в полицейской академии, где тоже много личного времени не давали на расслабление в ванной, так что ей было не привыкать.  Мыло приятно пахло ванилью, стоило Боде растереть его по своим волосам. Сейчас их длина ниже лопаток казалась ей неудобной и лишней, так что лежащие ножницы на краю раковины тут же оказались в женских руках. Прежде чем состричь длину до плеч, Бода глянула на себя в зеркало, замечая измученную голую девушку. На теле множество синяков из-за неудачных падений и столкновений, где-то ещё остались следы после побега с рисового поля. Фигура стала худее, хотя ей нравились ее прошлые пышные формы с округлыми бедрами. Все сейчас говорило о том, что она пыталась выжить в непростое время, из-за чего на ее силуэт не взглянешь без жалости и сострадания.  Быстро распрощавшись со значимой длиной волос, Бода до конца смыла с себя грязь и мыльную воду, наспех вытерлась и напялила вещи, которые нашла в их временном убежище: тонкий коричневый лонгслив, сверху темно-серую толстовку, а на ноги спортивные штаны такого же цвета. На ступни натянула длинные носки с изображенными на них кроликами — единственные, оказавшиеся ей по размеру. Обувь и куртка остались теми же, со своими грязными пятнами и разводами тут и там. На чистое такое надевать не очень хотелось, но выбора особо не было — либо это, либо мерзнуть в других вещах.  Полотенце, которым ей нужно было убрать всю влагу с тела, отдавала запахом плесени и затхлости. Видимо, оно долго лежало в закрытом шкафу. Тем не менее, это куда лучше, чем тот запах, который исходил от немытого тела.  После импровизированной бани, они сели на кровать и принялись есть свои запасы. У Минхо было ещё несколько банок томатного супа, у Сынмина две пачки сухарей и одни рыбные консервы.  Признаться честно, у Боды уже тошнота подступала к горлу от вкуса консервированной рыбы. Ужасно хотелось мясо на гриле, как в старые добрые времена. Сейчас же выбор был невелик и она с благодарностью открыла банку томатного супа. На несколько минут в помещении раздавались лишь звуки черпающих ложек.  — Давно я такого кайфа не ощущал. — Минхо управился со своей порцией за рекордное время и со стоном блаженства откинулся спиной на кровать. Матрас под его весом скрипнул пружинами, но выдержав натиск. — Когда ещё мы сможем помыться?  — Когда найдем себе укрытие на зиму. — Спокойно ответил Сынмин, отправляя в рот ещё порцию рыбы.  — Черт, зимовать в этой дыре. — Фыркнув, Минхо сменил эмоцию радости на хмурость. — Мы что, реально будем прятаться всю зиму в Никко?  — А что ещё остается? Опасно будет остаться без подготовленного укрытия в такой холод. Самое удачное время для переправы из Японии будет весна. — Ким тоже закончил есть и улегся рядом с другом, чуть поглядывая на медленно жующую девушку.  — Жаль, что радио больше нет. — Тихо прошептала Бода, не смотря на парней.  На ее слова они переглянулись между собой, а следом Минхо стал рыться в своем рюкзаке. Через несколько мгновений перед глазами показались две целые рации, на вид которых девушка лишь похлопала ресницами.  — Мы нашли их в доме одного ученого. Как оказалось, он знал, что в той лаборатории что-то пойдет не так совсем скоро, поэтому удрал как последний трус. — Фыркнул Ли, включая одно устройство. По помещению раздались шипящие звуки, означавшие, что рация не ловит ни один нормальный канал.  — Подожди, а вы пытались тестировать их? — Бода отложила еду и нахмурилась, припоминая что-то в голове. Их с Рен радио ещё давно смогло поймать одну волну с кем-то, кого было слышно всего на пару секунд. Что же они тогда услышали? Бода все не могла вспомнить.  — Да. — Ким усмехнулся и выхватил у друга включенную рацию, решив повторить то, что тогда Минхо сказал. — Ал-о-о, прием, глупый Сынмин.  Она наконец вспомнила.  — Так это были вы. — Боде хотелось рассмеяться от осознания, но она позволила себе лишь маленькую улыбку, полную боли.  Они тогда слышали их, прячась в медицинском кабинете спортивного комплекса. Рен долго возилась с рацией, а после поймала, похоже, сигнал с раций парней, которые в это же время были в квартире ученого. Все это время их пути были очень близко, но смогли соприкоснуться только после смерти одного.  — Что? — Минхо не расслышал шепот.  — Ничего. — Она тряхнула головой и посмотрела на ребят рядом с собой. Сейчас ей нужно сосредоточиться на настоящем, чтобы в будущем было спокойнее. Мысли о прошлом лишь замедляют, заставляя снова чувствовать себя виноватой.  — Кстати, Бода, твои волосы… О! Тихо-тихо! — Стоило ему попытаться вытянуть из себя комплимент в сторону не самой ровной стрижки девушки, как из рации в руке Кима послышались еще какие-то звуки помимо помех. Парень тут же на это отреагировал, выставив свободную руку вперед, как бы призывая остальных сейчас обратить внимание.  — Прием, в районе Канума была замечена компания из, предположительно, трех людей.  От чужого голоса по рации веяло военной строгостью и краткость в словах. Не только от тона мужчины, но и от смысла слов, у каждого из них пробежались мурашки по телу. Их смогли заметить, а значит, опасность совсем близко.  Трое людей застыли на кровати, не веря собственным ушам. В груди Боды сердце затрепетало, как испуганный зайчишка перед мордой голодного волка. Можно сказать, что похожее испытывали и парни, которые сейчас с паникой в глазах смотрели на друг друга.  — Прием, нам высылать к вам подкрепление? — Другой голос, более старше, тут же дал ответ. — Нет, справимся сами.  — Принято. У Боды все скрутило внутри от страха. Конечности отказывались двигаться, а глаза продолжали гипнотизировать рацию в руках Сынмина. Парни тоже впали в некий транс, не сразу вообще поняв, что, вообще-то, сейчас говорил явно о них. Каждому в моменте резко поплохело.  — Быстро! Вставайте! — Один Минхо разом пришел в себя и стал расталкивать ребят, подгоняя их. Время шло на минуты.  Бода ринулась собирать их еду и вещи, Сынмин выбежал из комнаты и залетел в ванную, тут же начиная оттуда все убирать. Не хватало ещё, чтобы военные увидели как они пытаются справиться с неудобствами. Мало ли, ещё попробую лишить их даже этого, несмотря ни на что.  — Быстрее! — Ли тоже собирался, запихивая сменную одежду в свой рюкзак. Рации он выключил и застегнул одну на свой куртке, вторую же отправил в рюкзак Сынмина.  Бода дрожащими руками пихала свое и чужое в одну сумку, напоследок ещё стащив с полки найденные Минхо прокладки.  Когда все были наспех одеты в куртки, а на плечах парней весели тяжелые рюкзаки, они решились выглянуть на улицу через маленькую щель их временного пристанища. Снаружи было обманчиво тихо. Хотя, кто знал, что их поджидало совсем рядом.  — Если судить по их словам, то они заметили нас ещё вчера. — Сынмин повернулся к ребятам, стараясь тихо шептать. — Почему же медлили?  — Может, ждали, пока мы совсем расслабимся. — Пожал плечами Минхо, крадясь впереди всех к задней двери дома. Он запомнил, что та дверь вела на задний двор, который был окружен полуразрушенным забором. Если постараться, то можно выбраться незамеченными через проросшие кусты. Хоть те были уже без листвы, все равно скрывали большую часть.  — Или готовили более детально западню. — Выдвинула менее утешительные домыслы девушка, тут же прикусив губу. Не время предаваться плохим мыслям, ведь сейчас им нужно спасаться всем вместе. В этот раз Бода не сможет перенести потерь, даже, если они были ничтожно мало знакомы. В условиях выживания все сближались довольно быстро. Так же быстро как и теряли друг друга.  — Бода, лезь первая. — Минхо пропустил ее вперед, получив на свои слова приподнятую бровь. — Ты меньше колыхнешь ветки кустов. Если нас заметят, то хотя бы ты шустро успеешь убежать.  Надо же, ещё буквально несколько дней назад он был готов оставить ее без сознания в лесу, предусмотрительно своровав карту, а сейчас искренне продумывал план так, чтобы спаслась и она. Причем ставил он ее даже в первую очередь.  — Сынмин, потом ты. — Кивнул Ли другу.  — Но…  — Не перечь. Просто иди за Бодой. — Мотнув отрицательно головой, Минхо стал озаряться вокруг, но никого не заметил. — Идите, быстрее.  На улице поганая погода. Впрочем, в таких условиях, что майское тепло, что осенняя прохлада будет казаться неприятными. Если летом мешают насекомые, жара, ужасный запах и более высокий шанс заразиться чем-то похлеще зомби-вируса, то зимой можно просто умереть от переохлаждения, осложнения, слететь со скользкой горы. Вариантов умереть бесчисленное количество и сейчас они только стали все чаще встречаться и промелькать в мыслях.  — Давай. — Сынмин кивнул девушке лезть вперед и та подчинилась.  Ей было легче, потому что она без ноши в виде рюкзака и мельче фигурой, чем парни. Стоило ей оказаться на другой стороне двора, как Сынмин кинул на «протоптанный» Бодой путь свою сумку и чехол от гитары. Девушка потянула первую на себя и показала парню, чтобы и он лез скорее.  Все это делалось молча, в тишине, которую нарушал лишь завывающий ветер. В ушах он чувствовался неприятно, словно пытался сказать трем путникам о надвигающихся проблемах. Но Бода лишь хмуро поправила шапку на голове, которую ей дал Ким, и протянула ему руку, дабы тот быстрее переполз сквозь лезущие в лицо ветки.  Послышался хруст. Не только падающих веток с кустов, но и откуда-то со стороны, словно кто-то пытался к ним аккуратно подкрасться. Бода резко повернула голову вправо и лишь на секунду застыла, заметив стоящего в пяти шагах от них военного. Он и сам чего-то медлил, держа девушку на мушке своего оружия.  Бода смогла успеть лишь толкнуть Сынмина назад, прежде чем уши начал оглушать звук выстрелов. Ким упал, сначала не поняв почему его стали так остервенело заталкивать назад, но через секунду осознал, широко раскрыв веки.  Минхо сзади тоже зашумел, зашагав по мокрой земле в сторону стрелявшего. Он был все еще с другой стороны забора и не виден военному, чем сначала хотел воспользоваться и напасть.  Сынмин же был как меж двух огней, где с одной стороны был его друг, а с другой Бода, которая поспешила скрыться между недалеко стоящих деревьев. И девушка поступила правильно, что откинула Кима назад, ведь тогда бы пуля точно попала в него. Но Сынмин все равно пытался ещё придумать сейчас в голове, как спасти девушку.  А Бода рванула в сторону от дома, считая, что отвлечет неизвестного мужчину на себя и уведет его подальше от ребят. Если она когда-то пережила потерю близкой подруги, почти сестры, то сейчас не могла позволить, чтобы парни потеряли друг друга. За эти несколько дней она смогла заметить как они дорожили своей дружбой. Как заботились, как держались, как помогали. Их связь была примером для подражания той дружбы, к которой стоило стремиться, поэтому Бода сделала такой выбор.  Военный клюнул на уловку и последовал за девушкой, переодически стреляя из своего автомата. Боде удавалось отбегать от тех мест, куда попадали пули, пока одна из них все же не попала в плечо. Рвано выкрикнув и вдохнув больше воздуха, она пыталась не сбавлять темпа бега. Без всего с собой, она даже не знала, куда бежит и, что ждёт ее в этом побеге, но сейчас волновало только одно — не умереть от пули. Сынмин дождался пока их враг отойдет от дома, чтобы уже наконец выйти наружу. Проползав на другую сторону забора, он оттолкнул мешающие ветки и быстро раскрыл свой рюкзак. Внутри, почти на самом верху всех их пожитков, лежал острый нож. Схватив его, встал на ноги и огляделся — Минхо все ещё во дворе, а значит, тоже смог выглядеть ещё одного военного.  Второй их враг ждал, похоже, у центрального входа в дом, но услышав возню и выстрелы, отправился сюда. А Минхо уже ждал его, стоя у угла дома с поднятой бейсбольной битой.  Они вообще в спешке случайно оружием поменялись, ведь нож был Минхо, а бита Сынмина. Тот пистолет, который Ким держал всегда при себе, скорее всего был у Боды, но та пока не стреляла. Пыталась увести военного как можно дальше?  Ким понял, что пора действовать, когда со стороны деревьев послышался крик девушки — ее ранили, и от этого у младшего Мина кровь забурлила ещё сильнее. Он сразу ринулся за ними вверх по горе, отталкивая вновь мешающие ветки деревьев. Бежал как мог, пока не заметил спину мужика в форме. Спрятавшись за стволом, Ким пытался собраться с силами и просчитать свои ходы как можно удачнее.  У их врага огнестрел. Целый, блять, автомат. У него же зубочистка, а не нож, которым можно было удачно только хлеб порезать. Но впереди была так же Бода, которая уже ранена и испытывает сильные боли из-за менструации. Ещё чуть-чуть и военный догонит ее, а после не просто убьет, а скорее всего ещё и попытается надругаться. Кима всего тряхнуло от этой мысли и, он, взяв всего себя в руки, побежал прямо в спину мужчины.  Тот до конца и повернуться не успел, как на него налетел кричащий от переисбытка чувств парень, сбив с ног. У Сынмина в голове сейчас была полная пустота, лишь желание спасти себя и друзей, поэтому он продолжал натиск на чужое тело, пытаясь выбить из крепких рук оружие.  Между ними завязалась что-то подобие драки, где один пытался спихнуть с себя другого, пока тот все бил по рукам и размахивал ножом.  В один момент Ким попал лезвием, ударив наотмашь по лицу мужчины. Тут же брызнула кровь, попав на одежду парня, но сжав зубы, он попытался ударить ещё раз. Тут военный смог уже скинуть с себя тело и перевалиться на бок, начиная постепенно заваливаться на Сынмина. Еще секунда, и уже юноша пытался отбиться от атак военного, который умело заламывал ему руки.  Мычав через стиснутые зубы, Киму все-таки удалось проткнуть лезвием руку нападающего, услышав его неприятные стоны боли. Лезвие почти прошло насквозь, застряв в чужой руке, и единственное орудие парня исчезло из его руки. Не растерявшись, он стал давить пальцами лицо мужчины, который развалился на него, пытаясь попасть в глаза. Военный тоже не отставал, поэтому свободной, не раненной рукой потянулся к автомату, готовясь выпустить несколько пуль прямо в живот юноши.  Стоило его пальцу оказаться на крючке, как откуда-то сверху горы послышался хлопок и тело военного замерло. Бода точным выстрелом попала мужчине в лицо, а брызги крови попали на Сынмина. Безжизненное тело стало наваливаться на Кима сверху, а тот в шоке замер на несколько секунд, осознавая, что на его лице и руках сейчас чужая кровь. Он буквально был весь в ней, но все еще живой, а значит, пора выбираться и искать Минхо.  — Давай, вылезай! — Бода подбежала к нему и помогла спихнуть тяжеленное тело, а после и подняла на ноги трясущегося от страха Сынмина.  — С-спасибо. — Дрожащими губами произнёс он, но Бода лишь кивнула и потащила парня за собой обратно к дому.  Тем временем у Минхо тоже завязалась драка. Второй военный был крупнее первого, более опытным, о чем говорили его отточенные движения. Не успел Ли сделать удара битой, как ее тут же выбили из руки и самому парню прилетело в нос прикладом автомата. В ушах зазвенело, перед глазами все поплыло, но он продолжал стоять на ногах, выставив руки вперед.  Кровь потекла струями из носа, окрашивая подбородок и губы в алый. Минхо ощущал дикую боль по всему лицу, но смог тряхнуть головой и несколько раз быстро проморгаться, прежде чем в него полетел огромный кулак.  Раньше, в отличие от друга, Минхо занимался борьбой и умел драться. Сынмин же ходил в музыкалку чуть ли не с пеленок, поэтому особо защищаться не умел, не говоря уже о драке на кулаках. Ли лишь немного научил его приемам, всегда вдалбливая ему в голову, что лучше всего бить врага между ног, в глаза и в солнечное сплетение.  Сейчас же Минхо понимал, что имеет дело с крупным мужчиной, который точно до этой миссии в Японии служил где-то. Были ли у него шансы на победу? — Сейчас узнаем. — Тихо шикнул кровавыми губами он, наступая первым в драку.  Военный пытался быстрее выстрелить из автомата, но у Ли удалось отвернуть от себя ствол перед самым выстрелом. Пуля вылетела в воздух с громким звуком, но отдача от него нисколько не пошатнула мужчину. Второй рукой он попытался схватить мальца хоть за что-то, но тот резко ушел в сторону и попал кулаком в лицо мужчины. Послышался хруст — то ли кость в руке Ли, то ли скула военного были сломаны.  Сразу следом Минхо попытался сбить врага с ног, завалился плечом на его и поставил подножку под чужое колено. Но тот устоял на месте и, более того, смог схватить пальцами куртку Ли. От прошлого удара его ещё пошатывало, поэтому Хо с легкостью можно было опрокинуть, что мужчина и сделал, чуть ли не как пушинку кинув его не землю.  Ли не успел сгруппироваться, поэтому с дикой болью принял ребрами не только сырую землю, но и удар массивных берцев. Пока тот бил его ногами, то пытался вновь удобнее схватить автомат, чтобы застрелить Минхо, как на него тут же налетело ещё два молодых тела.  Бода, вместе с Сынмином, обошли дом и забежали во двор через центральный вход. Они увидели как их друга буквально избивают и как с его лица стекают струи крови вместе со слюной и слезами. Времени думать совершенно не было, поэтому они просто кинулись на мужчину как неотесанные бешенные собаки, хватаясь руками за что попадется.  Бода смогла ухватиться за автомат и отвести в сторону, когда мужчина нажал на курок. Минхо в очередной раз был спасен от пули в самый последний момент.  Мужчина, заметив Боду и ее руки на своем оружие, тут же попытался ее оттолкнуть, ударив локтем в грудную клетку. У нее весь воздух тут же вышел из легких и она на несколько секунд ослабла, расслабив собственные пальцы.  Сынмин же с другой стороны от военного вцепился ему в шею, пытаясь сделать удушающий. У него почти получилось крепче ухватиться и занести нож к шее, как его резко припечатали к стене дома.  От силы удара его руки ослабли, и, он безвольной тряпкой уже стал сползать вниз, но вовремя пройдя в себя, смог уклониться от удара прикладом в лицо и всадить нож в его бедро. Военный завыл, чуть пошатнулся, как обе его ноги схватил кто-то внизу.  Опустив взгляд вниз, военный смог увидеть, как Минхо с самой кривой улыбкой на свете ухватился за его ноги и резко дернул на себя. Повалить получилось, но мужчина явно прикладывал усилия, дабы укрыться от летящих ударов. — Какого черта вам надо от нас?! — Крикнула Бода, остервенело снова бросившись в сторону мужчины.  Лишь с помощью трех людей, которые приложили совместные усилия, им удалось свалить мужчину на землю. Тот весь запыхался, кряхтел в попытках уже просто спастись, не то, чтобы убить кого-то.  — Мы живые люди, не зараженные! Зачем вы убиваете нас?! — Продолжала кричать Бода, все-таки дав по чужому лицу с размаху собственным сапогом. У того от удара голова резко развернулась в другую сторону и кровь месте со слюной вылетели на землю.  Не успели парни очухаться и что-то ещё сделать, как их спутница уже взяла рядом лежащий камень, который имел острый скол, и стала наносить удары.  — Э-это приказ! — Военный, видимо поняв свое плачевное положение, попытался руками оттолкнуть от себя девушку и заговорил, но она была уже в каком-то истеричном состоянии, снова поднимая руки с увесистым камнем. — Не надо! Я лишь выполняю приказ!  — Чей был приказ убивать Рен?! Чей?! Минхо и Сынмина осенило, что их новую подругу накрыла самая настоящая истерика на фоне недавно погибшей подруги и этого нападения. Она все это время держала эмоции внутри, все ещё не пережила потерю. Она пыталась не расслабляться, не рыдать в три ручья при незнакомых парнях, не позволять себе слабости. Бода была поглощена чувством несправедливости и первородного гнева к тем, кто носил военную форму. Потому что именно они убили ее маленькую Рен.  Бода нанесла удар острым концом камня и военный тут же примолк. Его вырубило со второго удара, а после уже его лицо начало превращаться в кровавое месиво. Она не останавливалась, все продолжала бить, крича от переполняющих ее эмоций и от ощущения, что ее крыша сейчас окончательное поедет.  — Бода! — Крикнул Сынмин, взяв ладонями ее плачи. Она все не останавливалась, поэтому он оттянул ее назад, падая вместе с ней на пятую точку.  Он разжал ее пальцы на окровавленном камне и тот упал на землю, когда же сама Бода разразилась таким плачем, что из ее горла выходили только хрипы и вой раненного животного. Ее пальцы и ногти стерты в кровь, на плече кровоточащая рана, но ее душевная боль преобладала над физической. Или же просто эти два фактора смешались и вылились в то, что сейчас она только могла задыхаться в объятьях Сынмина, который все продолжал ее держать.  Из всех троих только у Кима почти не было никаких ран: вывихнутая рука, боль в спине и голове от удара в стену, да несколько царапин. У Минхо сломан нос, возможно ребро и немного оглушило из-за выстрела прямо рядом с ухом. У всех троих лица и руки красные — не только от бега, а больше от чужой крови.  Они только что повалили двоих военных, чуть сами не отбросив коньки.  — Нас спасла их самоуверенность. — Тихо кашлянул Ли, выплюнув сгусток крови.  Во рту стоял неприятный вкус железа, а нос чувствовал запах пороха. Так ощущалась война, которую устроили прилетевшие сюда военные, выполняя чужой приказ. 

***

Чтобы убитые не стали зомби, Сынмину пришлось второму мужчине наверняка ещё выстрелить в голову из его же автомата. Свои патроны тратить не хотелось. И как оказалось в общем, у прибывших вообще с собой почти ничего не было. В моменте даже стало жалко их, если не задумываться, что те явились сюда убивать совершено не зараженных людей. И сколько ещё до этого они убили.  Бода пришла в себя спустя десять минут истерики. И то, только потому что Сынмин взял из бочки сзади дома немного воды и умыл ее, стерев чужую кровь. С себя он ее тоже смыл, пытаясь не зацикливаться на холоде и дрожи рук. Теперь девушка вообще замолкла и закрылась в себе, а пока парни были и сами не готовы пытаться привести ее в чувства.  Минхо еле встал, еле приволок себя к бочке и окунул просто голову полностью внутрь. От жара тела и холода на улице, от него исходил еле заметный пар. Нос сводило болью, как кулак после удара и ребра. Голова гудела, поэтому молчание ребят было лишь спасением от новых волн этой боли.  Сынмин, взяв на себя ответственность за этих двоих, принял решение уйти отсюда как можно дальше. В рацию, которая начала издавать звуки и спрашивать как обстоят дела с тремя людьми, он сказал, что территория зачищена. На том конце не смогли уловить, что говорил чужой голос, поэтому это давало им время смыться отсюда, пока их подкрепление не поняло и сюда не явилось.  Поэтому, надев один рюкзак сзади, а другой спереди, он принялся волочить на себе Минхо, когда же Бода просто качнула отрицательно головой на предложенную помощь.  Она еле шла — похоже подвернула ногу, пока они спускались с горы, бегом стремясь на помощь к Ли. Но не стала облокачиваться на руку Кима, идя просто рядом с ними.  — Давай, я понесу один рюкзак. — Вдруг предложила она, заметив, что Сынмин берет уж слишком много на себя.  — Лучше продумай как нам пройти дальше. — Он всунул ей карту в руки, пока закреплял свой пистолет в ремень штанов. Больше он точно не собираться расставаться с ним.  Бода не стала спорить, поэтому уткнулась все еще мутным взглядом в карту, которая сильно тряслась из-за ее рук. Кое-как сконцентрировав внимание, она поняла, что им сейчас лучше всего будет осесть где-нибудь не так далеко, пока их раны заживают. Но лучше ещё найти не самое очевидное место.  Но, господи, как же было тяжело рационально мыслить после того, как ее психика пошатнулась и она сорвалась на том военном. У нее перед глазами все еще лежащий труп, лицо которого превратилось в сгусток передавленного мяса.  В это же секунду, вновь увидев военного перед глазами, ее вывернуло наизнанку. Карту она опустила, сама нагнулась вперед и облокотилась одной рукой о кривой забор. Они уже выходили со двора, когда ее желудок схватил невыносимый спазм. Ее вырвало съеденным завтраком и снова захотелось беззащитно заскулить. Слёзы душили, но она сдержала их в себе, повторяя в голове мысль, что ей доверили проложение их дальнейшего пути.  Все же Сынмин поступил правильно, загрузив ее не физически, а умственно, дабы Бода совсем с катушек не слетала.  — Ты как? — Спросил он у Минхо, пока тот медленно волок ноги, держась одной рукой за плечи друга. Его лицо скорчилось от боли.  — Знаешь, после нашего первого концерта, когда мы набухались вдребезги, я чувствовал себя хуже, чем сейчас. — Усмехнулся Ли, тут же снова сморщив лицо от боли в носу и ребрах. Ему хотелось сейчас просто лечь и вырубиться, но пока было нельзя.  — Если ещё шутишь, то значит реально не все так плохо. — В тон ему усмехнулся друг, посмотрев чуть назад — на кашлявшую девушку после приступа рвоты. — Тебе дать воды?  — Нет. — Глухо отозвалась, отталкиваясь от забора.  Поравнявшись с парнями, она выдавила из себя идею дальнейшего укрытия.  — Мы можем попробовать скрыться за горой. Там тоже могут оказаться какие-нибудь постройки. На том ребята замолкли и пошагали наверх, еле перебирая ногами и превозмогая боль с теле. Главное скрыться, зализать свои раны, а после они вновь продолжат путь.