«Другая»

Заброшенная психиатрическая лечебница «Святой Марии» была одним из самых популярных мест для подростков Нью-Йорка. И из-за них же она часто попала в поле зрения полицейских. Эва стояла у подножия полуразрушенной лестницы, скрестив руки на груди и оглядываясь. В этот поздний час здание казалось ей зловещим готическим замком, из которого вот-вот полезут вампиры, учуявшие свежую кровь. - И что я здесь делаю? Амен стоял рядом и, подражая спутнице, оглядывался по сторонам. Но если Эва задавалась вопросом о своём здравомыслии, то Амен прикидывал, с чего начать поиски удачного ракурса. - Напоминаю, ты здесь, чтобы проследить за тем, чтобы я не сломал шею, и чтобы тебе... - Да-да-да, - перебила соседа Эва. - Больше похоже на то, что я сошла с ума, - девушка повернулась к Амену. - Ты уверен, что это хорошая идея? Парень уже достал фотоаппарат и настраивал объектив. Его глаза хищно блестели в предвкушении охоты. - Я хотел посетить это место с тех пор, как прочел о нём год назад. Поэтому, да, уверен, - Амен перевёл взгляд на Эву. - Только представь, какие истории хранят эти стены. Кадры будут просто шикарными. - Ага, истории о том, как ломались судьбы людей под воздействием болезней и препаратов. И как я сама не догадалась, что это просто потрясающе? Амен засмеялся. - Ты всегда такая пессимистка? - Я - реалистка, Амен, - она вздохнула и перевела взгляд на парадные двери. - Ладно, давай быстрее с этим закончим и вернёмся домой. Поставив машину на сигнализацию, Амен направился вверх по лестнице. Эва побрела за ним, ещё раз задумавшись о том, что она делает в данную минуту. «Может, та статья не врёт, и все, кто причастен к расшифровке манускрипта сходят с ума? Иначе как объяснить, что я - человек с повышенной тревожностью и психологической травмой, пусть и не совсем, но всё же добровольно приехала в это злачное место по среди ночи, да ещё и с человеком, которого толком не знаю?» Эва остановилась и уставилась на удаляющуюся спину соседа. «Нет, ну правда. Я же о нём ничего не знаю, совсем. Что, если он маньяк?» - Ты чего там застряла? - Амен уже стоял у входа в лечебницу. - Убеждаюсь в том, что спятила, - проишипела девушка себе под нос. - Иду! Как таковых дверей в здание не осталось - кто-то очень постарался, выбив их. Амен включил фонарик и первым сделал шаг в темноту. Медленно выдохнув, Эва зашла следом. Свет от фонарика осторожно скользил по полу, указывая безопасный путь. В помещении пахло отвратительно. Несмотря на то, что зданием не пользовались около 90 лет, запах медикаментов никуда не исчез. К нему примешались запахи плесени, грязи, дешёвой выпивки, сигарет, а также чего-то приторно сладкого. И каждый в отдельности, и все вместе эти «ароматы» вызывали тошноту. Эва остановилась в центральный части бывшего холла и осмотрелась. Всюду валялся какой-то мусор, обшарпанные стены были изрисованы дешёвой краской. Стекла были выбиты, стойка регистрации разнесена в щепки. Амен, казалось, ничего этого не замечал. Он оглядывал помещение совсем иначе. Если во взгляде Эвы не было ничего, кроме отвращения, то в его можно было наблюдать неподдельный интерес. Сняв крышку с объектива, Амен принялся фотографировать. Аппарат почти не замолкал, создавая кадр за кадром. Эва невольно засмотрелась на него. Амен пытался поймать всё - каждую делать, каждый блик, каждую тень. Его взгляд блуждал по холлу, цепко хватая всё, что могло отобразить одному только Амену понятный смысл. - Тебе это сильно нравится? - спросила Эва быстрее, чем сообразила, что она делает. - Ты о чём? - Амен был увлечён процессом, но в разговор всё же включился. - Фотографировать. - А тебе нравится переводить разные тексты? - неожиданно уточнил сосед. - Эм... Да. - Вот ты и ответила на свой вопрос, - Амен принялся что-то искать в сумке. - Понимаешь, мир через объектив выглядит совсем иначе. Каждый увидит в этих фотографиях что-то своё. В зависимости от того, кто что ищет, кто что чувствует. Взять даже нас с тобой сейчас. Тебе здесь не нравится, и на этих фотографиях ты не увидишь ничего, кроме грязи и разрушения. - А ты? - Эва пребывала в приятном шоке - Амену удалось действительно её заинтересовать. Амен задумался на пару секунд, а затем как-то обречённо ответил: - Смерть. Скорбь. Бесчеловечность. Эву его ответ удивил. Она увидела Амена совершенно с неожиданной стороны. «Оказывается, ты не такой уж и поверхностный». - Я хочу осмотреть второй этаж, - тон Амена изменился. Эва поймала себя на мысли, что он напоминает ей ребёнка, который только что получил подарок и хочет скорее его открыть. - Я быстро. - Что? Хочешь пойти один? - Эва почти крикнула от испуга. Амен непонимающе уставился на неё. - А в чем проблема? Тебе здесь не очень нравится, я подумал, что идея осмотреть второй этаж не покажется тебе удачной. - Божечки! - Эва помассировала переносицу. - Ты что, фильмы ужасов не смотрел? Стоит героям разделиться, как тут же одного из них убивает маньяк, - в этот момент где-то хлопнула дверь, и Эва обернулась, пытаясь найти источник звука. - Или появляется какой-нибудь призрак, и тогда здание превращается в ловушку. Девушка повернулась к соседу, и в этот момент затвор фотоаппарата щелкнул. Амен взглянул на экран, а затем поднял глаза на соседку. Он улыбался. - Амен, ты же обещал! - Не понимаю, о чем ты, - увидев, как Эва прожигает его своим взглядом, парень поспешил оправдаться. - Не смог удержаться, прости. Ты очень милая, когда боишься. Эва опешила. Нет, не потому, что Амен назвал её милой, а потому, что она увидела в его глазах. Там не было насмешки или попытки задеть. Простой искренний взгляд. Девушка почувствовала, что краснеет. «Хорошо, что здесь темно. Не хочу, чтобы он заметил, что смутил меня. Зазнается ещё». - Ну, раз по правилам жанра разделяться нельзя, приглашаю тебя на второй этаж, - Амен протянул Эве руку. - Нет, я точно сошла с ума, - произнесла Эва, вкладывая свою ладошку в огромную руку Амена. Лестница на второй этаж отзывалась на каждый шаг. Эве казалось, что она протестует и пытается убедить их повернуть назад. - Как ты думаешь, нам удастся увидеть призрака? - Эва пихнула Амена в бок, и он понял что шутка не удалась. Поднявшись, соседи оказались в длинном коридоре. - А здесь не так грязно, и дышится гораздо легче, - заметила Эва. - Да, видимо вандалы сюда добираются редко, - Амен шёл первым, заглядывая в бывшие палаты. В конце коридора находилась дверь с надписью «Процедурный кабинет». Он был заперт, но для Амена это не оказалось проблемой - он выбил дверь с одного маха. Комната неплохо сохранилась: заваленный бумагами рабочий стол, потрёпанная кушетка, стеклянные шкафы, в которых стояли такие же стеклянные бутыльки. - Джекпот! - воскликнул Амен, зайдя в помещение. - Что-то не заметила тут сумки с деньгами, - Эва прошла вглубь кабинета и встала у окна. Амен, увлечённый процессом съёмки, ничего не ответил. Щелчки фотоаппарата не смолкали. Сосед фотографировал всё, буквально всё: ряды склянок в шкафу, пятна на полу, разбросанные по столу листы, тень, отбрасываемую Эвой... - Мне отойти? - спросила Эва. Амен поднял на неё свой горящий взгляд. - Нет, стой, я сделаю ещё пару снимков. Эва улыбнулась и отвернулась обратно к окну. Девушка всё ожидала, когда же тревога даст о себе знать. В такой угнетающей обстановке нельзя оставаться спокойной. Но внутри было на удивление тихо. Внезапно комната озарилась светом - луна показалось из-за туч. - Не шевелись, - прошептал Амен. Щёлк! Девушка уставилась на фотографа. Щёлк! - Амен, я же просила тебя меня не снимать. Неужели это так трудно? - Трудно, - быстро выпалил он. На мгновение Эва растерялась. - Почему? Амен не ответил. Вместо этого он продолжил фотографировать соседку. - Амен, хватит, пожалуйста. - Прости, не могу остановиться. Свет идеален. Ты выглядишь волшебно, - Эва заметила, что его руки дрожали от возбуждения. Амен не шутил. Губы сами расплылись в улыбке. Его внимание оказалось чертовски приятным. И Эва решила ему подыграть. - Ты же сказал, что тебе не нужна модель, - напомнила Эва, отворачиваясь. - Не нужна, - очередной щелчок. - Тогда что происходит? - протянула Эва. Не услышав характерный звук, Эва снова посмотрела на Амена. Сосед опустил фотоаппарат и смотрел на неё. В комнате повисла тишина. Но она не была неловкой. Наоборот: это затишье будто пыталось сделать так, чтобы эти двое как можно лучше разглядели друг друга. Амен сделал осторожный шаг в сторону Эвы. Он вышел на лунный свет, и теперь его кожа казалась мраморной. Сверкающие в полумраке глаза осматривали Эву с интересом. Сердце девушки с каждой секундой стучало всё быстрее. Амен поднял фотоаппарат к лицу, но звук затвора так и не прозвучал. - Что ты делаешь? - прошептала Эва. Она думала, что если спросит его хоть на тон выше, то вспугнет парня, и он закроется от неё. Амен медленно опустил фотоаппарат. Взгляд его холодных глаз прожигал насквозь. Эве почудилось, будто он разгадал все её тайны. - Пытаюсь понять, кто ты, - тихо произнёс сосед. - Что? - Эва нахмурилась. - Я очень часто работаю с людьми - все они одинаковые. А ты, - Амен сделал паузу, пытаясь подобрать нужное определение, - какая-то другая. - И что во мне не так? - Я не говорил, что в тебе что-то не так. Я сказал, что ты - другая. Амен сделал ещё шаг. Эва сглотнула. - Почему ты поехала сюда? - спросил фотограф, слегка наклонив голову. - Составляю тебе компанию, как ты просил, помнишь? - Ты могла отказаться, но села в машину и позволила мне привезти тебя в это место. Тебе здесь не нравится, но ты не уходишь. - Кто сказал, что не нравится? - Эва выгнула бровь и скрестила руки на груди. Губы Амен дрогнули, превращаясь в едва заметную улыбку. - Твои глаза. Ты смотришь с опаской, негодованием, отвращением, но всё равно идешь. Почему? Эва отвела взгляд. - Просто интересно, - она пожала плечами. - Врëшь, - это не было предположением. Это был факт. Простой и неопровержимый. - Ты слишком высокого мнения о своих способностях, - Эва огрызнулась, но злости в её голосе не было. Она хотела оттолкнуть Амена, прекратить этот разговор. Но для чего-то упорно продолжала отвечать на его вопросы. - Наверное, но это не отменяет того, что ты - другая. - Хорошо. Что значит «другая»? - на самом деле Эва не хотела знать ответ. Девушка боялась столкнуться с чём-то, о чем потом пожалеет. - Злишься, но терпишь мои выходки. Не любишь, когда тебя фотографируют, но позволяешь мне это делать. Боишься, но всё ещё остаёшься здесь. - Говорила же, слежу, чтобы с тобой ничего не случилось, - Эва смотрела себя под ноги. Зная от Исмана, что все её действия являются сигналами, указывающими на ложь, Эва всё равно предпочла прятаться за ними. В конце концов, Амен не может знать всего. - Нет. Ты здесь, потому что боишься одиночества. Эва резко подняла голову. Амен смотрел на неё без усмешки. Это был взгляд человека, который многое знает о жизни. И сейчас он делился этим знанием с ней. - Что ты сказал? - Ты боишься оставаться одна. Поэтому терпишь меня, поэтому согласилась поехать, поэтому продолжаешь разговаривать вместо того, чтобы прервать меня или уйти. Сердце колотилось где-то в глотке. Амен так просто всё про неё понял. - Ты..., - Эва не успела договорить. - Прав? - Амен перебил её. Серьёзность в его глазах заставила Эву отвернуться. Девушка почувствовала лёгкий озноб, голова закружилась, пульс ускорился. «Вот и тревога». - Ты ещё долго? - Эва попыталась вложить в свой голос всю уверенность, которая осталась в ней. - Сделаю ещё несколько кадров, - Амен ответил спокойно, приняв то, что она не желала дальше говорить. - Хорошо, - Эва кивнула, бросив взгляд на стол, где царил хаос. Чтобы как-то успокоиться, Эва подошла к столу и стала перебирать бумаги. Её внимание привлекла старая медицинская карта. Открыв тетрадь, девушка развернулась к свету и принялась читать. «Пациент 43: Анри Леруа, 48 лет. Дата поступления: 21 сентября 1904 года. Диагноз: Шизофрения Пациент утверждает, что слышит голоса в своей голове, которые утверждают, что он теперь принадлежит им. Жалобы на ночные кошмары, где пациент действует от лица другого человека: он ведёт какие-то записи, действует чужими руками. Утверждает, что ощущает, будто за ним наблюдают». Эва пролистала ещё несколько страниц. Многие были склеены, кое-где расплылись чернила. Ничего особенного на них не было. Там описывались манипуляции, проводимые врачами, процедуры, схема лечения, редкие цитаты из речи сумасшедшего. Добравшись до последней страницы, девушка прочла: «Пациент третий день находится в горячечном бреду. Опасаюсь, что следующие сутки станут последними». Внизу страницы было написано: «Пациент скончался в 06.13 1 декабря 1904 года». Щëлк! Эва резко обернулась. Амен сделал очередной снимок девушки и теперь разглядывал экран. - Мне нравится этот снимок. Пожалуй, включу его в список своих самых лучших работ, - он подошёл ближе. - Нашла что-то интересное? - Это медицинская карта, 1904 год. Старая добрая шизофрения. Ничего особенного, - пробормотала Эва. - А по твоему лицу и не скажешь, что ничего такого в ней нет. - В каком смысле? - Ты слишком задумчивая, слегка побледнела. Девушка ничего не ответила. После чтения она на могла отделаться от чувства дежавю. Ей показались очень знакомыми слова о ночных кошмарах. «Я чувствовала тоже самое, когда проснулась сегодня утром. И ещё это время - 06.13. Совпадение?». - Думаю, что материала достаточно, - голос Амена прорвался сквозь размышления Эвы. - Поехали отсюда. Обратная дорога прошла молча. Эва, прислонившись к стеклу, задавалась вопросом - для чего она забрала эту медицинскую карту? Амен, заметив её порыв, только покачал головой, и девушка была ему благодарна, что он оставил свои мысли при себе. Эва не могла объяснить, но она чувствовала, что эта карта не просто так попалась ей на глаза, и что написанное в ней не было простым совпадением. - С тобой всё в порядке? - спросил Амен, когда машина остановилась у дома. Эва кивнула. - Не бери в голову. Я просто устала, - опустив голову, Эва смотрела на свои руки. После сегодняшнего разговора в лечебнице, стало ясно, что соседу удалось подобрать к ней ключ. Если она поднимет своё лицо, Амен точно поймёт, что девушка врёт. Эва не ошиблась. Амен знал наверняка, что она что-то скрывает. Но допытываться не стал. Всё-таки они толком ничего друг о друге не знали. С какой стати ей откровенничать с ним? Оказавшись в квартире, Эва спешно попрощалась с Аменом и поспешила к себе в спальню. Закрыв дверь, она прислонилась к ней и съехала вниз. Хотелось позвонить брату, рассказать о своих страхах и подробнее расспросить о первых признаках шизофрении. Нет, ещё рано паниковать. Один странный сон ничего не значит. А статья могла быть написана каким-нибудь параноиком, помешанным на проклятиях. Эва взглянула на медицинскую карту. Исман наверняка подтвердит, что шизофреники слышат голоса и страдают от мании преследования. После этих простых объяснений девушке стало легче. Приняв душ и смыв с себя больничный запах, Эва отправилась в кровать.

***

Снова записи. Снова на французском языке. Снова чужие руки. Снова кто-то следит. Снова блеск металла... Эва открыла глаза и попыталась вспомнить, что её разбудило. Но у неё не вышло. Проворочавшись около получаса, девушка отправилась на кухню за стаканом молока. «Теплое молоко и книга - лучшее снотворное». Возвращаясь к себе, Эва заметила, что дверь в комнату Амена приоткрыта, а внутри горит свет. Любопытство перевесило, и, оказавшись возле спальни соседа, девушка заглянула вовнутрь. Амен сидела за столом, пальцы щелкали кнопками мышки. Эва робко постучала в дверь. - Не спится? - Видимо, испытал слишком много эмоций от посещения лечебницы, - после этих слов Амен обернулся, и Эва увидела экран ноутбука. - А ты почему не спишь? Но Эва его уже не слышала, она уставилась на экран. У окна в полуразрушенном кабинете больницы стояла девушка. Её лицо озарялось лунным светом, глаза блестели, тёмные волосы аккуратно спадали волнами с плеч, стремясь к полу. Она была похожа на фарфоровую куклу. Эва с большим трудом узнавала на чёрно-белом снимке себя. - Это... я? - прошептала Эва. Амен посмотрел на девушку с непривычной мягкостью. - Да, ты, - тихо ответил сосед. - Тебе нравится? Эва услышала в его тоне что-то необычное. Если бы она разговаривала не с Аменом, то сказала бы что это была надежда. Она улыбнулась и активно закивала. Амен едва заметно выдохнул. Он провёл пальцами по тачпаду, и кадры начали сменять друг друга. На каждом была Эва. - Неужели ты сделал так много моих снимков? - она сама не заметила, как почти вплотную подошла к столу. Сосед задумчиво посмотрел на экран. - Знаешь, я не мог упустить такие кадры. За все годы съёмок я не встречал такого лица. Щеки Эвы запылали. - Но я не модель... - И это очень хорошо, - произнес Амен. - Они все притворяются, и подобные снимки получаются наигранными. А здесь, - фотограф указал на экран, - все чувства и эмоции настоящие, - Амен поднял глаза на девушку. - Настоящая ты. Сосед ещё раз пролистал фотографии. - Мне бы хотелось оставить их у себя, - произнес Амен. - Мне нравится смотреть на... то, что здесь изображено, - его голос слегка дрогнул, и он поспешил исправиться. Эва улыбнулась. Амен говорил о ней. - Эти фотографии - лучшее, что я снял за последние годы. Девушке пришлось сделать усилие, чтобы не смотреть на Амена. А он смотрел и ждал... Ждал хоть какой-то реакции. Но вдруг понял - её молчание красноречивее любых слов. Эва вдруг поняла, что они впервые находятся так близко друг к другу. Она чувствовала тепло его тела, ей захотелось коснуться Амена, ощутить, как он касается её. Но испугалась... - Я пойду, - прошептала она. Амен не стал удерживать. Лишь улыбнулся своим мыслям. Реакция Эвы его полностью удовлетворила. Когда девушка была на пороге спальни, она услышала тихое пожелание: - Спокойной ночи, Эва. Удивлённая, она обернулась. Амен обратился к ней по имени. - Спокойной ночи, Амен. Зайдя в свою комнату, Эва поставила стакан на тумбу, а затем легла в кровать. Через несколько минут она мирно спала с улыбкой на лице.

***

Эва проснулась отдохнувшей и в отличном настроении. Все кошмары и тревоги отступили, девушка была готова горы свернуть. Но сначала завтрак и архив. Горы подождут. Дверь в спальню Амена была закрыта. Эва чувствовала себя странно. С одной стороны, она была рада, что он всё ещё спит, - вдруг сосед снова начнёт её анализировать и говорить необычные комплименты? А с другой, Эва была не против его комплиментов и попыток разгадать её. Завтрак Эва провела в тишине и одиночестве, в глубине души надеясь, что сосед встанет до того, как она покинет квартиру. На пороге квартиры Эва сообразила, что было бы неплохо оставить Амену записку. Они даже номерами не обменялись, мало ли, что может произойти. Нацарапав на стикере свой номер телефона, Эва оставила под ним запись: «Ушла в городской архив. Э.». Бросив ещё один долгий взгляд на дверь спальни соседа, девушка отправилась на встречу с Реймссом.

***

- Привет, - коллега ожидал её возле входа в неприметное серое здание с двумя стаканами кофе в руках. - Ты отлично выглядишь. Сама на себя не похожа. Эва взяла из его рук стакан со своим именем. - Привет. Это в каком смысле? Реймсс пожал плечами. - Не знаю. Какая-то ты другая сегодня. «Другая», - в голове тут же эхом пронёсся голос другого человека. - Спасибо, - смутившись, Эва опустила глаза. - Идём? Стоило им зайти в здание, как их тут же окутал запах старых страниц и пыли. Эва находила его очень приятным и расслабляющим. У стойки регистрации их ждал пожилой мужчина. - Мистер Робертсон, мисс Берк, добрый день, - проскрипел он своим голосом. - Здравствуйте, - хором выдали коллеги. - Идёмте, я подготовил то, что вы просили, - выйдя из-за стола, архивариус направился в сторону читального зала. Эва и Реймсс поспешили за ним. Пока коллега о чём-то переговаривался с работником архива, Эва мыслями унеслась в прошлое. Точнее, в минувшую ночь. У них с Аменом получился довольно странный диалог. Эва не могла знать наверняка, но чувствовала, что сосед хотел сказать ей гораздо больше, нежели сказал накануне. По крайней мере, Эва видела это в его глазах и на снимках, которые он сделал. От воспоминаний о визите в лечебницу щеки девушки покраснели. Ей никто и никогда не оказывал внимания так. И Эва была не против повторить этот опыт, лишь бы Амен снова заставил её испытать эти чувства. Но сейчас нужно было сосредоточиться на другом. - ... документы. Их архиву передала его дочь в 1934 году, незадолго до смерти. О Монфоре информации там совсем немного, - донеслись до Эвы обрывки разговора. «Но явно больше и достовернее, чем в интернете», - подумала девушка. Читальный зал представлял собой вытянутое помещение с большими окнами. Вдоль стен тянулись два ряда столов и скамеек. На одном из них стояло 2 коробки. Эва огляделась. «Хорошо, что мы здесь одни». Оставив коллег, архивариус отправился на своё рабочее место. - Итак, что ты нашёл? - спросила Эва, открывая одну из коробок. Реймсс скинул куртку и уселся за стол. - Эти двое были знакомы с самого детства, приходились друг другу какими-то дальними родственниками. Когда Монфор отправился в последнюю экспедицию, его друг уже несколько лет жил в Нью-Йорке. - Чем занимался? - Преподавал историю в университете. - Древний Египет? - Нет. Анри был большим поклонником Наполеона и лучшим экспертом в этой области. - Второй раз за сутки натыкаюсь на это имя - Анри, - произнесла Эва, открывая одну из тетрадей. Прочтя первую строчку, девушка замерла. «Нет, это невозможно». - Всё в порядке? - обеспокоенно спросил Реймсс. - Что тебя так взволновало? Эва подняла глаза на коллегу. - Может, я неправильно прочла, - проговорила она. - Как звали друга Монфора? - Анри Леруа.