Часть 4

Леви выкрутил температуру воды на максимум и съёжился в комок под горячими струями. Душ здесь был чистый, безликий, отделанный идеально белой плиткой. Холодно, как же холодно… И можно сколько угодно поливать себя почти что кипятком, можно сколько угодно кутаться ночью в два одеяла — Хайланд хотя бы в этом его не ограничивал — всё равно не пройдёт. «Я хочу домой, — прошептал Леви, — хочу домой, хочу домой, хочу домой…» Его мучила совесть. Не надо было вообще даже начинать разговор с Хайландом. Сдохнуть, но не работать на Империю. А ведь он именно работает, увиливать получается не во всём. И всё-таки, что же они от него хотели изначально? Похитить можно было кого угодно… Неужели… он тоже придумывал что-то похожее? Пытался дать человеку лемирские возможности? Нет. Не думать об этом. Если вернётся память, это поймут. И так как сейчас — по чуть-чуть, по сути подсказывая Хайланду то, до чего бы он в итоге дошёл сам, не получится. Всё закончится очень страшно, жестоко — и в итоге несколькими глотками метилового спирта. Или что там ещё можно найти в лаборатории. Он боялся умереть в тысячу раз сильнее, чем когда-либо в жизни. *** Дома Леви всегда что-нибудь читал перед сном. Как бы ни устал — хотя бы несколько строк. Здесь читать было нечего — доступ был только к тому, что непосредственно касалось исследований Хайланда. Думать о доме было слишком больно. Леви лежал, зажмурившись и завернувшись в одеяло с головой, представляя себе что-нибудь несуществующее, волшебное, по сути, сам писал в своей голове книгу. Так, фантазируя, он и засыпал. Без единого сна. *** «И как ты можешь так спокойно спать?» — Хайланд раздражённо выключил экран, на который передавалось изображение с камер наблюдения в комнате Леви. Конечно, лемирец мог притворяться, он не мог не догадываться о том, что за ним следят. На самом деле, Хайланд понимал, что злится на бывшего однокурсника зря. Он в первый же день узнал от него чуть ли не самое главное, что хотел. В голове уже начала крутиться идея будущих проектов. Поймать бы ещё нескольких ребят с Лемиры… Но сначала закончить уже начатую работу. Что мы имеем. Самочувствие подопытного было бы идеальным, будь Леви землянином. Да и так хватает одной дозы не самого сильного обезболивающего в день. Наименьшая из проблем. Первая задача — чтение мыслей — выполнена. Пока, правда, на уровне слов, а не понятий и образов, но, кажется, он почти придумал, как это исправить. Достаточно будет внести изменения в конструкцию приёмника, сам имплант, похоже, считывает всё, что нужно. Насчёт конкретной длины волн надо будет посоветоваться с Леви… Именно посоветоваться, и это немного разочаровывало. Слишком уж он легко на всё согласился. Но ничего, значит просто не достигнут предел его сговорчивости. Хайланд ещё успеет отрезать хотя бы одно из остреньких лемирских ушей. Вторая задача — режим контроля. Работает частично. Леви всё-таки признался, что у него появлялось желание слушаться Хайланда, но перебороть это желание было относительно легко. «Ну, представь, что ты голодный и тебя хотят угостить шоколадкой, — так описал это сам Леви, — но ты помнишь, что сидишь на диете и шоколадку тебе нельзя. Как-то так». Полностью подавить волю пока не представлялось возможным. Интересно, насколько искренне Леви говорил и думал, что считает так же? Хайланд встал и посмотрел на часы. Была почти полночь. Плюнув на все прежние принципы, он открыл шкаф и достал оттуда бутылку дорогого виски. Раньше алкоголь он держал исключительно для гостей. А сейчас даже не потрудился сходить за стаканом. Пил просто так, из горла, почти не чувствуя вкуса, пока не закружилась голова и начали путаться мысли. Он уснул на диване, не раздевшись и забыв завести будильник.