Часть 15

Сеул, сентябрь 2019 Хоть мы и сожалели несколько тысяч раз до этого момента, это всего лишь прошлое, которое исчезло.

      Чонгук просто ненавидел собрания.       Особенно он ненавидел подобные утренние встречи.       Чонгук ненавидел себя за то, что он так и не лег спать сегодня, прекрасная зная о собрании, назначенном на восемь утра. Он только полтора часа назад покинул ночной клуб в пригороде Сеула и сейчас мечтал лишь об огромном стакане кофе и спичках в глаза. Чонгук не понимал, как вообще можно назначать встречи на следующий день после свадьбы. Если бы не Тэхён, то младший бы провёл прекрасное утро в мягкой постели. Но вместо всего этого он старательно выбирал пути объезда, чтобы не попасть в пробку и приехать на место вовремя.       Чонгук ненавидел то, что ему приходилось держать свои мысли при себе на протяжении всего разговора. Потому что он знал, что его комментарии будут поняты неправильно, если он выскажется вслух. Его в очередной раз назовут слишком импульсивным и незрелым. Скажут, что он самый младший и самый несмышленый, еще ничего не понимающий. Чонгуку было уже двадцать два, он варился в этом с самого детства, но для остальных так и остался ребенком.       Чонгук ненавидел то, что именно его выбрали на роль няньки для девицы, которая действительно ничего не понимала в происходящем. И с этой ролью, которая указывала лишь на полное доверие Тэхёна к нему, приходили определенные обязанности и сложности.       Чонгук ненавидел то, что никогда не отказывался от поручений, даже если они ему не нравились. Это не входило в его правила: отступать от сложностей или избегать нудной, неинтересной работы. Он считал, что именно так получал необходимый опыт, зарабатывал плюсы в глазах главы.       Все присутствующие уже сидели в мягких кожаных креслах вокруг стола из красного дерева. Обычно они проводили подобные собрания в центре города, но на сегодня был выбран конференц-зал того самого отеля на территории парка.       Намджун сидел во главе стола. Это была демонстрация власти и уважения, а также дань традициям. Глава старшего клана всегда в центре. На удивление он выглядел намного лучше остальных присутствующих. Хосок откинулся на спинку кресла и, казалось, продолжал спать. Чимин зарылся пальцами в волосы, умирая от головной боли. А Тэхен, кажется даже не ложился еще. Рукава его рубашки были закатаны, пуговицы расстегнуты до середины груди. В одной руке он держал стакан с алкоголем, другой — поднес сигарету к губам, затянулся и затушил окурок прямо об красное дерево стола. Чонгук лишь хмыкнул, осматривая самых влиятельных людей страны, которые сейчас были больше похожи на кучку загулявших друзей. Свадьба — это всегда очень весело. Но главное, чтобы она была не твоя. Внешний вид и состояние Тэхена еще больше убеждали младшего в правильности этой фразы.       Пока Намджун переговаривался с незнакомым Чонгуку мужчиной, остальные за столом молчали. Судя по выражению лиц, у них были разногласия. Возможно, мужчина — тот самый господин Тао Чэн, о котором Чонгук периодически слышал. Тот самый глава китайской триады Саньион из Макао. Одной из крупнейших и влиятельных триад Китая. Именно с ним заключили перемирия кланы Кореи в первую очередь, для поддержания и помощи друг другу. Обычно их интересы представлял Джексон Ван, но сегодня помимо него присутствовали еще трое, один из которых и разговаривал с Намджуном.       В двадцать семь лет Намджун уверенно сохранял свою позицию лидера. Тэхен и Чимин позаботились о том, чтобы он прочно удерживал свою власть. Место главы передавалось от отца к сыну, либо путём голосования. Но Намджун получил его от бабушки, вопреки правилам. Первое время многим не нравилось то, что глава не был выбран, однако за счёт своих сил и достоинств он уже пять лет продолжал занимать это место и доказывать, что достоин.       Го Хеми родилась в крохотной японской деревне, которая даже не была указана ни на одной карте. Уже в юном возрасте она вовсю могла пользоваться женскими уловками, переступая через пуританские запреты. В семнадцать лет она первый раз вышла замуж и с молодым мужем переехала в Корею. Попав туда, куда так стремилась, девушка бросила мужа и стала работать танцовщицей. Через год, во время работы в ресторане официанткой, она познакомилась с членами клана Чиль Сон Пха, который только набирал свою мощь. Она принимала участие в отмывании денег, незаконной доставке и торговле наркотиками, втиралась в доверие к богатым и влиятельным мужчинам, а затем подводила их к заключению необходимых сделок. Девушка обладала выдающимися способностями и с готовностью использовала их. Когда ей было двадцать, начался ее роман с главой клана. Это была взаимозависимая, тяжёлая, жестокая связь. Она заняла место лидера после смерти своего мужа и сына. Хеми передала свой пост внуку лишь несколько лет назад, но от дел окончательно не отошла, то и дело появляясь на разных встречах.       Тэхён сверкнул небрежной улыбкой, его взгляд казался ленивым и незаинтересованным, когда он откинулся на спинку кресла. Дважды хлопнув в ладоши, он привлек внимание остальных, и вскоре все затихли. — Полагаю, нам пора начинать, — произнес он глубоким тоном. — Я знаю, что у всех нас есть дела, так что давайте сделаем эту встречу как можно короче.       Джексон, молчавший до этого, усмехнулся, подняв темную бровь и посмотрев на Тэхена: — Скажи-ка, Тэхен, ты действительно в состоянии что-то обсудить сегодня?       Мускул возле челюсти Чонгука запульсировал, когда он сжал свои коренные зубы. Его глаза медленно сузились, когда он увидел, как остальные китайцы насмешливо ухмыляются. Краем глаза он заметил, что Намджун заерзал в кресле, готовый в любую секунду встрять в разговор, но Тэхен только усмехнулся и повернулся к Вану. — Джексон, я удивлён, что ты вообще смог присутствовать. Видя, твои переживания за сестру, я думал, что ты побежишь проверять ее с первыми лучами солнца, — он сцепил пальцы и положил локти на стол. — Если господин Чэн не против, то мы можем тебя отпустить. Не думаю, что твое присутствие необходимо.       Стакан Джексона резко ударился о подставку, когда он оскалил зубы на Тэхена. За столом стало тихо на несколько мгновений. — Следи за своим языком, — его темные глаза сузились в щелочки. — Как я обращаюсь со своей сестрой — это мое дело, понял?       Тэхен поднял руки в воздух, что, как знал Чонгук, было издевательской демонстрацией капитуляции. Это его удивило. Тэхен действительно был не из тех, с кем можно шутить. Но Чонгук не думал, что Ким будет первым, кто начнет подкалывать других. Хотя это было его право, поскольку собрание проходило на его территории и по его инициативе, но обычно это было не в его стиле. Очевидно, что Тэхена что-то тяготило, что он старался скрыть, но у него не очень получалось. — Полегче, Джексон, — отозвался господин Чэн, в его голосе слышался лёгкий акцент, однако в целом он неплохо говорил на корейском. — Мы на их территории и сидим за их столом. Нам не мешало бы помнить об этом и относиться с должным уважением.       Тао одарил Тэхена понимающей ухмылкой, когда два других китайца склонили головы в знак уважения к нему. Он был одним из старших лидеров, и, несмотря на постоянные стычки между триадами, его уважали. Он был одним из немногих, кто понимал, как важно заручиться поддержкой других кланов. И благодаря оказанной помощи, его нелегальный бизнес только процветал. Его люди жили в достатке, использовали лучшее оружие и были довольны, в то время как остальной преступный мир Азии проживал свои не лучшие времена. В темных волосах Чэна виднелось несколько седых прядей, в уголках глаз появились гусиные лапки. Он был самым старшим из присутствующих. Он не имел наследников, которые могли бы его заменить, поэтому многие младшие члены триады крутились вокруг, делая все возможное для того, чтобы иметь хоть призрачный шанс быть названным его наследником. Человек старых консервативных взглядов, господин Чэн старался идти в ногу со временем, и поэтому его идеи ничуть не уступали задумкам тех, кто моложе.       Откашлявшись, Намджун расстегнул пуговицу пиджака. В помещении работал кондиционер, но он любил холод, который помогал мыслить ясно. Чонгук внимательно следил за теми, кто находился в комнате, наблюдая за выражениями их лиц и за тем, как они менялись. Он делал для себя определенные выводы о людской сущности. — Думаю, стоит вернуться к делу, — по голосу было ясно, что Намджун собирался поднять неприятную тему на типично недружелюбной встрече. — Я удивлён, что присутствуешь ты, Намджун, — Чэн усмехнулся. — Думал, что обсуждаться будут проблемы второго клана. — Мы все связаны, — Намджун откинулся на спинку стула, склонив голову набок. — Если Тэхен теряет деньги, то их теряю и я. И когда я теряю деньги, мне это не нравится. — О чем ты говоришь? — его глаза метались туда-сюда. — Он говорит о том, что ты, кажется, стал слишком жадным. Или думал, что мы не узнаем, чем ты занимаешься? — глаза Тэхена сузились.       Услышанное заставило губы Чонгука слегка приоткрыться. Конечно, он не стал бы ничего спрашивать на эту тему сейчас, но удивление свое скрыть не мог. Чимин, должно быть, уловил это и бросил на младшего предостерегающий взгляд. Быстро покачав головой, они оба решили подождать, когда разговор продолжится. — Не понимаю, о чем ты говоришь. — Ты в этом уверен? — Тэхен приподнял бровь. — Если учитывать то, что ты послал своих собак в Японию вынюхивать что-то, не поставив в известность нас, — наступила пауза, он слегка наклонился вперед и положил руки на стол. — Но мои люди позаботились об этом. Вынесли их, как мусор. — Что?! — Тебе не кажется, что ты ведешь себя немного невежливо, проворачивая подобное за моей спиной? — голос Намджуна был легким, как будто он рассказывал интересную историю. Однако в его словах не было теплоты.       Чэн вскочил, как и несколько других. Стоявший рядом Чонгук протянул руку и положил ладонь на его плечо, чтобы вернуть того на место. Мужчина ступил на очень тонкую грань и пошел на большую авантюру, рискнув вести какие-либо дела, не поставив в известность своих партнеров.       Пусть мужчина и был старше остальных, но возраст мало что решал в их кругу. Речь шла об уважении и опыте, о способности сохранять контроль и продолжать пользоваться уважением своих подчиненных. Ни для кого не было секретом, что власть Чэна над его окружением начала ослабевать в последнее время. Там явно шла какая-то внутренняя борьба, о которой он не распространялся. И он решил, что быстрый способ вернуть себе власть и уважение — это работать и на ту, и на другую стороны.       Однако это было большой ошибкой.       Намджун поднялся со своего места, заставляя остальных тоже встать. Все смотрели, как он допил и поставил пустой стакан на стол. — Я отпустил твоих парней с предупреждением, потому что уважаю наши договоренности и несу ответственность за свои слова. Но не сомневайся, — он сделал паузу. — Я не буду сидеть на месте, если вы решитесь на подобное снова, — Намджун повернулся к остальным и склонил голову в знак уважения. — Джексон, я надеюсь, ты это проконтролируешь. Тем более теперь у тебя есть веский повод поддерживать с нами хорошие отношения, — в его голосе слышалась неприкрытая угроза.       Стиснув зубы, Тэхен недовольно посмотрел на своего друга. Ему явно не понравились последние сказанные Намджуном слова. Остальные держались позади, ожидая, пока Намджун и Тэхен двинутся к выходу, прежде чем они последуют за ними, не оглядываясь. Они прошли по длинному коридору и вошли в вестибюль отеля, где девушка за стойкой нервно улыбнулась им. Чимин улыбнулся ей в ответ и с легким весельем наблюдал за румянцем, залившим ее щеки, когда она отдавала ему карту от его номера.       Только когда они полностью устроились в номере, который уже успели убрать после ночных гулянок, Тэхен, наконец, тихо вздохнул. Его брови нахмурились, когда он перевел взгляд на Намджуна. Тот выглядел таким же расслабленным, как и обычно. Как будто встреча вообще не повлияла на него. — Это действительно было необходимо?       Намджун вздохнул, на его губах появилась виноватая улыбка: — Тэхен, я знаю, о чем ты думаешь, — подперев подбородок ладонью, он перевел взгляд на окно. — Но я не собираюсь позволять ему думать, что его молчание сойдёт с рук или что мы будем продолжать играть в дурака только потому, что ты женился на его сестре. — Я понимаю, о чем ты говоришь, — Тэхен сел рядом и легонько толкнул его локтем. — Но ты не можешь угрожать моей жене только для того, чтобы держать ситуацию под контролем. — Знаю, знаю, — сказал он с ноткой раздражения в голосе. — Однако лучше так, чем в один прекрасный день выяснится, что они с японцами объединились против нас. Тем более, ты еще не можешь быть уверен в ее верности. Думаешь, Нарэ выберет тебя, а не брата?       Чимин посмотрел на Намджуна и кивнул: — Он прав. У них с Джексоном очень близкие отношения. Думаю, что это была хорошая идея — проверить ее, — он помолчал, оглядываясь на Тэхена. — Но тебе уже так не кажется, да? — Не списывай меня со счетов, — Тэхе посмотрел на него и ухмыльнулся, пожав плечами. — Я же сам поддержал вашу идею.       Из внутреннего кармана куртки Чонгука донесся жужжащий звук. Он вытащил телефон и увидел, что звонит как раз тот, кто и должен был им помочь. Прежде чем ответить, он вздохнул, морально готовясь к безудержной и бессмысленной болтовне старшего брата. — У тебя все в порядке? — Почему ты всегда так отвечаешь на телефонные звонки? Я не могу позвонить просто потому, что хочу услышать твой голос? — Хм, ты позвонили только для того, чтобы услышать мой голос? — Нет. — Что тебе нужно, Сокджин?       Намджун ухмыльнулся, а Хосок покачал головой и закатил глаза. Чонгук ущипнул себя за переносицу, когда Джин разразился очередной тирадой, прежде чем, наконец, замолчать и перевести дыхание. Иногда со стороны могло показаться, что Сокджин несерьезный и излишне болтливый, но это было далеко не так. Оба брата подходили к своим обязанностям со всей ответственностью. — Я просто звоню, чтобы ты передал Намджуну, что новое казино, которое мы пасли весь прошлый месяц, наконец-то готово к работе. У нас не должно быть никаких проблем. — Хорошо. — Как прошла встреча? Вы разобрались? — Все в порядке. Поговорим об этом дома. — Ладно. Я вылетаю уже через сорок минут. Пока.       Чонгук повесил трубку и положил телефон обратно в карман. — Джин сказал, что казино в Бангкоке готово. — Хоть какие то хорошие новости, — Намджун облегченно вздохнул. — Я думал, что ему понадобится больше времени. — Джин умеет договариваться с политиками, — Чонгук с отвращением произнес следующие слова. — Весь вопрос в количестве нулей. — Но твой брат всегда выбивает самые выгодные для нас условия, учись у него.       Чонгук задумчиво кивнул. Он попрощался со всеми и быстро покинул номер, решив не дожидаться лифта и сбежать по лестнице. Чон никогда не любил ждать, в нем настолько кипела энергия, что было сложно просто устоять на месте несколько минут. Завтра он поедет к Тэхену, чтобы снова познакомиться с девчонкой, которая скорей всего его даже не вспомнит. Но остаток сегодняшнего дня он проведет в свое удовольствие. — Вам не кажется, что вы двигаетесь слишком быстро? — тихо сказал Чимин, когда за младшим закрылась дверь. Его голос был полон беспокойства. — Мы еще не разобрались с имеющимися проблемами, а вы уже так глубоко влились в новое дело. Меня беспокоит происходящее. — Все будет в порядке, — голос Намджуна был обнадеживающим, но глубокие морщины на лбу выдавали его беспокойство. — Мы не можем позволить себе ждать. Вы видели, на что был готов пойти Чэн, решив, что мы уже не самая выгодная партия. Мы должны действовать немедленно, иначе нас раздавят.       Чимин понимал, что он был прав. Но что-то заставляло его беспокоиться за остальных. Пак знал, что каждый из его товарищей более чем способен позаботиться о себе. Однако игра, в которую они играли, не зная правил, все быстрее набирала обороты. И если они зайдут слишком далеко, есть шанс, что земля посыпется прямо у них из-под ног. — Сейчас или никогда, — раздался голос Тэхена. — Мы должны переломить ситуацию, иначе утонем.

***

      Мягкий свет проникал в спальню сквозь большие окна.       Утро порадовало Нарэ головной болью и гадким ощущением во рту. Голова кружилась так, будто она всю ночь качалась на волнах. В шторм. Неужели девушка так много выпила? Прошлая ночь потихоньку возвращалась к Нарэ в обрывках воспоминаний. Вот они зашли в номер, вот Тэхен открыл бутылку, вот Нарэ начала раздеваться…       Утреннее солнце расплавленным металлом опустилось на глаза. Нарэ быстро спрятала голову, которая разрывалась от миллионов неутешительных мыслей, под подушку. — Да к черту! Неужели я это сказала?!       Неприятная сухость во рту чувствовалась все сильнее. Нарэ знобило, хотя в номере было достаточно тепло. Она схватилась за голову и попыталась прийти в себя, но ничего не получилось. Быстро вскочив с кровати, девушка пошла в сторону ванной, решив, что прохладный душ поможет ей привести мысли в порядок. Уже через пятнадцать минут Нарэ сидела за туалетным столиком. Она медленно и осторожно расчёсывала волосы, добиваясь идеального блеска. Такого же идеального, как и вся обстановка вокруг.       Раздался громкий стук в дверь. — Это я. Можно войти?       Девушка сразу узнала этот голос. Конечно, это была ее подруга. Кто еще мог прийти в номер молодоженов в десять часов утра. Открыв дверь, Нарэ улыбнулась. — Я не готова принимать гостей, но это же ты.       За этим заявлением последовало молчание. Однако затем Цзыюй зашлась смехом. Она прошла в спальню, придерживая дверь для своей сестры, которую Нарэ даже не заметила до этого. — Вот бы я так выглядела, когда не готова принимать гостей, — протянула Цзыюй. — Уже готовишься к сегодняшнему вечеру? — Да. Это наш первый семейный ужин.       При воспоминаниях о муже в сознании сам собой возник образ Тэхена. Настолько чёткий, что казалось, будто он стоял прямо перед ней. Нарэ мучал вопрос, где он провёл ночь, ведь его половина кровати так и осталась идеально заправленной, значит, он точно не приходил в номер. — Мы встретили твоего брата, — Мина заговорила. — Он сказал, что у них собрание. Поэтому решили зайти, чтобы ты не грустила одна.       Девушка села на краешек кровати и посмотрела в окно. Рядом завалилась Цзыюй и взяла ее за руки. — Как ты?       Нарэ улыбнулась в ответ, но подруга не ответила на ее улыбку. Она смотрела на ее обручальное кольцо, а потом перевела взгляд туда, где стояла Мина и разглядывала постель. — Если бы у нас сохранилась традиция кровавых простыней, то тебя бы выгнали с позором. — У наших предков были весьма посредственные знания о женской анатомии, — Цзыюй закатила глаза. — Вообще мне кажется, что это проявление какой-то человечности с его стороны. — Зачем ему это? — Мина откинулась на спинку кресла и скрестила руки на груди.       Происходящее для Нарэ было похоже на какой-то повторяющийся раз за разом кошмар. Ей не нравилась обсуждаемая тема. Возможно, она бы и обсудила все это с Цзыюй, но позже, когда сама все хорошенько обдумала бы. Нарэ по непонятным причинам напрягало поведение Мины. Она не могла объяснить, что именно было не так, но от девушки чувствовалась враждебность. — Я не знаю! — Нарэ начинало злить то, что эта тема вообще обсуждалась так, будто она тут не сидит. — Может, он не хотел заставлять меня. — Только не говори, что начала доверять ему, только потому, что он не взял тебя силой в первую брачную ночь! — Мина ответила ей так же громко и резко, что было ей совершенно не свойственно. — Ты не знаешь его. Тэхен сделает это в ближайшее время. — Мина, может, лучше ты расскажешь нам о своей личной жизни? — Цзыюй заметила возникшее напряжение и попыталась перевести тему. — Мы столько слышали о нем, но ни разу не видели! — Он женат. — Давно? — Нарэ спросила об этом быстрее, чем успела подумать. — Недавно, — Мина так пристально посмотрела на Нарэ, что та вся сжалась под ее взглядом. — Это имеет значение? — Нет, — она покачала головой, чувствуя неловкость из-за своего бестактного вопроса. — Прости. — В нашем мире женятся по необходимости. Брак для него ничего не значит. — Ты самоуверенна, Мина, — Нарэ чувствовала непонятное напряжение. — Просто не обращай внимания на нее, — Цзыюй уже наливала себе алкоголь. — Она вчера перебрала и сегодня с самого утра злая.       Нарэ тоже подошла к столику, где с ночи стояла открытая бутылка шампанского. Девушка не могла отвести глаза от бокала, в который медленно наливала выветрившуюся жидкость. Нарэ четко видела след от губ на краю стеклянного сосуда. Она сама не поняла, как медленно взяла в руки стакан, слегка его покачивая, от чего шампанское внутри начало переливаться светом на солнце. Ее волновал только небольшой след от его губ. Девушка медленно подняла стакан и отпила именно в том месте, где отпил он. Мыслей не было, думать тоже не хотелось, просто хотелось прикоснуться губами именно к тому месту, куда касались его губы. Пусть Тэхён так и не поцеловал ее по-настоящему, но хоть так она могла скрепить их союз. — Нет, Нарэ, — в глазах Мины горел победный огонек, растерянность девушки определенно приносила ей удовольствие. — Это ты слишком самоуверенна для той, чей муж ушел в первую брачную ночь. — Откуда … — задать вопрос она так и не смогла, ведь была перебита. — Мина, что ты несёшь?! — Цзыюй выглядела рассерженной. — Он что, правда не ночевал здесь? — она повернулась к Нарэ.       Та не успела ответить, как дверь в номер открылась, и зашёл тот, о ком они говорили. Тэхен успел немного прийти в себя, но выглядел все равно уставшим. Он тихо закрыл дверь и повернулся, с удивлением уставился на девушек. — Эм, — он потер затылок. — Я думал, что ты еще спишь, — Тэхен посмотрел на Нарэ. — Доброе утро. — Доброе утро, — девушка ответила, неотрывно глядя ему в глаза.       Это была странная ситуация. Девушка смотрела на него, не отрываясь, и не ощущала привычного страха и смущения. Нарэ на мгновение даже забыла о присутствующих. Она прокручивала в голове слова и понимала совершенно точно то, что ей это не нравилось. Не правилась реакция на сказанное, не нравились чувства, которые вызвали необдуманные слова старшей. Нарэ напрягалась, замечая скрытое ликование Мины, когда та говорила о прошедшей ночи. Волнение засело глубоко внутри, от чего головная боль вернулась с новой силой. — Здравствуй, Тэхен, — громко проговорила Мина, раздраженная тем, что все его внимание было направлено на другую девушку. — Здравствуйте, девочки, — он ответил, так и не переставая рассматривать лицо своей молодой жены. — Это тебе, — наконец, он оторвался от созерцания, протянул Нарэ бумажный пакет и ушёл в душ.       Достав содержимое пакета, Нарэ начала рассматривать вещи. Косметичка, белье, платье и туфли на каблуке. По всей видимости, это было то, что она должна была надеть на сегодняшний обед. — Он тебе уже и вещи покупает? — присвистнула Цзыюй. — Нет, это мои, наверное, Джу передала.       Мысль о том, что Тэхён мог сам с утра ходить и собирать ее белье и вещи, потом ещё и складывать все это, вогнала ее в краску. Она даже не могла понять свою реакцию на этот жест.       Из-за шума воды не было слышно, о чем говорили девушки в комнате. Но судя по лицу Нарэ разговор до его прихода был не из приятных. Тэхен надеялся, что девушки поймут, что пора покинуть их номер, и уйдут до того, как он выйдет. Понятно, что стоять вечность под душем не вариант, так что, тяжело вздохнув, ему пришлось выключить воду. Он распределял по подбородку крем для бритья, но глаза его были устремлены в зеркало. Там в углу валялось свадебное платье, которое Тэхен вчера с такой легкостью расстегнул.       Спустя десять минут, натянув серую футболку на еще влажное тело, Тэхен вышел из душа. Точно такая же футболка была надета на Нарэ. — Нам пора, — Мина подтолкнула сестру, которая уже открыла рот для того, чтобы возразить, к выходу. — Хорошего вам вечера. До завтра, Тэхен. — Меня завтра не будет, — он ответил, даже не посмотрев в ее сторону. — Что? — Мина выглядела растерянной. — Почему? — У меня другие планы. — Но у нас сейчас так много нерешенных вопросов! — она чувствовала себя глупо, но не могла замолчать. Казалось, что если она скажет все это, то он непременно оставит Нарэ одну и придет завтра к ней. — Я думаю, что один день вы без меня справитесь, — бросил он, впервые так сильно рассердившись на Мину.       Девушки покинули номер. Цзыюй в своей голове бросила в адрес Тэхена, даже не попытавшегося сделать вид, будто он рад гостям, несколько отборных слов.       Дверь захлопнулась, оставляя пару в одиночестве. Они уже были наедине прошлой ночью, но при свете дня все воспринималось совершенно по-другому. Было непонятно, что в данный момент делал Тэхен, и Нарэ не спешила поворачиваться проверять. Прислонившись спиной к стене, молодой человек наблюдал за ней. Он не заметил вчерашней паники, но видел, что Нарэ что-то волнует. А ей же просто хотелось, чтобы он произнес хоть что-то, что угодно. Это отвлекло бы от переживаний. Лучше бы она вчера настояла и сделала все, что должна была. Чем сейчас стоять и думать о том, что шансов на нормальную жизнь у нее больше нет. Ведь это был ее шанс на счастливый брак, и Нарэ боялась, что все испортила. Не этому ее учила Джу столько лет.       Прошло несколько минут напряженного молчания, прежде чем Тэхен заговорил: — Если тебя что-то волнует, то ты можешь сказать об этом. — Где… где ты ночевал? — тихо произнесла она, так и не решившись повернуться лицом.       Тэхен несколько минут обдумывал сказанное. — Прости, — девушка зажмурила глаза, понимая, что не следовало задавать такой вопрос. — Прости, пожалуйста, я не должна была спрашивать, — у нее началась паника, и взгляд не мог зацепиться за что-то одно, метался с одной вещи на другую. — Я не подумала. Прости. — Нарэ, — он подошел к ней и крепко взял ее за предплечья. — Посмотри на меня. — Прости. — Дыши вместе со мной, — он начал дышать медленно. — Да, вот так, молодец.       Он обнял ее, прижимая голову к своей груди и гладя по волосам, продолжая успокаивать. Железная у него выдержка. Мужской голос не дрогнул ни разу, хотя сердце в таких обстоятельствах не дрогнуть не могло. Как же ее запугали, если она боялась задать простой вопрос. — Все хорошо. Ты можешь спрашивать, что хочешь, — он отстранил ее и посмотрел в глаза. — Номер Чимина на два этажа ниже, я был там. Только мои друзья и никаких девушек.       Ее щеки порозовели. Он заставил ее чувствовать себя еще более неловко, чем раньше. — Я не имела в виду ничего такого. — Прости, — сказал Тэхен и, увидев, что она удивлена, пожал плечами и продолжил. — Я не должен был оставлять тебя одну. Но подумал, что так тебе будет спокойнее. Я буду предупреждать тебя, куда и с кем ухожу. Хорошо?       Она неуверенно кивнула головой. Эти слова совсем выбили ее из колеи. Услышанное не укладывалось в голове, ведь это было совсем не то, чему ее учила Джу. Муж никогда не должен был докладывать о своих передвижениях, оправдываться и, тем более, извиняться.       Тэхен немного отстранился, чтобы иметь возможность видеть ее лицо полностью, руки с лопаток соскользнули на талию. Он видел, как она задумчиво прикусывала губу, о чем-то думая. На лице ни грамма косметики, которая смогла бы скрыть тёмные круги под глазами, которые доказывали, что сегодня ночью девушка не спокойно посапывала в кровати. Не отдавая отчет своим действиям, Тэхен потянулся и взял ее прядь волос двумя пальцами. Нарэ затаила дыхание, но мгновение спустя он отпустил ее, а выражение его лица стало задумчивым. — Ты не хочешь отдохнуть перед обедом? — Я вообще не хочу туда идти. — Боишься? — Тэхен поднял брови, удивленный услышанным. Он думал, что она будет рада увидеться с семьей лишний раз.       Ее щеки снова покраснели, и она перевела взгляд на окно, рассматривая вид, который уже успела выучить до мельчайших деталей. Объяснять не было необходимости, он понимал, о чем она говорила. — Ты же понимаешь, что никто не заставит тебя делать то, чего ты не хочешь. Или чего не хочу я. — А ты… — она облизнула пересохшие от волнения губы и тихо продолжила. — Ты не хочешь?       Она не стала дожидаться ответа и даже не успела ничего сообразить — будто действуя на автомате, Нарэ обвила его шею руками. Она замерла в нерешительности и посмотрела на его губы. Девушка вопросительно взглянула в его глаза, как бы спрашивая разрешения. Но он только ухмыльнулся и не дал ей и секунды на размышления, наклонился, останавливаясь в миллиметре от ее искусанных губ. Просто чтобы позволить самой сделать этот последний шаг. Нарэ закрыла глаза, мягко коснулась уголка его губ своими и замерла. Через несколько секунд, показавшихся вечностью, она отстранилась и открыла глаза. Ее взгляд не мог никак сфокусироваться на нем, ресницы дрожали, она даже дышать старалась меньше и как-то неконтролируемо отрывисто. — Прости, — тихо сказала она. — Я не умею… — Нет, — от его голоса она вздрогнула. — Ты можешь спрашивать, говорить и делать все, что хочешь. Прекрати за это извиняться.       Зачем он всю ночь заливал в себя алкоголь в попытках успокоиться, медленно убивая печень, если прямо сейчас его хваленая выдержка просто посылала его к черту. Тэхен никогда не питал слабости к неопытным девственницам, но именно от ее робких действий у него напрочь срывало крышу. Ее губы были мягкими, несмотря на то, что девушка от волнения их искусала. Это даже поцелуем трудно было назвать — совершенно не то, к чему он привык и что ему нравилось. Но Тэхен все равно был рад, что это произошло, причем по инициативе самой девушки. Пусть это и не все, чего он хотел бы от нее, но начало положено. — Все-таки надо отдохнуть. Еще домой добираться долго, — он как будто не осознавал, что все еще сжимал ее плечи. Мужчина разжал пальцы и отступил назад. — Домой, — она отвела взгляд. — Ты хочешь, чтобы я поехала домой?       Он обреченно вздохнул, зачесывая волосы назад. Это будет сложнее, чем Тэхену казалось в начале. Как из всей его фразы она выцепила одно слово, построила в голове только ей понятную логическую цепочку и сделала такие выводы? Он переплел ее пальцы со своими, думая о том, какими мягкими они кажутся по сравнению с его загрубевшей кожей. — Да, Нарэ, я хочу, чтобы ты поехала домой. К нам домой.

***

— Да какого хрена с тобой сегодня происходит?! — прошипела Цзыюй, смотря на сестру. — Со мной все нормально, — девушка покачала головой, отказываясь самой себе признаться в том, что в душе все выжжено.       Мина смотрела на закрывшуюся дверь со смесью гнева и разочарования, прежде чем повернуться и направиться по коридору. И снова этот бесконечный коридор.       Мина вышла из лифта, слегка покачиваясь. От выпитого перед глазами все плыло, а увеселительная таблетка, предложенная одним из коллег, не возымела должного действия.       Идя вперёд по коридору, она совершенно не понимала, что забыла на этом этаже, ведь ее номер был выше. Но Мина абсолютно точно знала, к кому она шла.       Пьяный мозг отказывался понимать всю трагичность ситуации. Тэхен был сейчас со своей женой и точно не вспоминал о Мине. Но ей было все равно. Ее вдребезги разбитое сердце еще билось и болело. И чтобы унять эту нестерпимую боль, чтобы хоть на несколько мгновений почувствовать себя лучше, ей необходимо было увидеть его и поговорить. Необходимо удостовериться, что взгляд, которым он сегодня смотрел на свою жену, ей давно знаком. Быть уверенной в том, что на нее он смотрел так же. — Ой, — девушка наступила каблуком на длинный подол платья и чуть не упала, но ее поймали чьи-то сильные руки. — Что ты тут делаешь? — этот голос она узнает всегда. — Ты выглядишь напряжённым, — Мина прошлась нетрезвым взглядом по мужской фигуре, чуть дольше задерживаясь в районе паха. — И возбужденным.       На ее красивых губах появилась довольная улыбка. Девушку радовала такая реакция Тэхена на нее. Она была слишком пьяна и не понимала, что они только столкнулись. Прошло еще слишком мало времени для того, чтобы его тело отреагировало. Он встретил ее уже в таком состоянии. — Ты мне нужен, — прошептала она куда-то в шею, пуская мурашки по чужой коже.       Мина закинула ему руки за шею, придвигаясь ближе. Она целовала его глубоко, резко, вкладывала все чувства. На языке сразу осел сладковатый вкус шампанского, которое Тэхен только недавно пил. Он впился своими пальцами в ее талию и прорычал в губы. Одно резкое движение, и Мина уже прижата к стене, а чужие губы спускались вниз по белой шее.       Тэхен не трезв, слишком возбуждён и очень устал. Он был на грани, когда почувствовал, как рука девушки прошлась по члену вверх и остановилась у пряжки ремня. Уверенные, чёткие движения, которые совершенно не сочеталось с волнением, которое он видел, на секунду представив перед собой Нарэ, а не ту, которую прижимал.       Он резко оттолкнул Мину. Все произошло так быстро, что девушка даже не успела понять, что случилось. Тэхен смотрел. Он смотрел как будто сквозь нее. Нет, это совсем не то, что она хотела бы увидеть. На нее Тэхен смотрел не так. — Прости, я не могу, — он покачал головой и ушел, не обернувшись.       Медленно сползая по стене на пол, Мина пыталась заглушить свои рыдания. Ей действительно стало легче на несколько мгновений. Но плата за эти мгновения была слишком высока.