Крайние меры

      Королева ходила из стороны в сторону, не находя себе места. Ни от кого, кроме родителей, добрых вестей она не получила.       Лутиэн подошла к окну и уставилась куда-то вдаль, когда в кабинет постучалась служанка и вошла.  — Вели всем знатным менестрелям собираться. И мне подать карету, — тут же развернувшись, сказала Лутиэн служанке. Та кивнула и вышла из кабинета, даже не успев раскрыть рта. И Лутиэн вновь осталась в одиночестве, наедине со своими страхами и переживаниями.       Эта мысль пришла к Лутиэн после получения писем Маэдроса, Кирдана и родителей. Она была в замешательстве, расстроена и напугана. Кроме того, она тосковала по мужу и уже не знала, что предпринять, когда ее взгляд упал на письмо матери и тут ее осенило. И сегодня королева решилась исполнить задуманное.

***

      Вскоре карета и сопровождение королевы отправлялись к озеру Митрим. Прибыв к озеру, королева вошла по пояс в холодную воду прямо в одежде.       Лутиэн не знала, как мать сделала это в свое время. Да и при всем желании, полу-майэ не смогла бы повторить дело матери, лишь создать видимость, чтобы народ хоть немного проникся доверием к ней.       Королева запела и менестрели на берегу подпели ей, вливая в ее силу свои. С озера поднялся туман, окутав всех присутствовавших. Он начал подниматься вверх, становиться прозрачным и мерцать фиолетовыми и розовыми бликами. Воздух наполнился свежестью, будто после грозы, а у Лутиэн от холода онемели ноги, но она продолжила петь, пока не почувствовала, кажется, интуитивно, что дело сделано, и мир тут же померк в глазах.       Очнулась она в карете, в объятиях своей служанки, укрытая множеством плащей. Кто-то растирал ее ноги и согревал их, а служанка растирала плечо. Королева улыбнулась. Это добрый знак.