Часть 8, в которой Нет двух сторон

Яркое солнечное утро, совсем не соответствовало настроению одного из потомков Сенджу, а именно Хаширамы. Он, размякший, словно тухлый фрукт, лежал на футоне, раскинув руки и ноги. Под глазами были черные круги, а сам взгляд был пустым, он всю ночь не сомкнул глаз, думая, как такое могло случиться? Как его дружба с Мадарой и их общие мечты могли исчезнуть из-за его фамилии? Утро вечера мудренее не стало, он не находил ответа тому, почему именно Мадару он встретил? «Судьба? — предположил Хаширама, поджимая губы. — Если так, то это не смешная шутка, Судьба...» Он глубоко вздохнул, касаясь языком сухих, потрескавшихся губ, но и во рту влаги не было. Хаширама попытался опереться на руки, но понял, что совсем не хочет что-либо делать. Ни вставать, ни идти приветствовать отца, не было никакого настроения кого-либо видеть, даже этот чёртов солнечный свет. Ещё один вздох и он закрывает глаза, чтобы уснуть и дать себе наконец отдохнуть. Но проходит лишь несколько минут, как Хаширама слышит тихое «эй», на задворках сознания он понимает, что это точно не отец, поэтому ему и вставать не стоит. Через секунду приходит осознание, что это и не голос его брата, в ступоре он резко открывает глаза. Его комната была непроглядно темной, на потолке, вверх тормашками, что-то висит, и с этого «нечто» спадают тонкие, длинные щупальца. Оно упорно вглядывалось в Хашираму своими темно-зелеными глазами. Через секунду, как он это лицезрел, на весь дом раздался крик, после чего в его комнату врывается беловолосый мальчишка. — Что такое, Хаширама?! — орёт он, обнаруживая своего старшего брата на полу, тяжело дышащего, пытающегося откашляться. Блондин вышел из комнаты, но быстро пришел обратно со стаканом воды, которое в миг было опустошено Хаширамой. Дав своему брату прийти в себя, он вновь к нему обратился: — Так что произошло? Кошмар приснился? Хаширама моргнул, прокашливаясь, пытаясь что-то сказать, но не смог, потому что тем криком сорвал голос. И он просто кивнул, то, что он видел, вполне могло быть кошмаром. Жутким кошмаром. Тобирама фыркнул, проходя мимо брата и открывая сёдзи, тем самым освещая комнату, он с подозрением осмотрелся. — Ну уж, конечно, после встречи с этими отвратительными глазами Учиха, можно и бессонницу получить! — высокомерно выразился Тобирама, совсем не думая, перед кем он это говорит. Повернувшись, он увидел впавшего в депрессию брата. — Э-эй, ты чего? Ну, подумаешь, тот мальчишка Учиха оказался, если ты переживаешь о нём, то перестать, он же наш враг... — Он - мой друг! — повысил голос Хаширама, после ухватился за горло. Подняв взгляд, он увидел недоумённое лицо Тобирамы, которое обрело абсолютно невозмутимый вид, и только красные глаза выдавали его злость. — Нет, старший брат, Учиха - наш враг, которого мы должны убить! — он прошел к сёдзи, на последок предупреждая: — Не вздумай проболтаться об этом вздоре отцу, иначе он тебе голову открутит. Хаширама упал на футон, который давно должен был быть убран в шкаф. Закрыв глаза, он опёрся руками на мягкое покрывало и задрал голову вверх. «Чёрт, с братом поссорился…» — вздыхал он, после чего услышал шорох, и по позвоночнику прошлись мурашки. Хаширама копчиком почувствовал, что на потолке опять что-то есть. — Только не кричи… снова… — очень тихо попросили его, узнав голос, Хаширама открыл глаза и прикрыл рукой рот, чтобы не выкрикнуть имя. — Что вы здесь делаете?! — тихо и удивлённо прошипел Сенджу, смотря на Наруто, который прицепился к потолку чакрой. — Вы знаете, как меня напугали?! Сонливости, как будто и не было! — Прости, не хотел. Я закрыл окно, чтобы меня не увидели, так как сенсор из меня никудышный, — Наруто глупо улыбнулся, почёсывая затылок. Обреченно выдохнув, Хаширама встал, начиная убирать футон. — Вы ведь знали, кто я и Мадара, так ведь? — крепко сжимая сложенное одеяло, тихо спросил Хаширама и положил его на полку. — Да, — незамедлительно последовал безэмоциональный ответ. — В таком случае, я не буду спрашивать, почему вы не сказали об этом, — сложив футон, он закрыл двери шкафа и оперся на них, чувствуя на затылке взгляд Наруто. — Я лишь спрошу, на чьей вы стороне: Сенджу или Учиха?.. Хаширама крепко сжал кулаки и зажмурился, он не хотел слышать ответ. Тихий смешок и Сенжду поворачивается, чтобы возмутиться, но натыкается на лицо Наруто, который тепло ему улыбался. Блондин положил руку на голову Хаширамы, аккуратно растрёпывая волосы. — Вы так похожи… Мадара говорил точно так же, — тепло проговорил он, вспоминая сегодняшную ночь.

***

Холодный воздух ночи проникал в комнату, касаясь каждой вещи, что в ней была, медленно сдувая пыль с толстых переплетов книг. Свет, завораживающего своей красотой, месяца освещал комнату, а ветки и цветы сакуры, от которых падала тень, создавали причудливые рисунки. Казалось бы, так обыденно для хозяина этой комнаты, что он уже наизусть знает этот рисунок, но Мадара никогда не обращал на это внимания. Так же, как и его соклановцы, они все думали лишь о том, как уничтожить Сенджу. Мадара тоже думал, и он не считал это странным, пока, сам того не ведая, не познакомился с одним из своих врагов. «Это было так глупо, — устало подумал Мадара. — Я не должен был знакомиться с ним…» Уснуть не удавалось, слишком много мыслей приходило в его голову, и каждая заканчивалась тем, что он жалеет, что встретил Хашираму, ибо он был единственным человеком, которому он открыл свою душу. Тихий ветер, который проникал в его комнату, на секунду остановился, после вновь начал ласкать лицо Мадары. — Ты ведь всё знал, не так ли, Наруто-чан? — открывая свои темные глаза, прошептал Мадара темному силуэту, который немного освещал лунный свет. Силуэт полностью вышел из тени, в этом человеке можно было узнать Наруто. Он стоял и ничего не говорил, но Учиха узнал ответ по взгляду блондина. — Ты злишься? — подходя к футону, Наруто опустился рядом с Мадарой, что тоже присел. Ветер ласково шевелил его черные волосы, а глаза внимательно всматривались в лицо Наруто, который не отводил взгляд. — Нет, — поразмыслив, спокойно ответил Учиха. — Если бы ты тогда не вернулся, то мы всё равно ничего не узнали бы, да и ты не обязан был что-либо нам рассказывать. Мадара вздохнул, встал с футона и подошёл к окну, протягивая руку к ветке сакуры, аккуратно срывая цветок, он положил его на ладони, не позволяя ветру унести его. — Я хочу знать, на чьей ты стороне? — Мадара смотрел на цветок, что был поистине прекрасен, его нежные розовые лепестки окрасились в красный, когда он взглянул на них через томое шарингана, крепко сжав невинный цветок, он позволил ветру унести его труху. От пыли, что была на шкафу, Хаширама чихнул, думая, что нужно запомнить сделать уборку в своей комнате. Cенджу взглянул на Наруто, который молчал и смотрел на него сквозь, и спросил: — И что вы ответили? Мадара повернулся к Наруто, взглядом требуя ответа, а в глубине этих глаз боясь этот ответ услышать. — Для меня нет стороны «Сенджу» или стороны «Учиха», — он показал камни, что они потеряли, Мадаре и тепло улыбнулся. — Для меня есть лишь с ваша Хаширамой сторона. — Это же тот камень… — удивился Хаширама. — Не думал, что буду рад их видеть, — прошептал Мадара, беря камень со словами: «Ловушка. Беги!» — Возьмёшь? — предложил Наруто камень. — Второй у Мадары. — Конечно!.. — сразу же согласился Хаширама, после чего посмотрел на блондина, а сам Наруто вспоминал, что у Мадары был тот счастливый, благодарный взгляд, и такие же слова. — Спасибо, что на нашей стороне…