***

      Дино прекрасно помнил, что у Скуало лучше всех получалось решать всякую разную хрень, связанную с человеческими взаимоотношениями. Несмотря на громкий голос, дипломатия и тактические планы всегда были сильной стороной, которой сам Каваллоне похвастаться не мог. Зато мог поражаться и буквально молиться на титаническое терпение Суперби, и некой холодной выветренности, что сквозила в каждом ее движении, когда гнев доходил до самой крайности.       Тогда ее выражение лица становилось абсолютно спокойным, словно бы одухотворенным. Серебристые глаза всегда смотрели прямо, с лёгкой издёвкой, что не предвещала ничего хорошего. Поступь была уверенной, но чувствовалась опасность в этих крадущихся движениях, словно белая акула вмиг обернется снежным барсом и оторвёт от тебя значительный кусок.       Впрочем, редко встречались желающие узнать на себе, ярость Суперби Скуало. Гнев еще можно пережить. По крайней мере, живые оставались. А вот после вспышек холодной ярости обычно приходилось прятать трупы.       Пожалуй, стоит признать: Занзасу очень повезло, что было много свидетелей.       — Никогда не думала что скажу это, — мечница с размаху падает на софу, откидывая голову на спинку, и раздражённо зашипела, когда шпильки, держащие высокую прическу, впились в кожу головы. — Но пожалуй, мне даже нравится статус будущей крестной матери семейства Каваллоне.       — И чем именно? — хмыкнул Дино, опускаясь перед невестой на одно колено, чтобы помочь снять обувь. Судя по уставшему виду Скуало, двигаться она не собиралась в ближайшие полчаса. А после сегодняшней нервотрепки, о своей дорогой невесте хотелось позаботиться, даже если она начнет сопротивляться.       — Ну смотри, — блондинка наклонилась вперёд слишком уж вызывающе. Несмотря на ее, несомненно, красивое платье, в нем не было и намека на пошлость. Проблема только в том, что глаза Дино теперь находились прямо напротив декольте. — Если бы я разбила голову Занзаса бутылкой при несколько других обстоятельствах, то пришлось бы приносить извинения Вонголе. А теперь, несмотря на мою выходку, эти извинения придется принести непосредственно капитану Варии, потому что блеющий Тунец уже извинился за этого придурка.       — Правда? — искренне удивился блондин, наконец поднимаясь с колен, и так же рухнув рядом с невестой на небольшой диванчик. — Я так понимаю, это было не прилюдно.       — Конечно, не прилюдно, я бы ему лицо обглодала, если бы он начал распинаться при всех. И так было слишком много внимания из-за пьяного Занзаса, который посмел заикнуться о моей профессиональной пригодности на моей же помолвке. Так что ему повезло, что при мне не было оружия, а самое тяжёлое в пределах досягаемости - та бутылка с шампанским. — Суперби ухмыльнулась, стягивая с рук длинные перчатки, которые в первую очередь были призваны скрыть протез, а также стать частью образа на сегодняшний прием. — Но бутылку все-таки жалко, с этим не поспоришь. Я же это шампанское специально для Лусса заказывала.       Каваллоне разлёгся прямо на коленях Скуало, что со скучающим видом смотрела в сторону, иногда бросая тоскливые взгляды на лежащую пачку сигарет. Дино уж очень не нравилось, когда в их комнатах пахло табаком, но сегодня эту вольность можно было допустить. Он приподнялся, чтобы перетащить искомое со столика, и передать в руки будущей супруги, что вызвало лишь ухмылку. Спокойную, уравновешенную, не тот дикий, почти что фанатичный оскал, с которым она строила нерадивых бойцов семьи Каваллоне, если те, по глупости, попадали под горячую руку.       — Ты расстроилась? — совершенно искренне спросил Дино, видя, что будущей жене вся произошедшая ситуация далась непросто, несмотря на спокойный вид и колкую иронию, которой она защищалась от других. Она была обижена, а дону Каваллоне хотелось свернуть шею Скайрини.       — Я скорее зла, что он притащился туда, куда его не звали, нажрался, и начал на весь зал расспрашивать, удобно ли мне в позе наездницы, раз я поменяла путь мечника на уход за лошадьми. А подобная фривольность недопустима, потому что только я могу использовать каламбуры на счёт будущей фамилии, — пальцы правой руки свободно пробежались по золотым волосам, словно этот жест успокаивал ее. — Он меня просто раздражает, и ты это прекрасно знаешь. Прошли те времена, когда я была на его стороне. Даже осознавая, что он дерьмо, оправдывалась, что босс из него ничего такой. И как ты помнишь, моя вера достаточно быстро была спущена с лестницы. Я еще придумаю как изящно и со вкусом ему отомстить, а пока что хочу немного отдохнуть.       И продолжила курить, прикрыв глаза, словно этот жест помогает ей успокоиться, своеобразно прийти в себя, и не плеваться ядом во все стороны. А еще не помешает разобрать ее прическу, пусть и Дино не был в этом спецом, но уж точно не выдернет клок волос. Сейчас хотелось, чтобы будущая супруга чувствовала себя комфортно и расслаблено, не вспоминая о неприятной сцене, произошедшей пару часов назад.       Скуало стала заметно расслабляться, когда тугие плетения волос освобождались из плена, давая отдых коже головы. Короткие, по сравнению с тем, что было раньше, едва достигают лопаток, и мечница не обрезала их только потому, что подобную длину будет проще уложить в свадебную прическу, после чего грозилась вновь обкорнать их, и заботы не знать. Забавно, что за два года они успели так сильно отрасти.       — Кстати, Бьякурана более-менее привели в чувство, — вспомнил Каваллоне. — Луссурия постарался.       — Я вообще не понимаю его фанатичной любви к зефиру в таких количествах, учитывая, что у него аллергия, — она чуть дёргает плечами, когда Дино кладет на них руки, кивком головы намекая, чтобы садился обратно и прекратил мельтешить. — Пони, расслабься. Сегодняшний вечер выдался не из лёгких.       И Дино не мог ни слова возразить на счёт этого. Вечер в честь помолвки дона Каваллоне привлек много внимания, и было много гостей, что желали поздравить лично, а также взглянуть на “того самого” Суперби Скуало, который все эти годы успешно скрывал пол, добившись такой славы, которая многим мафиози и не снилась. Второй Император Мечей, капитан Варии, который некоторое время назад покинул свой пост и стал частью стражей Вендиче, с упорством адской гончей истребляя всех тех, кто нарушил омерту. И вот этот самый человек оказался женщиной. Да еще и будущей донной Каваллоне.       Естественно, свой гнев выливать в пространство словами не рискнул никто, зная характер Скуало, который после ухода из Варии стал только хуже. Не потому что мечница вламывалась в чужие усадьбы или вырезала целые семьи за несоблюдения омерты. А потому что стала буквально титанически спокойной, и уже сложно было понять, чего ждать в следующий момент: дружественного рукопожатия, или же снесенной головы.       И пожалуй, только Дино знал, что Скайла совсем не такая, да и настоящим именем разрешает себя называть только ему и Луссурии, как другу детства. Что голос у нее на самом деле бархатный, и что мечница прекрасно знает, как он влияет на окружающих, а повышает его скорее по привычке, чтобы собеседник не начинал засыпать. Что смеётся она громко, заливисто, зачастую стукая себя ладонью по колену, иногда закидывая голову назад, или вовсе пряча лицо в ладонях, что лишь плечи вздрагивают. И как ужасно шутит, не упуская возможность упомянуть о фамилии самого Дино, называя его то конем, то пони, а иногда и гарцующим ослом, когда что-то происходит не так, как должно быть.       И тем более никто не знал что Скуало может быть такой... домашней. Со своими проблемами, неуверенностью, комплексами и травмами, оставленными первой любовью. Что все это идеально накладывалось на самого Дино, находило отклик в каждом слове и действии, и насколько сильно он ценил их взаимоотношения, в которых они оба исцелялись.       Поэтому неимоверно раздражало, что босс Варии вздумал влезать в эти отношения, тем более прилюдно, да еще и на помолвке. Ничего удивительного, что Ску, со спокойным выражением лица, замахнулась бутылкой так, что она вдребезги разбилась о голову Скайрини, который упал без чувств. Потому что не надо доводить будущую донну Каваллоне до ручки, до той самой фазы, когда наступает холодная ярость.       Девушка встаёт, ловко отстегивая протез, и красноречиво поворачиваясь спиной, прямо намекая на то, чего ей сейчас хочется, и блондин повинуется без слов, бережно расстегивая молнию на вечернем платье, освобождая ее от своеобразных оков.       Скуало не любила ходить в платьях, отговариваясь тем, что ее фигура была создана не для вечерних нарядов. А Дино считал, что красота в глазах смотрящего, и для него Скай всегда была красива, даже если была одета в мужской брючный костюм, без капли косметики и с утянутой грудью. Просто потому что это была она - женщина, которую он любит.       — Пойду наберу ванну, — девушка шагнула вперёд, чтобы выбраться из упавшего платья, не обращая и капли внимания на почти что обнаженный вид. — Это был долгий день, стоит отдохнуть от всех.       — Ага, — улыбка у Дино глупая и абсолютно счастливая, он уверен в этом. Потому что несмотря на суровый внешний вид, Ску была излишне заботлива, когда дело касалось близких людей.       Дино спокойно. День подготовки и торжественный прием буквально сожрали все силы. Даже обязанности босса не вытягивали из него силы настолько, чтобы даже разговаривать было лень. Но ему и не нужно чесать языком без остановки, потому что рядом с будущей женой даже молчать было комфортно.       И за этот комфорт он был готов убивать, дабы ничего не нарушало этого хрупкого спокойствия.       — Я знаю, как ответить Занзасу на его выходку, — мечница фыркнула, откидываясь на плечо мужчины.       — Удиви меня, — улыбнулся Дино, смывая пену от шампуня с волос, дабы поцеловать любимую девушку за ухом.       — Как думаешь, что будет эффектнее: кляп, или же анальная пробка с хвостом енота?       Ответом ей стал облегченный смех Каваллоне. Да, подобный жест будет великолепным оскорблением гордости Скайрини.       Куда лучше, чем разрушенная резиденция Варии, как Дино планировал изначально.