Три.

После серьезной потери крови Джиллиан собиралась залечь в спальне на несколько дней, но в тот же день, ближе к ночи, староста Фарли принесла ей записку: «Уважаемая мисс Бэрроуз, прошу Вас посетить Большой Зал во время любого приема пищи. Альбус Персиваль Вулфрик Брайан Дамблдор.» — и размашистая витиеватая подпись. Поэтому к обеду Джилл все же вылезла из кровати и с угрюмым видом зашла в Большой Зал. Синяки под глазами были еще темнее, а лицо еще бледнее, чем обычно.       — А, мисс Бэрроуз, мы вас ожидали. Подойдите к столу, пожалуйста. Дамблдор постучал ножом по кубку, обращая внимание учеников.       — Вчера произошел крайне неприятный инцидент с проникновением тролля в замок. Тролль угрожал жизни нашей первокурсницы, Гермионы Грейнджер. Но уважамая мисс Джиллиан Бэрроуз, также наша первокурсница, проявила доблесть и отвагу, сразив тролля, и тем самым спасла жизнь мисс Грейнджер. Поэтому я торжественно вручаю мисс Бэрроуз кубок и медаль за особые заслуги перед школой, и награждаю факультет Слизерин ста пятьюдесятью баллами! Дамблдор начал апплодисменты, которые не очень активно продолжили слизеринцы, часть гриффиндорцев, и несколько человек из остальных факультетов. Джилл тяжело вздохнула.       — Кажется, кто-то, — она посмотрела на декана МакГонагалл, — вчера меня не услышал, и мои слова не донес. Вы все еще оцениваете человеческую жизнь бесполезными железками и еще более бесполезными баллами?       — К сожалению, я не знаю, что я еще могу вам предложить, мисс Бэрроуз. Разве что…       — Даже не думайте предлагать мне золото. За жизнь расплачиваются жизнью. Поэтому, — Джиллиан достала нож и рассекла запястье, — когда мне нужно будет забрать жизнь, я ее заберу. Она занесла руку над кубком, наполняя его кровью.       — Этот кубок будет гореть, пока я не заберу свое. Пусть Древние Боги увидят эту клятву, — и кровь загорелась черно-зеленым пламенем. Дамблдор разом побледнел и осунулся. Руки профессора МакГонагалл задрожали.       — Пожалуйста, подойдите к моему кабинету через пятнадцать минут, — тихо сказал директор. Джилл вышла из зала и направилась к кабинету. Через несколько минут директор вышел из зала через дверь для преподавателей, неся в руках горящий кубок.       — Мисс Бэрроуз… Я очень надеюсь на ваше благоразумие, и, прошу вас, не использовать эту клятву на учениках.       — Не планирую.       — У вас уже есть… планы?       — Да. Квиррелл. А точнее то, что в нем находится.       — Это невозможно. У нас была договоренность насчет этого плана. Вы поможете мистеру Поттеру, но он должен совершить деяние сам.       — Он не будет убивать. Испытания пусть проходит сам, это все равно не мой уровень. Но убивать он не будет, — она выделила последние слова.       — Но это важная часть его воспитания… Он должен увидеть Волдеморта. Он должен узнать своего врага.       — Увидит. Узнает. Но не убьет.       — И… Вы думаете, что сможете уничтожить только дух Волдеморта? Оставить Квиринуса в живых?       — Знаю. Не нужно ли научить Поттера милосердию? У вас уже есть машина-убийца в моем лице.       — Как вы планируете это провернуть?       — Набьюсь в друзья. У меня уже есть контакт в лице Грейнджер. Предложу помощь. Поттер узнает, что Квиррелл одержим в последний момент, и я скажу ему, что знаю, как можно его излечить. Аккурат перед тем, как отправиться за философским камнем, когда одержимый уже спустится. С растением, метлой и ядами пусть разбирается сам. Шахматы разрушу я, потому что нет ни одной убедительной причины этого не делать.       — Шахматы были задуманы как испытание для мистера Уизли…       — Уизли выйдет из игры. Как и Грейнджер. Грейнджер — моя.       — Кхм… Что?       — Она мне нравится. Я беру на себя ответственность за ее жизнь и здоровье, а ваши игры будут ставить их под угрозу.       — А мистер Уизли?       — Он мне не нравится. Тупой бесполезный мудак, который будет мешаться. Он воняет гнилью. И он обижает мою Грейнджер. Ссыт, что я его убью, поэтому делает это без моего присутствия.       — Хмм… Я подумаю над вашим планом, и как будет лучше его задействовать. Мне нравится ваша идея о милосердии, мисс Бэрроуз. Но я не знал, что вы можете изгнать дух Волдеморта.       — Уничтожить. Его заберут Древние Боги. Эта жертва по клятве принадлежит им.       — Хмм… А вы смогли бы уничтожить другие его части? Он создал несколько крестражей.       — Только живых носителей. Это вопрос крови.       — И вы… Вы смогли бы уничтожить крестраж внутри Гарри Поттера?..       — Мне нужно посмотреть на него поближе. Крестраж и живой дух — это две разные вещи. Может, смогу, может, не смогу.       — Понятно… Скажите, вам нужно что-нибудь еще? В плане комфорта.       — Ммм… Да, пожалуй. В качестве платы за две пинты пролитой крови я хочу личный граммофон. И денег. И взять кого-нибудь в Лондон.       — Могу я узнать, что именно вам нужно в Лондоне? Это можно было бы доставить сюда.       — Хочу купить пластинок и прогуляться. С собой возьму Грейнджер.       — Это сможет подождать до выходных? Девочке, все же, нужно учиться.       — Мне и так нужно восстановить кровь.       — Хорошо. Вам хватит сотни фунтов?       — Три.       — Договорились. Позволю себе предложить вам посетить мадам Помфри. Она даст вам кроветворное.       — Лучше без этого. Качество не то.       — Тогда отдыхайте. Хорошего вечера. Джиллиан только махнула рукой и вышла из кабинета. Декан Снейп снял мантию-неведимку и вышел из угла.       — Значит, планы в корне меняются, и вам не придется подводить Поттера к жертвенному самоубийству?       — Это еще под вопросом, Северус. Это еще под вопросом…