Глава 3

      Драко Малфой восседал во главе стола. Ему нравилась эта семейная, и в то же время дружеская, атмосфера, когда самые близкие люди вместе весело проводили время.       Он уже пережил, хоть и с трудом, появление в своей столовой «дорогого гостя». Сам факт существования на планете Земля мистера Крама, заставлял его сердце неприятно болезненно сжиматься, но Драко, тем не менее, вёл себя расслабленно и вполне сдержанно.       Приветливее всех Виктора встретила миссис Монтегю. Пэнси буквально вылетела из-за стола, набрасываясь на немного сконфуженного Крама с объятиями, ведь она виделась с ним чаще других благодаря кузенам, с которыми проводила время в юности, приезжая в гости к родственникам.       Грэхем, к великому удивлению Драко, настолько спокойно воспринимал эти приветствия, что у Малфоя закрались подозрения, что все они близкие друзья, только его предупредить забыли.       Миссис Малфой, как радушная хозяйка, сдержанно мило улыбалась, никоим образом не выказывая гостю «особого» благорасположения, что весьма устраивало супруга. Он буквально буравил Гермиону пожирающим взглядом, от чего женщина взволнованно полыхала изнутри, то и дело выдавая своё смущение еле заметным румянцем на щёчках.       Но Драко готов был терпеть этот ажиотаж, ведь реакция детей была просто бесценна. Здоровенные парни — старшекурсники — ёрзали на своих местах, словно маленькие нетерпеливые дети. Им так хотелось наброситься на гостя и буквально растерзать вопросами! Драко знал, каково это — общаться со звездой спорта, со своим кумиром — всё ещё помнит впечатления себя четверокурсника, а потому реакция мальчишек вызывала в нём некую гордость и удовольствие.       Изначально детям хотели накрыть стол в отдельном доме — нечего беспокоить уставшего гостя, — но они подняли такой ор и клятвенно обещали вести себя тише лукотрусов, что Гермиона и Драко в итоге сдались. И сейчас огромный обеденный стол был заставлен множеством графинов, бокалов, идеальным фарфоровым сервизом, а у сидящих за ним детей, глаза так и полыхали.       Маленькая Розали не понимала всеобщего азарта, появление незнакомца вызвало лишь лёгкий интерес, и её огромные карие глаза сосредоточили на нём своё внимание лишь на несколько минут, пока Виктор усаживался за стол. Для неё вся эта шумная компания и так уже была утомительна. Это очень нравилось Драко.       Он не чаял в дочери души, ведь она так похожа на маму, просто как две капельки! Не только внешне, но и пытливым умом, и характером. Много раз он говорил Гермионе, что ждёт того момента, когда дочке исполнится одиннадцать. Вовсе не для того, чтобы отдать её в Хогвартс, нет! Он хотел вспомнить ту девчонку, которая в школьные годы не давала ему покоя. Сейчас он часто задавался вопросом, почему Гермиона Грейнджер так его раздражала? Но ответ находил только один — она, очевидно, была ему небезразлична, раздражала и злила тем, что притягивала его внимание, но лишь после войны он позволил себе думать о ней совершенно иначе.       Розали привлекла внимание и Виктора. Он лишь на мгновение взглянул на девочку, улыбнулся ей, ведь она не сводила с гостя заинтересованного взгляда, а внутри хозяина поместья уже взвился ураган недовольства, который он, всё же, никак не выдал.       Умом Драко отчётливо понимал, что поводов для беспокойства нет, ведь он знает, насколько близки и доверительны отношения между ним и Гермионой. И всё же присутствие бывшего соперника не давало покоя.       Что, если Гермиона вдруг вспомнит прежние чувства? Если увлечётся воспоминаниями о тех безумных встречах с бывшим? Если вспыхнет прежняя страсть? Крам не слабый соперник…       На этой мысли Драко, многозначительно прочистил горло, отгоняя от себя всякую блажь и давая всем понять, что будет речь. В столовой воцарилась тишина, и все взгляды приковались к хозяину поместья, но Драко не стал вставать со своего места, дабы не предавать ужину статуса какого-то особого празднества.       — В преддверии важного события, — с улыбкой заговорил он, — здесь собрались самые близкие друзья — вот почему отсутствуют Поттеры и Уизли…       Он бросил игривый взгляд на жену, и Гермиона иронично закатила глаза, подпирая голову кулаком. Эти шуточки никогда не прекратятся — проще смириться. Скорпиус и его друзья переглянулись и скривились в еле сдерживаемом смехе. — Иначе говоря, не будем задерживать наших эльфов. Приятного аппетита!       — Как красноречиво! — хмыкнула Пэнси.       — Речи будут завтра, — парировал Драко. — Или тебе и сегодня подавай?       — Упаси Мерлин! — театрально прикрыла она глаза изящной ладонью. — Займи уже рот чем-нибудь съестным, тишины хочется.       Грэхем расплылся в самодовольной усмешке — он обожал, когда Пэнси дразнила Малфоя, за что сразу получил тычок каблуком в голень под столом.       Гермиона сдавленно прыснула, заметив изменившееся выражение лица Монтегю-старшего. Это подростковое дурачество всегда ей нравилось. Она даже жалела, что Драко не хотел устраивать подобные посиделки почаще. Нравилось, что со школьных лет между ней и Пэнси установились прекрасные дружеские отношения, и что Грэхем не держал на неё обиды за тот неловкий и неприятный для него отказ, ведь свою жену он просто обожал.       Однажды Пэнси, будучи беременной уже третьим сыном, в какой-то лёгкой эйфории заявила:       — Ты не представляешь, Грейнджер, как я тебе благодарна, что ты не дала Грэму шанса! Я чувствую себя богиней!       — Паркинсон, ты неисправимая эгоистка! — засмеялась Гермиона.       — Плевать! — махнула та рукой. — Его устраивает — и хорошо! Ты сохранила его подарок? — очень строго спросила Пэнси, и Гермиона смущённо запрокинула голову, глядя в потолок. — Давай! Колись! — прокричала Пэнси, со смехом толкая подругу в плечо.       — Да, сохранила! — выдавила Гермиона, бросая тёплый взгляд на подругу. — Он ведь старался, как можно было…       — А покажи! — с азартом прошептала Пэнс, подаваясь ближе. — Мне всегда было интересно!       — Ох, да он где-то на чердаке! — скривилась Гермиона.       — У тебя есть эльфы! — напомнила подруга.       — Ладно! — наигранно недовольно прошипела миссис Малфой, но всё-таки отправила эльфа за волшебным сундуком с фейерверком — грех не выполнять пожеланий беременной леди.       Пэнси с восторгом наблюдала маленький, но такой яркий и пышный салют в затемнённой комнате. А потом выпалила:       — Вот ты дура, что отвергла Монтегю!       И Гермиона весело расхохоталась.       Теперь за общим столом она чувствовала себя счастливой, хоть и немного смущённой. Драко не сводил с неё глаз, будто держал на мушке, и от этого было не по себе. «Только бы ничего не выкинул…» — мелькнуло в голове, и вдруг среди тишины раздался голос сына:       — Мистер Крам, а как вы стали преподавателем в Хогвартсе?       Гермиона ощутила, как Адское пламя опалило внутренности, и заметила несколько розовых пятен, выступивших на щеках мужа.       — Скорпиус, милый, — тактично начала она, — вы обещали не беспокоить мистера Крама…       — Всё в порядке, Гермиона, — мягко ответил Виктор. — Нет проблем.       Миссис Малфой плотно сомкнула губы, а Скорпиус, хоть и смутился, а всё равно в нетерпеливом ожидании уставился на своего кумира, как и его друзья.       — Всё дело в травме, — спокойно начал разъяснения Виктор. — На одной из отборочных игр в составе команды я повредил рёбра. Да, молодые люди, — тут же отреагировал он на испуганные взгляды парней, — у профессиональных спортсменов бывают серьёзные травмы. Кости срастили, но, как оказалось, колдомедик был недостаточно опытен, и кости срослись неправильно. Играть я не мог, но вполне мог взяться за тренерские обязанности. Меня пригласила директор Макгонагалл, и я согласился.       — Как жаль, что это было не во время нашего обучения, — проворчал Грэхем-младший.       — Не всем так везёт, — усмехнулась Пэнси. — Нам выпал шанс тренироваться с профессионалом. Иначе никогда бы не отважилась стать ловцом. Наша команда отлично играла в том году.       — Да-а! — протянул Грэхем-старший. — Наш ловец лез из кожи вон.       — Не надо! — скривился Драко. — Не преувеличивай. Ничего особенного.       — Ещё скажи, что ты в команду пошёл добровольно и с желанием.       — Мальчики, не ссорьтесь, — потребовала Пэнси. — В конце концов это был очень даже весёлый и продуктивный год.       — А правда, что от девчонок отбоя не было? — усмехнулся самый младший зеленоглазый Монтегю, и зарделся самым пунцовым цветом.       — Кто про что, — закатила глаза Пэнси, — а Лео про девочек! Это нетактичный вопрос, мистер!       — Это неотъемлемая часть спортивной карьеры, — сдержанно ответил Виктор, глядя на заинтересованного подростка. — Известные люди часто подвержены соблазнам из-за общения с поклонниками. Поклонницами в том числе.       Гермиона полыхала. И мысль: «Я никогда не была поклонницей…» — как-то мало утешала. Она думала, что сгорит со стыда.       — Да. Это против всех законов этики, — внезапно заговорил Драко, и её сердце резко оборвалось, проваливаясь вниз. — Соблазнять студенток — нехорошо.       Его серые глаза горели каким-то нездоровым яростным огнём, и Гермиона ужасно перепугалась.       — Это какая-то неприличная тема, вам не кажется? — неловко усмехнулась она. — Вы ведь получили ответ, мистер Монтегю? — нетерпеливо взглянула она на Лео, Пэнси тут же подключилась:       — Да, совсем не к столу тема…       — Значит, девушки доставали? — не унимался паренёк, не сводя взгляда с Виктора.       Виктор подумал некоторое время, при этом сохраняя полную невозмутимость.       — Полагаю, вы понимаете, что внимание девушек достаточно приятно для нормального мужчины, не так ли? — наконец спросил он у парня.       — Ещё бы! — усмехнулся тот.       — Какой смелый юноша, — улыбнулся Виктор.       — Весь в матушку! — оскалился Драко.       — Благодарю за комплимент, Малфой! — сладко улыбнулась Пэнси, но в её голосе слышалась явная угроза.       — Мистер Малфой прав, — продолжил Виктор. — Общение преподавателя и студенток табуировано. Всё в рамках профессиональных отношений…       — Неужели?! — и Драко изобразил настолько наигранное удивление, что Гермионе захотелось отвесить ему хорошего пинка под столом. Жаль, что она сидела на противоположном его конце, и смогла лишь недовольно откашляться, давая понять, что ей неприятен этот разговор. Пэнси растерянно заморгала, пытаясь найти выход из ситуации и как-то одёрнуть сына с его безграничным любопытством.       — Знаете, мистер Монтегю, — обратилась Пэнси к сыну, — на самом деле, за мистером Крамом ходили косяком толпы поклонниц, как в его первый приезд, так и во второй. Но! Всё всегда было в рамках, ясно? Даже не вздумай мне строить планы таким образом девчонкам мозги пудрить! Четвертую!       Паренёк стушевался, еле скрывая довольную усмешку.       — Ты посмотри! — выдохнула Пэнси, тыча пальчиками в плечо мужа. — У него там уже план созрел!       — А что, отличная мотивация для развития спортивных навыков, — усмехнулся Грэхем-старший. — Ай!       Все с трудом сдержали усмешки, ибо крохотный каблук Пэнси уже явно вонзился в его огромную накачанную ногу.       — Не такая уж хорошая мотивация, — заметил Виктор, снова обращаясь к Лео. — Это приятно только первое время, когда эйфория захватывает душу. Но со временем понимаешь, что слава — не самый лучший друг в налаживании личных отношений. Она только мешает.       — Виктор, — не сдержалась Гермиона, словно чувствуя себя виноватой, — вовсе не все девушки цеплялись за твою славу, это далеко не так!       Щёки Драко снова заполыхали, он буквально прожигал жену страстным взглядом.       — Всё в порядке, миссис Малфой, — ласково произнёс он, — мистер Крам вполне способен сам за себя ответить.       Гермиона осеклась, а Виктор бросил на бывшую возлюбленную тёплый, благодарный взгляд.       — Счастлив, что и такие встречались, — тихо ответил он и снова перевёл взгляд на Лео. — Надеюсь, вы понимаете, сэр, что я имел в виду?       — Да, — немного разочарованно кивнул юноша. — Наверное понимаю.       — До чего же, должно быть, обидно, не так ли, Виктор? — глаза Драко сияли в свете вечерних огней, словно озорные бенгальские огни. — Все эти правила, догмы, в то время как лучших девушек уводят из-под носа, — расплываясь в широкой улыбке, съязвил Драко.       Гермиона замерла. Пэнси застыла с приоткрытым ртом, Грэхем потупился, а подростки переглядывались в полном недоумении.       Виктор внимательно, очень долго вглядывался, казалось, уже взрослому, но в душе всё тому же студенту Драко Малфою в глаза. Неожиданно он сдержанно, но в чём-то даже радостно улыбнулся.       — В самом деле, Драко. Ты прав. На вторых ролях оставаться бывает очень обидно.       Улыбка так и не стёрлась с лица Малфоя, но Гермионе казалось, что ещё секунда и она услышит скрежет зубов мужа. Её сердце было готово вырваться наружу, а как примирить Виктора и Драко, просто не представляла. Мужчины испепеляли друг друга взглядами, а молодое поколение хмурилось в непонимании происходящего.       — Главное результат, не так ли? — язвительно усмехнулся Драко. Виктор, не сводя глаз с главы семейства, сжал кулак.       И тут наконец Скорпиус спас положение:       — Мистер Крам, а вы покажете нам несколько приёмов? Как жаль, что вы не будете нашим тренером!       — С удовольствием, мистер Малфой, — благосклонно кивнул Виктор. — Чуть позже. Нельзя браться за нагрузки после столь плотного ужина.       — Класс! — выпалил парень. — У нас есть свой домашний стадион.       — Превосходно, — ответил Виктор, больше не обращая никакого внимания на барабанящего по столу пальцами Драко.       Беседа потекла во вполне благодушном русле. К разговору о квиддиче подключилось всё семейство Монтегю, но Гермиона уже не смогла расслабиться. Она отвечала на ехидный взгляд мужа своим гневным, лишь на время отвлекаясь на очаровательную Розали, которой хотелось попробовать все десерты расставленные на столе.       — Что ты устроил? — зашипела она, стоило всем гостям и детям покинуть столовую.       И снова этот наигранно удивлённый взгляд.       — Кто устроил? Я?       — Это возмутительно! Ты ставишь меня — свою жену — в неловкое положение! Как ты можешь?!       Она стремительно направилась в холл.       — Гермиона, ты куда? — немного забеспокоился Драко.       — Пройдусь, пока не выцарапала твои бессовестные глаза, — бросила она, выбегая из дома.

***

      Ей было не по себе. Давненько Гермиона не видела мужа таким неприятно возбуждённым и язвительным. Для чего было приглашать Виктора в свой дом? Неужели собирался всё время провести в напряжении и вспышках ревности? Зачем?       Она вздохнула, всматриваясь в чистое звёздное небо. Её любимая скамейка у озера, покрытая тонким пледом, мерцающая гладь воды, потрескивание сверчков, что может быть приятнее? Умиротворение… Хоть на пять минут! Пожалуйста!       Тихие шаги заставили сжаться все внутренности. Это были не шаги мужа. Драко ступает легко, почти бесшумно. Но этот шаг она узнает из тысячи других — тяжёлый, но уверенный. Подходя ближе, он замедлился, будто засомневался, но всё же подошёл к скамейке.       — Всё в порядке, Гермиона? — его голос звучал мягко, так заботливо.       — Да, Виктор, — улыбнулась она, одаривая мужчину благодарным взглядом. — Всё в порядке.       Гермиона снова повернулась к озеру, предпочитая не смотреть Виктору в глаза. Его бархатистый голос зазвучал снова, заставляя мурашки пробежать по её спине.       — Мне показалось, ты немного расстроена, — заметил он.       — Не хочешь присесть? — скорее из вежливости предложила Гермиона, не желая обсуждать с ним своё настроение, а уж тем более поведение Драко. Мужчина присел рядом, и ей вдруг показалось, что слишком близко — между ними осталось каких-то несколько дюймов, но отодвинуться Гермионе показалось бестактным.       — Прости, Гермиона, — вдруг заговорил Виктор, она даже обернулась от неожиданности и во все глаза удивлённо уставилась на мужчину.       — За что? — возмущённо воскликнула она. — Тебе совершенно не за что просить прощения! Ты наш гость! Дети в таком восторге, представляю, что будет завтра, когда прибудут Поттеры и Уизли! — она ещё шире распахнула глаза. — Мне в пору просить прощения!       — Я не об этом, — Виктор отвёл взгляд, его чувственные губы сжались в суровую линию. — Я не хотел провоцировать твоего мужа. Не понимаю, чем…       — Нет-нет-нет! — Гермиона успокаивающе коснулась ладонью его плеча. — Ты здесь совершенно ни при чём! Драко… он… Ох, этот Драко! — с досадой выдохнула она, обессиленно роняя руки на колени. — Пожалуйста, не вини себя. Драко очень хороший человек, но характер у него сложный. Он привык быть первым во всём, понимаешь? Ты — выдающийся спортсмен, прекрасный ловец, дети тобой восхищены, он немного… приревновал вот и всё. Не кори его за это, прошу…       — Дело не в этом, Гермиона, — тихо, с хрипотцой заговорил Виктор, и взгляд его тёмно-карих искристых глаз прожёг её сердце насквозь. — Дело вовсе не в детях и не в моей славе. Он ревнует тебя.       Горячая волна опалила всё внутри, и Гермиона мысленно поблагодарила лунный свет, скрывающий румянец, неизбежно выступивший на её щеках.       — Не говори так… — выдохнула она, отворачиваясь.       — С первой секунды моего появления, он, словно самец, только и делает, что заявляет свои права на тебя. Нет твоей вины…       — Это прошлое, — еле слышно выдохнула Гермиона. — Ты должен понять.       — И я понимаю, — улыбнулся Виктор. — Наше общее прошлое. Потому ему тяжело. Ему пришлось немало сделать, чтобы… украсть тебя.       — Виктор, пожалуйста… — Гермиона зарылась лицом в ладони, с трудом скрывая смущение. Волнение окутало её тёплым одеялом, удушая в своих объятиях. — Не стоит вспоминать об этом, мне неловко.       — Напрасно, — ласково усмехнулся Виктор. — Мы были молоды. Горячи. Неблагоразумны. О чём тут жалеть?       — Я не жалею, — улыбнулась Гермиона, одаривая Виктора тёплым взглядом. — Просто… даже не знаю. Всё это как-то навалилось. Завтра наша годовщина…       — А тут я обрушился на голову, — усмехнулся Виктор. — Очень некстати, согласен.       — Прошу, не принимай его колкости как желание тебя обидеть, — сдвинув брови уголком над переносицей, залепетала Гермиона. — Он так защищается! Ох, да что же я говорю!       Гермиона смутилась ещё больше. Нет ничего унизительнее для мужчины, чем попытка женщины его выгородить. Драко терпеть этого не мог — всегда защищался сам. Она так растерялась, будто вовсе не была Министром Магии, а просто девчонкой старшекурсницей перед лицом своего бывшего парня.       — Извини, я совсем не хотел тебя смущать, — Виктор немного замялся. Это было не совсем искренне. Он испытывал какое-то особое удовольствие — видеть её смущение, неловкие попытки сгладить ситуацию. Она была всё так же прекрасна, как тогда. Студентка последнего курса Хогвартса — смелая и дерзкая, притягательная и страстная. Виктор смутился ещё больше, сердце неожиданно совершило резкий кульбит. — Я понимаю… твоего мужа, — чуть понизив голос, произнёс он, — и я бы нервничал на его месте. Но это всего лишь прошлое, он должен это понимать.       — О, я уверена, что он всё понимает, — устало махнула рукой миссис Малфой. — Это как-то помимо воли выходит. Мне тоже не по себе. Мы столько лет не виделись, и встретиться именно сейчас… Невероятное совпадение.       — Всем нам не по себе, — отводя взгляд, усмехнулся Виктор. — Но, согласись, есть в этом что-то… завораживающее, — он снова взглянул ей в глаза, и жар опять ударил ей в лицо.       — Неудобная тема, — потупилась Гермиона.       — Не волнуйся, — учтиво и мягко говорил Виктор. — Никаких неприятностей на вашем празднике не будет. Даже если твой муж попытается их спровоцировать. У меня достаточно выдержки.       Гермиона посмотрела на него подозрительно.       — Неужели ты считаешь, что Драко что-то затеял? Это же просто немыслимо!       — Думаешь, он не способен? По мне, он получает удовольствие от ситуации. Нездоровое такое, — усмехнулся Виктор. — Тебе не кажется, что Драко… испытывает тебя?       — Меня?! — возмущённо воскликнула Гермиона. — Тебе так показалось?       — Я не знаю, — повёл плечом мужчина. — Сужу лишь по тому, что вижу своими глазами. Он страшно ревнует, надеется, что ты проявишь стойкость…       — Это всего лишь гипотеза, — спокойно ответила она, борясь с полыхающим внутри гневом. Вся эта ситуация стала ей не нравиться ещё больше. — Меня незачем испытывать. Я не маленькая девочка! Я — миссис Малфой! Министр Магии Британии! Какие ещё испытания! — усмехнулась она. — Это игры для подростков!       — Прости, Гермиона. Ты права, — мягко улыбнулся Виктор. Неожиданно он накрыл её лежащую поверх пледа ладонь своей, и, бережно сжав, склонился к её руке, трепетно касаясь губами, а потом взгляд тёмных сияющих глаз будто прострелил её сердце навылет, а голос зазвучал сладко и томно. — Ты всегда права, Гермиона. Мне всё это просто показалось.       Внутри что-то рухнуло. Гермиона нервно оглянулась, бросая взгляд на сияющие окна поместья и надеясь, что ни одна живая душа за ними не наблюдает. Она осторожно потянула руку к себе, и Виктор учтиво её выпустил.       — Да. Тебе просто показалось, — взволнованно выдохнула она. — Расскажи о своей жене, — она так резко сменила тему разговора, что Виктор, кажется, даже немного растерялся, и Гермиона, заметив это, почувствовала себя хозяйкой положения. — Если это не секрет, конечно! В чём суть вашего конфликта?       Виктор устроился поудобнее, сев в профиль к давней подруге и устремив взгляд на спокойно мерцающую гладь озера. На противоположном берегу еле заметно колыхались плакучие ивы. Мужчина вдохнул поглубже.       — Я не привык обсуждать свои личные проблемы, Гермиона, — тихо ответил он. — Ни с кем.       — Прости, — с сожалением выдохнула она и тоже отвернулась. Некоторое время они молча смотрели на воду, словно темы для общения совершенно исчерпаны.       — У нас нет детей, — безрадостно заговорил он, и сердце Гермионы болезненно сжалось. — Конечно, она права. Я хотел бы, но… С завидным постоянством предлагала мне оставить её, найти другую, создать полноценную семью. Но… я люблю её. Очень, — Виктор устало потёр лицо ладонью. — Элли страдает, мы мучаем друг друга столько времени. Первые лет десять мы ещё надеялись. Потом перестали. Её это окончательно подкосило. Теперь всё очень сложно. Ей за сорок. Разумеется, шансов давно не осталось, оттого скандалы, слёзы. Я ужасно устал, — Виктор закрыл глаза, запрокинул голову. — Когда меня пригласили работать с юниорами, даже обрадовался. Буду меньше находиться дома. Молодёжь вдохновляет. Смотришь на них, словно на своих детей. Есть надежда, что из них получатся отличные спортсмены, успешные люди, чувствуешь себя по-настоящему нужным, полезным. Элли очень хороший человек, но, боюсь, она решила окончательно поставить точку.       — Не стоит заранее волноваться, Виктор, — с сочувствием, но большим энтузиазмом заговорила Гермиона. — Может быть, она нашла какой-то кардинальный выход, потому вызвала тебя так срочно.       Виктор лениво повёл плечом.       — Честно говоря, я уже даже догадок строить не хочу, — вздохнул он и сдержанно улыбнулся. — Будь что будет.       Гермиона с жаром стиснула его руку.       — Всё будет хорошо, вот увидишь! Пожалуйста, напиши мне, ладно? О любом результате! Мне так хотелось бы тебя поддержать, но я не представляю…       — Спасибо, Гермиона, — Виктор с благодарностью похлопал по тыльной стороне её ладони, сжимавшей его руку. — Ты и так сделала для меня всё, что только смогла, в том числе — у меня есть место для ночлега. Ваши дети чудесны! Твои и Драко, мальчишки Пэнси и Грэхема. И несмотря на некоторую язвительность Малфоя, это был замечательный вечер.       В каком-то едином порыве Гермиона и Виктор обнялись, как старые добрые друзья, после чего мужчина, достаточно быстро отстранившись, шепнул:       — Доброй ночи, — и отправился к дому.       Гермиона проводила его тёплым взглядом и страдальчески вздохнула. Как же ей было жаль Виктора! Внешне такой спокойный, уравновешенный и успешный мужчина, а в личной жизни полный крах. Ужасно!       Она не спеша шла к дому, когда из парадной вырвалась орава шумных парней. Они и не заметили миссис Малфой, застывшую в нескольких шагах от них, потому что всё их внимание было приковано к Виктору, который уверенно вышагивал посреди них, а уже такие взрослые мальчишки, не смущаясь, вопили наперебой.       — Вот это круть! Класс! А он всегда при вас?       — Не всегда, но зачастую, чтобы дело выгорело, ношу при себе свой трофей, — улыбался Виктор.       Он продемонстрировал парням на вытянутой ладони золотой снитч.       — Тот самый… — выдохнул Скорпиус. — Не верится!       — Тот самый, мистер Малфой, — улыбался Виктор, — с Чемпионата 1994-го.       — А вдруг мы его повредим? — озадаченно спросил Грэхем-младший, пока компания окружившая Виктора удалялась в сторону дома для гостей.       — Не волнуйтесь, мистер Монтегю, — усмехнулся Виктор, — вам для начала надо его поймать.       — Причём в темноте, — засмеялся Скорпиус.       Гермиона уже открыла рот, чтобы начать возражать — она была категорически против полётов на метле ночью, — но в этот момент Виктор обернулся, бросив на неё успокаивающий весёлый взгляд, и её губы невольно растянулись в ироничной улыбке.       Мальчишки!       Она вздохнула и вошла в дом. В гостиной звучал смех Пэнси, подшучивающей над мужем:       — Тебе только дай волю, умчишься как ребёнок вместе с сыновьями, имей совесть, Грэм! Не покидай, любимый! — разыгрывала она драму, при этом не прекращая смеяться.       — О, моя несравненная, непокорная супруга! — торжественно начал муж, а потом резко перешёл на бубнёж: — Будто у меня есть выбор…       Пэнси заливисто рассмеялась, а Гермиона на цыпочках проскользнула к лестнице, взбежала наверх и, выхватив из кармана платья волшебную палочку, влетела в спальню.       Драко, как ошпаренный, отскочил от открытого окна.       — Ревелио! — настойчиво выпалила она, направляя палочку в ту сторону, где он только что стоял.       Драко сквозь зубы выругался, а миссис Малфой пронзила любимого самым что ни на есть суровым взглядом.       — Подзорная труба? — выдохнула она, тыча волшебной палочкой в появившееся в комнате старинное устройство на роскошной подставке. — Ты издеваешься?